Заседание Тупиков на Рунном камне на этот раз не напоминало Ноэ зал суда. Наверное, потому что она сама стояла на макушке камня с переливчатой буквой «R»… то есть Амберонком, нарисованным тёмной краской. Все остальные расселись внизу на брёвнах, на мху и палой листве. Это выглядело бы мило, как на пикнике, если бы другие девчонки не глядели на неё с таким ужасом.

Ноэ только что изложила свой план избавления Тоттер-Корта от Сплюснутого человека.

– Нет. Нет. Нет. Нет. Нет, Ноэ, – сказала Рейдия, ломая в руках тонкую сосновую ветку. – Мы будем делать то же, что и всегда. Мы поступим так, как сказала та женщина. Мы сдюжим. Мы будем держаться подальше от наших подвалов по ночам. Мы вырастем. Мы уедем. Мы навсегда забудем о Сплюснутом человеке.

– До сих пор этого было достаточно, – сказала Кристал.

– Я не могу этого сделать, – сказала Ноэ. – Я просто не могу этого сделать.

– Ты говоришь как Эрика, – сказала Рути.

– Да, она взялась атаковать Сплюснутого человека вместо того, чтобы избегать его, – сказала Рейдия. – И посмотри, где она теперь.

Ноэ уставилась вниз, на искрящийся защитный сигил на гладкой глыбе замшелого гранита. Они почти не говорили о Ферн. Никто не знал, верить ей или нет, но даже если верить, это ничего не меняло. Они не узнали ничего, что могло бы им помочь. В их подвалах по-прежнему таился монстр. Тот самый, что сгубил Эрику. Следующей будет Ноэ. Или Лен.

Плечи Ноэ поникли, и она сказала:

– Я не пытаюсь быть храброй. Или сгущать краски. Или притворяться, будто умнее всех. – Она сглотнула. Её горло было напряжено, как будто её вот-вот стошнит. – Если я не уничтожу Сплюснутого человека, он сцапает меня. И мою младшую сестру. А потом, возможно, и всех вас.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Кристал.

Ноэ снова сглотнула. Она опустила глаза на пузырёк с тёмной краской в своей руке. Яркие крапинки плыли в темноте, как светящиеся рыбы в океане. Ей никогда не приходилось рассказывать о своей парасомнии. О ней знала только её семья и врачи. Семья Эбби тоже знала, но ей не пришлось им говорить. Они узнали об этом дорогой ценой.

Меньше всего в эту минуту ей хотелось думать об Эбби. Парасомния положила конец их дружбе, хотя вины Ноэ в том не было. Хотя она ничего не могла с собой поделать. Смогут ли эти новые девочки доверять ей? Всю свою жизнь они всячески старались избегать Сплюснутого человека, и тут она вселяется в дом по соседству и может освободить его в любую ночь, сама того не заметив. Она сделала глубокий вздох и перевела взгляд с одной девушки на другую.

– У меня медицинский диагноз.

Остальные девочки выжидающе, обеспокоенно и с немалой долей страха смотрели на неё.

– Иногда мой цикл сна прерывается. Во время глубокого сна я… – Она запнулась. Почему она прибегла к врачебной лексике? Она опустила голову и посмотрела на лесную подстилку. – Я хожу во сне.

Не услышав ничего в ответ, она подняла голову. Девочки смотрели на неё, на лицах их было написано замешательство. Кристал единственная нарушила неловкое молчание.

– Я скрежещу зубами во сне. И из-за этого иногда просыпаюсь с жуткой головной болью. Мой стоматолог хочет, чтобы я носила капу по ночам, но тогда я чувствую, будто задыхаюсь.

Поначалу Ноэ была озадачена этим неожиданным признанием Кристал, но потом поняла, что та пыталась подбодрить её рассказом о собственном диагнозе.

– Спасибо, но я о другом. Я хочу сказать, что в любую ночь могу оказаться в подвале. Сама того не осознавая. Я могу встать, спуститься туда и стоять, пока Сплюснутый человек не вылезет. Так и не проснувшись. Это уже почти произошло однажды.

Рути ойкнула. Рейдия уронила два кусочка сосновой ветки, которые она вертела в руках, будто пытаясь разжечь огонь. Кристал вытаращилась на Ноэ так, словно увидела её в первый раз.

– И это ещё не всё. С тех пор как мы переехали в этот новый дом, Лен начала ходить во сне. Я нашла её недавно ночью в нескольких дюймах от Сплюснутого человека. Он почти вылез. Я схватила Лен и случайно дотронулась до него. – Она подняла руки, чтобы показать красный рубец на ладони. – Нас обеих швырнуло через весь подвал. Это было похоже на… Я не знаю, на что это было похоже. Но было больно. – Она прерывисто вздохнула. – Мне так жаль. Жаль, что вам всем пришлось жить со Сплюснутым человеком. Жаль, что так вышло с Эрикой. Я чувствую себя виноватой, что мы с Лен переехали сюда, и теперь мы все в опасности. Мне очень жаль. – Слёзы навернулись ей на глаза и капнули на камень. Это было как тогда с Эбби.

– Ты ни в чём не виновата.

Ноэ вскинула голову, не столько из-за этих слов, сколько из-за того, кто их сказал. Рейдия продолжала:

– Я уже говорила тебе, ты одна из нас, нравится тебе это или нет. Ты Тупик. – Она поднялась с лесной подстилки. – И теперь мы знаем, что в тебе особенного.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Ноэ.

– Об этом говорила Ферн. Что в тебе есть особенное, позволяющее тебе видеть сквозь Нонатук. – Ноэ растерялась, не зная, что сказать, и просто промолчала, позволив Рейдии продолжить. – Откуда ты знаешь, что твой план сработает?

Ноэ соскользнула с камня и встала рядом с другими Тупиками. Она знала, что сказать на это: – Эрика была уверена, что она наконец-то придумала, как одолеть его. Я не знаю, почему она была так уверена, но я ей верю.

– Но она ошибалась, – сказала Рейдия.

– И откуда ты вообще знаешь, в чём состоял её план? Бо́льшая часть её дневника – просто кляксы… тёмной краски, – сказала Кристал, глядя на колбу в руке Ноэ.

– Можно разобрать вполне достаточно. Но я также думаю, что у неё не было всей информации, которая была необходима для её плана.

– Ты знаешь что-то, чего не знала она? – спросила Рейдия.

– Знаю. Или, по крайней мере, думаю, что знаю. Помнишь, когда вы в первый раз привели меня сюда, к Рунному камню? Я сказала, что спустилась в подвал в ту ночь, когда переехала сюда.

– Ты не увидела Сплюснутого человека, – сказала Рути.

– Я подумала, что ты выпендриваешься, – сказала Рейдия.

Ноэ рассмеялась.

– Ну, может, я и выпендривалась немного, но всё именно так и было. Я спустилась туда, и Сплюснутый человек не появился. Это был единственный раз, когда он не появился. Эрика писала в своём дневнике, что она собирается дождаться, пока Сплюснутый человек не вытечет почти полностью, потому что она считала, что это ослабит его. Я думаю, она была права. Я думаю, Сплюснутому человеку приходится тратить кучу энергии, чтобы просочиться в наши подвалы, особенно теперь, когда мы знаем, что он проникает в наш мир извне. А ещё я думаю, что Эрика дополнительно ослабила его, когда сделала то, что сделала. Может, поэтому она осталась жива. И может, поэтому его не было в подвале в ту первую ночь, когда я спустилась туда. Он слишком ослаб, чтобы просочиться. К тому времени, когда я спустилась туда снова через неделю – тогда уже прошло больше месяца после несчастья с Эрикой, – он оправился. Если мы будем действовать сообща, мы сможем ослабить Сплюснутого человека ещё сильнее. А когда он совсем ослабеет, я смогу привести план Эрики в действие. Я нарисую Элберекс у него на голове тёмной краской. – Ноэ показала пузырёк на раскрытой ладони. Он странно мерцал. Ей пришлось признаться самой себе, что он казался совсем крохотным среди этого огромного леса, чтобы быть ответом, который они так долго искали.

– И нам больше никогда не придётся бояться Сплюснутого человека, – сказала Рути, как будто не могла в это поверить.

– Может, нам следует обратиться за помощью к Ферн? – спросила Кристал. – Она мне не нравится, но она единственная из взрослых, кто знает о Сплюснутом человеке.

– Эта тётка ничего не знает, – сказала Рейдия. – Она со своими дурацкими Соседями, или как их там, знала о Сплюснутом человеке давным-давно, и они ничегошеньки не сделали. С тем же успехом она может быть фиолетовоглазой, как и все остальные взрослые. Плюс она просто противная.

– А что, если это не сработает? – спросила Кристал.

Ноэ на мгновение задумалась, прежде чем ответить:

– Тогда вам нужно будет беспокоиться, что я выпущу его во время хождения во сне.