Машина шла через Тайгу мягко, будто ей было все равно, что дороги под колесами не было уже километров десять. Поначалу колея кое-где читалась — там, где проезжали наши же грузовики с припасами до Подковы — но потом окончательно затерялась среди деревьев, и дальше Аскольд ехал уже почти наугад, кое-как ориентируясь по раннему солнцу.

Может, поэтому он и смотрел на дорогу так внимательно — строго перед собой, обе руки на руле. Парню явно пришлась не по душе сама мысль, что я через пару часов выйду из машины и отправлюсь Матерь знает куда в Тайгу с одной-единственной спутницей — у которой на поясе нож, на коленях доисторическая фузея, способная одним выстрелом свалить здоровенную сосну, а за спиной — темная история.

Галка десятки раз ходила в разведку, пробираясь туда, куда не могли проникнуть даже самые опытные гридни, бок о бок с моими людьми сражалась и за Елизаветино, и у Орешка, обороняя город от полчища мертвых тварей. Однако многие еще помнили, кто она, откуда пришла и при каких обстоятельствах дала мне клятву верности.

Аскольд точно не забыл — поэтому и смотрел на нее в зеркало заднего вида так, будто нисколько не расстроился бы, вздумай она уйти в Тайгу в одиночку и больше никогда не вернуться.

Жихарь держался иначе. Сидел справа, полуобернувшись, одной рукой придерживал ружье между колен, а другой то и дело потирал подбородок. И бодрился. Ему по службе полагалось верить в решения князя безоговорочно, и он верил — но то и дело протяжно вздыхал и кряхтел, будто вдруг решил догнать по возрасту Боровика.

Оба поглядывали — и на Галку, и на лес за стеклом. Будто ждали, что сейчас из-за ближайшей ели появится засада — лесные бродяги Ефима верхом на огнедышащих ящерах — и наше путешествие бесславно завершится, толком не начавшись.

— Что говорить — помните? — негромко поинтересовался я. Не потому, что сомневался — просто хоть немного разбавить мрачную тишину в салоне. — Князь отбыл на Подкову по срочному делу. Вернется через две недели… Ну, или через три.

Официальная версия наверняка звучала не слишком-то убедительно, однако ничего лучше я так и не придумал. И пусть некоторые — вроде дяди или Орлова — скорее сделали вид, чем поверили, я в любом случае намеревался завершить свое маленькое путешествие прежде, чем люди в Гром-камне или крепости начнут задавать вопросы.

Так что сидел спокойно — в отличие от Аскольда с Жихарем. Будь впереди настоящая опасность, я бы уже почувствовал — наверняка, не гадая. Страж внутри меня давно перестал разговаривать намеками: чутье или молчало, или орало в голос, когда приходилось действовать.

И сейчас оно не то чтобы спало, скорее ворочалось — как зверь, которому неудобно лежать на боку, но и вставать пока незачем. Где-то в не самом далеком будущем маячили приключения, без которых любой нормальный человек предпочел бы обойтись — но я жил с этим ощущением с тех самых пор, как впервые приехал на Пограничье.

И уже давно успел привыкнуть.

Галка сидела рядом, чуть наискось, закинув ногу на ногу, и смотрела в окно. Не напряженно — внимательно. Выискивала взглядом знакомые места, сравнивая с теми, что хранила память, и отмечая, где за зиму лес завалило буреломом, где вымерзла поросль, а где, наоборот — полезло что-то новое.

Ее Тайга. Галка тут полноправная хозяйка, а Аскольд с Жихарем — пусть и не впервые за Невой — все-таки гости.

Еще вчера вечером она наконец проговорилась. То ли не хотела, чтобы я допытывался, в чем дело, то ли оттого, что тут на самом деле не было никакого секрета. Дед — загадочный предводитель таежных бродяг, которого вольники называли Черным Ефимом — звал домой не только свою внучку.

Он ждал и меня — чужака, бывшего врага. Это вполне могло показалось ловушкой… Но наверняка ею не было. Надо отдать должное, Ефим ни разу не обманывал. Честно заплатил за своих головорезов, предупредил о нашествии упырей — и тем самым, можно сказать, спас и Орешек, и все Пограничье. А теперь, видимо, решил спросить за должок.

Хоть на этот раз и постеснялся явиться лично.

— Вон там спуск, — Жихарь чуть подался вперед, вглядываясь в полумрак между деревьями, — а за ним ручей. Дальше только пешком, ваше сиятельство.

Аскольд молча притормозил, объехал выступившую из мха здоровенную каменюку и заглушил мотор. Двигатель щелкнул, остывая, и на машину со всех сторон хлынула тишина. Настоящая, плотная — такая бывает только в глухом лесу, куда не добираются ни тропы, ни река, ни ветер с открытых мест.

До Подковы отсюда оставалось километров двадцать на северо-восток. Плевое расстояние для крепкой машины — даже по бездорожью.

И куда более внушительное — если идти пешком, да еще и с грузом за плечами. Аскольд и Жихарь забирались в Тайгу и подальше, но всегда отрядом: с грузовиками, палатками, инструментом, сменной одеждой и провизией на две-три недели. А уйти в неведомые земли вдвоем, с рюкзаком и молотом за спиной — это, по их меркам, наверняка было форменным безумием.

Зато Галка явно чувствовала себя лучше некуда. Первая выбралась из машины, расправила плечи, закинула голову, вдохнула полной грудью. Блаженно прикрыла глаза — будто вернулась домой после долгой разлуки. И перспектива прошагать со мной несколько десятков километров ее явно нисколько не смущала.

Может, именно потому, что нас было всего двое. Большой отряд с техникой слишком заметен в Тайге, и наверняка привлечет всех и вся — от заплутавших вольников и мелкого зверья до крупных и могучих тварей вроде бесов с херувимами. А пара человек пройдет легко, без лишнего шума и не оставляя следов.

Особенно когда один из них большую часть своей жизни здесь, далеко за Невой.

Мы тоже вылезли наружу. Жихарь с кряхтением, Аскольд — молча. Я обошел машину, открыл заднюю дверь и, забросив за спину рюкзак, принялся поправлять лямки. Вес для меня был не такой уж основательный, однако пренебрегать мелочами все равно не стоило — никогда не узнаешь наперед, сколько предстоит пройти — и не придется ли заодно и пробежаться с тремя десятками килограмм за плечами.

И это не считая молота.

— Будьте здесь ровно через десять дней. — Я взялся за рукоять и просунул ладонь в кожаную петлю. — Если нас не будет — ждите еще сутки.

— А если не вернетесь? — негромко спросил Аскольд.

Хмурился он так, что между бровей залегла складка — как у отца, в те редкие моменты, когда старик Горчаков бывал чем-то всерьез недоволен. И смотрел парень не на меня, а за плечо — туда, где стояла Галка.

Аскольд молчал, однако его взгляд был красноречивее тысячи слов. И будто хотел сказать: если ты, девчонка, хотя бы подумаешь, чтобы навредить моему князю, я найду тебя даже на дне Котлина озера и спущу шкуру — заживо.

Галка наверняка не воспринимала всерьез угрозу в глазах шестнадцатилетнего мальчишки, однако я почему-то не сомневался: если придется — найдет.

И спустит.

— Вернусь. — Я закинул Крушителя на плечо. — Не обсуждается.

Аскольд не стал спорить. Но выражение его лица не изменилось ничуть. Разговор вышел не из приятных, и тянуть с прощанием я не стал. Хлопнул парня по плечу, кивнул Жихарю и, развернувшись, зашагал следом за Галкой — она уже успела отойти вдоль ручья и сейчас стояла у поваленной сосны, ожидая.

Рослая, стройная, с черными волосами, убранными в хвост на затылке, и фузеей за плечом. В своем оборванном плаще, наполовину состоящем из мха, хвои и крохотных веточек, Галка почти сливалась с Тайгой, становясь ее частью — будто только что вышла из чащи, а не приехала с нами на машине.

Деревья сомкнулись за спиной быстрее, чем я ожидал. Мы прошли всего-то шагов тридцать — а внедорожник уже исчез за деревьями. Звук мотора сюда тоже не доносился — похоже, Аскольд не торопился и зачем-то ждал, пока Тайга проглотит меня окончательно.

И она проглотила — и звук, и движение, и нас с Галкой. Я даже невольно прибавил шаг — настолько вдруг стало неуютно. Не страшно, именно неуютно — как бывает, когда закрываешь за собой дверь, у которой с этой стороны нет даже намека на ручку.

Я шел, стараясь не хрустеть ветками, однако ботинки все равно то и дело уходили в жижу, и шаг получался тяжелый — сказывался и вес рюкзака, и молот на плече.

— И надо было тебе тащить эту громадину?

Галка вдруг оказалась справа — внезапно, как всегда. Только что шла впереди, а теперь поравнялась и легонько коснулась рукояти Крушителя.

— Весит, поди, как четыре моих фузеи. Да еще рюкзак. Ты и половины пути не пройдешь.

— Пройду. — Я усмехнулся. — Теперь — пройду.

Тело будто вообще забыло, что такое усталость. И дело даже не в мышцах — хотя и их тоже прибавилось. Высший аспект не мог добавить легкости моим шагам, зато охотно подсказывал, куда ставить ногу. Где под мхом камень, а где пустота, какой корень выдержит, а какой скользит. Я шел за Галкой с грузом чуть ли не вчетверо тяжелее — и уже не отставал, как раньше.

— Ну да, — согласилась она. — Все время забываю, что у тебя силищи — как у грузовика.

— Чуть поменьше. Иначе я непременно прихватил бы с собой еще чего-нибудь полезного. Идти нам долго.

— Может, и нет. — Галка слегка прищурилась, глядя куда-то вперед. — Сейчас.

Она остановилась так резко, что я едва не ткнулся в нее плечом. Склонила голову, прислушалась — то ли Даром, то ли просто ухом — и двинулась к корявой ели, растущей в низине. Потом присела у узловатых корней, вынула нож и принялась осторожно копать.

— И что там у тебя? — спросил я через плечо, опустив Крушителя навершием рукояти в землю. — Зачарованные пули?

— Сейчас увидишь.

Изогнутое лезвие из кресбулата вошло в мох без усилия, приподняло пласт — и под ним, в неглубокой ямке между корней, обнаружился сверток. Темная промасленная тряпка и поверх — кусок бересты.

Загадочное сокровище не сгнило. И даже не обзавелось пятнами плесени, хотя лежало здесь явно не первый месяц. И стоило Галке взять сверток в руки, как я почуял магию — защитные чары. Может, и не слишком могучие, но все же способные и отпугнуть любопытное зверье, и уберечь содержимое от сердитой и жадной таежной земли, которая за неделю-другую превращала железо и сталь в ржавую труху.

Галка развернула тряпку на коленях. Внутри оказались какие-то мешочки, пучки сушеной травы, перевязанные ниткой, деревянная коробочка и амулет на кожаном шнурке — чей-то острый зуб длиной примерно с мизинец.

Не слишком привлекательный на вид — но именно от него ощутимее всего шло магическое тепло.

— Откуда ты его выдрала? — усмехнулся я. — Что это вообще такое? И зачем?..

— Тихо. — Галка вытянула шнурок, оставив остальное в тряпке, легонько потерла зуб пальцами, потом поднесла к губам и что-то прошептала. — Чары не дают уйти далеко. Они должны быть где-то рядом.

— Кто — они?

Ответить Галка не успела.

Где-то справа в лесу что-то хрустнуло. Громко, так, что эхо разошлось в стороны, и ему тут же ответил такой же звук слева. Потом ветки затрещали сразу в двух местах, и я на всякий случай отступил на шаг, снимая с плеча молот. Галка сунула амулет за пазуху, поднялась и тихонько свистнула.

Тяжелые шаги тут же ускорились, ветки расступились, и прямо на нас из-за елей вышли две огромные тени.

Ящеры — вроде тех, что были с Галкой, когда я осенью гонялся за ней по лесу. Может, даже они самые, только… крупнее. Раза в полтора, если не в два. Выше в холке, шире в боках и заметно тяжелее. Твари еще не успели вымахать до размеров той, что я уложил за Невой у Орешка, но явно к этому стремились И росли не только их туши: у обеих чешуя на груди подсвечивалась изнутри розово-красным, будто в брюхе тлели раскаленные угли.

Аспект набирал силу.

— Ой, — пробормотала Галка, отступая назад. — В прошлый раз они были…

— Чуть поменьше? — усмехнулся я.

Галка сама явно не ожидала, что ручные и покорные ящеры, на которых она ездила всего несколько месяцев назад, превратятся в такие махины. Не знаю, чем они тут кормились — но вымахали размером с грузовик.

А старший, пожалуй, и покрупнее.

Он был заметно выше товарища, с темной, почти черной шкурой чешуей и костистым гребнем — не только на голове, но уже и чуть ли не во всю спину. И к тому же явно отличался еще и характером. Если ящер слева явно узнал Галку и разглядывал нас скорее с любопытством, то этот или не желал больше слушаться чар амулета, или вовсе нацелился как следует подкрепиться двуногими, которые имели глупость забрести в его владения.

Пасть у него начала приоткрываться, и в глотке заклокотало — мощно, неторопливо, будто закипал огромный котел. Пламя под чешуей на груди разгорелось ярче — уже не розовое, а желто-оранжевое, переходящее в белое к самому центру. Огонь собирался не в пасти, а где-то под сердцем — и медленно шел наверх.

— Осторожно! — Галка схватила меня за локоть. — Он сейчас…

— Нет, — сказал я. — Не посмеет.

Я осторожно переложил Крушителя в левую руку. Правая осталась свободной, и я вытянул ее вперед — ладонью вниз, пальцы чуть расслаблены. Первородное пламя проснулось в Основе и медленно, размеренно пошло вширь. Не било, не собиралось нападать — просто занимало место. Напоминало, что оно здесь — и что оно старше любой искорки аспекта, которая горит в Тайге.

Ящер почувствовал сразу. Его голова чуть дернулась, пасть еще приоткрылась, а огонь в груди полыхнул ярче — тварь действительно хотела ударить. Аспект поднимался, огрызался, рвался из глотки — еще минуту назад он был самым большим Огнем в этом лесу.

А теперь — нет.

Я шагнул вперед. Встретил полыхающий желтый взгляд своим, и ящер захрипел. Огонь, который собирался в его груди, не пошел наружу — застрял, закипел под чешуей, а потом осел обратно, как будто тварь подавилась собственным пламенем, и не могла ни выплюнуть его, ни проглотить.

Пасть закрылась. Зубы с тихим щелчком сошлись, и из ноздрей вырвались две тоненькие струйки дыма. Горячие — но уже не опасные. Я видел, как под чешуей под челюстью перекатывается жар, но аспект понемногу угасал, больше не желая сопротивляться старшей магии. Ящер мотнул головой — коротко, резко, будто отгонял назойливое насекомое.

И склонил передо мной шею.

— Уф-ф-ф, — Галка едва слышно выдохнула. — Это было… горячо.

— Не благодари.

Я опустил руку. Первородное пламя внутри Основы свернулось обратно, и один из ящеров — поменьше — сам подошел к Галке и ткнулся мордой ей в плечо. Фыркнул — жарко, беззлобно, почти как лошадь — и изо рта у него вылетел клуб дыма вперемешку с искрами.

Галка рассмеялась и положила ладонь ему на морду, между ноздрями. Ящер прикрыл глаза.

— Седла в схроне, — сказала она. — Под тряпками. Я думала, хватит — они ж были помельче. А теперь я даже не знаю, застегнется или нет…

Застегнулось. Сбрую для змиуланов — так огнедыщих ящеров называли у Галки дома — явно делали с запасом, нам разве что пришлось проковырять новые отверстия в кожаных ремнях и где-то с полчаса повозиться, прикручивая к седлам рюкзаки, чтобы они не мешали ни нам, ни тварям.

— На большом поедешь сам. — Галка легко, одним движением взлетела на спину ящера поменьше. — Только смотри, чтобы ногу не откусил — а то он может.

— Не сомневаюсь. — Я чуть подтянул ремень на пышущем жаром боку. — Так… стой ровно, зверюга.

Я забрался на горячую спину — и едва не съехал набок. Тот, кем я был раньше, неплохо управлялся с самой разной техникой, однако с верховой ездой у Стража Тарона закономерно не сложилось — не так уж просто найти тварь под стать, когда твое тело почти срослось со штурмовой броней весом чуть ли не полтонны.

— Держись крепче, князь, — рассмеялась Галка, легонько стукнув своего ящера пятками по бокам.

Для первого раза вышло неплохо: где-то через полсотни метров я, наконец, сумел устроиться в седле так, чтобы меня не подбрасывало при каждом шаге. Под лапами яшера что-то похрустывало, могучая грудь раздвигала ветки, а голова на длинной шее двигалась впереди, покачиваясь из стороны в сторону. Огромное тело твари покорно направлялось туда, куда я велел.

Пока — покорно.

Галка ехала слева, чуть впереди. Ее ящер шел сам, и поводья она просто держала в одной руке, а другой отводила от лица ветки. Примерно с километр мы ехали молча — то ли по привычке вслушивались в далекие звуки Тайги, то ли ли просто привыкали к новому транспорту. Она заново, я — и вовсе впервые.

Но потом ящер Галки чуть замедлил шаг, а сама она повернула голову. И взглянула искоса — осторожно, поверх плеча. Виновато, но одновременно с едва заметной озорной улыбкой — так обычно смотрела на меня Катя, когда делала что-то нехорошее, но все же не настолько, чтобы всерьез опасаться гнева сурового старшего брата.

— Знаешь, князь, мне нужно кое в чем признаться, — тихо проговорила она, — Вообще-то я тебя обманула.