Снова это улыбчивое лицо. Теперь оно не казалось абстракцией или простым сальным отпечатком на подсознании. Су Ен видела лицо старика прямо перед собой, и он неустанно шептал ей:

«Иди ко мне, милая».

Только он, сплошная темнота и всепоглощающий ужас, который сновал по коже подобно клопам. Ох как сильно Су Ен хотелось расчесать зудящие руки, словно где-то внутри, под кожей, ползали мелкие насекомые.

Стрекот в ушах нарастал, а силуэт впереди с каждой секундой расплывался все сильнее подобно миражу в пустыне. И пусть старик становился все призрачнее, его улыбка обретала четкие и яркие контуры. Пугала.

Лисьи клыки утопали в чьей-то крови, а ухмылка растягивалась в хищном оскале. Незнакомец в мгновение ока оказался перед Су Ен, испугав настолько, что она упала навзничь, больно ударившись поясницей, отбив и расцарапав ладони обо что-то жесткое.

Она подняла руки к глазам, уверенная в том, что ничего не увидит в окружающем мраке.

Пахну ло ржавчиной и солью.

Так пахли кандалы, которые браслетами обнимали запястья Су Ен. Испещренные зазубринами и съедаемые коррозией, они стирали кожу на руках, оставляя кроваво-алые отметины.

Другой конец цепи сжимал в скрученных временем пальцах старик. Су Ен с ужасом различила за его спиной небольшой, но смутно знакомый шкаф. Дверцы его были открыты, напоминая голодную пасть чудовища. Тьма внутри приводила в звериный ужас. Кан Су Ен давно не испытывала страха, от которого немели ноги, а голос застревал в горле.

– Это всего лишь кошмар, – затараторила себе под нос Су Ен, стараясь не обращать внимания на боль, которая с треском обрушилась на тело. Физическая боль и правда была для ругару меньшим из зол. Особенно когда призрачных фигур вокруг становилось все больше, а их плотоядные улыбки – злее и алчнее.

Су Ен чувствовала их невысказанные просьбы, их фырканье и скрежет когтей по каменному полу.

Черт возьми, она была здесь не в первый раз!

Старик потянул цепь, с маниакальной улыбкой на лице наблюдая за тем, как Су Ен пытается вырваться.

И дело было не только во снах. Это чувство дежавю отчего-то показалось особенно нереальным. Словно она смотрела на розового единорога, который заговорил с ней человеческим языком.

– Что вам от меня нужно? – Звон металла на мгновение развеял усмешки вокруг, пока Су Ен пятками упиралась в пол. Хотелось заглушить всех призраков, заглушить миллионы идей и предположений.

Ей хотелось спать! И чертовы кошмары не позволяли! Су Ен утопала в своем ужасе, словно в рисовом клее. Он буквально покрывал каждый сантиметр ее кожи, не давая выбраться, не давая сделать лишнего вздоха.

Но в беспорядке, пахнущем страхом, злостью и соленым омерзением, Су Ен ощутила нечто новое, чего раньше никогда не было в ее кошмарах.

Через стену непроглядного отчаяния Су Ен уловила успокаивающий аромат зеленого чая и ментоловых конфет. Настолько слабый, что в первую секунду ее одолело щемящее чувство разочарования. Но потом…

В полудреме, как будто все еще одной ногой находясь в ночном кошмаре, Су Ен очнулась на диване на первом этаже. Ее тонкие руки обвились вокруг подушки, от которой пахло зеленым чаем и мускусом.

Мрачный, полный призрачных лисиц сон развеялся, как туман, исчезающий с первыми лучами теплого солнца. Тьма сменилась солнечным днем в загородном доме, где летний ветерок трепал волосы, а в руках была зажата смешная керамическая кружка ручной работы, изрисованная забавными рожицами мультяшных медведей. Один из зверьков лежал на спине, деловито подложив под голову лохматые лапы. Несуразная кружка, которую Су Ен никогда бы не смогла найти в реальной жизни. В ней дымился чай. Зеленый. Спокойный сон для Су Ен пах именно так. А еще мятным леденцом, который она перекатывала языком во рту.

Кошмар закончился. Раздался раскатистый грудной смех, от которого стало теплее, чем от горячего чая. Он стирал последние тени, которые продолжали таиться у корней деревьев.

Су Ен уже слышала этот смех. Совсем недавно, отчего даже сквозь сон на ее губах появилась саркастичная улыбка. Так и хотелось сказать, что это было какой-то ерундой, в которую она не собиралась верить.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Она никогда не смогла бы так спокойно сидеть на веранде дома в то время, когда вокруг бродят другие перевертыши. Это было нонсенсом, ярким признаком того, что происходящее – лишь игра ее опухшего рассудка.

Но она так чертовски сильно хотела в это поверить, что сквозь сон сжала подушку в руках.

Су Ен, пожалуй, только во сне могла себе признаться в том, что хотела быть счастливой. Хотела ощутить теплое прикосновение к коже. Хотела быть частью чего-то большего, чем ее серый мир.

Хотела признать себя… чьей-то. И, уткнувшись во сне носом в подушку, пахнущую зеленым чаем, Су Ен до боли в глазах желала, чтобы вместо этого проклятого мягкого квадратика, наполненного синтепоном, в ее объятиях очутился кое-кто более конкретный. Кое-кто, кто пришел бы от ее «хочу» в восторг. Кое-кто, от кого пахло бы так же до безумия опьяняюще, пусть это и был просто зеленый чай.

Кан Су Ен мечтала, чтобы в такие ночи, когда кошмары схлопывались над ее головой капканом, рядом с ней был ее нареченный.

Самодовольный волколак, [11:31]

В очередной раз за сегодняшний день получив сообщение от Юн Хо, Су Ен заметила, что не могла сдержать улыбки.

Еще пару лет назад она бы решила, что сходит с ума. Но еще более прискорбные симптомы обнаружились у ее внутреннего зверя. Лишь от одного взгляда на волколака волчица начинала вилять хвостом и жалобно скулить. Особенно после того, как умудрилась лично с ним познакомиться. Су Ен до сих пор было стыдно за ее поведение. Это шерстяное недоразумение полезло на колени к господину Юн Хо! И, возможно, если бы Су Ен не остановила волчицу, то та так и терлась бы вокруг Юн Хо, который, к слову, откровенно наслаждался обществом зверя.

Так что можно было смело сказать, что происходящее – признаки явно поврежденного рассудка.

Су Ен задумалась, вспоминая латинскую фразу Amantes sunt amentes.

– Влюбленные – сумасшедшие, – прошептала она себе под нос. Удивительно, что такие противоречивые слова звучали так похоже на мертвом языке.

Любовь делала людей безрассудными. Так чем же Су Ен отличалась от них? Она была готова потерять голову из-за волколака, пусть и не всегда признавалась в этом самой себе.

Это было ее безумием. Личным сортом сумасшествия. Больше удивлял только Хван Юн Хо. Он слишком легко принял в качестве пары какую-то ругару. Су Ен удивляло это, несмотря на то что по сути волколак и выбора-то не имел. Инстинкты и восприятие парной связи для него были куда более неотвратимыми, чем для госпожи Кан.

Су Ен, [11:36]

Уже который день Су Ен думала об огромном ведре шоколадного мороженого и бутылке свежевыжатого апельсинового сока. Раньше это помогало ей бороться с усталостью после имен. Возможно, стоило еще вчера наесться шоколадом до сахарной комы, но настроение было только на курочку и попытку не прибить лучшего друга.

Самодовольный волколак, [11:36]

Су Ен, [11:37]

Честно говоря, хотелось забраться в кресло с ногами, укутаться пледом и просто продолжить ничего не значащие разговоры с Юн Хо. Здесь и сейчас, когда перед Су Ен лежала кипа бумаг, он и его сообщения создавали иллюзию желания жить дальше.

Но вместо очередного сообщения Су Ен получила короткий звонок от своей помощницы, напомнившей о встрече с партнерами. Встрече, про которую Су Ен мечтала раз и навсегда забыть. И, положа руку на сердце, она неплохо справлялась с этой задачей.

Через двадцать минут на ее пороге будет делегация кумихо. А на них у Су Ен в последнее время появилась просто дичайшая аллергия.

Су Ен, [11:40]

Как бы сильно Су Ен ни храбрилась, как бы сильно ни пыталась похоронить внутри себя неизвестный до этого страх, ее все еще пробирала дрожь от одной мысли, что она останется один на один с кумихо в замкнутом пространстве.

Не получив ответа от Юн Хо, она с каждой минутой все более нервно трясла ногой. От стука ручкой по столу у нее задергался глаз.

– Уволить его, что ли, – буркнула Су Ен себе под нос, закрыв глаза. Отчего-то стало некомфортно в собственной коже, необъяснимая тревога пыталась вышвырнуть Су Ен из ее же тела. Хм, как бы она могла это объяснить себе?

Черт! Своим ходом секундная стрелка миллиметр за миллиметром словно снимала с Су Ен кожу вместе с мышцами, оголяя беспомощный скелет.

В таком состоянии ее и застал Юн Хо. В его оправдание, он даже несколько раз постучал в дверь, но, не услышав ответа, вошел. И замер на пороге.

Тишину кабинета разбивало вдребезги гулко бьющееся сердце его нареченной и безобразно нервирующее щелканье ручки, которым она будто пыталась изгнать собственных демонов.

– Я буду прямо за вами, если что-то пойдет не так. – Справившись с рвущимся наружу звериным рыком, Юн Хо расслабил онемевшие пальцы. Он и не заметил, как сжал их в кулаки. – Вам не стоит переживать.

– Сейчас и правда стало спокойнее. – Честность Су Ен на мгновение сбила Юн Хо с толку. Редко кто-то лишал его дара речи, но у его пары это выходило все чаще. – Не знаю, что со мной. – Вероятно, эти слова предназначались не для ушей Юн Хо, но он хватался за все, что касалось Су Ен.

И чем больше он замечал странностей в ней, тем сильнее хмурился. Вчерашний случай никак не выходил у Юн Хо из головы, отчего прошлой ночью он пытался раздобыть хоть немного информации о том, какое отношение семья Кан имела к кумихо. И… ничего не нашел.

Все упоминания о маленькой Кан Су Ен в интернете начинались с тех пор, как девочке исполнилось пять. До этого жизнь Су Ен была будто скрыта от всеобщего внимания. Так же, как и судьба ее матери с разницей лишь в том, что о ней Юн Хо нашел еще меньше информации, чем о своей нареченной. Туман уже давно висел над семьей Кан, как выяснил волколак. И он хотел ступить в этот туман, чтобы понять, что так сильно пугало его женщину.

– Мне нужно что-то знать о тех, кто придет?

Часы показывали без пяти двенадцать, когда Су Ен поднялась из-за стола и тщательно расправила ворот блузки.

– Я просто не хотела оставаться с ними один на один. Обычная деловая встреча. – Су Ен прочистила горло. Голос, чтоб его, начинал подводить в самый неподходящий момент. Словно где-то внутри сидела мерзкая жаба и мешала не только говорить, но и дышать. Ох, кажется, вспотели ладони. Обычная ли это была встреча? С точки зрения бизнеса – да. Но для Су Ен очередная встреча с лисами отчего-то казалась из ряда вон выходящей. Нет, наверное, она все-таки подцепила какой-то вирус.

Раздался стук, и в кабинет стали стекаться перевертыши. Казалось, у Су Ен вот-вот потемнеет перед глазами, и если бы не стойкое ощущение незримой поддержки за спиной, она непременно свалилась в обморок, стоило ей только пересечься взглядом с руководителем Ли.

В целом он выглядел доброжелательно и поклонился Су Ен чуть ниже, чем того предполагало его положение. То же можно было сказать и об остальных. Делегация кумихо вызывала табуны холодных мурашек у Су Ен, но она не могла не обратить внимания на то, с каким благоговением они смотрели на нее и каким опасением – на Юн Хо. Они то и дело с любопытством возвращались к фигуре широкоплечего телохранителя, который изваянием стоял позади Су Ен.

Спустя минут пять таких гляделок Су Ен решила обернуться к волколаку и не сдержала тихой усмешки. Хван Юн Хо походил на вулкан, который грозился вот-вот извергнуть на грешников ад, что кипел внутри его. Такой грозный и хмурый, что Су Ен пришлось себя ущипнуть. Следовало возвращаться к работе, а не мысленно подрисовывать своему телохранителю текущую из ушей лаву и смешные усики вкупе с его слегка заметной щетиной.

– Мы все давно ждали этой встречи, – начала Су Ен, в считаные мгновения почувствовав себя настолько наполненной уверенностью и силой, что хотелось смеяться. – На днях я просмотрела ваши предложения и готова их обсудить.

– Видел ваши фотографии с мероприятия в картинной галерее, директор Кан. – Они уже прощались на пороге кабинета, когда улыбчивый и приветливый руководитель Ли в очередной раз обратился к Су Ен. – Это не мое дело, но ходят слухи, что вы с художником Соном помолвлены. Могу ли я вас поздравить?

Су Ен почти физически ощутила, что еще секунда, и вулкан Хван Юн Хо взорвется. Напряжение волколака заставило вздрогнуть даже лиса, и на его лбу выступила испарина.

– Не думаю, что стоит верить слухам, – улыбнулась Су Ен. – Моя личная жизнь не имеет никакого отношения к ним.

Руководитель Ли с извинением поклонился и быстренько засеменил прочь.

Дверь закрылась, позволяя Су Ен наконец-то свободно выдохнуть. Но почти сразу она уловила примешавшийся к аромату зеленого чая острый привкус злости и ревности. Собственнические нотки волколака уже не удивляли Су Ен. Она прекрасно знала, на что шла, подписывая договор со своим нареченным. И если сначала она думала, что это станет раздражать ее до скрипа зубов, то сейчас… такое поведение тешило ее эго. А волчица так вообще повышала уровень своей значимости за счет эмоций своей пары. Эгоистичное шерстяное животное.

– Если мое присутствие больше не требуется, то я отъеду в агентство. – Ох, он одуреть как сильно злился. Это читалось в том, как отстраненно он смотрел на дверь и отводил глаза всякий раз, стоило Су Ен поймать его взгляд. – Но только с тем условием, если вы не покинете офис.

– Вообще-то я могу поехать с вами. – Су Ен все же удалось встретиться взглядом с Юн Хо в тот самый момент, когда он удивленно уставился на нее в ответ. – Только возьму с собой кое-какие документы.

Су Ен направилась к столу, когда услышала за спиной красноречивый вздох. Она доводила Юн Хо до белого каления и знала это: в воздухе то и дело вспыхивали все новые оттенки его эмоций.

– Буду ждать вас внизу в машине. – О да, волколаку требовалась пара минут, чтобы привести мысли в порядок. И наверняка не только мысли. Су Ен делала осторожные шаги в его сторону и прекрасно понимала, что творила, давая Юн Хо настолько откровенную надежду. Голова кружилась от этой безбашенной смелости. Откуда только она взялась?

Госпожа Нареченная, [13:15]

Гудок машины огласил тихую подземную парковку, когда Юн Хо опустил на руль голову. Если бы он мог, то окунулся бы в ледяной водопад где-нибудь в горах. Ему было жизненно необходимо заполучить чуточку смирения, иначе окаменевшее возбуждение грозило порвать брюки.

Черт!

Су Ен замерла в кресле, вертя в руках плитку молочного шоколада и небольшую упаковку сока. Апельсинового.

– И когда он успел? – На губах Су Ен красовалась легкая улыбка, а мысли то и дело возвращались к волколаку, который незаметно нашел время, чтобы исполнить ее прихоть. Да любая другая девушка уже уселась бы Юн Хо на шею и радовалась его вниманию.

Правда, кто-то вроде господина Хван Юн Хо наверняка быстро устал бы от тихой и прилипчивой особы. Другое дело Су Ен. Даже на ее скромный взгляд, она была нетипично проблемной для ругару. И своим присутствием создавала волколаку проблем больше, чем он, вероятно, мог предположить.

На самом деле Су Ен боялась, что в одно прекрасное утро проснется именно такой прилипчивой особой, которой до рези в глазах и щекочущего чувства на коже захочется внимания волколака. Она уже не понимала, где начинаются ее собственные мысли, а где заканчиваются первобытные инстинкты ее волчицы. Та будто перенимала повадки своей пары, показывая невыносимый характер всякий раз, когда не пребывала в умиротворенном и ленивом состоянии.

Впервые в жизни Су Ен задумалась о том, что стоило, наверно, поругаться с отцом, но не позволять ему управлять ее жизнью. Не будь этого договора, не будь этой вынужденной встречи с Юн Хо, Су Ен не сидела бы в кабинете с глупой улыбкой на лице и полной неразберихой в голове. Она чувствовала себя несмышленым пубертатным подростком, который поймал эйфорию и приступ нежности из-за того, что ей помахал красавчик, нравящийся половине школы.

Еле живые бабочки в животе напомнили о своем существовании, защекотав крылышками нутро Су Ен.

– И что мне с этим делать? – отламывая кусочек шоколада, спросила Су Ен в пустоту. Ответа, конечно же, не последовало, а сладость приятно таяла на языке. – Нужно спускаться. – Закончившись, сок немелодично забулькал в упаковке, и Су Ен выкинула ее в мусорку. Следом полетела и обертка от шоколада. Все это было почти таким же сладким, как самые счастливые воспоминания Су Ен. День явно становился немного лучше, стоило его только приправить чем-то вкусным.

К тому же было приятно оставить кабинет за спиной, когда впереди Су Ен ждала очередная убаюкивающая поездка с Хван Юн Хо. Как-то забывалось даже то, что направлялись они в его агентство, кишащее волколаками.

Су Ен вспомнила об этом, только когда вышла из здания и заметила стоящую неподалеку машину. На мгновение она остановилась и даже успела подумать о том, что нужно вернуться обратно в офис. Эта мысль все сильнее укоренялась, но ровно до того момента, пока Юн Хо не вышел из автомобиля, а его пронзительный взгляд не заставил Су Ен продолжить идти. Было бесполезно отрицать тот незамысловатый факт, что волколак обладал над Су Ен такой властью, о которой ни под каким предлогом не должен был узнать.

– Все в порядке? – Конечно, он заметил ее заминку. В тот миг она чувствовала себя то ли напуганным мышонком, то ли волчицей, готовой защищать собственную жизнь. Непередаваемый коктейль эмоций до сих пор клокотал внутри Су Ен.

– Да, – коротко отозвалась она и юркнула внутрь машины. – Какие-то срочные дела? – И если сначала Су Ен планировала просмотреть парочку документов по дороге, то сейчас любопытство поглотило ее с такой же скоростью, как термиты обгрызали дерево. Маленькие зубки этой коварной эмоции так и вгрызались в рассудок.

– Вам действительно интересно, или просто хотите держать все под контролем? – Су Ен поймала на себе смеющийся взгляд Юн Хо, когда он въехал в бурный поток машин.

– Что плохого в том, чтобы держать все под контролем?

– Хм, возможно, то, что для меня это может прозвучать как вызов. – Юн Хо даже не пытался скрыть хищной ухмылки, за которой таилось что-то большее, чем просто издевка.

Он словно проверял Су Ен на прочность. Ведь стоит им только переступить порог агентства, как то же самое начнет делать каждый волк, считающий себя хоть немного доминантным. Их не остановит даже то, что Юн Хо их вожак. И, конечно, Су Ен не могла выкинуть это из головы и всячески готовила себя ко встрече с кучей хищников, которые находились на своей территории. Нет ничего более опасного, чем целое логово волколаков, которые хотят проверить твою выдержку.

Таков был мир Хван Юн Хо, где правили звериные сущности, где сила определяла, на каком месте в пищевой цепи ты окажешься. И этот путь Су Ен должна была пройти, рассчитывая только на свои силы. И она готовилась к этому, обращаясь к собственной волчице. Зверь не должен был подвести Су Ен в самый ответственный момент.

– И каковы мои шансы занять ваше место? – Су Ен удивительно легко умела заставлять Юн Хо меняться в лице. Вот он смеялся, а сейчас смотрел на невинно удивленное лицо Су Ен так, будто думал, как было бы сладко продемонстрировать ей все уровни своей доминантности.

Су Ен учуяла аромат вожделения, и перед ее глазами появилась картина того, как Юн Хо прижимает пальцы к ее тонкой шее, слегка сдавливая в покровительственном жесте. Как сексуально было бы смотреть в потемневшие то ли от злости, то ли от возбуждения глаза волколака.

А потом… с наслаждением впиться в его губы, вкушая вкус зеленого чая, смешанный с темными и необузданными гранями мужского голода.

Салон, и без того утопающий в наэлектризованном напряжении, походил на пруд, в который окунули оголенные провода.

– Я бы сказал, что никаких. – Хриплый голос Юн Хо говорил больше, чем если бы Юн Хон напрямую признался Су Ен в возбуждении. – Но на некоторых условиях я мог бы позволить вам немного вольности. – Руки, лежащие на руле, напряглись, но куда красноречивее для Су Ен стал запах, клубящийся внутри машины. Сладко-острое возбуждение щекотало нервы.

– Я это учту. – Прочистив горло и от неловкости отвернувшись, Су Ен поерзала на сиденье. Ее легкие были полны освежающего и в то же время обжигающего запаха зеленого чая. Он был крепким и таким насыщенным, что Су Ен не сомневалась, что вкладывал Юн Хо в свои долгие взгляды.

Никогда прежде Су Ен не задумывалась о том, что чей-то взгляд может быть таким осязаемым. Ее нареченный снова опережал любые доводы и запреты, будто лаская ее кожу одними только глазами. И Су Ен становилось не по себе от мысли о том, что было бы, разреши она прикосновения.

Они были заперты в салоне машины без возможности покинуть чертовски тесное пространство, и Су Ен боялась, что ее желание ощутить его тепло победит любые опасения.

Су Ен ощущала наэлектризованность воздуха даже тогда, когда машина остановилась возле агентства. С каждой минутой, проведенной наедине, облако в салоне становилось более ощутимым. Собираясь выходить, Су Ен готовилась к тому, что запах желания придется вычерпывать из автомобиля чашами Белл[13], которые благодаря шарикам внутри еще и смущающе звенели бы от каждого движения.

– На этот раз все будет отличаться от вашего прошлого визита, – открыв дверь машины, сообщил Юн Хо.

Выйдя из салона, Су Ен ощутила внимание стаи, направленное через окна здания. Волколаки походили на зверье, готовое испытать на прочность бедную овечку. Они не предполагали, что у этой овечки имелись собственные клыки и когти.

– Все в вашей стае знают о том, что я ваша пара, да? – сурово уточнила Су Ен. Нет, она не осуждала Юн Хо за его болтливость. Скорее, физически желала сбить спесь с высокомерных мин волколаков. – Тогда начнем эту игру.

Внутренний зверь Юн Хо протяжно завыл, когда Су Ен посмотрела на него одним из тех опасных взглядов, в котором плясали все оттенки злости ее волчицы. В этот момент Юн Хо убедился в том, что у его нареченной были все шансы свернуть несколько шей. А еще он понял, что у него проблема: его яйца уже давно зажаты в кулаке его пары. И стоит только ей надавить, как Юн Хо придет конец.

Хоть и считал себя вожаком целой стаи, в этой игре руководил не он. Ха! Быть главным среди волков и быть главным в парной связи – это были, черт возьми, такие разные вещи.

Юн Хо тенью последовал за Су Ен, которая вела свою безошибочную партию прямо перед его носом.

За их спинами закрылась дверь, отрезая их мир от человеческого. И сегодня овечка перегрызет горло парочке больших Серых Волков. Это читалось в том, с каким хладнокровием Су Ен смотрела на окружающих ее волколаков.

Дольше всех ее внимание задержалось на Шин Дже Боме. Волчица заточила на него зуб еще при прошлой их встрече. То же можно было сказать и про парнишку. Возможно, он бы выкинул что-нибудь и сегодня, если бы не его крупный косяк, который, к слову, и привел Юн Хо сюда.

– Непохоже, что вам здесь место, госпожа Кан. – Один из волколаков сделал первый шаг, с опаской посматривая на своего вожака. Юн Хо пришлось посадить собственного волка на цепь, чтобы сразу же не наброситься на члена своей стаи.

– Непохоже, что кто-то из вас может указывать мне, где мое место, – парировала Су Ен, приподнимая бровь и не отводя пронзительного взгляда голубых глаз от излишне болтливого мужчины.

Вызов брошен. Карты на стол. И ставка была высока.