Ахимас, Винсент и Кендзо стояли на носу корабля, облокотившись на перила. Ночью на море было холодно, но в этих широтах всё равно было теплее, чем в Городе зимой.

Их корабль сейчас должен будет пройти через пролив, и они наблюдали за поднятыми через него мостами и огнями города, раскинувшегося по обе стороны. Точнее, на два города. Когда-то давно этот город был единым и за него проливалось очень много крови на протяжении многих веков. По обе стороны пролива на берегах стояли пушки, направленные на противоположный берег. Мост был заминирован обеими сторонами. Сейчас был мир, но стороны были всегда готовы к войне.

Этот город был особенным. Он соединял два моря и два континента. Контроль за этим городом был самой важной задачей в масштабе всего региона. Роксолана владела лишь клочком земли на своей половине – территорией, оторванной от границ, соединяемой лишь морем. Когда-то пролив запирал это море, но сейчас, в силу насильного изменения географии, между этим морем и соседним появился еще один пролив, объединив их в одно, создав естественную границу на юге Роксоланы по воде.

Изменилось время, изменилась география, изменилась страна, изменился даже народ, населяющий эту страну, но неизменными остались интересы.

Южным соседом Роксоланы было государство, расположенное преимущественно на пустынных территориях, не все из которых удалось озеленить. Его жители ревностно хранили свой уклад и свои традиции.

Их корабль же держал путь еще южнее, к государству более богатому и терпеливому, хоть и не менее сильному.

– Ни разу в жизни не выезжал дальше ближних предместий Города, и в первый же раз отправился куда-то на край света, – сказал Винсент.

– Хах, это еще не край света, – ответил Кендзо. И правда, его родина была на самом дальнем Востоке.

– Скучаешь по родине?

– По семье. По дому. По родине – нет.

– А ты, Ахимас, тоже впервые за границей?

– Не-а.

– Я думал, ты на коротком поводке.

– Как видишь, сюда меня отпустили.

– Где был в прошлый раз?

– Тоже в пустыне, можно сказать. Недалеко отсюда.

Анны не было с ними – она всё же забралась повыше, чтобы тоже посмотреть на открывшийся пейзаж. Полковник тоже плыл на судне, но он остался внутри корабля.

Они уже миновали второй мост, и их взору открылся древний собор. Он сильно пострадал в войнах, и реконструкция навсегда лишила его исторического облика, добавив к камню металл.

Судно, что везло их к пункту назначения, было торговым, и они добирались не совсем легально. Даже сейчас можно было скрыться от всевидящего электронного ока, если путешествовать по воде.

В будущем, по словам госпожи Серебряковой, им не придется тратить время на подобные путешествия, поскольку они станут перемещаться на своем новом дирижабле, когда он будет готов, а это – опять же, со слов, – должно случиться очень скоро.

Исследования перчатки позволили Фронтиру получить множество данных, пригодных для усовершенствования технологий глушилок, детекторов, оружия и прочих научных изысканий, которые Винсент себе даже представить не мог.

Благодаря этим же исследованиям им удалось найти в относительной близости сильный источник излучения Арамаки – Феймана даже при общем зашумлении излучения. Можно сказать, что это было иголкой в стоге сена, так как в регионе были одни из крупнейших в мире эмульсионных колодцев, за счет которых и жила страна назначения.

Серебрякова и Туманова решили не тянуть и заполучить источник излучения, если это возможно. Если нет, то собрать как можно больше информации по объекту. Это задание было своеобразным штрафом за неоднозначные результаты операции в Соборе.

Путь был неблизким. Они плыли уже пять часов, а впереди было еще целых три с половиной дня.

– Прости, что не предупредил. Я не собирался никуда ехать, просто один из участников рабочей группы заболел и пришлось взять меня, – Винсент говорил по телефону с Агнией.

– Жалко. Я надеялась, проведем вместе все выходные.

– Как вернусь, проведем.

– Привезешь мне что-нибудь?

– Например?

– Не знаю. Какую-нибудь безделушку.

– Ладно. Поищу.

– Ты расстроен…

– С чего ты взяла?

– Начал говорить обрывками…

– Нет. Просто устал от дороги. На дальнем Востоке уже ночь, – соврал он. Разница во времени между ними была небольшой, причем у Винсента было на несколько часов раньше. Он и правда почувствовал стыд, что не предупредил ее, но почему-то не счел нужным этого сделать.

– Тогда ложись спать скорее. Спокойной ночи. Я тебя люблю.

– Да. И я тебя. Спокойной ночи… – он завершил звонок.

Неизбежная проблема скуки решалась чтением книг. Ахимас и Кендзо были явно привычными к этому, а Винсент же открывал для себя это занятие заново. Когда-то давно он и сам охотно штудировал книги, но это было в прошлой жизни. Уже даже в позапрошлой, когда этого не требовали обстоятельства.

А эти двое, похоже, были вынуждены тратить время своей жизни на чтение книг. Занятие полезное, но иногда пугающее. Суррогат настоящей жизни. Это было вдвойне странно, так как Винсент точно знал, что эта парочка была людьми дела. Вот что бывает с потенциалом, запертым в клетке. Огромное количество энергии сгорает, словно одинокая, но яркая звезда в открытом космосе. До сих пор не было никаких доказательств внеземной жизни, ну, не считая демонов, но об их происхождении до сих пор не было единого и точного мнения, так что Вселенная была огромным, самым мощным из существующих двигателем, который каждую секунду сжигал количество энергии, которое человек был не способен охватить своим разумом, просто впустую.

На такие размышления Винсент постоянно отвлекался от чтения, уставившись на одно слово, после чего возвращался к книге. В это же время Демин просто лежал с закрытыми глазами. Было непонятно, спит он или просто лежит. Анна читала со своего смартфона в интернете о конечной точке их маршрута. Прочие были явно больше нее осведомлены о тех местах, куда они плывут.

Все они впятером разместились в одном помещении сухогруза, плывущего с товарами в столицу Машрика. На подобных судах стабильно и даже вполне легально перемещались те, кто не мог позволить себе поезд или самолет и был готов выносить тяготы пути, включая скудное питание. Были и те, кто просто предпочитал морские путешествия. Конечно, можно было и раскошелиться на корабельную еду, но и на этом путешественники предпочитали экономить.

Вся группа могла бы позволить себе питаться вместе с командой, но они старались лишний раз ни с кем не контактировать.

Но вскоре даже из этого они извлекли для себя пользу в плане развлечения. Когда солнце близилось к закату, они в качестве вызова самим себе ставили задачей проникнуть из точки А в точку Б на корабле незамеченными, но пройти по самым оживленным местам. Ночью же они поднимались на самый верх корабля и тренировались в рукопашном бою. Все, кроме Демина, который позволял себе после захода солнца прогуляться вдоль перил палубы и подолгу смотрел вдаль на морскую гладь.

Конечно, все они уже давно перестали быть детьми, но именно как дети они себя сейчас чувствовали и так же выглядели со стороны. Пока отец меланхолично прогуливался, созерцая вечное и вспоминая былые дела, его дети, радующиеся тому, что уехали куда-то в новое место, развлекались активными играми. Даже на лице Винсента и Анны можно было увидеть улыбки во время их драки на четверых, где каждый был сам за себя.

Чем дальше они плыли, тем неприятнее становился воздух. Когда миновали второй великий канал между двумя другими морями, Винсенту стало совсем невыносимо. Воздухом было тяжело дышать. Особенно в дневное время. Казалось, будто он стал маслом, которое приходилось с усилием втягивать в свои легкие. От резкой смены климата самочувствие Винсента лучше не становилось. Впрочем, как и всех остальных, кроме Анны. Она сказала, что ненавидит холод и сейчас ей гораздо комфортнее. Иногда она даже днем выбиралась наверх, чтобы погреться на солнце. «Видимо, женское ей всё же не чуждо», – думал Винсент, так как считал, что она ходит загорать.

Наконец, на исходе четвертого дня, миновав плотное оцепление из военных кораблей, охранявших границу от агрессивных соседей, они приблизились к порту города Эртаф – столицы страны Машрик. Еще перед тем как солнце село, с корабля было видно огромную спиральную башню из стекла и металла, вершина которой исчезала за облаками. Она была самым высоким зданием в мире. Сейчас же, после заката, она сияла огнями, словно столб света.

Вокруг нее совершенно невпопад были разбросаны другие небоскребы, казавшиеся, впрочем, не такими уж и высокими по сравнению с башней. Они совершенно не сочетались друг с другом и выглядели раздражающе неприятно. В целом весь город выглядел как столкновение Юга и Запада: он выглядел привычно, но при этом самобытно, если закрыть глаза на отсутствие какого-либо вкуса в критериях генеральной застройки.

Было здесь еще одно монументальное сооружение. Прямо на воде. Огромное кольцо из металла, от которого на сушу тянулись толстые мощные кабели. Что там внутри кольца, было не видно, но оно ярко светилось. Это был Эмульсионный колодец. Всё кольцо представляло собой подобие настоящего колодца, уходящего вниз, из которого полностью откачали всю воду, чтобы добывать черную эмульсию. Самое дорогое сокровище этого города, построенного для его добычи. Город баснословно богатых людей, людей, их обслуживающих, и людей, которые работали на Колодце.

Даже ночью на Колодце продолжалась работа и его патрулировали военные. Сухогруз остановился и заглушил мотор в нескольких километрах от Колодца. Помимо него, рядом стоял еще с десяток сухогрузов. В ночное время Эртаф ни корабли, ни поезда, ни самолеты не принимал.

Сухогруз причалил лишь к полудню. Самое ужасное время суток. К счастью, безжалостно палящее солнце было закрыто прозрачными настилами, которые защищали весь Эртаф от прямых лучей и немного снижали нестерпимый жар. Но вот от горячего воздуха, которым было противно дышать, они не защищали.

Команда тайком покинула корабль с несколькими большими чемоданами и отправилась к месту своего пребывания. Оно было практически в самом порту. На окраине порта располагались ряды складов, сдаваемых в аренду всем желающим, один из них уже ожидал их. Не самые комфортабельные условия для поездки и проживания.

Внутри склада, больше похожего габаритами на гараж, они раскидали спальники и оперативное снаряжение. У Кендзо был свой собственный чемодан с оборудованием для обнаружения интересующей их цели и последующего ее хранения.

Если бы не хорошая система вентиляции, их ячейка превратилась бы в настоящую духовку. Но, даже несмотря на холодный воздух, влажность и жар всё равно ощущались. Почти все они, включая Анну, сняли с себя всё, кроме маек. «При параде» остался лишь Демин, которому будто бы было и не жарко вовсе. Впрочем, пот на его лбу говорил обратное, а значит, останавливала его лишь офицерская гордость.

Кендзо развернул оперативный штаб, который представлял собой компьютер и какие-то антенны. Кроме этого, в его чемодане находился особый контейнер для перевозки возможного груза и переносной, очень маленький детектор.

Он сразу же приступил к работе, не отдохнув от дороги:

– Не знаю, сколько времени это займет. Не так далеко колодец, плюс очень много глушилок, не говоря уж об излучении от городских систем. Можете пока подышать воздухом.

Винсент, Ахимас и Анна вышли из ячейки и какое-то время бесцельно шлялись по территории.

– Как вам идея забраться туда? – Ахимас указал на неработающий портовый кран.

– Не слишком ли заметно? – скептически ответила Анна.

– Да ладно, кому до нас есть дело? Если что, я нас прикрою.

– Только силы зря потратишь.

– Я и так уже на грани смерти от скуки, так что хуже точно не станет.

– Ну пошли.

Конечно, никто просто так к крану их не пустил, так что пришлось перескочить несколько заборов. Кроме того, они взяли валяющуюся спецодежду и повязали ее на пояс на всякий случай.

Вид с крана оказался не таким интересным, как хотелось, ибо весь город был скрыт за бесконечной чередой высотных домов разной этажности. Зато со стороны моря было видно мелкие фигуры работников, ходящих по конструкциям монструозных размеров колодца, а также бесконечную цепочку прибывающих и отбывающих кораблей.

Троица сидела молча и скучающе смотрела вдаль.

– Интересно, почему этот кран не работает? Работа-то кипит, – спросил Винсент, не отрывая ладони от головы.

– Там же внизу написано, что он на ремонте.

– Я не видел.

– Там незаметная надпись.

– Ты что, понимаешь местный язык?

– Ага.

– Как же.

– Абсолютно серьезно. Я знаю все южные языки к востоку от залива. Выучил еще в детстве.

– И не забыл?

– Я часто думаю на них.

– Зачем?

– Чтобы не забыть.

– Логично. – Винсент не стал допытываться дальше. Он понимал, что Ахимас начинает так отшучиваться каждый раз, когда не хочет отвечать на вопрос прямо. – А я забыл почти все языки, которые учил в детстве. Считал их лишними для своей работы.

– Ого, тебя пробило на откровения?

– А я уж про тебя успел забыть за эти дни… – Винсент выдохнул.

Анна сидела молча, обняв колени. Она будто хотела что-то сказать, но сдерживалась. Видимо, все скучали по дому в такой дали.

До сих пор Винсент не знал, откуда напарники родом. Он даже сомневался, что из Роксоланы, из-за их внешности. У Анны были очень необычные черты лица, но это можно было списать на чрезвычайно удачную наследственность. Говоря же об Ахимасе, Винсент даже никогда в жизни не слышал такого имени и не мог понять, откуда оно взялось.

Тут с ними связался Демин:

– Мы закончили.

Троица слезла с крана и вернулась на склад.

– Кендзо определил зону, мы с ним отправляемся на поиски самого объекта. Скорее всего, он находится на острове Верхнего города. К восходу солнца мы должны будем вернуться. Операция по изъятию начнется, когда солнце сядет… Это самое удачное время, хоть и не самое простое.

– Что делать нам? – спросила Анна.

– Гуляйте по городу. Наслаждайтесь. Вы находитесь в одном из самых необычных городов планеты. Тем более траты берет на себя госпожа Серебрякова.

– Отлично. Можно я куплю себе суперкар? – спросил Ахимас.

– Траты в пределах разумного, – весьма серьезно ответил Демин, словно Ахимас и правда мог себе его купить.

– Может, мне стоит пойти с вами? – Анна явно была не в восторге от перспективы прогулки. – Я могу почувствовать артефакт, когда он будет рядом.

– Мы справимся, Ани. Считайте, что у вас полдня оплачиваемого отпуска. Только не забудьте включить подавители, а то в городе столько камер, что лица моментально по всем системам разлетятся.

Весь день они провели, гуляя по Эртафу. Он выглядел как типичный мегаполис, в котором все составляющие выкрутили на максимум, кроме того, ужасно богато и вылизанно. Первое, что бросалось в глаза на улицах, – машины, у которых не было колес и водителей. Они парили над дорогами на автопилоте.

– Ужасно дорогая и абсолютно бесполезная технология, – сказал Ахимас, как только они это увидели. – Зато они могут себе это позволить.

– И хотят, чтобы другие это видели, – закончила его мысль Анна.

Автопилот был у всего, что двигалось, – частного автомобиля, такси, автобуса. На каждом тротуаре были сегменты с пассажирскими конвейерами, так что у пешеходов практически не было нужды даже двигать ногами.

Верхний город отличался от Нижнего более дорогими машинами, по-настоящему высокими зданиями, магазинами и ресторанами, а также огромным количеством фонтанов из чистого золота и позолоченных пальм. Тем не менее было так же много обычных зеленых растений.

Этот город был памятником самому себе. Каждое более новое здание соревновалось со всеми предыдущими в монументальности и роскоши. Главный музей можно было обойти полностью, лишь потратив целую неделю. В отличие от соседей, Машрик был светским государством, но каждый храм и собор любой из религий выглядел так, словно был главным во всем мире. Их внутренние пространства, казалось, были созданы для великанов, а не для людей. И, несмотря на размах, отделка была исполнена в самых мельчайших деталях, кропотливо и мастерски.

Завершая свою прогулку, они поднялись на смотровую площадку Спиральной башни. С нее открывался вид на несколько десятков километров вдаль. Сам Эртаф оказался не таким большим, как можно было подумать. Он был весьма компактным городом на полном самообеспечении. Со смотровой площадки было видно множество полей и ферм, созданных искусственно за счет эмульсионных технологий на безжизненной пустынной земле. Саму пустыню тоже было видно на горизонте, по ней в город и из города курсировали огромные «пустынные пароходы», перевозившие людей и грузы.

Завершить свою прогулку они решили, как следует поужинав в ресторане. В таком простом виде их бы попросту не впустили ни в один ресторан Верхнего города, так что им пришлось искать ресторан в Нижнем, рассчитанный на туристов.

Даже такой ресторан оказался вполне себе недешевым, хоть и на несколько порядков дешевле заведений Верхнего города. Все недовольства относительно высокой цены развеялись, когда они увидели размеры порций.

– Мы же всё это не съедим, – сказала Анна, рассматривая с десяток разных блюд, что они заказали.

– Какая разница, всё равно не мы платим, – ответил Ахимас, уже взяв в руки столовые приборы. – Один маленький плюс быть цепным псом графини Серебряковой.

– Сколько лично у нее денег для обычной графини? Конечно, цена той огромной летающей штуки значительно выше нашей поездки, но все же немалые выходят карманные расходы! – с удивлением воскликнул Винсент.

– Ого. Впервые в жизни ты выдавил из себя так много слов за раз, – съязвил Ахимас. – Не знаю, но, очевидно, она тоже может всё себе это позволить. Прямо как здешние шейхи.

– Дворяне везде одинаковые. Либо сидят на своих состояниях как драконы, либо тратят почем зря. С таким подходом ни себя, ни страну не обогатить.

– Может, хватит вам считать чужие деньги? – вклинилась Анна. – Сами набрали жратвы столько, что не влезет, и чем мы лучше? А ты и правда какой-то разговорчивый стал. Ешь лучше.

– И что я вижу? Винсент ван Хайме пытается вести беседу в кругу друзей, вот так смех.

– Тебя что-то не устраивает?

– Напротив. Мне крайне любознательно. Особенно интересны твои чувства и эмоции от этих попыток изменить самого себя. Они вкусные.

Оплатив счет специально подготовленной для подобных командировок картой, они поспешили вернуться на свою импровизированную базу.

Полковник и Кендзо уже были там.

– Вот и вы. Отлично. Мы с Кендзо нашли объект. – Демин пригласил их к дисплею компьютера.

– Я абсолютно уверен, что наша цель – этот кинжал, – сказал Кендзо, показывая остальным фотографию красивого короткого ятагана, лезвие которого переливалось пурпурными волнами. – Сейчас он находится на одной из галерей Спиральной башни, где проходит выставка частных коллекций из-за океана. Ятаган, очевидно, не такой уж и старый, но ужасно дорогой. А ценность его в том, что во время Инцидента он принял в себя часть энергии вспышки Черного Солнца.

– Что за идиотизм, – усмехнулся Ахимас.

– В его опасности и заключается его исключительность для хозяина, – сказал Демин.

– Вернемся к делу. Проникать в башню придется с крыши соседней, куда мы, в свою очередь, попадем с еще одной крыши. Я проложил маршрут, по которому мы доберемся до нужной крыши, как по лестнице. Придется, конечно, полетать между зданиями на тросах. Верхний город практически не засыпает, так что, с одной стороны, на нас вряд ли кто-то обратит внимание, а с другой – в случае ошибки мы быстро станем достоянием масс-медиа. С нужной крыши мы попадем на один из балконов Спиральной башни, а оказавшись внутри, нам придется пройти по лестнице наверх… шестьдесят этажей.

– Что?!

– Ты шутишь???

– Да ладно… – воскликнули Винсент, Ахимас и Анна одновременно.

– Есть и хорошая новость. Относительно. Обратно мы будем добираться по воздуху. К счастью, я включил в наше «воздушное» снаряжение аэромобильные комбинезоны, на всякий случай. Город небоскребов всё же.

– Ну… зато это будет весело! – Ахимас радостно хлопнул в ладоши. – Если не разобьемся в лепешку на одном из этапов.

– Я остаюсь здесь и буду координировать вас вместе с Кендзо. Во время операции командует Анна. Собирайтесь. Вам нужно успеть добраться как можно ближе к мостам до начала комендантского часа.

Задача осложнялась тем, что действовать нужно было чрезвычайно осторожно и незаметно, а в условиях мегаполиса это было практически невозможно даже после захода зимнего солнца. Даже при желании без посторонней помощи миновать все системы слежения было невозможно. Кендзо подключился к основной информационной сети города и сопровождал весь отряд по пути его следования. Он мог ненадолго обмануть камеры и датчики, но от посторонних глаз с помощью взлома было не скрыться. В итоге и без того долгий путь постоянно прерывался для выжидания подходящего момента.

Комендантский час застал их раньше ожидаемого громким гулом сирен, словно город ожидал воздушный налет. Те немногие, кто еще оставались на улице и в спешке возвращались домой, исчезли с улиц в течение нескольких минут. Даже свет во всех окнах погас, оставляя гореть одни уличные фонари.

– Скорее, на крышу, – сказала Анна и выстрелила гарпуном куда-то вверх, после чего с ловкостью кошки начала подниматься.

Протяжный вой сирены наконец закончился, и на смену ему пришел другой звук. Тяжелый гудящий звук приводов, которые поднимали толстые стальные плиты из земли, закрывая первые этажи зданий.

Винсент, карабкаясь вверх по стене, видел, как через несколько кварталов от них поднимались разводные мосты. Посмотрев вниз, на улицы, он увидел силуэты людей, которые неторопливо шли, занимая свои места посреди дорог.

– А это еще кто? – спросил Винсент по внутренней связи.

– Гулямы, – ответил Кендзо. – Ты что, не знаешь?

– Нет.

– Использовать огнестрельное оружие в комендантский час слишком рискованно, так как это может привести к лишнему урону, а доверять дронам холодное оружие неэффективно. Оставлять всё как есть тоже нельзя, так что каждую ночь до утра на улицы города выходят эти ребята и охраняют покой.

– Понял. Здóрово…

– На крышах их быть не должно, так что не обращай внимания.

Винсент уже подтягивался на карнизе, как услышал внизу нечеловеческие крики. Он вновь посмотрел вниз. Прямо сквозь дорожное покрытие, словно из воды, с трудом поднимались существа, похожие на людей. Их плоть была земляного цвета, свисала клоками, они вытаскивали себя из земли худыми длинными руками. Их лица искажали гримасы боли, которые Винсент видел даже с высоты, у них всех были открыты рты с торчащими кривыми черными зубами.

Они поднимались и поднимались. Их численность в несколько раз превышала количество гулямов. Как только первые из них окончательно вылезли, начался танец. Именно это было первым, о чем подумал Винсент, когда увидел воинов в действии. Каждый них был вооружен двумя скимитарами, которыми они орудовали так быстро, плавно и точно, словно это была какая-то пляска. Они рубили нежить пополам, отсекали ноги и конечности, каждым пируэтом убивая нескольких тварей. Это был танец на грани провала, ведь одно неверное действие могло стоить воину жизни и он оказался бы поглощен наступающей волной монстров.

– А это что за твари? – опять спросил Винсент.

– Ты и этого не знаешь? – ответила ему Анна, которая тоже смотрела вниз. – Ты вроде аристократ, где же твои блестящие познания?

– Там же, где и твои манеры.

Анна промолчала, а Ахимас хмыкнул:

– Это те, кто умер тут во время последних войн. А может, и еще раньше. Когда-то тут был просто небольшой городок и трупы складывали на улицах. Люди ушли, а покойники – нет. Когда пришла пора строить колодец и новый город, от них почти ничего и не осталось уже. Весь город буквально стоит на костях. Потом и выяснилось, что каждую ночь, с определенного часа и до восхода солнца, эти ребята восстают из мертвых. А наутро даже крови не остается, разве что кроме крови гулямов, если их убьют.

– В это время, кстати, колодец выделяет больше всего энергии, так что одна ночь стоит сразу нескольких дней, – влез Кендзо. – Хотя свободная экономическая зона приносит денег больше, чем добыча эмульсии и кристаллов.

– А почему было просто не построить город в другом месте?

– Так дешевле. В Верхнем городе такого и не происходит, только здесь. Как видишь, эти ребята отлично справляются, зачем лишний раз всё усложнять?

– Надо торопиться, – сказала Анна и направила выстрел из гарпуна в здание через дорогу. Она прыгнула, раскрыла мембраны-крылья и позволила тросу притянуть себя.

– Не люблю я такое, – сказал Ахимас и сделал то же самое.

Винсент немного опешил, потому что не был уверен, что сможет сделать это так же гладко, как они. Он выстрелил, прыгнул, открыл крылья, но слишком поздно, и в какой-то момент он решил, что впечатается в стену, но всё же смог набрать нужную высоту. До края карниза долететь всё равно не удалось, так что Анна и Ахимас схватили его и подтянули на крышу.

– Потренироваться бы хоть… – сказал он еле слышно.

Следующие прыжки давались Винсенту легче. Три незаметные тени одна за другой двигались по крышам темного Нижнего города, улицы которого затопило бесчисленной и нескончаемой ордой живых трупов. На фоне всего этого сиял огнями Верхний город – остров, отрезанный от безумия разводными мостами. Даже высота зданий по обе стороны моста резко разнилась, вполне буквально объясняя, что есть что.

Верхний город становился всё ближе. Вместе с этим всё громче становились низкие урчащие басы музыки, раздававшейся оттуда. Громкий и яркий, только он имел право на шум и свет, власть над которыми являлась глубоко сакральной для человеческой цивилизации. Шум и свет – смесь сил природы и сил божественного, доступ к которым дозволен не всем смертным.

Последний квартал перед мостом. Впереди был резкий перепад высоты: надо было спуститься с пятиэтажного здания на трехэтажное, а потом вновь подняться на высоту пятиэтажного. По крайней мере, Винсенту, так как он всё еще немного неловко справлялся с полетом. Анна и Ахимас тем не менее поступили так же, чтобы лишний раз не рисковать.

Чтобы подняться с низкой крыши обратно наверх, не нужно было даже открывать костюм, достаточно было лишь подтянуться на кошке. Винсент шел в цепочке последним. Он выстрелил крюком в темноту и, судя по звуку, зацепился. Дернув для верности трос несколько раз, он начал подниматься. Поднявшись всего на один этаж выше, он услышал какой-то звук наверху и резко начал падать вниз. Он даже не успел выпустить цепь, чтобы зацепиться, как оказался на земле.

Падение было болезненным, хотя приземлился он на что-то мягкое. Открыв глаза, он увидел, что окружен плотным кольцом мертвецов, а небольшой круг неба над головой быстро сужался. Винсент начал отбиваться цепью. Управлялся он ею не так ловко, как тогда, в Соборе. Хоть он и разил нежить, кольцо становилось всё плотнее. В какой-то момент он вдруг понял, что приземлился на гуляма, видимо, убив его.

Покойники то и дело хватали его за конечности, драли когтями, пытались укусить, но он кое-как продолжал отбиваться. Винсент понимал, что это ненадолго и он вот-вот умрет.

Первая мысль, которая пронеслась в его голове, была о том, что сейчас он наконец встретится с Эстер. Вторая – что Агния вряд ли даже узнает, что он умер. Для нее он просто бесследно исчезнет из жизни. А третья – что у гуляма должно было быть два меча.

Сделав несколько сильных круговых взмахов цепью, Винсент раскинул руки в стороны в поисках скимитаров. Если ему не удастся их сейчас найти, то всё кончено – он раскрыл защиту перед врагами. Но ему повезло. Почти сразу он нащупал руками клинки. В этот момент в дело наконец вмешался Под. Он обвил оба клинка своими металлическими щупами и вытолкнул тело Винсента вверх. Винсент резко раскрутился с мечами в руках, разрубая всех окруживших его врагов.

Когда он остановился, он почувствовал, как кто-то схватил его с двух сторон и потянул наверх.

– Почему так долго? – спросил он у Анны и Ахимаса не без возмущения.

– Шутишь? Даже минуты не прошло. И это мы еще не сразу заметили, что ты сорвался, – ответил ему Ахимас.

А для Винсента это показалось целой вечностью. Внизу под ними кольцо покойников уже сомкнулось и пожирало еще теплое тело гуляма. Может, он даже был не мертв, а просто потерял сознание. Винсент не хотел об этом думать. Он перевел внимание на клинки, что до сих пор держал в руках. Они изменились внешне. Стали выглядеть так, будто являлись частью Пода. Клинок покрылся тонким красивым узором пурпурного цвета, похожими на кровеносные сосуды. Эфес также изменил форму и выглядел так, будто его собрали из разных осколков. Он был угловатым и грубым, в отличие от гладкого и изящного лезвия.

– Соедини их, – сказал ему Под.

Винсент соединил клинки, и они, словно детали конструктора, слились в единое целое, став одним мечом, но толще и длиннее.

– Можешь использовать и так и так, как тебе удобно.

– Ты что это делаешь? – спросила его Анна с подозрением и удивлением одновременно.

– Не знаю… Просто почувствовал, что это сработает… – неловко солгал он.

– О чем вы говорите? – раздался голос Демина по внутренней связи.

– Винсент подобрал два меча, поглотил их перчаткой и слил воедино, – доложила ему Анна.

– Интересно. Но это подождет до возвращения. Продолжайте вдвойне осторожней.

– Есть.

Меч, словно распавшись на металлические ленты, слился с перчаткой, и всё вместе исчезло внутри руки Винсента, оставив лишь голую кожу и порванный в клочья рукав.

– Опять…

– Носи запасную одежду, – усмехнулся Ахимас.

Они вернулись на крыши. Первым делом Ахимас наспех помог Винсенту залатать его костюм, чтобы он мог лететь дальше. Судя по его лицу, ему не очень хотелось применять свои силы. Впереди были только поднятый разводной мост, река и сияющий шумный Верхний город. Здесь предстояло совершить сложный маневр.

Дождавшись команды Кендзо, который отключал системы наблюдения, они зацепились кошками за край поднятого моста и включили электромагнитный привод, который сматывал трос, в режиме перегрузки. Резко сорвавшись со своих мест, уже в воздухе они раскрыли крылья и отпустили зацеп, описывая вокруг моста дугу и перелетая через реку.

Оказавшись на другом берегу, они вновь зацепились, но уже за часть облицовки ближайшего здания, ускоряя себя и запуская в сторону ближайшей высотки. Внутри нее горели почти все окна, но вряд ли кто-то видел их – темные фигуры, летящие по воздуху. Они начали цепляться за части небоскреба, продолжая ускорять и поднимать себя выше и выше. Описав вокруг него полный круг, они полетели в сторону следующей высотки, постепенно поднимаясь на высоту. Добраться до крыши своим ходом они все равно не смогли, но уже были на таком расстоянии, что можно было зацепиться кошкой. Наконец, они оказались наверху.

Крыша была самой обычной, с гудящими коробами системы вентиляции и антеннами, хотя многие другие крыши небоскребов здесь были открытыми и обитаемыми. Так, у башни, вокруг которой они только что летели, на крыше был открытый бассейн и шла вечеринка.

А по другую сторону реки стояли темные силуэты Нижнего города и даже не видно было света на его улицах.

– Там такое происходит, а они тут веселятся, – недовольно пробурчал Винсент.

– А что им, убиваться, что ли? – парировал Ахимас. – Гулямы сражаются там, чтобы люди тут могли жить так, как они живут. Они это умеют, они в этом хороши, для этого они и нужны. Это их выбор. Просто люди, веселящиеся сейчас, делают свою часть работы, которой сейчас не видно. Да, конечно, они бессмысленно богаче и живут легче многих, но богатство этой страны и этого города – это именно их заслуга. Всё происходит так, а не иначе, потому что иначе просто не могло произойти. Бог на небе – всё в порядке на земле. Я так считаю.

– Может, ты и прав… – бросил Винсент, но его перебила Анна:

– Потом поболтаете, мы еще не закончили. Идем дальше.

Они продолжили путь. Впереди им пришлось перемещаться так же, как они попали на остров – серией долгих перелетов и маневров.

Они планировали между стеклянными башнями, поднимаясь всё выше и выше. Здесь под ними вновь разлилось море, но не море живых мертвецов, а море пестрых огней и автомобилей. Они оставались незаметными, потому что всё остальное вокруг было таким ярким и ослепительным.

Постепенно они подобрались вплотную к Спиральной башне. Оставался последний рывок – спикировать вниз и долететь до одного из балконов, находившегося на верхней грани одной из спиралей.

Они стояли на карнизе, словно ныряльщики, готовые к прыжку. Первой, как обычно, пошла Анна. Следом за ней – Ахимас. Немного погодя и Винсент сделал свой шаг в пустоту. Его тело уже привыкло к ощущению полета, и короткий страх от чувства свободного падения и свиста в ушах сменился легкостью и спокойствием, словно при погружении глубоко под воду. Схожее чувство Винсент испытывал в темноте, в которой он оказался, пока был в коме. Отныне это чувство будет манить его, пока он его помнит.

Он раскрыл крылья и резко разбился о волну воздуха, сменив падение полетом. Еще ни разу за этот вечер они не были так высоко. Перелет был небыстрым, так что была возможность повертеть головой. Он переводил взгляд с ярких веселых улиц на старый город, на пустыню, на море, где горели красные лампы эмульсионного колодца и огни кораблей, ожидающих прибытия в порт завтрашним утром.

Троица медленно планировала к нужной площадке. Приземляться надо было по касательной, ибо пространства для торможения практически не было. Всё равно что приземлиться на самолете на кузов грузовика. Тем не менее все трое приземлились успешно.

– Мы на месте, – сказала Анна Кендзо, – отключай системы безопасности.

Она подошла к служебной двери и достала автоматическую отмычку. Как только Кендзо дал команду, она прикрепила ее к электронному замку и через пару секунд дверь была открыта.

Они оказались на просторной серой лестничной клетке, которую освещал тусклый желтый свет. Откуда-то издалека раздавался гул вентиляции.

Ахимас посмотрел вверх между пролетами. Конца лестницы видно не было.

– Ох… Может, лучше на пожарном лифте?

– Пойдемте, – сказала Анна и пошла вперед.

– Может, и правда было бы лучше на пожарном… – сказала она, миновав двадцать с лишним этажей, и остановилась передохнуть. – Вы считаете этажи?

– Да. Двадцать три прошли, – сказал запыхавшийся Ахимас.

– Я двадцать пять насчитал, – отозвался Винсент.

– А я двадцать шесть… Кендзо, какой нам нужен этаж?

– Сто шестьдесят восьмой.

– Понятно. Идемте…

– Меня… радует… только то… что… никто… кроме нас… по этой лестнице… не ходит… – проговорил Ахимас в ритме своего шага.

– Не каркай… И не шуми…

Поднявшись на бесконечное количество ступенек, они дошли наконец до нужного этажа и без сил скатились по стенкам на пол, пытаясь восстановить дыхание.

– Ща сдохну… – выдавил Ахимас. Анна и Винсент согласились с ним неразборчивым мычанием.

Собравшись с силами, они проникли внутрь музея. Свет в помещении был выключен, но подсветка экспонатов работала. Кроме этого, по полу скользило несколько пятен света от фонариков охраны. Самый сложный этап операции начинался здесь.

Направляемые Кендзо по внутренней связи, они короткими перебежками продвигались к цели, укрываясь за декорациями и экспонатами. Оставаясь незамеченными, они приблизились к залу, где хранился ятаган. Он находился в центре зала на постаменте внутри стеклянной трубы, залитой ярким светом. Красивая черная сталь с сияющими пурпурными прожилками и узорами. Похоже чем-то на скимитар, что заполучил Винсент.

– Постойте, – остановил их Кендзо, когда они были у входа в зал. – Я не вижу в сети никаких систем безопасности, кроме камер наблюдения. Похоже, что во всем зале автономные или полуавтономные системы безопасности. И еще, вы чувствуете сам ятаган?

– Да, чувствую, – сказал Ахимас. Его глаза светились, а сам он впервые за весь день выглядел очень серьезным и сосредоточенным.

– Я тоже, – отозвалась Анна.

Даже Винсенту показалось, что он что-то чувствует в той стороне, где находился ятаган.

– Что делать с системой безопасности? Могу попытаться всю ее выжечь, даже если она экранирована. Думаю, у меня хватит на это сил.

– Не надо. Мы не знаем, как она себя поведет. Кроме того, это будет большим таким оставленным следом.

Винсенту вдруг стало интересно, почему Ахимас рассчитывал только на себя, если Анна тоже была эспером.

– Эй, – обратился он к ней, – ты умеешь делать так же, как Ахимас?

– Нет.

– Но ведь ты тоже эспер.

– Не могу. Некогда объяснять.

– Слушайте, – по внутренней связи раздался голос Демина, – нам и так не удастся долго скрывать пропажу ятагана. Так что действуйте шумно, рискованно и очень быстро. Мы не знаем, что будет, когда вы зайдете в комнату, так что план таков: Ахимас, ты бежишь к стеклу и взрываешь его. Ани, Винсент, вы идете к стенду с ятаганом. Винсент при помощи перчатки разбивает стекло, а ты хватаешь ятаган и сразу кладешь в уже открытый контейнер, после чего вы все прыгаете в окно и летите как можно дальше, к Нижнему городу. Рассвет уже скоро, вам надо успеть добраться до нас, пока не встало солнце. Действуйте незамедлительно. Отбой.

– Так точно, – отозвалась троица.

– Столько красивой и тонкой хирургической работы, чтобы в конце орудовать как мясники, – расстроился Ахимас.

– Да к черту. Покончим поскорее, – Анна отцепила от спины тонкий длинный контейнер, похожий на тубус, и прицепила его спереди, откинув крышку. Винсент заранее подтянул рукав, оголяя локоть. Анна скомандовала:

– По моей команде: три, два, один, пошли!

Всё дальнейшее Винсент видел словно в замедлении. Как только нога Анны коснулась пола, пронзительно завыли сирены. Он видел, как начали опускаться металлические ставни, закрывая внешнюю стеклянную стену, видел, как начала закрываться труба с постаментом, а из потолка спускались автоматические турели. Ахимас смотрел только на окно и уже собирался с силами, чтобы его взорвать. Анна тоже видела оружие, но не знала, что с ним сделать. Винсент, не сбавляя шага, высвободил перчатку и начал раскручивать цепь. С каждым взмахом та становилась всё длиннее и на третий взмах он разбил стекло постамента, выкинув ятаган наружу, но не остановился, а пустил цепь дальше, в турель. Анна начала скользить по полу в сторону ятагана. Со стороны окна раздался громкий звон и скрежет металла. Винсент сбил вторую турель и метил на последний заход. Анна схватила ятаган, опустила в контейнер, накинула крышку и побежала к разбитому окну. Ахимас, который только сейчас заметил турели, с помощью своих сил запустил в них куски разорванных ставней, так что последний удар Винсента прошелся мимо, хотя он и так не успел бы до них дотянуться. Винсент резко повернулся и тоже побежал к окну. Ахимас бросился ему навстречу, а когда они сравнялись, развернулся и побежал вместе с ним. Со стороны входа раздались звуки выстрелов и пули просвистели где-то рядом со спиной. Но это уже было неважно. У всех троих сияли глаза, они бежали на пределе своих возможностей и, выпрыгнув из окна, устремились в предрассветный мрак. На краю моря уже появилось утреннее зарево.