Рос

—🖤—

Я сплю, наверно. Но если так, пускай этот сон длится вечно.

Нет, не сон. Голова Милы лежит на моём плече, опущенные ресницы слегка трепещут, а грудь мерно вздымается при каждом вдохе. Я мог касаться её, целовать без опасения получить за это от неё по морде. Моя Снежинка вернулась.

Правда открылась внезапно и, возможно, не вовремя. Я едва не подставил сестру, но сумел убедить Милу, что понятия не имел, кто прислал мне те фото пять лет назад, а правда открылась мне совершенно случайно. Меньше всего хотелось, чтобы из-за грязных игр отца пострадала дружба девчонок. Никто из нас не заслужил такого. Но что случилось, то случилось. Теперь приходилось разгребать последствия. Но если с нашими отношениями мы разобрались, то вопрос с Вишневским оставался открытым. Обвинить в убийстве человека с такой фамилией в нашем городе было сродни тому, чтобы подписать себе смертный приговор. И, кажется, мы собирались пойти на это. Мила была настроена решительно, и я как никогда понимал чувства девушки, и одновременно опасался, что она может навлечь на себя ещё большую беду, ковыряясь в этом деле. Но отказать ей не мог.

Мы договорились, что соберём необходимые улики, найдём свидетелей (этот пункт был под самым жирным знаком восклицания) и только потом будем обращаться к прокурору для возобновления уголовного дела, которое так нагло прикрыли год назад. Хорошо бы ещё как можно дольше оставлять это втайне от моего отца, но зная его связи в органах — шансы на это были ничтожно малы. И всё же, надежда оставалась, и Мила отчаянно цеплялась за неё. А я держался за Снежинку, как за свой спасательный круг.

Мы уже час сидели в машине во дворе её дома. Снежинка уснула ещё по дороге сюда. Эмоции скосили её, но я не решался будить. Хотелось побыть с ней подольше, насладиться забытыми мгновениями. Но часы показывали начало двенадцатого, а мне не хотелось давать Дарье Леонидовне поводы сомневаться во мне. Я и так достаточно заслужил их пять лет назад.

— Милая, — нежно коснувшись костяшкой пальца её щеки, позвал я. Веки девушки затрепетали, но не спешили открываться. — Просыпайся.

— Не хочу, — сонно пробурчала Снежинка, вызывая во мне какую-то нереальную волну нежности, которая сносила крышу. Разве возможно так любить человека? Видимо, да.

— Твоя мама будет беспокоиться, — пытался я воззвать к голосу разума.

— Напишу, что осталась ночевать у Машки, — продолжала она с закрытыми глазами, — не хочу уходить.

Улыбнулся. Я бы и рад больше никогда не отпускать Милу от себя, но впереди тяжёлая ночь за подробным изучением всех материалов дела, что раздобыл Влад. А Снежинке завтра на работу.

— Знаю. — Притянул её к себе, касаясь губами макушки каштановых волос. — Но мне ещё руки у твоей мамы просить, и хотелось бы перед этим заслужить у неё хоть немного плюсиков в карму.

— Чтобы просить моей руки, тебе надо сначала вернуть руку другой невесте.

Мила всё же открыла глаза и хмуро смотрела перед собой. От меня не ускользнули нотки ревности в голосе. И приятно, и досадно. Ведь она права. Официально я был помолвлен с Крис. И неважно, что не по-настоящему. Для прессы и наших родителей всё было очень даже реалистично. Ещё одно дерьмо, созданное отцом, которое разгребать мне. А ещё говорят, дети не отвечают за грехи родителей. Готов поспорить.

— Давай решать проблемы по мере их поступления. Сначала разберёмся с Вишневским, — предложил я. Что было в принципе логично.

— Ты прав. Остальное подождёт, — Мила резко погрустнела.

— А знаешь, что не подождёт?

— Что?

Заключив её лицо в свои ладони, внимательно всмотрелся в глаза. Всегда поражался их необычному оттенку — янтарные. На солнце они переливались, как тот самый минерал, а в темноте светились, как у хищника. Будто она сочетала в себе свет и тьму. Жертву и охотника. И, кажется, я пал от её стрел, что она метала в меня каждым своим взглядом.

— Это. — Медленно сокращая расстояние между нашими лицами, коснулся манящих губ.

Раз.

Лёгкий, почти невесомый, дразнящий поцелуй. Трепет ресниц, мягкость кожи под шершавыми ладонями.

Два.

Сладкие губы принимают мои, слегка приоткрываясь.

Три.

Языки сплетаются. Робкая нежность сменяется яркой страстью и желанием. И уже невозможно остановиться.

В полузабытьи нащупал кнопку слева от себя, опустив пассажирское кресло в горизонтальное положение. Мила то ли выдохнула, то ли простонала мне в губы от неожиданности, чем завела сильнее. Тело к телу, теснее, ближе, поцелуи горячее. Руки блуждали в местах, о которых я мог только мечтать эти пять лет. Мила стискивала мои волосы на затылке, вжимаясь бедрами с такой силой, что я у меня сорвало все предохранители. Да и на кой чёрт они теперь нужны?

— Не смей останавливаться, — пригрозила Снежинка, и я даже не узнал её голос. Низкий, с придыханием, до безумия сексуальный.

— Придётся, — хватая воздух в перерывах между жаркими поцелуями сказал я. — Мы в машине. В твоём дворе. А окна твоей квартиры выходят на эту сторону.

Будь на месте Милы любая другая девушка, не думал бы ни секунды. Но это Снежинка. И я не мог овладеть ей вот так, по-быстрому, в машине, практически под носом у её матери. Это было неправильно.

Нечеловеческих усилий стоило оторваться от сладких припухших от поцелуев губ.

— Мы вернёмся к этому завтра и продолжим с того же самого места, — заверил я.

— Издеваешься, Бертов? — От желания янтарную радужку полностью заполнили собой тёмные зрачки.

— Разве что чуть-чуть. — Запечатлел ещё один поцелуй. Долгий, медленный, манящий. — Мне правда пора.

— Терпеть тебя не могу, — бубнила Снежинка, выпутываясь из моих объятий и возвращая нас обоих в вертикальное положение. Она быстро привела растрёпанные волосы в порядок и сурово посмотрела на меня.

— Не смей меня завтра продинамить. — И даже пальцем пригрозила, как маленькому. Самая милая картина, что я видел.

— Осторожно, а то я подумаю, что тебе от меня только одно надо.

— Идиот, я про Вишневского. Хочу знать всё, понял? — А потом добавила, — Ну и в остальном тоже, надеюсь, препятствий не возникнет.

Лицо Снежинки озарила лукавая улыбка. С ума сведёт, это точно! Но я был готов потерять самого себя ради этой девушки.

***

Крис всё ещё была у родителей, а значит, можно было спокойно сосредоточиться на работе. А её теперь было много. Не знаю, каким чудом Белов раздобыл столько сведений на Вишневских, но очевидно, у них было прикрытие не только в лице моего отца. Такой бизнес сложно просто так не заметить и закрыть глаза на все махинации.

Целая сеть, по всей стране. Игровые автоматы, казино, строительство сомнительных зданий под видом отелей. И это лишь верхушка айсберга. Если копнуть глубже… Но, увы, сейчас тягаться с такой империей мне не под силу. Но разобраться с младшеньким было как раз в моих руках.

Я прочитал протокол с места происшествия уже раз двадцать, и выцепил несколько моментов, на которых вполне возможно будет построить убедительную линию обвинения. Но без записей с видеокамер это будет вдвойне сложнее.

Машину, мажорчик, конечно же, сменил практически сразу. Можно было бы поискать, куда он её сплавил, но скорее всего, тачку либо уже разобрали на запчасти и распродали, либо перегнали в другую страну. Из протокола ясно, что пострадала лишь машина Снежина и грузовик, в который он влетел. Вишневский на своей навороченной спортивной тачке дал по тормозам через несколько метров от аварии, остановился на мгновение и спешно скрылся с места преступления. Тормозные следы, естественно, никто и не думал проверять.

В тот же вечер было известно,ктонаходился за рулём. Поэтому и дело прикрыли буквально за ночь. Удивительно, как Миле и её матери успели показать видео с камер до того, как их стёрли. Но учитывая то, в каком они обе были состоянии, при всем желании они не смогли бы ничего разглядеть и запомнить на записи, а значит, эта ниточка оборвалась в тот момент, когда улики были вероломно уничтожены.

Поиск свидетелей. Вот, чем действительно стоило заняться. Время аварии, судя по протоколу, 18:15. Достаточно оживленная улица, люди ехали с работы, и у кого-нибудь наверняка, был видеорегистратор. Из показаний очевидцев, которые всё же фигурировали в деле, было ясно, что их хорошенько обработали. Двое мужчин, которые ехали сразу за машиной Сергея Алексеевича в один голос утверждали, что водитель сам выехал на полосу встречного движения, перед этим неестественно виляя по дороге. Смущало то, что текст их показаний был идентичен один другому. Те же фразы, слова. Словно под копирку. А ведь второй ехал через машину от Снежина, и просто не мог видеть, как автомобиль начал вилять. Вот и зацепка. С этим уже можно работать.

Выписал все данные на свидетелей, на всякий случай распечатал несколько копий их показаний. Осталось лишь найти двух рандомных мужиков в многотысячном городе.

Взглянул на часы. Время близилось к двум ночи. Влад наверняка ещё дрыхнет. Голос совести, который орал, как сирена, взывал к тому, чтобы я даже и не думал звонить другу в такое время. Пришлось послушать его хотя бы раз, отложив разговор до утра.