Июнь закончился.

Сегодня меня выписывают из больницы.

По этому случаю в палате собрались и отец, и мама. Доктор Верцилла с гордостью объявляет, что мои показатели наконец вернулись в норму и поэтому мне больше незачем оставаться в больнице.

Отец пытался протестовать. Будь его воля, он бы продержал меня взаперти до конца жизни. Но Верцилла объяснил ему, что мне и моей иммунной системе крайне важно вернуться к нормальной жизни.

Домой.

Странно возвращаться в свою комнату. С тех пор как я попал в больницу, здесь никто ни к чему не притрагивался. Только стопка школьных учебников теперь стоит между кроватью и столом. Я смотрю на книжный шкаф и вспоминаю, как дал Авроре деньги, после того как в Хеллоуин они с Сузанной сыграли на вечеринке моей матери. Столетия назад. В прошлой жизни.

Если я останусь здесь еще хоть на минуту, я задохнусь.

Поэтому я выхожу.

* * *

Винчи и Сузанна уже ждут меня.

– Наконец-то, – говорит Винчи, открывая дверь своей квартиры и затягивая меня внутрь.

Я вхожу в его комнату. Сузанна сидит, сняв туфли и забравшись с ногами на кровать.

Я у Винчи не первый раз, но он не звал меня к себе уже несколько месяцев, и за это время его комната стала похожа на комнату взрослого человека. Постеры с видеоиграми, когда-то покрывавшие все стены, исчезли, уступив место рисункам и фотографиям с лесами, заповедными уголками и известными городами.

Я здороваюсь с Сузанной кивком. Мне немного не по себе в ее присутствии, но, в конце концов, она тоже была подругой Авроры. И тоже чувствует себя виноватой.

– Ну, что, вы готовы? – спрашивает Сузанна.

Мы не готовы, но киваем. Сузанна достает из сумочки телефон, и я сразу узнаю телефон Авроры.

Я прекрасно знаю, что мы задумали, и знаю, что ее родители дали нам на это разрешение. Но у меня все равно такое ощущение, будто мы оскверняем ее могилу. Меня пробивает дрожь.

– Мы вмешиваемся в личную жизнь человека, которого больше нет, – говорит Сузанна, держа телефон в руке.

Я понимаю, что она тоже не совсем уверена в том, правильно ли мы поступаем. Хорошо, что Винчи берет дело в свои руки.

– Ошибаешься, – ворчит он, забирая у Сузанны смартфон. – Мы делаем это ради нее. Аврора же хотела, чтобы Эдо прочитал ее сообщение. Мы исполняем волю Авроры. Так что давай, говори ПИН-код, и я разблокирую его.

Сузанна называет дату рождения Авроры, и мы заходим в ее смартфон.

– Черт! – восклицает Винчи. – Ее телефон не привязан к аккаунту. Я не могу войти без пароля.

Он протягивает смартфон мне, я ввожу ее дату рождения, но ничего не получается. На меня находит приступ ненависти. Я начинаю смеяться очень нехорошим смехом. Черт бы побрал Аврору с ее манией нонконформизма! Если бы у нее, как и у всех остальных, был бы iPhone, я бы получил доступ к целой связке ключей, нашел бы нужный пароль, вошел в учетную запись и прочитал бы, наконец, это чертово сообщение.

Но нет, ей надо было пользоваться каким-то дурацким китайским телефоном. Я даже не знаю толком, на какие кнопки тут жать.

Сузанна видит, что я вот-вот сдамся, и подходит ближе.

– Не волнуйся, – тихо говорит она, – мы найдем какой-нибудь способ.

Теперь мы уже все втроем сидим на кровати Винчи с телефоном Авроры между нами.

Будем пробовать все возможные комбинации, пока у нас не закончатся идеи.

К счастью, я знаю адрес электронной почты, привязанный к ее аккаунту. Я сам его у нее попросил, чтобы втайне записать ее на прослушивание в Джульярдскую школу.

– Может быть, ее имя? – говорит Винчи.

Слишком банально, но мы все равно пробуем.

Пароль: Аврора.

Доступ запрещен.

– Нужно попробовать что-то, что было важно для нее, – предлагает Сузанна.

Винчи смотрит мне в глаза и набирает мое имя.

Эдоардо. Эдо. Эдоардо. Маркони. Эмаркони.

Доступ запрещен.

– Что-то, что было еще важней. Музыка. Может быть, скрипка.

Мы пробуем все на свете.

Музыка. Скрипка. Аврора. Музыка.

Доступ запрещен. Доступ запрещен. Доступ запрещен. Я не знаю, что еще придумать. Это Авроре приходили гениальные идеи.

– Мы не можем продолжать так до бесконечности: скоро система нас заблокирует…

– Стоп, – говорю я.

Забираю телефон и вспоминаю самую глупую вещь, которую мне когда-либо писала Аврора.

«Если много писать о мечтах, они не сбываются».

Giuliard

Я не сразу нажимаю «Enter», потому что знаю, что это правильный пароль. И меня это пугает. Мы так долго его подбирали, но, когда я введу его, я прочитаю последние слова Авроры и знаю, что отмотать время назад уже не смогу.

Винчи и Сузанна молча ждут.

Эдо, привет!

Я пишу сюда, потому что не могу перестать пялиться на пост с глупым Коко.

И не могу перестать плакать.

Я хотела сказать тебе одну важную вещь. Мне очень жаль, что все так получилось. Я не понимала тебя и вела себя как последняя дура. Но, знаешь, я кое-что нагуглила про тебя. Мне нужно было понять.

Ну, в смысле, нагуглила не про тебя, а про твою болезнь. И много всего узнала.

У тебя и в самом деле редкое заболевание, но информации о нем хватает. Чего действительно не хватает, так это терапии. Но ты это и без меня знаешь.

Я долго искала и, кажется, кое-что нашла. Может, это все ерунда и он вовсе не доктор, а какой-нибудь сумасшедший шарлатан, но я ему написала. Это канадский врач, но он живет в Нью-Йорке (совпадение?). Я написала ему и все рассказала (спасибо, Google Translate!). Он хочет тебя увидеть. Он объяснил мне, что, возможно, твоя нервная система «пробуждается» или что-то в этом роде. Он рассказал о связи между иммунной системой и лимбической (на всякий случай, это часть мозга, которая отвечает за эмоции).

Я знаю, что тебе лучше не чувствовать боли, но я также знаю, что, если бы ты мог вернуться назад, ты бы снова сделал все так, как сделал.

Я оставлю тебе его контакты. Если ты не позвонишь ему, то ты точно жалкий позер, Маркони!

А теперь прощай. Мне пора туда, откуда не возвращаются.

Я решила нарушить свое обещание. Так будет правильно. Это у меня ничего не получилось, не у тебя.

Обнимаю тебя и надеюсь, что ты снова сможешь почувствовать меня, даже на таком расстоянии.