Кровь. Чтоб её…

Я смотрела на эти яркие алые пятна на собственной бледной коже и чувствовала, как реальность окончательно расплывается. Сердце то болезненно замирало, то пускалось в бешеный вскачь, отчего перед глазами роем плясали тёмные мушки. Я судорожно моргнула, пытаясь сфокусироваться, но мир качнулся, и мне пришлось вцепиться в край кованого стола, чтобы не рухнуть на пол.

«Дыши. Просто дыши», — мысленно приказала я себе. Вдох через нос, медленный, сиплый выдох через рот. Ещё раз. И ещё...

Ладони мгновенно вспотели, но пальцы при этом оставались ледяными. Я пыталась вернуть хоть какой-то контроль над телом, но тело будто больше мне не принадлежало. Взгляд то и дело обреченно возвращался к красным каплям.

— Что тебе от меня нужно? — прошипела я, поднимая на эльфа взгляд, затуманенный подступающей болью. Каждое слово давалось с титаническим трудом, раздирая горло.

— О, сущие пустяки! — он радостно потер руки, его глаза сияли неподдельным, почти детским весельем. — Скажи-ка мне, милая, что именно связывает тебя с деканом дар Рашерром? С этим призывателем Бездны?

Отравленный, заторможенный мозг едва справлялся с осмыслением вопроса. А потом до меня дошло. Он здесь из-за слухов? Эта грязь после нашей стычки с Люцианом расплодилась в Академии с пугающей скоростью.

— Адепт и декан, — выдавила я, слыша свой собственный голос словно сквозь толщу воды. — И точка.

— Только и всего? — его идеальное лицо искренне огорчилось, губы сложились в капризную дугу. — А мне казалось, между вами нечто… большее. Что-то тайное... М?

— Для «большего» нужно доверие. Общение. Хотя бы общие интересы, — огрызнулась я, чувствуя, как новая волна тошноты подкатывает к горлу. Почему все — и Элион, и Люциан, а теперь и этот психопат — прицепились? — Ты так не считаешь?

— Разве только это? — задумчиво проговорил он, изящно постукивая пальцем по столу. — А как же… страсть? Жажда? Такое тёмное, порочное влечение, которое могло возникнуть только между двумя истинными изгоями?

Я ошарашенно уставилась на него. Его слова, произнесённые с такой сладкой, хищной интонацией, казались абсурдными и отвратительными. Что он вообще нёс? И главное — зачем?

— Я ответила на твой вопрос? — прохрипела я, уже не пытаясь скрыть, как мне тяжело дышать. Каждый вдох обжигал расплавленным свинцом, и последующий выдох превращался в настоящую пытку.

— Ча-а-стично, — протянул он с наигранным разочарованием. — Ответь-ка тогда ещё на одну маленькую загадку…

Он плавно наклонился ко мне через стол, до неприличия сократив дистанцию. Его лицо оказалось совсем близко.

— Как у тебя получилось выйти из подземелий под южной башней? — игриво прошептал он. И этот вопрос напугал меня куда сильнее любых прямых угроз.

— Вы… выйти? Что?

Я едва не отпрянула, но сил на лишние движения уже совсем не осталось.

— Да-да-а, — пропел он, и в его голосе снова зазвучали весёлые, безумные нотки. — Ты прекрасно меня поняла, птичка. Видишь ли, там в последнее время стали появляться… нестабильные порталы. Находиться там стало смертельно опасно даже для магов-старшекурсников. Но ты, моя дорогая, как-то вышла оттуда. Более того, вышла целой и невредимой. И ещё…

Эльф замолк на полуслове, откровенно наслаждаясь производимым эффектом.

У меня начался новый приступ кашля — куда более сильный и жесткий. В глазах стремительно потемнело, в ушах зазвенело на высокой ноте. Всё нутро буквально горело заживо.

— Ой-ой, время-то истекло? — фальшиво-опечаленно воскликнул Аллиам, небрежно разливая остатки чая из своей чашки прямо на белоснежную скатерть. Он демонстративно посмотрел куда-то за мою спину, будто сверяясь с невидимыми часами. — Точно, почти, почти… Ну что, Агнесса? Теперь готова говорить правду?

— Ты… ведь никогда и не собирался давать мне противоядие, — со свистом выдохнула я, констатируя этот факт.

Я смотрела в его прекрасные изумрудные глаза и не видела там ни капли сожаления, ни единой тени сомнения.

Его брови грациозно поползли вверх, выражая искреннее удивление. Аллиам, казалось, всерьез задавался вопросом: почему она не умоляет? Не рыдает в голос? Не ползает на коленях, пытаясь купить свою жалкую жизнь?

А потому что я поняла всё, что мне было нужно. И к тому же я твердо усвоила: это ангельское личико переговоров не ведёт.

«Перезагрузка!»

Внутренний приказ отозвался в моей угасающей голове спасительным рёвом. Я крепко зажмурилась, изо всех сил вцепившись в эту единственную мысль.

{Ваш выбор: ПЕРЕЗАГРУЗКА!}

{Инициализация... Отсчет пошел: 3... 2... 1...}

Мир ответил немедленно: поплыл, содрогнувшись по всем осям.

Яркие краски оранжереи с шипением сползли вниз. Звуки птичьего щебетания исказились в гул, напоминающий скрежет ломающегося толстого стекла. Точно такое же чувство, как в самый первый раз при попадании. Только теперь к головокружению примешивалось горькое послевкусие на языке.

В груди продолжало болезненно скрестись, но это были уже лишь фантомные воспоминания, проникшие в самую глубину моего сознания. Я не готова погибнуть так жалко. Не на чужих условиях. И уж тем более не собиралась «упокоиться в холодной земле», как он так мило и поэтично выразился. Пусть упокаивается сам, остроухий паразит!

{Внимание! Загрузка последней контрольной точки завершена.}

{Остаток доступных перезагрузок: 2/4.}