Офелия

Я знала, что меня не примут здесь с распростертыми руками. Но все же не ожидала такой отрешенности и безразличия. Мы же когда-то были друзьями. Да, это было в детстве. Но я еще пару лет после отъезда Альберта писала ему письма своим корявым почерком, ища поддержки и понимания.

Ах да... Как я могла забыть. Ответа я так и не получила. Письма улетали в пустоту, словно я выкидывала их на ветер. Тогда мне было ужасно горько. А сейчас даже смешно.

Поэтому, наверное, такое поведение барона можно было отнести к плюсам. Он не играл роль, а показывал себя таким, какой он есть. Он сразу сказал, что ему не нужна жена. И демонстрировал свое нежелание прямо.

Надо было просто относиться к ситуации философски: я здесь всего на полгода. К холодному отношения к себе я давно привыкла, и временные перемены не способны вывести меня из равновесия.

Мы разведемся. Люди посудачат еще некоторое время, а потом все вернется к истоку. Я буду помогать Робу, помогать мертвым и жить свою тихую неприметную жизнь вдали от всех, изредка наведываясь к Джонне, чтобы продать ей свои духи.

Не жизнь, а сказка, ведь так?

‒ Кар... ‒ ворон слетел с моего плеча и приземлился на бортике кровати, взволнованно вертя головой.

‒ Да, мистер Карли, это наше временное пристанище, ‒ хмыкнула я, и подойдя к окну, настежь распахнула створки. ‒ Можешь пока полетать над домом, погонять местных птиц, разведать обстановку...

Мое предложение было встречено еще одним громогласным «кар» и мистер Карли взмахнул крыльями и выпорхнул в окно. Как раз округа светала.

Я и сама вылезла лицом наружу, зажмурилась, подставляя лицо прохладе и блаженно вдыхая влажный воздух.

Распахнув глаза, я посмотрела вперед, желая впитать в себя красоту земель Эденхолла. Но ничего толком и не увидела. Туман, подкрадываясь, словно белый кот, обволакивал землю ниже холма, превращая окружающие деревья в размытые фантомы.

Снизу его столбы поднимались, создавая призрачную картину, в которой деревья казались погруженными в молочно-белую дымку. Ближайшие объекты вырисовывались четко, но по мере удаления их очертания растворялись в тумане, оставляя лишь слабый контур.

Все равно красиво.

Позади меня щелкнула дверная ручка. Затем скрипнули петли и послышались тяжелые мужские шаги. Удивительно, но мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто именно решил меня навестить.

А мне и не хотелось оборачиваться. Не хотелось сталкиваться с ледяным взглядом, способным оцарапать своей стужей душу. Ко всему прочему, предательски заболела метка. Запястье как будто выкручивало. И в голове мелькнула мысль, что я забыла о чем-то важном.

‒ Решила сбежать? ‒ вкрадчиво спросил Альберт, закрывая за собой дверь.

‒ Со второго этажа? ‒ уточнила я, замерев и словно приклеившись к оконной раме. ‒ Если спрыгну, то вероятнее всего, сломаю себе шею. Хотя, ‒ нервный смешок сорвался с губ. ‒ Это бы решило все проблемы. Да, господин Монгомери?

‒ Я похож на того, кто желает тебе смерти? ‒ кажется, он действительно удивился. ‒Ты не могла бы обернуться и говорить со мной лицом к лицу?

Фигушки. Даже не подумаю.

‒ И если на то пошло, ‒ лениво добавил он, хотя я слышала стальные нотки в его голосе. ‒ Ты моя жена. Для тебя я Альберт.

А мне нужен был Берти. Вот тогда бы я точно обернулась.

‒ Ты вообще меня слышишь? ‒ барон начал злиться. Ну и ладно. Может быстрее сообразит, что я не рада ему так же, как и он мне. Мы по разные стороны, но чувства испытываем схожие.

Только вот мое невнимание оказалось для Альберта не таким красноречивым, как я того хотела. Напротив, за спиной послышались приближающиеся шаги, а потом мне на плечо легла рука, все так же обтянутая кожей и меня крутануло на месте. Я едва успела сжаться, чтобы не зацепить створку окна плечом.

Взгляд Альберта ударил молниеносно. Суровый. Колкий. Гневный.

‒ Не хочешь по-хорошему? Значит, решим вопрос иначе.

И прежде чем я успела отреагировать, его губы сомкнулись на моих. Его поцелуй был напористым, жестоким и... Болезненно-сладким. Я попыталась оттолкнуть его, но его хватка была нерушимой.

Он продолжал целовать меня, пока у меня не закружилась голова и не потемнело в глазах. Ноги предательски задрожали, а внизу живота разлился пульсирующий огонь.

Нет! Так быть не должно!

Собрав последние силы, я вырвалась из его объятий и отвесила ему звонкую пощечину. Потом еще одну. И еще.

Альберт же не противился. Не пытался меня остановить. Он позволял мне выместить весь гнев за поцелуй на нем.

От последней пощечины мужчина даже покачнулся и отступил на шаг. Наши взгляды вновь схлестнулись, однако я ожидала, что Альберт будет взбешен. Что меня настигнет сиюминутная кара.

Нет.

Он лишь усмехнулся, стряхнул с лица темные пряди и ровным тоном произнес:

‒ Вот теперь наш брак точно официально подтвержден. Надеюсь, метка больше не будет доставлять дискомфорта.

И, развернувшись на пятках, барон просто вышел из моей комнаты, оставив меня наедине со своим потрясением.

Дотронувшись дрожащей рукой до горящих губ, я осознала, о чем именно забыла.