Мы с Кирей вошли в кабинет Юрия Александровича после планерки, Я положила на стол то старое фото, что взяла у секретарши. А рядом фоторобот. И с негодованием спросила:

– Ну? И теперь станете утверждать, что не знаете эту женщину? Ой, а кто же это рядом с нею на фото? Да это же вы! Долго будете нас за нос водить? Или мы расторгнем, наверное, договор, раз вы мне не доверяете и все скрываете!

Мужчина стушевался, глаза опустил и тяжко вздохнул:

– Светлана сдала? Вот балаболка! Вы правы, я вам соврал, очень уж не хочется, чтобы эта ужасная история моего прошлого всплыла наружу. Но, видимо, этого не избежать. Я же говорил, что Юля мне не родная по крови дочка. Ее отец – это бывший мой начальник и хороший друг, Андрей Лесников. Мы с ним с детства дружили. Очень близки были. Так вот, у него сестра была младшая, Валя Пирогова. Пирогова – это уже у нее по мужу фамилия, а девичья Лесникова. Она с детства была какая-то неуправляемая, со своими тараканами в голове. Хоть внешне росла очень красивой девчонкой, такой у нее восточный типаж был, не знаю в кого даже!

Я тут же стала уточнять:

– Что значит она была странной? Давайте сразу подробнее, тут каждая мелочь важна.

Юрий Александрович кивнул:

– Ну как сказать, расскажу один случай. Один раз мы с Андреем на рыбалку ездили, клев был отличный, он привез домой много рыбы. Валя тоже с нами просилась, но мы не взяли, решили, только мешать будет да под ногами путаться. Так вот, родители и сам Андрей утром встали и чуть от страха не померли, вся кухня в крови! Оказывается, Валя каждую рыбку так давила и душила, пока у нее и глаза, и все кишки наружу не повылезли! Ну согласитесь, здоровый ребенок такого делать не станет. Брат ругал ее сильно, но так и не добился, зачем она так сделала. Был еще случай, котенка задушила, тоже потом плакала, мол, не специально, просто так любила и сильно прижимала, что задушила. Но, честно скажу, я всегда сторонился этой девчонки, а она, как назло, ко мне как муха липла! Влюбилась еще в детстве и проходу не давала. Брата тоже очень ревновала, когда он женился особенно. А уж когда я женился, у нее совсем крышу унесло. Села за руль грузовика и на всей скорости нас чуть не сбила, когда мы из ЗАГСа выходили, грязью окатила, смеялась как одержимая. Нет, она бесноватая была. Но умная, университет с отличием закончила, брат жалел ее, несмотря на ее дикие выходки, и к нам на работу устроил. Валя на тот момент с мужем уже развелась, тот, бедолага, не выдержал приступов ее агрессии, сбежал. И еще одна у нее беда была: детей не получалось выносить и родить. А она буквально одержима была этой идеей. Когда у Андрея Юля родилась, вовсе не обрадовалась, а стала еще больше брата ревновать, что он теперь с дочкой все свое время проводит и с женой, а не с ней. В семью их влезла, жене Андрея козни строила. Я сто раз говорил другу, чтоб он ее приструнил, ну не ребенок же уже, чтобы такое вытворять!

Я кивала, уточняла:

– Вы отвлеклись, давайте ближе к вам и Юле все же! Общий психологический портрет я уже составила. Так что ближе к делу.

Юрий выпил залпом стакан воды и продолжил:

– Ну вот, однажды я с отчетами допоздна засиделся, все уж давно разошлись, И вдруг в кабинет Валя входит, такая загадочная, в руках бутылка вина, конфеты, дверь на ключ изнутри закрывает и прячет его себе за пазуху. Смотрит призывно и такое говорит! «Все, Юрик, ты попался! Умоляю, прошу тебя. Давай выпьем, посидим хоть полчаса, мне так плохо, так одиноко, никто меня не любит! Вот ты, даже не смотришь в мою сторону, а я по тебе с детства сохну!» Ну мне дверь-то открыть нужно в любом случае, вот и решил: ладно, выпью с нею, она размякнет, я ключ и заберу! Ну сели мы, выпили понемногу, и тут мне жена позвонила, волновалась, что задерживаюсь. Валя как это увидела, тут на нее этот приступ снова и накатил, она на меня, клянусь, набросилась, как тигрица, такая сильная, я, здоровый мужик, не мог никак с нею совладать. Еле отбился, ключ отобрал, дурой обозвал и домой помчался. Но мы не спали, между нами ничего не было. Я уж не знаю, что она там брату наплела, но он меня вызвал, орал, что я изнасиловал его сестру, грозился в тюрьму меня упечь! Никакие мои доводы слышать не хотел, в общем, мы с ним впервые так сильно разругались, что я даже заявление об уходе написал! Ненавидел эту стерву люто! А вот жена Андрея тоже натерпелась от выходок Валентины, она встала на мою сторону и смогла убедить супруга не горячиться и прижать как следует саму Валю, чтобы правду сказала. Тогда Валя обозлилась на Инну еще больше и на меня тоже, и буквально через неделю друг мой с женой в горы поехал, и они погибли! Вы знаете, я, грешным делом, тогда подумал, уж не причастна ли она к их смерти? Я бы не удивился. Но следствие установило, что нет. А сама Валя пыталась Юлю себе забрать, была одержима этой идеей. Но я не позволил, настоял на обследовании ее у психотерапевта, и оказалось, что она больна! Как я мог отдать ребенка такому человеку, скажите? Когда сам видел, в какое чудовище она превращается во время приступов. Стать опекуном Юли ей не позволили. Она шипела и проклинала меня, кричала, что я ей всю жизнь сломал. Я насильно ее отправил в больницу, на принудительное лечение. Ей вроде стало лучше, Валя больше не проявляла агрессии. А потом исчезла, уехала куда-то, и много лет о ней ничего не было слышно. Я хоть вздохнул, уже и забыл все эти ужасы! Но после смерти Юли мне пришло на телефон странное эсэмэс: «Ты убил мою девочку и сдохнешь теперь сам!» Я не придал этому значения, думал, чья-то злая шутка. Если честно, на Артема подумал, мы с ним не ладили, терпеть друг друга не могли! Но когда вы мне фоторобот с Валей показали, мне стало плохо. Неужели это она вас убить пыталась? Может, она и Юлю утопила? Я ничему не удивлюсь.

Я рот открыла, моему возмущению не было предела:

– И вы только сейчас об этом мне рассказываете? Это вообще как понимать? Я как идиотка где только не ищу следы преступления, а оказывается, убийца и меня скоро убьет, а вам все нипочем? Не ожидала от вас! Почему не сказали, что знаете ее?

Юрий тяжко вздохнул:

– Да потому что не хотел, чтобы все это грязное белье из прошлого всплыло. Если найдете Валю, она явно станет говорить, что это я дочку убил ради денег. Ради ее наследства. А ее без гроша оставил. Думаю, она за этим и явилась: денежки делить.

Я снова обалдела:

– О каком наследстве идет речь? Не совсем понимаю? Разъясните!

Юрий пытался объяснить:

– Андрей с женой обожали экстрим: они и на лодках сплавлялись по бурным рекам, и с парашютами прыгали, и в горы ходили. Ну, наверное, поэтому он, когда родилась Юля, сразу и написал завещание. Что доступ ко всем его счетам в банках и ко всем активам получит либо дочь после ее совершеннолетия, либо опекун или родственники в случае ее смерти.

У Кири расширились глаза:

– Минутку, то есть у вас был прямой мотив убить дочь, чтобы получить все ее наследство, так? Ну ничего себе, какие подробности открываются!

Юрий разозлился:

– Ну формально да. Но разве в этом случае я стал бы сам нанимать Татьяну и искать убийцу? Это же нелогично! Я бы тогда только порадовался, что полиция перевела все в разряд самоубийства, и жил себе спокойно! Да и зачем мне ее состояние? Я, как видите, не бедствую! Для кого мне их теперь копить? Куда и на кого тратить? Если на тот свет ушли мои самые дорогие и любимые люди! Я и на работу хожу, просто чтобы не свихнуться от одиночества! Юля была смыслом моей жизни, я ее любил как родную, и мне невыносимо без нее, как вы не понимаете? А без любимой супруги и вовсе свет померк. А вот Валя, если узнала о наследстве, как раз, может, за ним и приехала. Только непонятно, зачем она вас запугивала?

Я ответила:

– Ну теперь-то как раз все понятно, она хотела, чтобы я уехала и бросила это дело, и, как вы говорите, не всплыла вся эта история. Ведь если диагноз с нее не снят, то и о наследстве ей мечтать нечего. Ее попросту признают недееспособной. Где нам ее искать? У кого она могла остановиться в городе? Думайте! Исходя из того, что мы узнали, жить вам, Юрий, недолго осталось! Эта дама ни перед чем не остановится.

Мужчина ходил по кабинету взад-вперед, думал, рассуждал:

– Родни у Андрея не осталось, насколько я знаю, даже представить не могу, где ее искать! Хотя стоп! Почему же я сразу не додумался! Валя очень сильно была к брату привязана, любила его какой-то нездоровой, не сестринской любовью. И точно пойдет к нему на могилу! Может, там вы ее и поймаете? Если хотите, я покажу, где похоронен мой лучший друг. Я им с женой памятник поставил добротный, за могилкой слежу, все честь по чести.

Конечно, мы согласились, Юрий Александрович уведомил секретаря, что сегодня его уже не будет, и попросил, чтобы встречи все перенесли на завтра, и мы поехали на его автомобиле на кладбище. Я сокрушалась:

– Вот теперь моя ласточка разбита вдребезги по вашей милости! Хорошо еще сама жива осталась. Но пешком я вообще передвигаться не привыкла. Это так бесит! Огромная потеря времени.

Юрий Александрович хлопнул себя по лбу. Вдруг остановился и сказал мне:

– Вот я дурак, ну конечно! Вы же из-за моего дела так пострадали! Так, садитесь за руль. Пробуйте! Нравится машина? Удобная? Если да, то она ваша. Я завтра все документы оформлю. Считайте это за моральный ущерб, вы ведь чуть жизни не лишились из-за этой Валентины! Если, конечно, это она причастна к покушению.

Я повеселела: вот это другое дело! Машина была шикарная: кондиционер, кожаные сиденья, цвет лаконичный, черный, все как я люблю, я о такой и мечтать не могла! Киря так вообще поперхнулся и чуть слюной не подавился от зависти, присвистнул:

– Неплохо, однако, живут частные сыщики! Поздравляю, Танюша, на такой машинке можно сутками преступников ловить.

Я улыбалась:

– Ну спасибо, конечно, не ожидала, неудобно даже! Я же еще не раскрыла это преступление. А вы мне такие царские презенты преподносите!

Юрий Александрович грустно усмехнулся:

– Не переживайте, не от сердца отрываю, дома еще одна в гараже стоит, жены. Да и кому мне теперь что дарить? Так что пользуйтесь с удовольствием и меня добрым словом вспоминайте. Так-с, мы приехали. Подождите меня минутку, я найду смотрителя кладбища, сначала у него спросим, не видел ли он тут Валентину. Федор – мужик хороший, и память у него что надо.

Минут через десять к ним подошел хромой пожилой мужчина в кепке и спецовке, представился:

– Федор Козлов, смотритель. Вы, как обычно, к своим, Юрий Александрович? Гости с вами? Не обессудьте, что интересуюсь. Просто столько вандалов развелось. Вот недавно облили памятник один краской, а мне влетело по первое число. Некоторые барышни сумасшедшие бегут на кладбище селфи делать, потом в сеть выкладывают пляски на могилах. Страшное время, товарищи, у людей ничего святого нет.

Юрий покивал и спросил:

– Да, это со мной люди. Федор, посмотри на этот портрет. Такая дама на мои могилки не приходила? Мы ее ищем! Это сестра Андрея, Валя. Вроде объявилась в городе, но никак не найдем ее. Вдруг увидишь похожую женщину, позвони вот Тане. Это частный детектив. Она расследует дело о смерти моей доченьки. А товарищ следователь ей помогает.

Смотритель смотрел на ориентировку, на фото и вдруг сказал:

– А вчера была похожая вроде женщина. Правда, она в платочке и темных очках, но общий образ вроде схожий. Долго стояла около могилок, плакала, сказала, еще придет. Хорошо, как появится, я сразу позвоню.

Мы постояли немного у могилок, я отметила, сколько цветов, игрушек на свежей могиле Юли, один букет был совсем свежий, там еще лампадка тлела, и открытка была вставлена. Я машинально осторожно, чтобы не стереть отпечатки, ее достала, развернула и прочла: «Покойся с миром, я отомщу за тебя…» Не было сомнений, что это написал тот же человек, который угрожал мне и Юрию Александровичу. Я положила открытку в пакетик, решила проверить отпечатки. Про себя отметила, что памятник Андрею и его жене действительно был дорогим и оригинальным. На нем супруги так трогательно держались за руки, оба были при жизни красивыми людьми. И подпись: «Вместе навсегда». А рядом тоже совсем свежая могила жены Юрия Александровича. Я смотрела на фото красивой, ухоженной женщины, которая смеялась, и ее глаза были такими счастливыми. Юрий не выдержал, обнял крест с фотографией, плакал, бормотал что-то. Я подумала, как же страшно потерять и дочь любимую, а следом за ней еще и жену.

Весь следующий день мы переоформляли с Юрием Александровичем машину на меня, я правда была довольна как слон и даже не думала отказываться от подарка. Хотя Киря меня стыдил в шутку:

– Растешь, Танюша! Скоро виллы и яхты дарить начнут! Красиво жить не запретишь! Не то что мы, вкалываем за копейки! А вместо благодарности одни выговоры! И главное, села в машину так, как будто она и была твоей! Ну ты даешь!

Я смеялась и подшучивала над другом:

– Знаешь, папа всегда меня учил быть принципиальной, не брать взяток, жить, как ты говоришь, на эти копейки, и мы так и жили. Он по́том и кровью заработал и звание, и квартиры. Да и я так же начинала, сам помнишь. А когда в частные сыщики перешла, стала по-другому на жизнь смотреть. Увидела другую жизнь. Раньше давилась горьким паленым «Якобсом», и ничего, а теперь не хочется такой гадости. Привыкла к хорошему, дорогому сорту кофе. И так во всем. Теперь живу по принципу: «Дают – бери!» Юрий же сам сказал, в гараже еще одна, так почему не принять дар? Если так настойчиво предлагают.

Киря кивнул:

– Согласен на все сто, если есть возможность, надо жить с комфортом! Ты молодец! Как там твой кавалер? Ты уже, как самка богомола, его сожрала? Или он еще трепыхается?

Я так смеялась, еле успокоилась:

– Ты прямо на больную мозоль давишь! Прохор на меня смертельно обиделся и уехал. И я его понимаю, приехал мужик с барышней расслабиться и отдохнуть на море, а она в первый же день утопленницу нашла в море. Кто такое выдержит? Ну что поделать, я такая! Пока не доведу дело до конца, не успокоюсь.

Через день мне позвонил Федор и взволнованным голосом сказал:

– Алло, здравствуйте, вы Татьяна? Там эта женщина снова пришла! Так что приезжайте быстрее. А я постараюсь пока за ней издалека присмотреть!

Мы с Кирей тут же ринулись прямиком на кладбище! Я неслась как угорелая, нарушая все мыслимые и немыслимые правила.

К могиле подошли осторожно. Возле нее стояла женщина, в черных очках и шелковом платке, одета прилично, дорого. Она тихо плакала, что-то шептала губами беззвучно. Мы с Кирей подошли к ней резко, с двух сторон, и взяли за локти:

– Гражданка Пирогова Валентина? Прошу пройти с нами. Вы подозреваетесь в покушении на жизнь частного следователя Татьяны Ивановой, а также в убийстве своей племянницы, Юлии Перфиловой.

Женщина дергалась, очки упали на землю, да, теперь было видно, это точно Валентина, схожесть с фотороботом потрясающая. Она вырывалась, шипела как змея:

– Пустите! Вы не имеете права! Я никого не убивала! Наоборот, приехала отомстить за смерть племянницы Юрке! Это он виноват во всем! Не отдал мне девчонку тогда, а сам ее сгубил! Не доглядел! Пустите! Я сама все расскажу! Накипело за столько лет!

Мы ослабили хватку и все вместе поехали в отделение полиции. Следователь уже стонал, когда нас увидел, видимо, в этом городе мы всем уже в печенках сидели, особенно я. Мы стали вести допрос:

– Вы знакомы с Алишером Алиевым? Можете не врать. Мы и так знаем правду.

Валентина сухо отвечала, глядя куда-то в стену:

– Да, знакома, он у нас в городе когда-то на стройке работал, а я там же бухгалтером. Был у нас с ним короткий, ничего не значащий роман. Так. Интрижка. Потом он уехал с семьей.

Я продолжала:

– Жена Алишера видела, как вы приходили к ним в дом недавно, как раз перед покушением на мою жизнь. Зачем вы приходили? О чем так долго говорили с ним на кухне? За что обещали заплатить огромную сумму?

Валентина как робот говорила:

– Я давно, еще с детства, очень люблю Юру! Ничего с этим не могу поделать, это проклятое чувство меня разъедает все эти годы изнутри и не дает жить! А он никогда и не смотрел на меня, считал сумасшедшей! Когда он женился на этой своей жирной некрасивой клуше, я их обоих убить была готова! Что он в ней нашел? Чем эта корова лучше меня? И братик туда же, тоже со своей облезлой курицы пылинки сдувал, а когда Юлька родилась, так и вообще о сестре позабыл. А я не могла так! Ведь в детстве Андрюша так меня любил, сажал к себе на коленки и гладил, называл Пуговкой, защищал от хулиганов. Юра часто к нам в гости приходил, я млела, когда он дергал меня за косички или говорил, что я симпатюля! Я ему сто раз говорила, что я люблю его, что замуж за него хочу! А он лишь смеялся, мол, мы не пара, мы друзья! А я ночами рыдала в подушку, мечтала, как он меня страстно целует, как мы с ним женимся. Но у него были совсем другие планы, как выяснилось. Упек меня без сожалений в дурку на лечение после смерти Андрея! Лишь бы себе заграбастать денежки племянницы и ее саму! Вы считаете, это справедливо? А я не сумасшедшая! Меня пичкали таблетками и уколами, хотели изгнать мою душу, мое второе я, мою сущность! Но им это не удалось. Я сделала вид, что больше не слышу голос, а они поверили! Я всех перехитрила! Я уехала тогда из города, Юра не дал бы мне жить спокойно. И затаилась. Мы стали выжидать. Делала вид, что живу как все, серо и уныло, ходила на ненавистную работу и даже карьеру сделала: стала начальником отдела продаж. Закрутила роман с женатым, но богатым козлом и тянула из него деньги. Другая я копила, мечтала, что когда-нибудь я вернусь и за все отомщу! Я несколько раз пыталась звонить Юле, но она сбрасывала, видимо, приемный папочка много чего наговорил нехорошего обо мне, родной тетке! Меня даже на похороны не позвали! Сволочи! Узнала случайно, знакомые позвонили! Тогда-то я и решила, что пора действовать. Я ведь знала о завещании брата, Андрей от меня ничего не скрывал. Первым делом поехала к его юристу, но опоздала: ушлый Юрик уже меня опередил и забрал бумаги. А тут вы стали путаться у меня под ногами и мешать своим дурацким расследованием! Да какая разница теперь, кто утопил эту девчонку! Я этого точно не делала. Главное, кто получит миллионы Андрея! Я разыскала Алишера и договорилась с ним о встрече. Удача была на моей стороне. Он теперь жил в том же городе, что и Юра! Этот человек был недалекий, но очень преданный, он так сильно любил свою семью и детей, был готов на все, чтобы вылечить больную дочку. Вообще-то я его вовсе не просила вас убивать! Мне это не нужно. Вы просто лишняя фигура в моей шахматной партии, и мне нужно было, чтоб вы сами убрались. Основной заказ был как раз на Юрия, я просила его сбить насмерть. А вас просто попугать. Но что-то пошло не так, раз Алишер погиб. Мне даже жаль его. Но вы все равно ничего не докажете! А я прямо сейчас откажусь от своих показаний, и вы ничего не сможете сделать. Для всех я сумасшедшая, что с меня возьмешь! Да и доказательств у вас нет. Я не дура, следов не оставляла нигде. Так что шах вам и мат, господа!

И она зашлась диким смехом, у всех даже мурашки по коже пробежали! Очевидно, что эта женщина одержима, больна и что ее нужно изолировать от общества, пока она не натворила новых бед. Я смотрела ей прямо в глаза, не отводила взгляд:

– Вы просчитались, Валентина. Причем дважды. В первый раз, когда в открытую заявились к Алишеру, и вас запомнила его жена. И во второй раз. Когда оставили отпечатки пальцев на открытке с угрозами на кладбище, на могиле Юли. Точно такие же отпечатки были найдены в машине Алишера, причем на панели и потолке. Вы с ним спали в машине?

Женщина хищно и плотоядно улыбнулась:

– Не удержалась, после разговора он пошел меня провожать. И сам затащил в свою машину в гараже. Такие они, восточные мужчины, любят одних, а спят с другими. Но любовник он был потрясающий! Вам, русским, до восточных мужчин далеко! Вот же черт! И что, теперь меня посадят? Думаешь, ты выиграла, ищейка?

Я грустно ответила:

– Думаю, вы больная! И в психушке вам самое место, надеюсь, вас оттуда больше не отпустят.

Мы вышли на улицу, я всей грудью вдохнула свежий воздух. Даже Киря был растерян и делился впечатлениями:

– Да уж, ну и стерва, это же надо всю жизнь так ненавидеть людей! Сама себе вбила в голову идею фикс и отравляла всем жизнь. Точно дура баба! Ну все, Танюша, мне пора домой! И так звонят день и ночь. Дома дурдом, дети от рук отбились, жена с ног падает одна. На работе завал! Все как всегда. А ты тут, я думаю, и без меня дело закончишь. Покушаться, думаю, никто больше не будет. Да тебе только и осталось, что найти таксиста.

Я обняла друга, благодарила:

– Спасибо тебе, Киря! Ты самый лучший друг! Кто бы еще вот так сорвался и примчался спасать мою пятую точку? Никто! Конечно, поезжай. Только знаешь, давай-ка мы с тобой хоть на прощание в море искупаемся, и я твоим домочадцам гостинцев прикуплю! Не отпущу тебя с пустыми руками!

Киря не возражал, как малый ребенок, резвился на волнах и нежился на солнышке. А я бегала по набережной и скупала вкусности: пахлаву, чурчхелу, вяленую морскую рыбу, жене друга купила интересную сумку плетеную. Прощались тепло, друг уехал, а я стала думать, где и как мне искать таксиста.