Альберт

Бокальчик красного немного расслабил. Мы сидели с Морганом в уютной розовой гостиной, предавшись молчанию. После долгого дня мне нужно было время немного восстановиться, дать мыслям улечься по полочкам в голове. И осознать главное:

‒ Теперь у меня есть жена, ‒ слова сами сорвались с губ прежде, чем я успел подготовить друга к такой неожиданной новости.

‒ Что?! ‒ Морган подавился вином, и оно пошло носом прямо на его аккуратно уложенные рыжие усы.

Закатив глаза, я взял со стола тканевую салфетку и протянул другу. Руки зудели под перчатками. Но то был привычный зуд. Ежедневный. Конечно, хотелось сорвать с себя этот верхний слой кожи и дать рукам свободу. Тем более, что Морган знал о моей небольшой особенности и не стал бы делать глупостей.

Но другие жители Эденхолла, включая слуг, посвящены не были. И рисковать было глупо.

‒ Что слышал.

‒ Но... ‒ Морган непонимающе хлопал ресницами и тем самым напоминал мне птенца, выпавшего из гнезда, весь мир которого перевернулся с ног на голову. ‒ Ты же... У тебя же... Да, блин! Объясни! Ты же был на похоронах бабушки. Какая жена? Каким образом?

Вопросы так и сыпались их Моргана, как соль из солонки. Поэтому я поспешил прервать этот словопад и рассказал все как было. И про ожившую на миг Флавию, и про Офелию, и брачную метку даже показал, чтобы подтвердить сказанное. Вывалил на друга все. А затем запил тираду остатками красного. Эх, маловато...

‒ Офелия. Офелия Лав Спирит... Та самая?

Да, Морган был единственным, кто знал не только про мое проклятие, но и многим больше.

‒ Та самая, ‒ сокрушенно признался я и с шумом поставил бокал на кофейный столик.

Глаза Моргана стали похожи на блюдца. Друг выказывал весь спектр эмоций, которым, по сути, сейчас должен был фонтанировать я.

‒ Надо отдать твоей ба должное, ‒ Морган пришел в себя. ‒ Она смогла тебя с того света достать.

Я хмыкнул. Флавия всегда была такой. Эксцентричной, мыслила за рамками обыденного. Поэтому провернуть подобное действительно могла только она.

‒ Что делать будешь? ‒ задал друг логичный вопрос. ‒ Развод, я так понимаю, она не одобрила?

‒ Ее дар не позволяет нам пойти таким легким путем. Это могла бы сделать бабушка, но она уже за чертой. Окончательно.

Морган печально выдохнул:

‒ Пу-пу-пу, беда-а-а!

‒ Не беда, а катастрофа. В этом браке нет никакого смысла, понимаешь? Мне не нужна жена, потому что я все равно не смогу к ней даже... Ничего не смогу! Но это цветочки. Из всех возможных кандидаток Флавия выбрала именно Ее...

Я сжал кулаки так сильно, что мои ногти вонзились в ладони. Злость кипела во мне, подобно раскаленной лаве.

Почему Флавия сделала это со мной? Почему она обрекла меня на этот несчастный брак?

Я чувствовал себя загнанным в угол, пойманным в ловушку. Я не мог развестись с Офелией, не мог прикоснуться к ней и не мог полюбить ее. Потому что...

Вдруг я замер, почувствовав острую боль в руке. Она пронзила меня насквозь, заставив сжать зубы до хруста. Я посмотрел на место, где находилась брачная метка. Боль была такой сильной, что я едва сдержал крик. Это было напоминание о связи, которую я не мог разорвать, о цепи, которая теперь держала меня в плену.

‒ Что такое? ‒ Морган сразу заметил перемену в моем поведении.

‒ Метка...

‒ Дает о себе знать? Но... ох, бездна... Вы же так и не скрепили союз?

Я мотнул головой так резко, что шея отозвалась моментальной болью.

‒ Но ты ведь понимаешь, что раз узы нельзя разорвать, то тебе придется скрепить союз.

Я понимал. Прекрасно понимал, что придется пойти на жертву, так как иного выхода не было.

‒ Да, ‒ сквозь зубы процедил я. ‒ Понимаю.

Встав из кресла, я уверенным шагом направился к арке, а оттуда в холл.

‒ Ты куда? ‒ Морган кинулся следом.

‒ За своей женой, ‒ ответил, не оборачиваясь, одновременно накидывая на плечи плащ и подзывая дворецкого. ‒ Веланд, оповестите лакеев, что мне нужен экипаж, пожалуйста.

Отдав распоряжение, я вышел на крыльцо и устремил взгляд на луну. Прохладный влажный воздух ударил в лицо вместе с первыми каплями дождя, окончательно закрепляя мое решение.

Морган присоединился ко мне через минуту.

‒ Ты уверен? Берт, сейчас ночь... И в тебе говорит алкоголь.

Плевать.

‒ Союз действительно придется скрепить. Но если так, то моя жена должна жить со мной. И какая разница, сейчас я за ней поеду или утром. Сути это не изменит.

По лицу друга я видел, что он со мной не согласен. Но Морган знал, что нет смысла меня переубеждать, если я уже на что-то решился.