В пещеру вошёл ван Клиф и, не постеснявшись отвлечь меня от очередного круга разглядывания схем на бумажке, сообщил, что припёршиеся сюда Охотники мало того что умудрились собрать едва ли не половину всех гоблинских ловушек в Подземелье, так ещё и бросили одного из своих. Не то чтобы это была такая уж редкая практика среди Охотников, но и частой её, даже по опыту моего нового друга Сон Джин-Ву, не назовёшь. То есть даже с таким бедовым парнем дерьмо хоть время от времени и случалось, но не так, чтобы ожидать этого как чего-то естественного.

И вот я встал перед дилеммой: можно было забить на неудачника и продолжить заниматься своими делами, но просто брать и оставлять человека на поживу Подземелью? Как-то это… Нет, если бы стоял вопрос «я или он», то это не было бы даже вопросом, но сейчас, когда мне, по сути, спасение бедолаги ничего не будет стоить, особенно если чуть замаскироваться, то почему бы и нет? Да и прогуляться и слегка проветрить мозги не помешает, а то я как-то уже реально увлёкся, так можно и убийство босса пропустить с закрытием Врат…

Короче, приняв решение, я начал двигаться в сторону пострадавшего, попутно прикидывая, что и как делать. По докладу всё того же незаменимого ван Клифа (и перевода от ещё более незаменимой Кристен), группа Охотников оказалась на редкость бестолковой. Мало того, что о командной работе никто из них ничего толком не слышал, так они даже лидера не выбрали. Да, оказывается, вариант, где путём общего голосования избрали рейд-лидером моего наставника по фехтованию, ещё был очень даже ничего так! В итоге результат оказался немного предсказуем: идиотам вломили. Да-да, их запинала толпа гоблинов. Ну как «запинала», соображалки понять, что ещё немного — и будут трупы, у этих деятелей хватило, а потому они всё-таки развернулись и дали стрекача. Вот во время отступления-то один из незадачливых Охотников то ли попал в ловушку, то ли просто неудачно навернулся, но результат один — группа убежала дальше, заодно увлекая погоню за собой, а жертва обстоятельств осталась в Подземелье в гордом одиночестве. И возвращение гоблинов было лишь вопросом времени. Так себе ситуация, но вернёмся к плану моих действий. Проще всего было сделать «тюк» по затылку неудачника, высадить его за Вратами и сделать всем ручкой. В идеале — никому не попадаясь на глаза.

Хороший план, вот только реальность и здесь решила подкинуть мне проблем. В том смысле, что когда я дошёл до места, где должен был находиться пострадавший, то обнаружил там… девочку. На вид — лет пятнадцать, причём это ещё с натяжкой. По мане — Е-ранг, причём немногим сильнее, чем местные гоблины. Одета в мешковатую зелёную толстовку с бежевыми рукавами, розовую юбку, длинные чёрные гольфы и красные туфли на толстой платформе. Сама потрёпанная, без оружия, в глазах страх и паника… Эх, ну почему мои друидочки не знают чар сна на человеков⁈ Бить ребёнка было против моих правил, как вообще, так и в ракурсе «а ну как я переборщу с усилием⁈». Случайное убийство какого-нибудь мужика я себе прощу, но ребёнка, да ещё девочку? Идея предстать перед ней в маскировке уровня «Назгул обыкновенный» тоже не вызывала энтузиазма, как и посылать к ней призраков…

Эх, вот жопой чую, вылезет мне моя доброта боком! Кстати, что вообще ребёнок делает в данже⁈ С этими мыслями я полез в системный магазин одежды, где очень быстро нашёл «Деловой костюм» — в таких тут расхаживали представители Ассоциации, буду косить под местного работника. Свою одёжку в [Инвентарь], пиджак на плечи, галстук затянуть, тёмные очки на нос и вперёд.

Выйдя из-за угла пещеры на свет тусклых кристаллов в стене, я уже ожидал вскрика или ещё чего-то в этом роде, но моё появление оказалось совершенно проигнорировано. Девочка посекундно оглядывалась по сторонам, вертелась, прижимала руки к груди и спотыкалась, словно в упор не видя неровностей пола и моего тела… Хотя очень может быть, что и не видела. Это для меня темнота уже давно не является препятствием от слова «вообще», для обычных же людей тут может царить кромешный мрак. Да и шагаю я бесшумно… Сообразил я это, впрочем, уже подойдя чуть ли не вплотную, и даже так юная Охотница в меня чуть не врезалась. Пришлось превентивно ловить за плечи.

— Эй, тише-тише, ты что, меня не видишь? Ты цела? — в ответ девочка вздрогнула и испуганно воззрилась в район моего лица. Точно не видит. Пришлось отпускать одно плечо и создавать над ладонью шарик пламени для освещения. Благо как это делать, я уже знал и умел, спасибо Кристен.

— Я… — меня увидели. — Нет! — и она резко бросилась на меня, обхватывая руками талию. — Я… Тут… Гоблины… Остальные убежали, а я… меня… — девочку натурально трясло, и надтреснутый от пережитого голос в одно мгновение перешёл в громкие рыдания.

— Ну-ну, теперь всё будет хорошо, — я осторожно погладил её по волосам. Длинным и розовым, уложенным в два хвостика по бокам головы и отчего-то вызвавшим в груди странное чувство тёплого дежавю. — Вот, выпей, тебе станет легче, — протягиваю ей слабенькое зелье восстановления.

Вообще, на её месте я бы поостерёгся не то что принимать что-то из рук странного стрёмного мужика, появившегося в магическом Подземелье, но и рванул бы от него куда подальше, чисто на всякий случай. Но то — я, а вот для испуганного… ну ладно, уже не совсем ребёнка, но ещё и не совсем девушки критерии подозрительности явно были иными. Потому флакончик послушно приняли и даже сделали пару глотков, отбивая на горлышке зубами ту ещё морзянку.

— С-спасибо, м-мистер… — девочка моргнула и даже чуть отстранилась. — А вы кто и как тут оказались? — а быстро соображает и в себя приходит.

— Зови меня Альберт. Я здесь, чтобы вывести тебя наружу.

— Спасибо, мистер Альберт, — девочка утёрла кулачком слёзы.

— Пока что ещё не за что, но раз ты пришла в себя, давай выбираться отсюда.

— У-гу… — она шмыгнула носом и вцепилась мне в руку.

— Тебя как хоть зовут? — не спеша гасить переливающийся багрянцем огненный шар, решаю чуть отвлечь спутницу. Надо сказать, личико у неё было очень симпатичным, особенно выделялись ярко-зелёные глаза… Но, чёрт подери, кто вообще додумался отправить эту малышку в Подземелье?

— Чень Хуа-Хуа, — представилась она. В Корее очень странные имена, да.

— И что же ты делала в Подземелье?

— Я же сказала, у нас был рейд, и… вот… — она беспомощно поникла головой.

— И с каких это пор детей привлекают к рейдам?

— Эй! — девочка натуральным образом вздыбилась вся, как кошка перед собакой, и слёзы в голосе, как будто и не пила зелья. — Я знаю, что я так выгляжу, но вообще-то мне уже двадцать три!

— Правда? — мои брови сами собой поползли вверх. Хотя… да, тело у неё вроде бы и маленькое, но что-то не вижу я в нём подростковой угловатости. Само собой, толстовка на ней буквально мешком висит, затрудняя оценку, но с моим [Восприятием] я буквально по одним плечам и манере двигаться вижу кучу несоответствий…

— Могу паспорт показать! — из зелёных глаз вновь покатились слёзы, словно я её очень обидел, и, смаргивая их, она решительно полезла в сумочку… чтобы пару секунд спустя достать оттуда означенный документ и сунуть мне под нос страницу со своим фото и датой рождения… И да… Двадцать три…

— … Ты носишь в Подземелье паспорт? — у меня было много других вопросов, в частности, про «легальных лолей» и всякого рода аниме-штампы, но этот изумил меня гораздо больше.

— Я везде его ношу! — надулась мелкая, шмыгая носом и продолжая ронять слёзы. — Знаешь, как сложно с такой внешностью⁈

— Ом… — я даже не знал, что сказать. — Прости, я не хотел задевать больную тему.

— Н-ничего, — она ещё раз всхлипнула, но процесс уже явно пошёл на спад, — не впервой.

— Ладно, — испытывая определённую неловкость, я огляделся, — давай уже выбираться отсюда. Пойдём.

— А как же гоблины? — с изрядной долей беспокойства спросила девушка.

— Если они нам встретятся, то мир их праху, — пожимаю плечами.

— Хм-м-м-мк… — она потешно надулась, но хоть слёзы течь перестали.

— И нет, это не слишком самоуверенно, — невольно усмехаюсь, пусть она вряд ли сможет мою усмешку увидеть.

— Я… я ничего такого не имела в виду! А вы сильный? Я вот не очень… Только Е-ранг и… О, простите, я начала слишком много болтать, да? Это, кажется, нервное… кхм-м-м…

— Ничего, я понимаю. Для той ситуации, в которой ты оказалась, ты ещё неплохо держишься. И да, я сильный. И можно мне не выкать.

— Ну, я всё-таки Охотница… — она смущённо потеребила сумочку. — Хотя, как показывает практика, с охотой что-то не задалось… Ещё раз спасибо…

— И снова повторюсь, благодарить меня ещё рано. Да и вообще, спасение милых девушек — это приятное разнообразие в моей повседневной жизни.

— М-милых? — на меня удивлённо подняли взгляд. — Я?

— Что-то не так?

— Э-э-э… нет-нет, всё в порядке! — опять я, что ли, какие-то азиатские заморочки нарушил? Хрен его знает, прошлый владелец тела был не особо опытен в делах амурных и рос в иной среде, моя же память в этом отношении и вовсе не подходила — там точно был совсем другой менталитет. Тем временем мы спокойно шли к выходу. Я видел ловушки, обходил их сам и указывал, как лучше обойти Хуа-Хуа. Словом, всё было хорошо, пока…

— Ва-а-а-а-а! — целая толпа гоблинов, особей из тридцати, резко выскочила в коридор перед нами из бокового ответвления. Засёк я их ещё метров за сто и особо не парился, а вот спутница моя испугалась и как-то рефлекторно нырнула мне за спину, и что ни говори, а это оказалось весьма приятно — почувствовать себя опорой и защитником.

*Ш-Ш-ШВ-В-В-ВХ* — сорвавшийся с кончиков моих пальцев вал огня быстро решил проблему, пусть заклинание и было «скользким», но удержать его, тем самым поработав огнемётом, я вполне мог.

— (О_О)''… — лицо моей новой знакомой в отсветах огня было непередаваемо забавным.

— Что? Я же говорил «мир их праху», — н-да, кристаллов тоже не осталось, впрочем, когда бы мне их было выковыривать?

— Н-нет, ничего…

— Хорошо… Тогда, быть может, ты перестанешь стискивать меня?

— Ась? Ой! Простите-простите-простите, — осознав, в каком она находится положении, Хуа-Хуа налилась краской ещё больше, едва ли не отпрыгнула от моей тушки и принялась судорожно кланяться.

— Ничего страшного. И не думай, мне очень импонирует такое внимание, но сейчас точно не те время и место, — решил я свести всё к шутке.

— В-верно, — выдавила она, пряча глаза. На этом неожиданности закончились, и мы благополучно дошли до выхода.

— Ну вот и всё, теперь ты в безопасности.

— А? — видя, что я остановился и, типа, всей позой предлагаю ей идти одной, девушка растерянно хлопнула ресницами.

— Подземелье открыто уже несколько дней, — начинаю пояснять в ответ на её недоумение, — ждать, пока соберут новый рейд — глупо и опасно. Слишком большая здесь площадь тоннелей, низкоуровневые Охотники могут просто не успеть всё зачистить до того, как Врата откроются. Так что я займусь боссом, а ты иди. И будет лучше, если ты не станешь говорить обо мне своим товарищам — не хочу отлавливать их по тоннелям вместо того, чтобы заниматься делом, если они решат вернуться.

— Хорошо, я поняла! — серьёзно кивнула Хуа-Хуа, сжав пальчики в кулачки. — А ты так и пойдёшь один?

— Со мной всё будет хорошо, не переживай, — не удержавшись от того, чтобы взлохматить эти прикольные розовые волосы, я аккуратно подтолкнул девушку к выходу.

Когда же она, посекундно оглядываясь, покинула данж, я подозвал своих призраков, что следовали за нами по тоннелям, прикрывая со спины, и призвал остальных, что не участвовали в магических исследованиях. В пещере перед порталом сразу стало тесно.

— Найдите всех местных монстров и перебейте, — снимаю очки, мигом позже перенося их в [Инвентарь]. — Босса притащите ко мне живым или, если будет слишком сложно, выманите. А вообще… — в голубых искрах мой чёрный костюм-тройка сменился привычным пальто и остальным обвесом «Альберта Вескера», — всё как обычно.

— (D_D)///, — миньоны были подобны пионерам, в смысле, всегда готовы.

— Вперёд… — невольно улыбнулся я такому единодушию.

Уже спустя три часа я спокойно выходил из Врат, как всегда, в невидимости. Босс оказался обычным хобгоблином, совершенно мне неинтересным, выпавший с него аляповатый топор Е-ранга тоже был ни к селу ни к городу, отправившись в системный магазин, ну и опыта на новый уровень, естественно, не хватило, так что я разве только чуток пополнил запасы очков воплощения, но и там едва три тысячи накапало. Горе-Охотники уже давно разошлись, как и младшие сотрудники Ассоциации, что, судя по шинам на земле, и тут подгоняли ларьки с кофе и прочими булочками. Очевидно, народ уже доложил о провальном рейде, и прибытия кого-то более компетентного сегодня уже не ожидалось. А я-то немного опасался, что встретит меня зондеркоманда ловцов нелегальных закрывателей Врат.

Впрочем, разошлись не все. Чуть на отшибе, прислонившись спиной к дереву, сидела маленькая фигурка с розовыми волосами. Одинокая и потерянная…

Куда правильнее было бы спокойно уйти — я и так засветился излишне. Портал скоро схлопнется, Ассоциация вновь встанет на дыбы и начнёт всех опрашивать, а там и до моей новой знакомой доберётся. И чем меньше она обо мне скажет, тем лучше. Лицо я перед ней пусть и засветил, но был это свет маленького «факела», а вокруг — тёмная пещера и испуганная и шокированная девушка, так что проблем она доставить не сможет, а вот если я выйду сейчас… Но…

Но ведь она не сказала ничего обо мне, когда вышла. Послушалась и промолчала, даже работникам Ассоциации ни полслова не шепнула, а ведь могла. Однако ни зондеркоманды, ни просто ожидающих меня сотрудников, что не смекнули, кто это там в Подземелье может шастать, протупив, как в случае с D-ранговыми Вратами у метро, на выходе из портала не было. А значит, девочка промолчала.

Да и, в конце концов, какой смысл в силе, если я постоянно буду вынужден шарахаться от всех подряд? Сидит она не под камерами, а там… не знаю, но уже то, что она меня не сдала, заслуживает благодарности. Думаю, если я прямо попрошу, она и дальше распространяться не будет. Да и чего уж там, дефицит общения никуда у меня не делся. Джин-Ву, при всех своих достоинствах, был всё-таки иномировым боженькой в амнезии, при общении с которым надо было следить за языком, а с Сонг Чхи-Юлем мы даже приятелями не были и вряд ли ими станем, так что почему бы и нет? Спасение жизни — вполне себе неплохой повод для начала общения. К тому же… не могу сказать почему, но я однозначно испытывал прилив симпатии при виде её миниатюрной фигуры и оттенка волос.

В общем, приняв нелогичное и нерациональное, но такое приятное решение, я вновь сменил удобный кожаный костюм на представительно-беловоротничковый, после чего подошёл к Охотнице и развеял «Маскировку».

— У тебя что-то случилось?

— А? — сидящая, уткнувшись носиком в колени, девушка вздрогнула и испуганно подняла на меня взгляд. Секунда, и вот на её лице появляется узнавание, после чего лоля заметно расслабляется. — Простите, кажется, я задумалась и не заметила, как вы подошли…

— Бывает, но мы вроде бы договорились перейти на ты? Так что случилось? Все твои товарищи уже разошлись.

— Да, но… — она неловко встала с земли, стрельнув глазками в сторону пока что всё ещё висящего в воздухе голубого портала, за которым всё это время и наблюдала, — я ведь так и не сказала спасибо. Ну, за то, что ты спас меня…

— Вообще-то сказала, — я вновь усмехнулся, ибо в ответ на мои слова девушка забавно надулась, став чем-то напоминать недовольного хомячка, — но ладно, с удовольствием приму твою благодарность второй раз.

— Эм-м-м, а может… — потупив взгляд, малышка начала нервно теребить пальчиками края своей юбки, — ну… я могу угостить тебя ужином?

— Хо! Неужели меня приглашает на свидание настоящая милая лоля?

— А? Что? — она аж подпрыгнула. — Ну… не знаю… я… и… вот… — в глазах паника, на щёчках румянец… А вокруг, если что, темнота, чёрные, мрачные деревья, свет фонарей лишь где-то там — у пустой пригородной трассы, и мы такие прям одни, в окружении мрака, вдали от глаз любых возможных свидетелей… Только прикол в том, что она ситуацию в этом ключе, похоже, вообще не воспринимает.

— Не паникуй ты так — я не против, — улыбаюсь её реакции и всему сюрреализму картины. — Да и тебе, я чувствую, нужно расслабиться. Знаешь какие-нибудь нормальные места неподалёку?

— Д-да, конечно, я живу не то чтобы близко отсюда, но и относительно недалеко, — с видимым облегчением оживилась она.

— Отлично, тогда я в твоём полном распоряжении.

— Хи-хи… — капельку нервно выдала девушка, прикрыв ротик пальчиками и судорожно забегав взглядом по земле. — Ну… тогда… Я вызову такси! — и полезла в сумочку доставать смартфон.

— Не стоит, — остановил я её, стараясь, чтобы это не казалось слишком поспешным.

— А? — уже уткнувшаяся было в экран телефона девушка удивлённо подняла голову ко мне. — У тебя есть машина? — быстро сообразила она наиболее правдоподобную догадку.

— Нет, я давно не пользуюсь транспортом — мне быстрее пробежаться. Просто мне кажется, что после пережитого тебе будет лучше спокойно прогуляться, никуда не торопясь, чем нервничать в такси и заходить в нужное заведение, так, по сути, и не перемолвившись со мной ни словом, — реальная причина, на самом деле, была несколько иной, хотя и эта тоже не была ложью. Однако суть в том, что Врата скоро закроются, и Ассоциация начнёт расследование, после чего быстро установит, что последней, кто уходил от данжа, была именно Хуа-Хуа, и хотя само по себе это нестрашно, ведь она просто может сказать, что ничего не видела и ничего не знает, но если сюда будет вызвано такси, а таксист потом расскажет, что забирал не одну девушку, а ещё какого-то мужика атлетического телосложения, то тут малышку начнут трясти уже гораздо основательнее. А в том, что Ассоциации Охотников Кореи хватит ресурсов отследить вызов такси и найти водителя, у меня сомнений не имелось.

— Ом… ну… если прогуляться… — она опять начала заливаться краской. Миленько.

— Расскажешь о себе? — вновь улыбнувшись, жестом предлагаю двигаться к дороге. — Какой у тебя класс, например?

— Я… — Чень послушно зашагала в нужную сторону, но, кажется, вопрос несколько подпортил ей настроение, — молниевый маг. Как бы… — сконфуженно добавила она, не глядя на меня.

— Как бы? — подстраиваюсь под её шаг.

— Я могу создавать только слабые разряды, даже не молнии, а так — искры. Гоблина они ещё могут оглушить, но ненадолго и почти не повредив, — печально поделилась девушка.

— Понятно…

— Ты думаешь, что зря согласился поужинать с такой Е-ранговой, как я? — попыталась то ли пошутить, то ли показаться бодрячком девушка, нацепив на лицо улыбку и старательно произнося это как можно небрежней, но… для меня её голос просто сочился застарелой болью, отчаянием и слезами.

Постоянно носит с собой паспорт, чтобы доказывать возраст, по силе — слабенький Е-ранг, едва способный от гоблина отбиться, ещё и эти нотки застарелых душевных ран… Одета она прилично, и смартфон тоже не из мусорных, но вот что-то как-то воспоминания о семье Кан всё равно перед глазами встают, как и та атмосфера беспросветной безнадёги, что царила в доме моего реципиента. А я ведь только начал забывать ту жизнь…

— Нет, не думаю, — подавив внутренний вздох, отвечаю зеленоглазой лоле, стараясь, чтобы голос мой не звучал фальшиво или покровительственно. — Я не испытываю предубеждения против Охотников Е-ранга и не считаю их мусором только потому, что сам получил большую силу. На мой взгляд, звание мусора куда больше заслуживают те люди, которые отправляют вас в рейды, не снабдив ни оружием, ни амуницией, но при этом собирая с вас налоги и требуя подчиняться своим правилам. Добычи с одного Подземелья А-ранга хватит, чтобы одеть всех Охотников страны Е и D-классов в артефактный обвес, что пятикратно увеличит их боевые возможности. Но тем, кто сидит наверху, плевать на низкоранговых Охотников — цифры на счёте в банке им безмерно важнее сотен и тысяч людей, что еженедельно рискуют своими жизнями для защиты страны и мирных граждан. Если уж не это признак, что человек стал прогнившим отбросом, то я даже не знаю, что ещё может им быть.

— А ты… — в глазах Чень Хуа-Хуа появилось новое выражение, будто она услышала нечто совершенно выбивающееся из нормы. Впрочем, именно так оно и было, ведь у нас тут капитализм, азиатчина и культ статуса в обществе до кучи. — Как бы ты сам сделал на их месте?

— Для начала нормально бы организовал всех низкоранговых Охотников, по типу профессиональной военной структуры. Может быть, не так жёстко, без отупляющей муштры и «романтики казармы», но с нормальной подготовкой, боевым слаживанием и без всех этих тупых налогов с дохода. Уже это на порядок понизит смертность среди низкоранговых Охотников и на столько же увеличит эффективность их рейдов. Но, к сожалению, в стране, где само право пойти сражаться с монстрами, что угрожают этой стране, необходимо покупать, подобные меры невозможны.

— М-м-м…

— Что, уже думаешь, что зря пригласила такого опасного социалиста, как я, на ужин? — усмехаюсь, глядя на загрузившуюся лолю.

— Э? — хлоп-хлоп глазками. О! Осознала: — Нет-нет! — миниатюрная Охотница суетливо замахала лапками. — Я совсем так не думала! И… и… Прости! — розовая макушка качнулась вниз и замерла, так, что её хвостики за малым не касались земли.

— Забыли, — повожу плечами, кивком предлагая продолжить путь вдоль дороги. — Расскажешь, зачем стала Охотником, или это неприятная тема?

— Не то чтобы… — отозвалась Хуа-Хуа, поворачиваясь к пешеходной дорожке. — Но тебе правда интересно слушать обо мне? Моя жизнь не слишком интересная…

— Ну, я же иду с тобой на свидание — должен же я знать о тебе хоть что-то кроме имени? — чуть улыбаюсь, глядя на розовую макушку девушки. — Да и интересность жизни — вещь относительная. Банальности для одного могут быть для другого совсем новым миром.

— М-м… — ответили мне смущённым звуком, начав нервно перебирать пальчиками соприкоснувшихся перед грудью рук. — Вряд ли моя жизнь будет таким новым миром, но если хочешь…

Сперва не очень уверенно, но постепенно увлекаясь, девушка поведала, в принципе, действительно банальную историю, хоть и имевшую несколько отличий от сценариев жизни корейского низшего класса, подобного семье Кан.

На упорстве и старательности умудрившись с отличием окончить школу, Чень Хуа-Хуа смогла поступить в Сеульский Национальный Университет на юридическое отделение и тоже вполне успешно там отучиться, сделав всё это без связей и каких-то финансовых прокладок, но вот дальше успехи закончились. Найти за время учёбы друзей, которые бы её протолкнули куда-то, пользуясь семейными связями, у девушки не вышло, а найти нормальную работу самостоятельно оказалось гораздо сложнее, чем успешно учиться. Проблемой тут стало не только происхождение из «низов»(хотя её родители всё же были позажиточней семьи Кан), но и внешность, которая реально всё ломала даже при самых лучших резюме и оценках в аттестате. Стоило девушке прийти на собеседование, как на этом всё и заканчивалось. Возможно, будь у неё несколько иная профессия, было бы проще, но кто возьмёт в юридический отдел откровенную лолю, что выглядит едва-едва на пятнадцать? Женщинам в этой профессии и так непросто, а уж тут… Частные конторы, а вслед за ними и госучреждения одно за другим махали девушке ручкой, а потом ещё и Пробуждение случилось, вырвав её из привычного ритма жизни почти на месяц и ещё сильнее всё усложнив. Работодатели почему-то очень негативно воспринимали мысль, что на вид слабая девушка-подчинённая может без труда голыми руками прикончить любого здорового мужика, и если раньше у неё хотя бы было пространство для манёвра в сфере всяких не шибко квалифицированных подработок (в роли той же официантки, например), то тут отметка Пробуждённой в документах стала натуральным белым билетом. Скопленные за время учёбы деньги (а написать нерадивым сокурсникам реферат за денежку малую, как оказалось, и в Южной Корее было вполне себе рабочим методом накопить на хлеб с маслом) постепенно заканчивались, перспектив найти нормальную работу не было никаких, зато восхищённые вопли из каждого утюга о бешеных заработках Охотников нет-нет да и капали в её маленькие розовые ушки. Ну и результат вышел закономерный: регистрация действующим Охотником, вызовы на рейды… чуть не случившаяся смерть.

Данный данж был у неё не первый, но в прошлых девушке как-то везло держаться внутри строя Охотников, по возможности бросаясь разрядами в монстров. Убивать, как правило, не убивала, но свои два-три кристалла за рейд получала, умудряясь добить ту или другую тварюшку. С трудом, но на еду и квартплату ей хватало. Полагаю, большинство Е-ранговых так живёт, но тут не повезло — и очередной навязанный Ассоциацией рейд оказался собран из полных недоумков. Место открытия Врат и впрямь оказалось на отшибе, так что дёрнули сюда Охотников по принципу «кто под руку подвернётся из тех, кто поближе», вот и вышло, что люди подобрались из трёх разных районов, да ещё и без нормального лидера.

Рассказывала Хуа-Хуа долго — я не скупился на уточняющие вопросы, что отвлекали бы её от совсем уж мрачных тем, да и сам периодически рассказывал что-нибудь о повадках монстров, когда это приходилось к слову. В общем, мы и сами особо не заметили за разговором, как добрались до города, да и там болтать не прекратили, двигаясь в одном известном девушке направлении почти автоматически.

Ну, а когда добрались, оказались в чём-то вроде ресторанного дворика под открытым небом. Никаких крытых веранд и навесов, зато много столиков с маленькими круглыми табуреточками и кухня с различными гриле-мангалами прямо на глазах у посетителей. Несмотря на ночное время, тут всё ещё сидела пара студенческого вида компаний, уже изрядно расслабленных выпитым пивом, а может, и чем ещё. Ну и аромат жареного мяса, источаемый этим местом, был заметен ещё метров за двести-триста от самого поворота тротуара в этот дворик.

— Хуа-Хуа, ты снова пришла, — едва мы разместились за свободным столиком, поприветствовала мою спутницу коротко стриженная русоволосая женщина лет тридцати в красном фартуке официантки и с блокнотом в руках. — Кто это с тобой, не познакомишь?

— Это мой друг, он Охотник! — ответила моя спутница. И вот какое дело, ответила-то она вроде бы и предельно просто и прямо, а ощущение, что аж кошкой на конкурентку зашипела. Снаружи всё чинно-благородно — не подкопаешься, а подтекст мотивом «На чужое рот не разевай! И вообще свали по-хорошему!» не хуже, чем у братков в подворотне под матерные предлоги, получился.

— Вы уже выбрали, что будете заказывать? — уловила намёк официантка, растянув губы в улыбке.

— Для начала мы будем четыре шампура мяса и два холодных пива! — солидно подняв правую ручку, продублировала озвученные числовые значения пальцами Хуа-Хуа.

— Хорошо, ждите, — быстро черкнув в блокноте, ответила женщина и упорхнула.

— И часто ты тут бываешь? — проводив спину официантки взглядом, интересуюсь у подчёркнуто прямо сидящей Охотницы.

— Последнее время не очень, — призналась Хуа-Хуа, — но раньше почти каждый день.

— Это из-за денег? — прекрасно помня, каково это — жить на бомж-пакетах и одном пакетике чая, ничуть не стушевался спросить я.

— Угу… — неохотно ответила девушка, повесив нос.

— Сегодня плачу я, — мягко улыбаюсь на её вид.

— Ты не обязан!

— Серьёзно? — вскидываю брови. — Ты хочешь, чтобы парень на свидании с девушкой кушал за её счёт? М-м-м… Кто бы мог подумать, что в такой милой малышке кроются такие большие амбиции на абсолютное главенство в семье…

— Я… Я не это имела в виду! Совсем нет! — вспыхнула как маков цвет лоля, вытаращившись на меня зелёными очами на пол-лица.

— Ой, да шучу я, шучу, не переживай. Помни: я здесь ради тебя, так что смело заказывай что хочешь, — с улыбкой заверяю девушку. — Не каждый день можно отпраздновать второе рождение… И обретение новых друзей, — закончил я, выдержав паузу для лучшего акцента.

В это время к нам как раз уже направилась официантка с подносом, так что ничего ответить Хуа-Хуа не успела, лишь сконфуженно потупившись. После того, как шашлык и пиво оказались на столе, она тоже обрела дар речи отнюдь не сразу, но запахи, пустой живот и угнетающее молчание сделали своё дело:

— Альберт… — судя по едва различимому бурлению животика, кому-то очень хотелось взять шампур с мясом, но после последних фраз это было сделать неловко, — а ты ведь иностранец, верно?

— Да, — решив не мучить милашку, я первым протянул руку к шашлыку. — В Сеуле я оказался совершенно случайно — сам не ожидал, а потом дела закрутили, и как-то так получилось, что я здесь уже живу, — проследив за появлением в моих руках еды, Чень тут же последовала моему примеру и даже умудрилась первой сделать «кусь».

— Но ты очень хорошо говоришь на корейском — я совсем не слышу акцента, — практически не жуя проглотив первый кусок мяса, продолжила расспросы лоля.

— Я — полиглот. Хорошо воспринимаю языки на слух и быстро начинаю говорить, правда, с письменностью это уже не работает — там приходится учиться на общих основаниях, хотя корейскую я уже более-менее освоил. За ошибки при письме не поручусь, но читать могу свободно, — чуть подретушировав реальность, изложил я чистую правду, сам приступая к еде.

— А почему ты ходишь ночью в тёмных очках? — последовал новый вопрос, вслед за которым девушка отхлебнула пива.

— А?.. — я даже немного растерялся, лишь через несколько секунд осознав, что на самом деле до сих пор ношу на носу очки, которые рефлекторно призвал из [Инвентаря], когда решил подойти к сидящей у дерева Хуа-Хуа. — Ах, это… — сняв с лица аксессуар, обнаруживаю, что зрение вообще никак не изменилось, то есть моё [Восприятие] действительно доросло до того, что тёмной ночью тёмные очки для меня всё равно что в светлый день и без всяких препятствий для зрения. Не то чтобы я этого не заметил ещё в тот момент, когда надел их первый раз в пещере данжа… Но надо что-то отвечать. — Просто люди нервничают, когда видят в моих глазах ману, а для меня самого нет разницы, день вокруг или ночь — я прекрасно всё вижу даже в абсолютно тёмном помещении без источников света.

— Удобно, наверное… — протянула девушка, переводя взгляд с очков на мои глаза и обратно.

— Я сейчас тоже сияю, да? — фокусирую взгляд на мане в её теле и тут же возвращаю обратно, и сам ощутив, как в районе глаз шевельнулась магическая сила.

— Мигнули, — подтвердила Хуа-Хуа. — Такой яркий голубой свет… — а вот это прозвучало почти мечтательно.

— А у тебя мана бледно-фиолетовая, если интересно, — хмыкаю, откусывая новый кусочек шашлыка. Не скажу, что он был прям великолепным, но довольно вкусным и явно из шейки, а не чего-то другого, что тоже добавляло заведению баллов.

— О? А откуда ты знаешь?

— Я вижу, — краткость — сестра таланта. А ещё пиво здесь не очень, и, кажись, в него добавляют чего-то водочного для крепости. Кстати о пиве и данном заведении вообще: — К слову, не развеешь моё любопытство?

— М-м-м? — лоля, присосавшаяся к объёмной кружке, что-то в этом было не так. Заставляло мозг странно почёсываться, а внутри него что-то похрустывать. Возможно, тот самый «шаблон».

— Как ты нашла это место?

— В каком смысле? — недоумённо похлопали глазками.

— Ну, тут, конечно, есть пара студенческих компаний, но от Сеульского Университета далековато, чтобы его студентка тут частенько зависала.

— А, это… — она махнула лапкой. — Я живу тут совсем рядом, с едой порой возникали проблемы… Нет, ты не подумай, я умею готовить! — небольшой приступ паники, да и чуть порозовевшие щёчки говорят о том, что для не так давно хлебнувшего стресса и оголодавшего организма девушки столь крепкое пиво послужило слишком сложным испытанием. — Просто когда пишешь зачётные работы за себя и за того парня… и ещё троих, на готовку времени не хватает, а тут подавали неплохое мясо и совсем недорого, вот как-то так и получилось, — печальный вздох. — К тому же это одно из немногих мест, где мне продают алкоголь, а не обвиняют в подделке документов.

— И такое бывало?

— Ты даже не представляешь, как часто… — секунд десять на осознание. — Нет-нет-нет! Я не в том смысле, что я часто покупаю алкоголь, просто… Вот вообще… По ситуациям… Я опять всё испортила, да? — совсем печально закончила она и, вздохнув, в три жадных глотка осушила кружку, жестом попросив у официантки следующую.

Н-да, не особо бьётся со словами «нечасто покупаю алкоголь», впрочем, как я успел узнать, и в этом мире корейцы являются одной из самых пьющих наций. С учётом того, что пашут они так, как волам и не снилось, ничего удивительного. Тем более, как уже упоминалось, многие даже толком не знают о вреде этого самого алкоголя, ибо… ну да, капитализм-с, зачем вести разъяснительные кампании о вреде табака и алкоголя, когда это отрицательно сказывается на продажах? Так что её «немного» с моей точки зрения может быть «пьёт, как лошадь». Лоля-алкоголик, к этому меня жизнь не готовила. Или не всё так плохо?

— Верю, — я многозначительно покосился на вторую опустошаемую кружку, — этот ёрш тому очень наглядное подтверждение.

— У-у-у… — она вновь надулась и посмотрела на меня осуждающим, но уже захмелевшим взглядом. — Не издевайся, у меня сегодня был действительно тяжёлый день… и неделя… и месяц. Да и год не особо задался…

— Верю, но всё-таки пьющие женщины — это как-то… — я повёл плечами.

— Я больше не буду! — мигом перековалась девушка.

— Да ладно уж, главное, чтобы не каждый день. К тому же я не имею никакого права читать тебе нотации или в чём-то ограничивать. Так что давай за нашу встречу и твой второй день рождения?

— Давай! — она чуть повеселела и потянулась, и чокнулась со мной своей кружкой. Лоля с розовыми волосами, разделёнными на два хвостика по бокам, и зелёными глазищами… чокнулась со мной огромной кружкой пива, сидя в корейской шашлычной. Да, Альберт, это окончание рейда, которое ты заслужил…

Не худшее окончание, прямо скажем.

… Думал я первые минут двадцать. Как известно, желудок у котёнка меньше напёрстка, но проглотить это создание способно втрое больше собственного веса. Я не знаю, кем являются родители моей новой знакомой, но нечто кошачье в ней определённо угадывалось уже на третьем повторении шашлыков, про повторение пива я и вовсе молчу. И как бы ни был силён организм Охотника по сравнению с обычным человеческим, через некоторое время я с изумлением обнаружил себя в ситуации, когда милая и насквозь пьяненькая лоля висит у меня на сгибе локтя обеими лапками и навзрыд вываливает одно откровение ошизительнее другого:

— … а парень, который мне нравился, отверг меня, потому что думал, что я бедная! Ува-а-а-а!.. — рукав пиджака уже промок до рубашки, я это чётко чувствовал. — Я любила его много лет!.. У-у-ху-ху!.. Да, у меня маленькая грудь, тесная квартирка, и я много играю в игры… Но я же всё-таки заслуживаю кого-нибудь, кто бы любил меня! Ведь заслуживаю же⁈

— Конечно, заслуживаешь… — как я до этого дошёл?

— М-м-м… — шмыгнув носом, девушка подняла на меня затуманившийся взгляд. — Альберт… я тебе нравлюсь?.. — раздирающий меня вопрос «как я до этого дошёл?» резко оказался возведён в третью степень.

— Да, ты очень милая…

— Ты не врёшь? — сколько тоски и недоверия во взгляде.

— Нет, ты правда очень милая, только слегка перебрала, — стараясь не обращать внимания на взгляды работников ресторанчика (остальные посетители и сами уже были в зюзю, и до нас им дела не было), честно отвечаю малышке.

— Но я же для тебя девушка, а не ребёнок, да? — продолжила допытываться та.

— Да, ты не ребёнок, — ещё раз, как я до этого дошёл? Когда это случилось?

— Не врёшь?

— Не вру.

— Точно?

— Точно.

— … Проводишь меня домой? — и шмыг носиком, и глазки раза в три проникновенней, чем у кота из мультфильма про Шрека.

— Провожу, хотя… скорее уж отнесу, — ибо она сейчас точно на ногах не удержится. — Где ты хоть живёшь?

— А?.. — зелёные глаза сделали попытку наполниться мыслью, но алкогольный туман был сильнее.

— Как я тебя провожу, если не знаю «куда»?

— А-а-а… Сейчас напишу, у меня где-то… — девушка полезла в сумочку, пытаясь откопать блокнот и ручку.

Пару сложных минут спустя у меня был адрес, а Хуа-Хуа уже откровенно отрубалась. Пришлось вспоминать опыт собственной студенческой жизни и помощи товарищам, не выдержавшим битвы с зелёным змием. Увы, за полным отсутствием каких бы то ни было личных воспоминаний о прошлой жизни, мне оставалось лишь смиренно надеяться, что этот опыт есть, и пытаться его нащупать интуитивно. Что-то, надо сказать, получалось, правда, сколько в этом было реального опыта студенческих попоек из прошлой жизни (то, что я студентом был, я не сомневался, ибо некое высшее образование однозначно получил, да и характерные знания по жизни этой братии имелись), а сколько заслуги памяти Кан Чин-Хва, который, так-то, на личном опыте знал, что такое пьющие корейцы вообще и приятели в частности, я определить затруднялся, но оно и неважно. Важно то, что я благополучно расплатился, кое-как вывел шатающуюся малышку из дворика, а ещё минут через двадцать пять, из которых штук пятнадцать ушло на позиционирование на незнакомой местности и поиски нужного дома, уже вносил уснувшую лолю в её квартиру. Открывать пришлось её ключами, вынутыми из её же сумочки, что в процессе пути пришлось перевесить на собственное плечо, но, эй, это было не самое неловкое событие, выпавшее на мою долю за этот вечер!

За дверью же меня встретила… типичная квартира холостяка-раздолбая. Валяющиеся на полу носки; ряды пустых бутылок, причём не только из-под пива и минералки; давно никем не метённая пыль со следами зарождающейся жизни; тараканище усатое, нырнувшее куда-то в темноту; коробки, как обычные картонные с некими вещами, так и просто из-под заварной лапши и ей подобного рациона… Последних было особенно много в жилой комнате с компьютером и кроватью. И, к слову, компьютер был обитаем явно больше, чем кровать, о чём свидетельствовали въевшиеся пятна от кружек кофе на столешнице, отполированный ножками стула аж до вмятин в плитке покрытия пол и здоровенная укладка с ламповыми игровыми дисками, на которой не было и пятнышка пыли, в то время как почти все остальные поверхности ей изобиловали. Чистенько заправленная, но какая-то одинокая кроватка с множеством подушек в форме сердечек на этом фоне смотрелась как-то бледно и сиротливо…

— Вот ты какой, дом эталонного корейского геймера… — невольно пробормотал я, оглядывая книжную полку, на которой вместо книг красовались фигурки различных игровых персонажей, некоторых я, кажется, даже видел в местной рекламе…

Аккуратно уложив Хуа-Хуа в кроватку и сняв с неё туфли, я уже хотел было выпрямиться, чтобы снять сумочку и положить её на стул, как эта розовая няша неожиданно проснулась и, едва разлепив глаза, полезла мне на шею. В смысле, обхватывать лапками, пока я близко и не сбежал.

— Не уходи… — зелёные глазищи жалобно и с подступающими слёзками смотрели мне в лицо. — Останься со мной… — ну вот, не успел я забыть сестрёнку Джин-Ву, как меня начинает агрессивно соблазнять другая корейская девушка…

— Хорошо, останусь… — мягко отвечаю, судорожно думая, как бы её всё-таки уложить спать понежнее, а то ведь полезет целовать с конкретным прицелом на продолжение, а я не готов. Не в том смысле, что я принципиально против разврата с лолями, напротив, маленькая грудь — это совсем не плохо, как и общая миниатюрность, плюс это явно станет некой свежей струёй в моей жизни, но пользоваться девушкой, которая напилась, — это не для меня.

— Обещаешь? — её левая ручка коснулась моей правой щеки, пока затуманенные глазки ловили мой взгляд.

— Да. Ложись баиньки — я никуда не убегу и утром сделаю тебе вкусный-вкусный завтрак, — очень-очень осторожно глажу её по бокам сквозь толстовку, чтобы мягко отцепить и начать укладывать обратно.

— Отлично, хе-хе-хе… — расплылась в улыбке давно раскрасневшаяся от выпитого Хуа-Хуа, позволяя себя уложить.

Разместив её на бочок, я принялся нежно гладить розовую макушку, потихоньку добившись того, что её веки отяжелели, а дыхание приняло вид размеренного сопения. Ещё через минуту одна из подушек-сердечек была подложена девочке к груди, чтобы тут же оказаться мило стиснутой, и, прикрыв одеялом защищённые от холода лишь чулками ноги малышки, я наконец-то смог снять со своей шеи её сумочку, на которой, между прочим, тоже было нарисовано сердечко. Розовое. По центру.

— Лириэль, — едва слышно позвал я свою главную эльфийку.

— (^_*)?.. — беззвучно появилась из пространства при моей душе белокурая предводительница друидов.

— Подлечи её аккуратно, чтобы утром не мучило похмелье, потом приходи ко мне на кухню, — так же приглушённо выдал я распоряжение.

— (^__^)! — с готовностью кивнула ночная эльфийка, расплывшись в улыбке умиления при виде Хуа-Хуа. Судя по эмоциям призрака, не я один нашёл в этой крошке сходство с котятами. Ну да ладно, тем лучше — будет работать аккуратнее и нежнее.

Проследив за тем, как ночная эльфийка прокрадывается за спину спящей, чтобы не разбудить её зелёным светом от видимого проявления целительных чар, я осторожно направился на кухню, стараясь ничем не скрипнуть и ничего не уронить.

Кухня квартиры Чень Хуа-Хуа не шибко отличалась от остального жилья: раковина полна давно и основательно не мытой посуды, которая того и гляди грозила порасти травкой; стол завален контейнерами из-под заварной лапши и магазинных полуфабрикатов; бутылки и банки из-под спиртного имеют место быть; мусорный пакет переполнен и, возможно, обитаем, ибо где-то же расположена тут база тараканов, что бегают аж в коридоре? В общем, одно можно было сказать точно: одинокие корейские аниме-лоли могут быть сколь угодно кавайными, но для уюта и чистоты в доме нужен кто-то другой. Ну или её жизнь реально настолько хренова, что девушка уже просто на себя плюнула и живёт по инерции.

Освободив единственную табуретку от бумажного пакета, где когда-то содержалось нечто хлебобулочное, я тяжело присел за маленький пятачок на столе, что был посвободней, и задумался о вечном. Мысли были странные. По идее, вид такого срача в квартире должен вызывать как минимум настороженность, а вообще — брезгливость, вот только или моему чувственному «я» забыли об этом сообщить при переносе в это тело, или оно, моё чувственное «я», считало, что не человеку, который барахтался брюхом на грязном полу складской подсобки, исходя на реки пота и целуясь с линолеумом, что-то говорить про чистоту чужой жилплощади. Как бы то ни было, всё окружающее воспринималось мной пусть и не с чувством, что так и должно быть, но вообще без каких бы то ни было негативных позывов. Девочку, после всех её откровений, мне было по-настоящему жалко. Умная, талантливая, да и отважная, чего уж там — не каждый решится ради куска хлеба совать голову в пасть тигру и с голыми руками лезть на толпы кровожадных монстров, пусть даже профессию Охотника здесь и пиарят как ненормальные, объективно занижая степень рисков и опасности в восприятии обывателей. И вот такая прелесть, а Хуа-Хуа действительно очень симпатичная и миленькая, а уж её глазищи… Эх, не о том я. Короче, милая девушка, всю жизнь вырывавшая у жизни шанс личным трудом и старанием, всё равно оказалась выкинута на дно общества, просто потому что, ну… Не в той семье родилась! Связями бог обделил, деньгами, умением подольститься к кому надо, по ушам проехаться, себя продать… Тьфу!

На кухню зашла Лириэль, пытливо ловя мой взгляд и фоня тревогой. Хм… Почувствовала. Мои фантомы ведь чувствуют меня не хуже, а то и лучше, чем я их…

— Иди сюда, — подозвал я девушку и, когда та встала рядом, мягко усадил рядом, так, чтобы её голова оказалась у меня на коленях. — Не знаю, что делать, — зарываюсь пальцами в её белые волосы чуть выше виска, благо лежала она на мне левой щекой. Ну и чувствуя себя от этого немного сумасшедшим, а ещё извращенцем и бараном. Последнее потому, что, несмотря на первые два пункта, продолжал её почёсывать. — Просто не знаю…

— (-_-;)~? — не столько увидел, сколько почувствовал я выражение её лица и сопровождающее его беспокойство.

— Когда я шёл её спасать, я думал, что это закончится минут за десять, ну полчасика, учитывая дорогу, а оказалось…

— (<_<)?.. — меня обняли за ногу и потёрлись щекой.

— Нет, мне даже понравилось, но… Пусть она и миленькая, но у меня же есть вы, зачем мне кто-то ещё?.. Да и как всё это сделать?.. Как вообще обычная женщина отреагирует на новость о том, что у её мужчины есть целый гарем бесконечно преданных рабынь, каждая из которых по красоте не уступает лучшим красавицам мира?

— (o_v)… — задумалась. — (^_~')?

— Развратница, — со вздохом дал я оценку её эмоциональному посылу, нежно пробегаясь подушечками пальцев по длинному фиолетовому ушку.

— (^____^)!.. — хватка на правой ноге стала крепче, и Лириэль ещё раз потёрлась об меня головой, как натуральная кошка. В полумраке кухни узоры на её розовом кожаном костюме невольно вызвали ассоциации с полосками на кошачьей спине.

— Ну да, для тебя всё просто, а вот я не знаю даже, как буду с ней объясняться по поводу того, что говорить Ассоциации, — в голове, как назло, крутились исключительно тупые мысли о том, как можно разрешить всю эту ситуацию. — Эх… Как же я отвык от того, чтобы общаться… с людьми, — и самому быть человеком…