Я смотрела. У меня не было выбора. Пальцы Марка были стальными тисками, впившимися в мою челюсть. Он держал мою голову, пригвоздив мой взгляд к огню.

— СМОТРИ! — его голос срывался, это был почти вой, он пытался перекричать рев огня. — СМОТРИ, ВЕРОНИКА!

Жар был невыносим. Он обжигал лицо, испарял слезы, не давая им потечь. Воздух был раскаленным, он пах смолой, гарью и им — его потом, его яростью. Веревки впивались в запястья, я чувствовала липкую кровь.

Пламя было живым. Оно было яростно-белым в центре и багровым по краям. Оно ревело, завывало, пожирая ветки с опасным треском.

Я смотрела. И реальность начала… ломаться. Рев огня. Он был слишком громким. Он заполнил собой все, вытеснив лес, вытеснив Марка, вытеснив боль в запястьях. Он стал единственным, что есть в мире. Он стал… ритмом.

Не как метроном. Не Тук… Тук… Это был глубокий, утробный, низкий пульс. Удар. Удар. Удар. Как гигантское сердце, бьющееся в центре поляны.

Пламя перестало быть пламенем. Оно стало… светом. Ярким, белым, невыносимым, пульсирующим светом. Он заполнил все мое зрение.

Я перестала видеть сосны. Я перестала видеть поляну. Я видела только этот пульсирующий свет. А на фоне него, слишком близко — темная, неразборчивая тень. Его лицо. Он держал меня. Он заставлял меня.

Он злился. Он работал. Он что-то делал со мной.

Этот жар. Этот ритм. Этот свет. Он использовал огонь, как я использовала диктофон. Он использовал рев, как я использовала метроном. Это был… ритуал. Это был сеанс.

Он не просто заманил меня в лес. Он — мой ментор. Он знал, как это работает. Он знал мои триггеры. И он проводил… Что? Финальное погружение?

Я смотрела в пульсирующий белый свет, и что-то в моей голове… что-то, что было заперто очень давно… Сдвинулось.

А воспоминания, которые я считала ложью… Часы. Полоска на его запястье. Часы у меня в комоде. Это была нестыковка. Парадокс.

Мой мозг, зажатый между его пальцами и ревущим огнем, отчаянно пытался найти смысл. Часы. Ментор. Марк. Ложь. Правда.

Огонь сжег этот парадокс. Он сжег туман. Он сжег ложь, которую я сама себе говорила.

И внезапно… я вспомнила.