– Надеюсь, Винсенту сейчас веселее… – произнес Ахимас, еле разжимая челюсти, которые он подпирал обеими руками, скучая в засаде. – Скоро там?

– Скоро, – ответил Кендзо, сверившись с показаниями трекера. Сигнал маячка приближался к порту.

– Тебе не кажется странным, что те примитивные типы занимаются поставкой арканических артефактов?

– Бартер понятен на любой стадии развития.

– А какая им от этого выгода?

– Откуда мне знать? Они поклонялись огромной морской корове.

– Которую мы убили.

– И каково тебе побывать в желудке божества, а потом убить его?

– Не так приятно, как может показаться. Интересно, кому они теперь поклоняются?

– Кому-то или чему-то, что помогает им выжить. Или металлу.

– Тяжелому?

– Арканическому. Или драгоценному.

– Нехорошо с тем парнем получилось. Жаль… – немного погодя сказал Ахимас.

– Жаль…

Они продолжили сидеть в тишине. Солнце давно село, а свет здесь был почти не нужен. Лишь красные огоньки на кранах и вдоль «доков» для судов резко пронзали полумрак порта. Широкое ответвление от основного русла реки стало крупнейшим в стране портом, растянувшимся на десяток километров. Здесь в несколько рядов стояли танкеры и сухогрузы, которые разгружали краны, перекинувшись мостом с одного берега на другой.

Несмотря на позднее время, в порту кипела жизнь, если можно было ее так назвать. Все рабочие процессы порта были автоматизированы, и из людей были лишь администрация, инженеры, охрана и небольшая обслуга для корабельных команд. Механические руки кранов и самоходные погрузочные платформы без устали работали с идеальной точностью и скоростью, словно насекомые. Было в их движениях что-то пугающее, вызывающее неприязнь, но завораживающее.

– Каждый раз дергаюсь от этого жужжания, – сказал Ахимас, когда очередной патрульный дрон пролетел над контейнером, в котором они устроились в засаде. – Как думаешь, как поставщики задекларировали целый контейнер арканических вещиц? Раз сигнал маячка поступает, значит, там нет экранирования.

– Думаю, как партию умных пылесосов, – ответил Кендзо, давая понять, что он понятия не имеет и ему совершенно на это наплевать.

– Зря ты так. Данные о владельце контейнера будут для нас ценной зацепкой в этом деле.

– Годы службы инспектором у Ликвидаторов не прошли бесследно. Постараюсь записать маркировку. – Он подготовил к запуску маленький дрон. – Есть шанс, что его не заметят и не собьют, но это вряд ли.

Кендзо сверился с трекером. Судно заходило в порт.

– Идет, готовимся.

Ахимас поднял большие пальцы вверх и остался сидеть на месте, обняв колени, а Кендзо навострился, хотя пока корабль зашел в док и началась его разгрузка, прошла еще четверть часа.

– Ты не упустишь контейнер? – напомнил Ахимас.

– Не упущу.

Кендзо максимально приблизил карту на трекере, чтобы не упустить момент начала движения. Следить из космоса за перемещением на несколько десятков метров обычного контейнера – всё равно что наблюдать за перемещением муравьев с башни Фронтира.

– Приоткрой дверь и возьми дрон в руку, – велел Кендзо, не отрывая глаз от точки на дисплее.

Дрон полностью помещался на ладонь Ахимасу, который смотрел, что происходит в порту, через приоткрытую щель. На фоне огней города огромные механизмы безостановочно разгружали и загружали сухогрузы и танкеры. Ахимас так внимательно следил за всем этим, что резко заработавшие пропеллеры дрона его напугали. Малыш юрко проскочил в щель и стремительно улетел прочь.

Ахимас закрыл контейнер и подошел к Кендзо. Тот управлял дроном и смотрел на порт через его камеру. Изображение с камер передавалось в режиме ночного видения, и на дисплее отображалось что-то вроде компаса, указывающего направление и расстояние до их маячка.

– Вижу. – Дрон ускорился и стремительно сблизился с контейнером, а Кендзо начал делать снимки с его камеры. Буквально через несколько мгновений изображение пропало.

– Всё. Дрон сбит.

– Но ты успел заснять номер?

Кендзо открыл сделанные снимки.

– Успел. – Он перешел на внутреннюю связь. – Глаз бога, вы видите контейнер?

– Видим, хоть и не так хорошо, как хотелось бы, – ответила Татьяна с борта дирижабля.

– Продолжаем наблюдение, конец связи, – скомандовал Ахимас. Операцией командовал он.

– Сидим здесь, или ты хочешь подобраться поближе?

– Борюсь с желанием забраться внутрь самого контейнера. Пока останемся здесь. Не думаю, что они оставят фонящий контейнер здесь надолго. Надеюсь, по крайней мере.

– Я-то взял себе еду.

– Черт…

Ждать и вправду пришлось недолго. Буквально через полчаса в порт приехал грузовик логистического подразделения корпорации БЛК. На небольшом участке загорелся свет.

– Почему-то я не сомневался, что и БЛК в этом замешаны. Или, думаешь, они здесь в частном порядке? – спросил Кендзо.

– Думаю, никто в самой БЛК не знает всего, чем они занимаются. Лично я бы не позволил частникам работать с таким ценным и секретным грузом.

– Ты бы явился за ним лично с именным бейджем?

– Лучше передай мне камеру. – Ахимас протянул руку, и Кендзо дал ему профессиональную фотокамеру с длинным объективом. Зеркала и линзы – вечная технология.

Ахимас просунул линзу в приоткрытую дверь контейнера и стал фотографировать всё что мог: номера автомобиля, его марку, даже колеса. Он пытался поймать лица водителя и пассажира, но они были прикрыты козырьками кепок. По крайней мере, эти двое также были в форме БЛК.

– Вот у этих двоих, кстати, именные бейджи сняты. – Ахимас вернулся внутрь. – Ладно, забирай все карты памяти и пошли к машине. Погрузка не займет у них много времени.

Кендзо вытащил карты памяти и запустил протокол взлома портовых систем, чтобы на какое-то время скрыть их перемещение по территории, после чего они тайком вылезли наружу и опечатали контейнер.

Автоматический погрузчик неторопливо опускал груз на платформу грузовика, а Ахимас с Кендзо со всех ног бежали по рядам контейнеров к машине, которая совершенно легально стояла на парковке среди сотен других.

Грузовик пришел в движение и покинул территорию порта, Ахимас дождался, пока тот проедет КПП и поехал следом. Вести слежку на улицах Города было не так просто, как могло показаться. Хоть из-за плотного потока машин быстро скрыться у цели и не получилось бы, но она легко могла затеряться среди других грузовиков или на нескольких удачных поворотах.

На дорогах, залитых светом и шумом, они словно очнулись ото сна. Преследуя грузовик, через почти целый час стояния на светофорах они поднялись на эстакаду, где движение значительно ускорилось.

– Бинго, – сказал вдруг Кендзо, который всё это время делал что-то в своем ноутбуке.

– Что нашел?

– Согласно декларации, в контейнере перевозилось медицинское оборудование. Владельцем значится частное лицо, а получателем – Министерство здравоохранения.

– Полковник был прав. Кто владелец?

– Савин.

– Савин? Министр?

– Он самый. Даже без подставных лиц.

– Ты не поверишь, как часто эти идиоты действуют напрямую. Иногда даже копать не надо – всё на поверхности. А в данном случае фамилия и средства могут помочь преодолеть множество таможенных препон.

– Грузовик вроде чистый. Значится на выезде. Заказчик – Рассвет, едет в восьмой округ.

– Через весь Город, – присвистнул Ахимас.

– Может, он разгрузится где-то раньше.

– Не думаю.

На место они прибыли уже за полночь. Грузовик остановился на территории складов, сдаваемых в аренду, возле одного из многих зданий. Его вышли разгружать ничем не примечательные люди.

– Нам бы посмотреть, что происходит внутри, – сказал Ахимас. Их машина остановилась снаружи складов, но им было прекрасно всё видно.

– И кто из нас пойдет?

– Ты более неприметный, чем я с моим цветом волос.

– Среди них есть крашеные.

– Но никого с белоснежными волосами. Это сразу бросится в глаза.

– А мой разрез глаз не бросится?

– Это расизм.

– Я не вижу среди них других выходцев с востока.

– Прикинься разнорабочим. Уверен, на складах есть свой штат, который не чурается быстро подзаработать.

– Мне всё равно придется искать рабочую робу. А вместе с ней наверняка будет и каска, за которой легко можно спрятать твои волосы. Твоя смуглая кожа тоже упростит маскировку.

– А, к черту, – Ахимас отстегнул ремень и начал открывать дверь.

– Постой. Возьми, – Кендзо протянул ему черную синтетическую шапку. – Можешь хоть целиком на голову натянуть как маску.

– А сюрикенов у тебя случайно нет?

Кендзо ухмыльнулся, что было редкостью. Ахимас натянул шапку, проверил в зеркало, что волос не видно, и вышел из машины. На это задание они оделись в неприметную черную одежду, как раз чтобы не привлекать внимания.

Он со стороны подошел к камере биометрической идентификации, которая висела перед дверью для пешеходов, прикоснулся к ней рукой и отключил, после чего сломал своими силами замок и прошел на территорию.

К грузовику он тоже подошел не по прямой, обогнув сначала соседнее здание. Контейнер разгружало всего несколько человек. Внутри него были деревянные ящики, ни один из которых нельзя было унести в одиночку.

Ахимас как ни в чем не бывало зашел внутрь вместе с прочими разгружающими и взялся за один из ящиков. Парень, который зашел следом, обратил внимание на незнакомое ему лицо и начал разглядывать Ахимаса.

– Чего стоишь? Бери давай, – гаркнул он на парня, чтобы прервать осмотр.

Парень тут же схватился за ящик, встав к нему спиной, и они понесли его внутрь.

Про сам склад ничего примечательного Ахимас также не мог сказать. Внутри стояли несколько совсем обычных фургонов, куда эти же ящики загружали, но только после того как их осматривал немолодой мужчина с планшетом. Ахимас отметил, что, несмотря на потрепанную одежду, тот хорошо выглядит. У него ухоженные кожа и руки, уложенные волосы и до блеска начищенная обувь.

Рядом с ним стояли двое крепких парней уже не такого симпатичного вида. Цвет кожи, черты лица, стрижка и шрамы выдавали их принадлежность к неблагополучным и опасным слоям Города. Они открывали монтировками ящики, и мужчина осматривал их изнутри.

– Пустой, – сказал он, заглянув внутрь, и ящик отнесли в сторону.

Следом шел Ахимас со своим компаньоном. Они поставили ящик, двое парней вскрыли крышку, вырывая гвозди с хрустом и щепками, после чего открыли и стоящий внутри обитый мягким наполнителем второй ящик поменьше. Точно такой же, как они видели в деревне на болоте.

Ахимас уже знал, что будет внутри: куча драгоценностей, каких-то запчастей и деталей, холодного и огнестрельного оружия с художественным исполнением. Конечно же, всё это было из арканического металла. Ахимас чувствовал силу этих вещей, которые, вместе взятые, излучали энергию сильнее, чем сильные эсперы.

– В фургон, – скомандовал мужчина и ткнул в планшет.

Его помощники закрыли ящик, и Ахимас со своим спутником потащили его к одному из фургонов. Только подойдя ближе, он увидел, что внутри их грузовой отсек был полностью обшит толстым слоем экранирующего материала, превращая его в подобие еще одного изолированного контейнера.

– Тут уже с накладными не возятся, – пролетело в голове у Ахимаса.

– Это последний, – раздался голос из-за его спины, когда очередная пара трудяг занесла ящик.

– Отлично, значит, одним заходом всё увезем, – сказал мужчина.

Коллега Ахимаса расслабился и пошел к кулеру за водой. Ахимас неторопливо пошел к открытым ящикам, отряхивая руки и стряхивая с себя опилки и щепки. Внутри одного из ящиков он увидел пулю с маячком, про которую говорил Кендзо.

– На этом всё, друзья, – внезапно сказал мужчина. – Спасибо за вашу помощь сегодня. Эти вещи сделают жизнь людей в Базлуке легче. Солнце новой жизни взойдет на Земле, братья!

– Солнце новой жизни взойдет! – ответили все остальные хором. Ахимас успел подхватить фразу только на половине, но на это никто не обратил внимание.

За руль трех фургонов села троица, которая осматривала ящики, а люди, которые разгружали контейнер, начали расходиться.

– Глаз бога, сейчас из склада поедет три фургона. Следите за ними. Кендзо, заводи двигатель, – сказал Ахимас по внутренней связи и поспешил выйти.

Чтобы не вызывать подозрений, ему пришлось идти не так быстро, как ему хотелось. Фургоны не задерживаясь проехали мимо него и, миновав шлагбаум, куда-то устремились.

Выйдя на еще не совсем пустую улицу, Ахимас ускорился как мог и, дойдя до машины, сел на пассажирское сидение.

– Ты не торопился, – сказал Кендзо, трогаясь с места.

– Всё равно не потеряем. Глаз бога, как нам догнать фургоны?

– Какой именно? Они разделились.

– Они едут в разные стороны?

– Два едут на юго-восток к эстакаде, третий на север, но тоже в сторону этой эстакады.

– Который из них ближе?

– Один из тех, что на юг.

– Тогда за ним.

– Узнал, куда они едут? – спросил Кендзо.

– В Базлук.

– Вот черт…

– Да, не очень. Если мы и там столкнемся с ожившими экспериментами, а их там может быть сильно больше, чем в какой-то психушке, то от нас и хоронить нечего будет. Надо позвать хотя бы Ани, – Ахимас перешел на внутреннюю связь: – Анна, прием.

– Да, Ахимас, я тебя слушаю.

– Ты сейчас на борту дирижабля, верно?

– Верно, а что?

– Готовься к прыжку. Ты нужна нам в Базлуке.

– Черт… Ты хоть представляешь, как мы высоко?

– Но ведь на дирижабле есть десантный модуль и снаряжение.

– Да, но нет десантных капсул.

– Парашют всё сделает за тебя, а летать на аэромобильном комбинезоне ты неплохо умеешь.

– Здорово ты придумал.

– Думаешь, я в восторге от поездки туда? Но вдвоем там слишком опасно.

– А втроем нет?

– Ани, пожалуйста.

– Ох… Хорошо. Встретимся там. Надеюсь…

– Спасибо.

– Вижу фургон, – Кендзо указал пальцем на машину, едущую чуть дальше в потоке. – Пробей пока номера по базе.

– Я не знаю как.

– Шутишь? Ты же инспектор.

– Обычно мы это делаем через канцелярию. Или я просто просил тебя это узнать.

– Там ничего сложного. Просто введи номер в строку поиска.

– В какой программе?

– Господи, вот в этой. – Кендзо ткнул пальцем в ярлык на дисплее портативного компьютера и открыл нужную программу.

– Так вот как выглядит эта волшебная база данных, в которой всё есть.

– Не всё. Часть – это официальные источники, часть – сливы частных компаний. Некоторые выгрузки аналитики Фронтира делали нелегально, так что кто-то даже не знает, что в их компании был слив. Программа просто собирает в кучу все библиотеки данных, что ты в нее засунешь.

Ахимас вбил номер фургона, который не так и просто было разглядеть.

– Принадлежит Рассвету, ничего особо интересного. Ребята эти, кстати, довольно жуткие. На прощание они говорят: «Солнце новой жизни скоро взойдет». Я такого раньше ни за кем из Рассвета не замечал.

– Может, они из Космистов?

– Я тоже так подумал, хотя несколько парней выглядели как типичные отбросы общества. Не думаю, что такие будут состоять в модной секте для богатых. Тут что-то другое. Что если и Рассвет и Космисты – просто две половинки, две стороны медали, а на другой стороне что-то третье?

– Организация, которая охватывает и элитные круги общества, и воодушевленную толпу?

– Мне кажется, лидеры Рассвета и Космистов сами могут не знать о том, что кто-то запустил щупальца в их структуры.

– Вполне вписывается в нашу теорию.

– Не забудь написать об этом развернутый рапорт, Ахимас, – ворвалась по внутренней связи Серебрякова.

– Так точно, ваше высокоблагородие. Давно вы нас слушаете?

– Как только Анна сказала, что готовится к прыжку. Ты хоть знаешь, как мы высоко?

– Ну, если присмотреться, то я вас вижу. Вы же можете опуститься чуть пониже.

– Мы уже ждем, когда нам предоставят для этого эшелон. И да, если вашу машину разберут на запчасти в Базлуке, обратно вы пойдете пешком.

Серебрякова отключилась.

– Поводок как был коротким, так и остался, – полушепотом сказал Ахимас.

Город резко оборвался, сменившись бесконечными полями, по которым ездили одинокие комбайны. Вдали, растянувшись почти по всему горизонту, горели огни колоссального завода, добывающего черные кристаллы и перегоняющего их в эмульсию. Он был одним из крупнейших и основным источником добычи этих ресурсов в Роксолане, за счет которого Город и начал так стремительно разрастаться на месте нескольких других, в прошлом провинциальных городов, стоящих на земле, где реки встречаются с горами. Базлук начинал свое существование как мобильный жилой комплекс для сотен тысяч рабочих, создававших Город и заводской комплекс, после чего, выполнив свою функцию, стал не нужен и оказался прибежищем для самых отвергнутых и забытых людей. На этот мегакомплекс власть императора не распространялась, а посещали его лишь на свой страх и риск. Даже старые автомагистрали и железнодорожные пути, которые соединяли Базлук с Городом и заводом, были уничтожены, и добраться до него можно было лишь по старым дорогам, многие из которых были в ужасном состоянии.

Фургоны свернули со скоростной дороги на одну из боковых, как раз ведущих к Базлуку. Кендзо свернул за ними и сбавил скорость. Машины были тут редкостью, и они точно бросились бы в глаза преследуемым. Он даже выключил фары и включил прибор ночного видения. Лобовое стекло стало зеленым, впереди было видно не больше десятка метров дороги. Он сделал это просто для того, чтобы не слететь в кювет. Ехать всё равно приходилось по навигатору. Вдали было видно только две белые точки задних фар фургона.

– Теперь самая увлекательная часть поездки, – саркастично сказал Кендзо. До Базлука оставалось не больше ста километров, на на этих дорогах и с такой скоростью поездка растягивалась на несколько часов.

– Бензина-то хватит?

– Я положил в багажник пару канистр.

– Ну, раз у тебя всё схвачено, я спать, – Ахимас откинул кресло, сложил руки на груди и закрыл глаза.

Когда он их открыл, прибор ночного видения был уже отключен, а впереди возвышался огромный черный куб Базлука. Снаружи он был больше похож на непонятную груду торчащих балок и проводов, с опознавательными огнями по контуру и стенам. Чем ближе они подъезжали, тем сильнее он затмевал небо за собой. Вдоль дороги было множество небольших хлипких лачуг, сделанных из металлолома и горы мусора за ними.

– Машину здесь и оставим. Зарули поближе к грудам мусора, – сказал Ахимас, когда они почти достигли цели. Фургоны уже остановились и ждали, пока поднимутся массивные грузовые ворота. Их явно много раз ремонтировали и поднимали их очень медленно, чтобы не сломать опять.

Кендзо свернул с дороги и проехал мимо нескольких рядов лачуг к мусорной горе. Он остановил машину возле груды автомобильных корпусов – оставалось надеяться, чтобы никто не заметил, что на их машине есть колеса. На всякий случай они обложили ее всяким металлоломом, который валялся рядом.

– Думаете, никто не видел, как вы сюда приехали и сейчас прячете машину? – раздался из темноты голос Анны.

– Рад, что ты в порядке.

– Какой заботливый. Лучше бы не просил меня прыгать.

– Я без тебя как без рук, ты же знаешь.

– Что правда, то правда. Фургоны уже внутри?

– Наверное. Сначала нам надо замаскироваться.

– Держите, – Анна кинула им какие-то тряпки, – украла с бельевой веревки.

– Кого-то могут убить из-за тебя, – сказал Кендзо, накидывая сверху рванину.

– Какая жалость.

Они двинулись внутрь грозно нависающего и давящего своей чернотой куба. Проход был совершенно свободный – всем было просто наплевать.

Внутри тяжелая черная стена резко сменилась пустотой. За коридором Базлук встретил их просторной площадью. Они оказались на дне атриума. Хоть снаружи сейчас людей и не было, внутри, напротив, всё еще бурлила жизнь, несмотря на позднее время.

– При искусственном освещении нет разницы – день или ночь снаружи, – прокомментировал происходящее Ахимас.

Фургоны неторопливо, прямо в потоке людей заезжали в лифт, который мог вместить гораздо больше, чем три этих машины.

Кроме машин на платформу лифта набивалась толпа. Всем надо было ехать наверх, а этот лифт, видимо, был одним из немногих работающих. Даже если бы троица начала бежать и расталкивать всех, они бы не успели догнать уезжающий лифт. Решетка опустилась, и крупные шестеренки по бокам лифта начали медленно его поднимать, помогая толстым тросам.

– Видимо, придется по лестнице. Ничего, успеем, – сказал Ахимас и начал протискиваться в сторону, куда вел нарисованный от руки указатель.

С лестничных пролетов было видно, как поднимается лифт, но тот, несмотря на загруженность и скорость, всё равно поднимался быстрее, чем они. Какую-то фору они получали, лишь когда лифт останавливался.

– Что-то тяжко… – сказал с одышкой Ахимас, когда они миновали пятнадцатый этаж. Фургоны поднимались всё выше.

Когда между ними оставалось два этажа разницы, фургоны наконец тронулись с места. Ахимас, который шел первым, молча сорвался на бег, перепрыгивая по несколько ступенек и выкидывая свое тело вперед, резко отталкиваясь рукой от перил.

Никто из посторонних не обращал особого внимания на бегущих, лишь выкрикивая что-то неприятное им в спину, когда их распихивали.

Пролетев разделяющие этажи ступени, они кинулись бежать через весь этаж к выходу из лифта. Сам лифт уже поднимался выше. Пробежав расстояние в несколько футбольных полей, они вынырнули из-за угла, чтобы увидеть, что фургонов здесь уже нет.

Ахимас остановился и согнулся пополам, жадно глотая воздух горящими легкими. Кендзо и Анна чувствовали себя вполне нормально.

– Черт… и куда теперь? – спросил он, еле шевеля губами.

– Не понимаю. Тут настолько безумное АФ-поле, что не могу разобрать, что и где вообще есть.

– Ага… и я… фух… – он разогнулся, – ладно. Тут не так много места, куда может пролезть фургон. Идем туда, – он указал на уходящий вглубь этажа коридор.

Они углубились в недра монструозного мусорного города, которые оказались тем еще лабиринтом. Хоть изначальный проект комплекса был относительно простым – шахты, окруженные помещениями, – за прошедшие десятилетия обитатели изменили его до неузнаваемости.

Где-то помещения расширялись, где-то, наоборот, дробились на более мелкие, что-то строили прямо в бывших коридорах, вторгались в бывшие технические помещения, делали новые лестницы. Пока они шли, в совершенно хаотичном порядке сменялись звуки кустарных фабрик, кухонь, жилых блоков, забегаловок и много чего еще, что не всегда можно было даже оценить и понять. Кривые самодельные указатели противоречили друг другу, новые делались поверх старых, где-то просто отсутствовали. На полу встречались непонятные лужи, с потолка то и дело свисала проводка, много раз перепаянная и перемотанная, из оголенных коробов валил пар, свет горел с попеременным успехом.

Обитатели, хоть и выглядели невменяемыми или опасными, были совершенно безразличными. Кто-то их даже не замечал, смотря одурманенными глазами насквозь, куда-то в другой мир или в бесконечную зияющую пустоту.

Путь вел их по единственному коридору, по которому могли проехать машины, но он закончился для них тупиком. Фургоны будто испарились в воздухе.

– Скорее всего, заехали куда-то за закрытые ставни. Может, даже на этой площади, – сказал Кендзо, когда они стояли и пытались зацепиться взглядом за хоть какую-то наводку посреди небольшой площадки, оборудованной под что-то вроде рынка.

– Господи! Да она же белая вся! – вдруг раздался громкий женский голос откуда-то из бокового коридора. Они немедленно двинулись туда.

– Может, выкидыш?

– Да она родила недавно, какой выкидыш? И где ты кровь видишь? – переговаривались столпившиеся обитатели местной общины.

– Пропустите, – Ахимас отодвинул собравшихся. Они собрались вокруг трупа молодой девушки, которая и вправду на удивление была белая как мел. Ахимас опустился на колено, чтобы осмотреть ее.

Он взял ее руку, начал прощупывать пульс – пульса не было. Попытался согнуть руку в локте – поддалась легко. Приоткрыл веки – глаза помутневшие, но будто живые. Он запустил руку ей в волосы, пытаясь найти повреждения головы, но та была цела. Случайно отодвинув прядь волос, он обнаружил на ее шее два небольших отверстия прямо на сонной артерии, на которой блестели капельки крови.

– Черт… умерла буквально только что…

– Я тебя здесь раньше не видел. Ты кто такой? Новенький что ли? Доктор? Что с ней? – обратился к нему лысый мужчина непонятного возраста.

– Мертва она.

– Точно мертва?

– Пульса нет. Но, возможно, ее еще можно спасти. Где у вас медпункт?

– Хех. У нас тут каждый сам себя как может латает. А раз пульса нет, то и думать нечего. Потащили к реактору.

– Реактору?

– Ты откуда взялся, новенький? Из Города пришел? У нас тут всё на биореакторах работает. Кидаем туда говно и мертвечину, за счет этого и живем. Хе-хе.

– И ребенка туда же сразу надо, чтоб не мучился. Где он? – засуетился второй.

Ахимас отступил. Несколько мужиков подняли покойницу и куда-то понесли.

– Эх, а ведь еще мягкая и теплая… – жадно проговорил один из них.

Ахимас вернулся к Анне и Кендзо.

– Ну что там? – спросила Анна.

– Кровь выпили. Два отверстия на шее.

– Черт… Немертвый…

– Немертвый?

– Вампир.

– Редкий зверь. Я думал, вампиром можно стать только через операцию с ритуалом.

– Не только. И это очень плохо. Черт, да сюда надо армию Маленкова тащить и сжечь все до основания. У меня еще такое поганое ощущение сейчас. Я будто демона чувствую.

– Демона? Я чувствую только сильные возмущения в поле, и всё. Да и будь тут демон, думаю, мы бы уже услышали вопли.

– Может, я ошибаюсь. Не могу понять.

– Тут вообще бывали хоть раз демоны? Мне кажется, они давно бы тут всех перебили.

– Конечно бывали. Я в нескольких местах видела отрубленные пальцы и кисти на прилавках. Это зверье само кого хочешь перебьет…

– Давайте уходить, – сказал Кендзо, – как минимум мы знаем, что здесь точно что-то происходит.

– Да уж.

Они пошли обратно так же, как и пришли. Всего за минуту жизнь в этом месте вернулась на круги своя. Напоследок Ахимас еще раз окинул взглядом окружение. Из всех безразличных обитателей лишь один высокий и бледный парень, чья голова была прикрыта капюшоном, искоса смотрел им вслед.