Мы сели на центральной площади у местного дворца. Шаттл опустился мягко, почти беззвучно, а когда трап опустился, в лицо сразу ударил немного сухой и прохладный воздух.

Вокруг, как и полагается таким местам, всё сияло чистотой и роскошью. Но не белой, как у того же Авадия, где всё старается подчеркнуть свет, высоту и величие. Здесь роскошь была другой.

Дворец впереди возвышался громадой из полированного чёрного камня с прожилками фиолетового, синего и красноватого кристалла. Эти прожилки проходили по стенам, колоннам, уступам и высоким аркам, словно внутри самого строения текла замершая разноцветная энергия.

Украшений тоже хватало, но даже они здесь выглядели не вычурно, а скорее… Монументально. Всё намекало на силу, скрытую внутри Ордена.

Но было здесь и ещё одно сияние, невидимое простому глазу. Множество охранных контуров.

Я ощутил их почти сразу. Тонкие переплетения энергии, уходящие под землю, скользящие по стенам, поднимающиеся вверх арками над проходами, сплетающиеся в купола, сигнальные линии и защитные узлы.

Нет, я прекрасно понимаю, зачем накладывают на дворцы подобные вещи. Это очевидно. Но здесь контуров слишком неприличное количество.

А значит, либо мне хотят показать какую-то из тайн Ордена, либо я ошибаюсь и теперь это просто норма для данных мест.

Кругом также было очень много охраны. Молчаливых и внимательных бойцов. Они не показывали своего внимания, но сразу было ясно, что в случае чего — эти ринутся в бой не раздумывая.

Так как приглашение выписали только на меня и на Клариссу, всем остальным пришлось остаться во дворце. Слуги, вышедшие навстречу, с безупречной вежливостью увели учеников, Яну и Ольгу в другие помещения. Я проводил их взглядом, затем двинулся вперёд вслед за Клариссой.

Мы проследовали дальше по светлому коридору. Снаружи весь дворец казался тёмным и почти мрачным, а внутри, наоборот, всё было выдержано в холодном серебристо-белом свете. Высокие стены, гладкий пол, без единой пылинки. Всё чисто и строго.

Пока шли, нас несколько раз уводили в стороны. Сперва вправо, потом влево, затем снова вправо, после опять влево, влево и ещё раз влево. Я отмечал маршрут машинально. Кларисса же шла спокойно и уверенно, даже не оглядываясь.

В итоге мы оказались возле закрытой огромной каменной двери. Её тут же начали открывать при помощи печатей.

Сама дверь была монолитной, тёмно-серой, с вкраплениями металла и тонкими энергетическими бороздами. Рядом стояли двое сильных практиков, ещё четверо удерживали построение чуть дальше. Когда печати начали вспыхивать одна за другой, по двери прошёл тяжёлый, низкий гул. Энергия начала сдвигать внутренние замки, и я ощутил, что их там далеко не один слой.

За дверью вниз вёл довольно-таки длинный спуск.

Я покосился на Клариссу. Она лишь едва заметно улыбнулась, даже не повернув головы полностью. Эта её улыбка сразу показала, что меры предосторожности здесь не зря. И, видимо, я всё-таки не ошибся в своих суждениях.

По длинной лестнице мы спускались довольно долго и в итоге оказались в ещё одном коридоре. Просторном и светлом. Тут тоже стояла стража, а в конце виднелась ещё одна дверь. Такая же каменная и запечатанная множеством печатей.

Кларисса до последнего скрывала интригу, явно подогревая ситуацию. И вот, когда мы уже оказались рядом, дверь начали открывать сразу несколько довольно сильных практиков. Их энергии сплелись в единый контур двойной печати на двери, красной и синей, и только после этого камень медленно, с гулом, разошёлся в стороны.

Тогда-то я и увидел то, что скрывала вся эта защита.

В центре огромной куполообразной комнаты стоял довольно-таки громадный портал.

Высотой он был где-то три этажа стандартного дома, не меньше. Чёрная основа, массивные дуги, встроенные в стены усилители. Я посмотрел на портал, затем перевёл взгляд на Клариссу, и в голову сразу пришли два варианта.

Либо это какая-то новая разработка. Либо мир за то время, пока меня не было, окончательно начал скатываться в каменный век.

Потому что, насколько я помню историю портальных систем, раньше громадные порталы делали только потому, что не могли сделать их меньше без потери стабильности. Потом технологии шагнули вперёд. Конструкции уменьшились и потери сократились. А теперь я снова смотрел на исполинскую арку, пожирающую энергию из-за одних только размеров.

— Помнишь, я рассказывала тебе, что порталы становятся нестабильными? — заговорила Кларисса, проходя вперёд.

Я последовал за ней молча, не сводя глаз с конструкции.

— Так вот, — продолжила она, — инженеры разных Орденов и империй пытаются понять, с чем это связано. И Орден Хранительниц не исключение. То, что ты видишь, — она чуть повела рукой, указывая на портал, — новый тип портала, созданный для того, чтобы перемещать на большие расстояния.

— С большей затратой энергии, — задумчиво произнёс я, мысленно просчитывая, сколько же жрёт в рабочем режиме такой портал.

— Всё так, — кивнула Кларисса. — Но иначе пока ничего не поделаешь. Это лишь один из прототипов, который, тем не менее, работает. Главное, что перемещает на дальние расстояния.

Я продолжал смотреть на портал, понимая, что мир действительно начал деградировать. Такие конструкции потребляют чудовищное количество энергии. И если кому-то кажется, что за счёт размера они получают большую пропускную способность без серьёзных последствий, то нет.

Чем больше портал, тем больше предмет через него можно протащить — это правда. Но и тем кратно выше цена. Именно поэтому космические корабли до сих пор и не научились летать напрямую через порталы. Не потому, что никому в голову не пришло, а потому что просто нет ресурсов энергии, способных удержать такую схему стабильно.

— Пойдём, — произнесла Кларисса. — Если нас уже ждут, значит, нужно поторопиться. Всё же это довольно-таки и в наших интересах тоже.

На это я ничего не ответил. Просто шагнул в портал, так как Клариссе я доверяю на все сто процентов.

Миг перехода оказался неприятным. Не болезненным, но немного давящим. И вот, мы уже оказались в таком же огромном зале.

Только охраны здесь было гораздо больше. Она стояла в доспехах и в артефактной броне.

Дальше Кларисса вновь повела меня к двери, а затем по прямому довольно-таки высокому и длинному тёмному коридору.

В итоге в конце перед нами открыли ещё одну громадную дверь. За ней уже показалось что-то наподобие зала совещаний.

Огромный, круглый, без каких-либо колонн, слегка серого цвета, но с гербами и геральдикой Ордена по стенам. Всё было выдержано в одной манере: сухая мощь, дисциплина и ощущение, что здесь решаются вопросы не отдельных людей, а целых миров.

В центре находилась круглая площадка на небольшом возвышении. От неё пол резко уходил вниз, чуть в сторону, а затем снова поднимался вверх широкими ступенями. На самом же верху, у стен, возвышаясь над центральной площадкой метра на три, стояло тринадцать тронов.

Центральный, находящийся ещё на полметра выше остальных, был золотым. Все прочие — чёрными, но также с золотой отделкой.

Я шёл абсолютно спокойно, не боясь подставы от Ордена. Да и моя уверенность подкреплялась ещё и тремя фактами. Во-первых, Кларисса. Если будет нужно, она сможет так или иначе защитить меня и вытащить отсюда. Она — не просто фигура, у неё есть свой личный боевой флот и много приближённых, которые в случае чего устроют ту ещё кузькину благодарность, если Орден не сдержит слово.

Во-вторых, Ордену незачем меня убивать. Иначе это было бы сделано уже давно.

Ну и в-третьих, и самом главном, — политика. Да, самая что ни есть, обычная политика.

Мир трещит по швам, в прямом смысле этого слова. И разрушает его именно Сарнойл. Пока он напрямую не угрожает Ордену, но кто знает, чем всё закончится в итоге.

Возможно, однажды дойдёт и до этого места. И вот тут в игру и вступает мой фактор. Ордену не нужна война с Империей, но и против того, чтобы Империя воевала сама с собой, он, разумеется, не будет. Поэтому им невыгодно убивать меня. Наоборот. Они хотят, чтобы у Сарнойла появился свой собственный враг.

Но не просто враг, а ещё и тот, с кем можно договориться о будущем.

Не знаю, делают ли они ставки на то, что я впоследствии стану Императором или нет, но пока у меня нет ничего, кроме имени, прошлого и возможностей — у меня, как бы абсурдно это не звучало, можно попросить многое. У того же Сарнойла — уже нет.

Потому что он слишком высоко. Там идут не просьбы, а жёсткие договорённости, которые ни Орден, ни Империя уже не могут легко поменять.

Я же после четырёхсот лет отсутствия вновь стал для них фигурой молодой. Не по возрасту, а по политическому весу. И потому довольно удобный в этом плане.

Когда мы с Клариссой вошли в помещение и остановились в самом центре, двери позади с тяжёлым гулом закрылись. С потолка, едва освещая помещение, полился мягкий свет. Пару секунд спустя справа, над одним из кресел, зажглась небольшая светло-синяя точка пламени.

Она мерцала, разгоралась, и спустя пару мгновений, став резко больше и ярче, в конечном итоге вспыхнула и приняла не ясный и расплывчатый, светло-синий дрожащий образ сидящий на троне. Так, словно его видит плохо видящий человек на приличном расстоянии.

Такие огоньки, разного цвета энергии, вспыхивали один за другим на разных креслах. В итоге их зажглось восемь. Мужские и женские. Понять, кто это, простому наблюдателю было бы почти невозможно, если бы не одно «но».

Я помню практически каждую из этих энергий. Но здесь появились две новые неизвестные мне.

Когда, кажется, наконец все собрались, образы явно посмотрели сперва на меня, потом на Клариссу. Но она, скрестив руки на груди, спокойно обвела их взглядом, тем самым показывая, что не собирается занимать своё место, пока я нахожусь здесь в роли того, кого будут выслушивать.

Вряд ли им это понравилось, но в то же время они молча кивнули, понимая, что девушка не отступится.

Я всё это время тоже молча и спокойно смотрел на них. Хоть никаких, кроме холодных и отчасти негативных чувств к каждому из них не питаю, но всё же я здесь гость, и глупо будет первым лезть в петлю переговоров. Пусть сперва покажут, к чему вообще стоит готовиться.

Первым раздался слегка старческий, умудрённый возрастом и опытом голос.

— Давно не виделись, Вайторл… Больше четырехстах лет прошло.

В этом голосе не чувствовалось неприязни. Скорее констатация факта и даже некоторая доля радости.

Я не успел ничего ответить, как тут же заговорил другой голос. Мужской, саркастичный. И сразу понятно, что настроенный ко мне, мягко говоря, недружелюбно.

— Лучше бы ещё четыреста прошло, лишь бы не видеть его рожу.

Я перевёл на говорящего взгляд, разглядывая силуэт. Он, судя по всему, тоже смотрел на меня. Полностью этого не поймёшь, потому что лица не видно и образ нечёткий, расплывчатый.

— Ты думаешь, я тебя не узнал? — спросил я спокойным, чуть задумчивым голосом. — Что, после того поражения всё так же боишься меня, раз не хочешь видеть здесь? Напоминаю тебе о старых ранах?

Противник, судя по всему, оскалился, и тут же чуть подался вперёд.

— О неееет, Вайторл, — протянул он, — ты даже не представляешь, как я ждал, когда же ты выйдешь! Но мои ожидания — это одно, они могут и потерпеть. А вот угроза всему миру — совсем другое.

— Надо же, — я задумчиво покивал. — Угроза всему миру. А ты ведь совсем не изменился, Тантарл. Всё так же оправдываешь собственную слабость внешними проблемами.

Он не успел ничего ответить, как вдруг заговорил женский голос.

— Довольно-таки дерзко для человека, за спиной у которого ничего не осталось.

И вновь я не успел ответить, так как в разговор вклинилась Кларисса.

— Сайка, — произнесла она, глядя на образ. — За спиной человека перед тобой истории столько, что хватит не на одну жизнь. Поэтому будь добра, прикрой ротик и молчи, пока взрослые разговаривают.

На удивление, неизвестная энергия едва заметно кивнула и сразу же замолчала.

Похоже, что я недооценил Клариссу. За эти четыре столетия она не сидела на месте, раз может вот так спокойно взять и заткнуть другого верховного члена Ордена, заставив его замолчать без дальнейших споров.

Кларисса же между тем медленно провела взглядом по всем остальным.

— Но ведь она права, — заговорил другой мужской образ. — Что осталось у Вайторла, если за него вынуждена вступаться ты?

Всё как всегда. Самые что ни на есть обычные шакалы.

В политике всегда так. Более сильная сторона хочет задавить «слабую», чтобы та работала на её условиях, а не как равный партнёр. Вот и сейчас происходило ровно то же самое. Чувствуя за собой силу, они пытаются выиграть побольше пунктов для себя, чтобы потом продавить меня на нужные им решения. Это ещё если не учитывать, что большинство из них меня просто ненавидит.

Глядя на говорившего, я спокойно ответил:

— Как минимум, у меня осталось при мне моё достоинство. Что не скажешь о тебе, Шороу.

В этот момент сидящие в зале девушки едва заметно, пытаясь скрыть реакцию, всё-таки усмехнулись. Различил я это с трудом, но различил. А затем продолжил, не сбавляя тон:

— Или, может, мне тебе напомнить, что было во времена битвы за Яндру?

Сказав это, обвёл взглядом весь зал.

— Может, уже прекратим страдать ерундой и перейдём к чему-то действительно важному? Или Орден за то время, пока меня не было, настолько сильно погряз в политике, что уже каждый его член является лишь жалким политиканом, а не практиком, раз вы не говорите прямо? Тогда я понимаю, почему вы решились на эту встречу. Ведь если верхушка слаба и способна лишь молоть языками, то что останется от остального Ордена во время возможной войны?

Я говорил спокойно, совсем не опасаясь выражаться.

Потому что передо мной сидели хоть и сильные и влиятельные практики, чья сила довольно невероятна, но всё равно черти.

Если с такими расслабишься, они просто сожрут. В космосе для неизвестного никто ничего не делает. Здесь решает имя, вес, история, и то, насколько далеко это имя расходится. Именно поэтому мне сейчас приходится говорить не как Сергей Вяземский с планеты Земля, а как Асшель Вайторл. Тот, чьё имя всё ещё что-то да значит в этом мире.

На мои слова не последовало никакой жёсткой агрессии. Некоторые образы лишь усмехнулись и переглянулись между собой. Всё это и правда было просто политикой. Они попытались прощупать почву. В общем и целом можно сказать, что это встреча старых «приятелей».

— Вот теперь я точно не сомневаюсь, что перед нами именно ты, — заговорил другой, женский, уже довольно-таки старческий голос. Что же, — добавила она после короткой паузы, — раз ты действительно хочешь говорить о чём-то важном, то, пожалуй, начнём с самого главного.

Образ сел ровно, а остальные наоборот расслабились, откинувшись назад. Кто-то даже перекинул ногу на ногу и сцепил пальцы на руках, словно я не смогу отказаться от предложения, которое мне сейчас поступит.

— Вайторл, присягни на верность Ордену, и мы поможем тебе отвоевать трон у Сарнойла.