А в это время незамеченным

пройдет ключевое место пьесы

Сначала идет оригинал,

затем в порядке появления переводов:

перевод М. Лозинского,

перевод Б. Пастернака,

перевод А. Пустогарова.

Основные использованные источники:

Шекспировский Лексикон А.Шмидта (Shakespeare lexicon: a complete dictionary of all the english words, phrases and constructions in the works of the poet by Alexander Schmidt, Berlin, 1902);

Слова Шекспира (Den Cristal, Ben Cristal, Shakespeare`s Words, Penguin books, 2004;)

словарь Вебстера за 1828 год (American Dictionary of the English Language by Noah Webster, New York, 1828).

Название

The Tragedy of Hamlet, Prince of Denmark

Гамлет, принц датский

Гамлет, принц датский

Гамлет, трагедия наследника Дании

Трагедия Гамлета прямо проистекает из того, что он является наследником датского престола, а не просто принцем, то есть знатной персоной. Все свои действия Гамлет соотносит с тем, что на него может лечь полная ответственность за судьбу страны. Однако «в русском языке принц – в общем случае, сын короля или иного монарха соответствующего ранга, а также любой другой нецарствующий мужчина из королевской семьи или родственник царствующего монарха по мужской линии» (Википедия). Об этом же, к примеру, говорит и «Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка» (Ф. Павленков, 1907): «Принц, Принцесса: не царствующие члены корол. или вообще владетельного дома в зап. Европе; соответств. нашим вел. князьям и княгиням». Поэтому при переводе я основывался на следующем значении слова prince – монарх по аналогии с тем, что название пьесы Шекспира «Pericles, Prince of Tyre» принято переводить как «Перикл, царь Тира». То же дает для слова prince и Шекспировский Лексикон А.Шмидта: a ruler of a state, a sovereign (правитель государства, суверен). Напомню, что название знаменитого трактата Н. Макиавелли «Государь» на английском звучит именно как «Prince».

Поскольку законным правителем Гамлет становится лишь на последних минутах пьесы, я выбрал для названия слово наследник, указывающее, тем не менее, на потенциальную власть монарха.

Действие 1, сцена 1

1.

Elsinore. A platform before the castle.

Эльсинор. Площадка перед замком.

Эльсинор. Площадка перед замком.

Эльсинор. Вал у стен замка.

Не ясно, что это за площадка у стен замка. Между тем у слова platform есть значение орудийная площадка, которое хорошо соответствует ситуации. Шекспир наряду с замком вводит этот военный термин. (О пристрастии Шекспира к военной лексике смотри в комментариях к его сонетам).

Отчего в моем переводе вал? Оттого, что орудия часто размещали именно на валу: «Крепостной вал… Назначением его было… давать превосходство крепостной артиллерии над противником» (Военно-исторический словарь, 1998).

2.

BERNARDO

If you do meet Horatio and Marcellus,

The rivals of my watch, bid them make haste.

Бернардо

И если встретишь остальных – Марцелла

Или Горацио, – поторопи их.

Бернардо

А встретятся Гораций и Марцелл,

Подсменные мои, – поторопите.

Бернард

Если встретишь

Горацио или Марцелла —

моих товарищей по караулу —

скажи, чтоб не опаздывали.

Лозинский опускает слово rivals, заменяя его всеобъемлющим остальные. Пастернак же вводит не верное подсменные, поскольку подсменный – тот, кто приходит на смену. Согласно Лексикону А.Шмидта, одно из значений rival – companion (компаньон).

3.

HORATIO

Friends to this ground.

MARCELLUS

And to the Dane.

Горацио

Друзья стране.

Марцелл

И люди датской службы.

Горацио

Друзья страны.

Марцелл

И слуги короля.

Горацио

Защита датских рубежей.

Марцелл

Стране подмога.

Здесь уже начинается словесная игра Шекспира. В разговоре с военным друзья стране звучит излишне пафосно, чтобы не сказать абсурдно. Шекспир же продолжает развивать военную тему: make ground значит захватить позицию. Ground и есть позиция, где несут службу Франциско и Марцелл – у слова friend есть значение сослуживец. То есть friends to this ground означает соратники на этой позиции. Я использовал при переводе слово рубеж, у которого, как и у слова ground, два значения – элемент фортификации (рубеж обороны) и граница страны.

Liegeman – это не слуга, а вассал. Марцелл иронизирует над прибывшим из Германии Горацио.

4.

BERNARDO

Say,

What, is Horatio there?

HORATIO

A piece of him.

Бернардо

Что,

Горацио с тобой?

Горацио

Кусок его.

Бернардо

Вот так так!

Гораций здесь!

Горацио

Да, в некотором роде.

Бернард

Горацио с тобой?

Горацио

Его остатки.

Piece – обломок. Горацио иронизирует, намекая, вероятно, на холодную ночь. Добавлю, что у слова piece, помимо остаток, есть значение оружие. Тогда ответ Горацио – его оружие – ирония над тем, что толку от Горацио – разве его оружие.

5.

BERNARDO

And let us once again assail your ears,

That are so fortified against our story

What we have two nights seen.

Бернардо

И двинем вновь на штурм твоих ушей,

Для вашего рассказа неприступных,

Все, что мы видели.

Бернардо

И разрешите штурмовать ваш слух,

Столь укрепленный против нас, рассказом

О виденном.

Бернард

Мы попытаемся пробить броню, которой

ты защищаешь свои уши от наших слов.

Глагол fortify означает защиту, однако защиту не только в виде фортификационных сооружений, поэтому, продолжая заданную Шекспиром военную тему, более уместна защита в виде закрывающего уши шлема.

6.

Enter Ghost

Входит Призрак

Входит Призрак

Входит Дух

Шекспировский лексикон А. Шмидта и лексикон Слова Шекспира для ghost приводят синонимы spirit (дух) и soul (душа). То есть это то, что, по мнению современников Шекспира, реально существует. В то же время русские толковые словари дают для слова призрак: «Образ кого-чего-н., представляющийся в воображении, видение, то, что мерещится» (Толковый словарь Ожегова) и «То, что видится, мерещится, видение, образ чего-нибудь» (Толковый словарь Ушакова).

7.

MARCELLUS

Thou art a scholar; speak to it, Horatio.

Марцелл

Ты книжник; обратись к нему, Горацио.

Марцелл

Ты сведущ – обратись к нему, Гораций.

Марцелл

Гораций, ты человек образованный,

заговори с ним.

Scholar – это и ученик, студент, что подходит к Горацио, а в просторечьи – грамотный человек. Марцелл вряд ли разбирается в познаниях Горацио, но относит его к классу образованных людей, которым и положено иметь дело со сверхъестественными явлениями.

8.

HORATIO

it harrows me with fear and wonder

Горацио

я пронизан страхом и смущеньем

Горацио

Я в страхе и смятенье!

Горацио

как подкосили изумление и ужас

Harrow – это борона или грабли. То есть по Горацио словно проскребли граблями его эмоции. И Лозинский, и Пастернак эту прозаичность убирают напрочь. Я же использовал «сельскохозяйственный» термин подкосили.

9.

HORATIO

So frown’d he once, when, in an angry parle,

He smote the sledded Polacks on the ice

Горацио

Вот так он хмурился, когда на льду

В свирепой схватке разгромил поляков.

Горацио

И так же хмур, как в незабвенный день,

Когда при ссоре с выборными Польши

Он из саней их вывалил на лед.

Горацио

и так же грозен, как в тот день,

когда по льду он гнал поляков.

Эти the sledded Polacks, то есть поляки на санях, считаются темным местом.

Я предположил, что, поскольку буквы f и s в тогдашнем виде близки по форме, то произошла т. н. ошибка переписчика или наборщика, и fledded (те, кого гонят) превратились в sledded.

10.

HORATIO

In what particular thought to work I know not;

But in the gross and scope of my opinion,

This bodes some strange eruption to our state.

Горацио

Что в точности подумать, я не знаю;

Но вообще я в этом вижу знак

Каких-то странных смут для государства.

Горацио

Подробностей разгадки я не знаю,

Но в общем, вероятно, это знак

Грозящих государству потрясений.

Горацио

С моей точки зрения… не знаю, что и думать,

но, исходя из общих соображений,

что-то неожиданное прорежется в нашей стране.

В первый двух строках Гораций говорит, что конкретных соображений (particular thought) у него нет, но исходя из общего кругозора и суммы знаний… Речь его сумбурна, что я и постарался передать.

Слова знак, которое ввели Лозинский и Пастернак, у Шекспира нет. Eruption означает прорывное явление, в том числе, может интерпретироваться как смута, однако отчего тогда она странная (strange)? Более уместно тут использование значения прорезывание (зубов), как метафоры для чего-то нового и способного укусить.

11.

MARCELLUS

Why this same strict and most observant watch

So nightly the subject of the land,

And why such daily cast of brazen cannon,

And foreign mart for implements of war;

Why such impress of shipwrights, whose sore task

Does not divide the Sunday from the week;

What might be toward, that this sweaty haste

Doth make the night joint-labourer with the day:

Марцелл

К чему вот эти строгие дозоры

Всеночно трудят подданных страны?

К чему литье всех этих медных пушек

И эта скупка боевых припасов,

Вербовка плотников, чей тяжкий труд

Не различает праздников от будней?

В чем тайный смысл такой горячей спешки,

Что стала ночь сотрудницею дня?

Марцелл

К чему такая строгость караулов,

Стесняющая граждан по ночам?

Чем вызвана отливка медных пушек,

И ввоз оружья из-за рубежа,

И корабельных плотников вербовка,

Усердных в будни и в воскресный день?

Что кроется за этою горячкой,

Потребовавшей ночь в подмогу дню?

Марцелл

зачем всех изнуряют ночью, ставя в караулы,

дни напролет льют бронзовые пушки

и за границей закупают снаряженье для войны?

Зачем согнали плотников и, не давая продохнуть,

без выходных, все строят корабли?

Кто сделал ночь подручной дня,

какая цель у этой всей запарки?

Из переводов и Лозинского, и Пастернака можно заключить, что строгие дозоры\караулы каким-то образом обременяют сидящих по домам граждан. Между тем, речь идет о том, что граждане поголовно привлекаются к караульной службе.

И Лозинский, и Пастернак переводят brazen cannon как медные, а не бронзовые пушки, вероятно, чтобы подчеркнуть – дело очень давнее. Однако первые пушки были вовсе не медными, а железными или бронзовыми. Медная пушка – вещь крайне экзотическая.

Шекспир совершенно определенно говорит о закупках военных товаров за рубежом, то есть пушки вместо масла. У Лозинского же вместо этого скупка боевых припасов – не ясно где, но по смыслу скорее всего в самой Дании, а у Пастернака ввоз оружья из-за рубежа, очевидно, иностранцами.

Вербовка у Лозинского и Пастернака – дело добровольное, а вот авторское impress – процесс принудительный.

И Лозинский, и Пастернак игнорируют упоминание о поте в сочетании sweaty haste (букв. потная спешка), вместо этого у Лозинского звучащая не по-русски горячая спешка, а у Пастернака – горячка, которая означает не подневольную работу, а болезнь. Я использовал слово запарка – однокоренное с взопреть, то есть вспотеть, покрыться испариной.

12.

HORATIO

Shark’d up a list of lawless resolutes,

For food and diet, to some enterprise

That hath a stomach in’t

Горацио

Набрал себе с норвежских побережий

Ватагу беззаконных удальцов

За корм и харч для некоего дела,

Где нужен зуб.

Горацио

Набрал по всей Норвегии отряд

За хлеб готовых в бой головорезов

Горацио

собрал всю сволочь, что за прокорм

и хлебные места рискнуть готова животом

Отрывок содержит изощренную словесную игру. Выражение for food and diet построена по образцу for food and drink (за еду и питье). Слово diet, на первый взгляд, это тавтология, поэтому Лозинский передает фразу тавтологией, а Пастернак слово diet и вовсе опускает. Однако все становится на свои места, если использовать для перевода слова diet значение законодательное собрание. То есть проходимцы, которых набрал Фортинбрас, служат ему за еду, однако готовы при случае войти в правящий слой страны. Далее Шекспир добавляет еще один «гастрономический» оборот hath a stomach in’t, что означает отважиться на что-либо.

13.

BERNARDO

this portentous figure

Comes armed through our watch

Бернардо

Вот почему и этот вещий призрак

В доспехах бродит

Бернардо

Не зря обходит в латах караулы

Зловещий призрак

Бернард

Поэтому величественный силуэт

вооруженным ходит мимо часовых.

Figure может означать как реальную фигуру, так и воображаемый образ. Лозинский же и Пастернак используют слово призрак, которое определенно означает то, что мерещится (см. выше п.5).

14.

HORATIO

A mote it is to trouble the mind’s eye.

Горацио

Соринка, чтоб затмился глаз рассудка.

Горацио

Он как сучок в глазу души моей!

Горацио

Он – та соринка, что попав рассудку в глаз,

его должна бы растревожить.

В отличии от Пастернака, Лозинский правильно переводит mote как соринку, только она должна не затуманить, а, наоборот, встревожить (trouble) рассудок.

15.

HORATIO

stars with trains of fire and dews of blood,

Disasters in the sun; and the moist star,

Upon whose influence Neptune’s empire stands,

Was sick almost to doomsday with eclipse.

Горацио

Кровавый дождь, косматые светила,

Смущенья в солнце; влажная звезда,

В чьей области Нептунова держава,

Болела тьмой, почти как в судный день

Горацио

В огне комет кровавилась роса,

На солнце пятна появлялись; месяц,

На чьем влиянье зиждет власть Нептун,

Был болен тьмой, как в светопреставленье,

Горацио

за звездами тянулись хвосты из пламени и капель крови,

на солнце появились пятна,

луна, что управляет империей Нептуна,

словно в день Страшного суда,

померкла от затменья

У Лозинского вместо авторского хвосты (комет) из пламени и капель крови (dew – это капля дождя) появляется явно из другой оперы кровавый дождь, а у Пастернака – кровавилась роса, можно подумать, что на земле.

Stands upon означает на основании: то есть империя Нептуна (океаны и моря) подчиняется влиянию (притяжению) луны, как полагает и современная теория приливов. Вместо этого Лозинский считает, что Нептунова держава находится на звезде или луне, а Пастернак вводит расплывчатый оборот на чьем влиянье зиждет власть Нептун.

Sick to smth не означает болеть чем-либо: к примеру, it makes me sick to hear значит невозможно это слышать, а it makes me sick to think that it is so – трудно это себе представить и т. п. Поэтому sick almost to doomsday следует буквально перевести как дошла почти до Страшного Суда. Лозинский же и Пастернак выбросили eclipse (затмение) заменив его нелепой болезнью тьмой.

Действие 1.Сцена 2

1.

KING CLAUDIUS

Our state to be disjoint and out of frame

Король

Пришло в упадок наше королевство

Король

Развал в стране и все в разъединенье

Король

разболтался наш государственный механизм

State – это не страна, как у Пастернака, а государство. В отношении него Шекспир использует термины, применительные к механизму: disjoint – сорваться с шарниров и out of frame – выйти за пределы несущей конструкции.

2.

KING CLAUDIUS,

Farewell, and let your haste commend your duty.

Король

Добрый путь. Поспешностью отметьте ваше рвенье.

Король

Поезжайте. Готовность докажите быстротой.

Король

В дорогу! Пусть ваша расторопность

докажет вашу верность.

Haste не только спешка, но, что более уместно в данном случае, расторопность. Duty – не только долг, обязанность, но и моральные обязательства в отношении сюзерена.

3.

LORD POLONIUS

He hath, my lord, wrung from me my slow leave

By laboursome petition, and at last

Upon his will I seal’d my hard consent

Полоний

Он долго докучал мне, государь,

Настойчивыми просьбами, пока

Я не скрепил их нехотя согласьем

Полоний

Он вымотал мне душу, государь,

И, сдавшись после долгих убеждений,

Я нехотя его благословил.

Полоний

Он постепенно выжал из меня разрешение.

В конце концов, я тиснул печать на свое согласие.

Wrung from me my slow leave буквально означает выжал из меня мое медленное разрешение, то есть процесс отождествляется с выдавливанием содержимого из емкости.

Лексика Полония свидетельствует о его бюрократической должности, отсюда seal’d – поставил печать.

4.

KING CLAUDIUS

But now, my cousin Hamlet, and my son,-

HAMLET

[Aside] A little more than kin, and less than kind.

Король

А ты, мой Гамлет, мой племянник милый

Гамлет (в сторону)

Племянник – пусть; но уж никак не милый.

Король

Ну, как наш Гамлет, близкий сердцу сын?

Гамлет (в сторону)

И даже слишком близкий, к сожаленью.

Король

А ты, племянник Гамлет и наш сын…

Гамлет (в сторону)

Чуть более, чем просто родственник,

чуть менее, чем радуюсь тому.

Шекспир использует словесную игру kin (родственник) – kind (доброжелательный, послушный). Смысл реплики Гамлета в том, что они с Клавдием породнились ещё и в результате женитьбы Клавдия на матери Гамлета.

5.

HAMLET

I shall in all my best obey you, madam

Гамлет

Сударыня, я вам во всем послушен

Гамлет

Сударыня, всецело повинуюсь.

Гамлет

Я вам послушен изо всех сил, королева.

Фраза Гамлета иронична, поскольку do all my best означает стараться изо всех сил.

6.

HAMLET

But break, my heart, for I must hold my tongue.

Гамлет

Но смолкни, сердце, скован мой язык!

Гамлет

Разбейся, сердце, молча затаимся.

Гамлет

Но, хоть рвется на части сердце,

я должен прикусить язык.

Hold my tongue – буквально держать язык за зубами, но и Лозинский, и Пастернак предпочитают просторечию невнятность или (как у Лозинского) прямое, простите за каламбур, косноязычие: язык, скованный, вероятно, цепями – это уж слишком.

7.

HORATIO

whilst they, distilled

Almost to jelly with the act of fear,

Stand dumb and speak not to

Горацио

они же,

Почти что в студень обратясь от страха,

Стоят, храня безмолвье.

Горацио

они ж стоят,

Застыв от страха и лишившись речи,

Как громом пораженные

Горацио

Они, как будто кости в студень

выварил им страх, рта не могли открыть.

Речь явно идёт о гидродистилляции (вываривании) костей для получения из них желатина.

Действие 1. Сцена 3

1.

LAERTES

His greatness weighed, his will is not his own,

For he himself is subject to his birth.

He may not, as unvalued persons do,

Carve for himself

Лаэрт

Великие в желаниях не властны;

Он в подданстве у своего рожденья;

Он сам себе не режет свой кусок,

Как прочие

Лаэрт

По званью он себе не господин.

Он сам в плену у своего рожденья.

Не вправе он, как всякий человек,

Стремиться к счастью.

Лаэрт

Боюсь, что титул перевесит.

Им правит родословная.

И он не может, как простолюдин,

себе накладывать все лучшие куски.

His greatness weighed – (титул) его величество перевешивает (все остальное).

Оба переводчика эту фразу просто выпустили.

Carve for himself – буквально означает нарезать для себя мясо, однако оборот Лозинского он сам себе не режет свой кусок, в лучшем случае, мало понятен, а после языка в цепях (см. п.7 Действие 1, Сцена 2) может вызвать нездоровые ассоциации.

2.

LAERTES

And keep you in the rear of your affection,

Out of the shot and danger of desire.

Лаэрт

И хоронись в тылу своих желаний,

Вдали от стрел и пагубы страстей.

Лаэрт

Остерегайся, как чумы, влеченья,

На выстрел от взаимности беги.

Лаэрт

Держись в тылу, подальше от страстей,

чтоб не попасть под выстрел вожделенья.

Лозинский верно передает общий смысл фразы, только Шекспир не использует банальный оборот стрелы страсти, т. е. стрелы Амура, а, отталкиваясь от этого образа, создает свой, прямо связанный с боевыми действиями в эпоху огнестрельного оружия.

Пастернак же, вместо тыла вводя чуму, нарушает цельный шекспировский образ.

3.

LAERTES

The canker galls the infants of the spring

Too oft before their buttons be disclosed,

And, in the morn and liquid dew of youth,

Contagious blastments are most imminent.

Лаэрт

Червь часто точит первенцев весны,

Пока еще их не раскрылись почки,

И в утро юности, в росистой мгле,

Тлетворные опасны дуновенья.

Лаэрт

Червь бьет всего прожорливей ростки,

Когда на них еще не вскрылись почки,

И ранним утром жизни, по росе,

Особенно прилипчивы болезни.

Лаэрт

И гниль плодовая так часто губит первенцев весны

и не дает бутонам распуститься,

и в утренней росе раздолье для заразы.

Canker означает садовых вредителей и болезни садовых культур, однако во время цветения личинки вредителей лишь откладывают яйца, из которых потом появляются черви, цветки же повреждает заболевание плодовая гниль.

4.

LORD POLONIUS

The wind sits in the shoulder of your sail

Полоний

У паруса сидит на шее ветер

Полоний

Уж ветер выгнул плечи парусов

Полоний

Уж ветер в паруса лопатку толкает твой корабль!

Имеется в виду треугольный или латинский парус, который называется из-за своей формы a shoulder of mutton sail – парус в виде бараньей лопатки. У sit есть значение давить.

5.

LORD POLONIUS

Do you believe his tenders, as you call them?

OPHELIA

I do not know, my lord, what I should think.

LORD POLONIUS

Marry, I’ll teach you: think yourself a baby;

That you have ta’en these tenders for true pay,

Which are not sterling. Tender yourself more dearly;

Or – not to crack the wind of the poor phrase,

Running it thus – you’ll tender me a fool.

Полоний

И что ж, ты этим увереньям веришь?

Офелия

Не знаю, что и думать, господин мой.

Полоний

А думать ты должна, что ты дитя,

Раз уверенья приняла за деньги.

Уверь себя, что ты дороже стоишь;

Не то – совсем заездил это слово! —

Боюсь увериться, что я дурак.

Полоний

А как ты отнеслась

К его, как ты их назвала, залогам?

Офелия

Не знаю я, что думать мне о них.

Полоний

Так вот, я научу: во-первых, думай,

Что ты – дитя, принявши их всерьез,

И требуй впредь залогов подороже.

А то, сведя все это в каламбур,

Под свой залог останешься ты в дурах.

Полоний

И ты веришь в эти, как ты их называешь, нежности?

Офелия

Мне кажется, он не шутил.

Полоний

Меня пугает не на шутку,

что ты такой ребенок, что приняла

все эти «нежности» за чистую монету.

Цени себя дороже, или – вот прилипло слово —

ты сделаешь из меня шута.

Шекспир играет со следующими значениями слова tender:

– нежность;

– предложение денег за товар (tenders for true pay, tender yourself more dearly);

– делать из кого-либо дурака (tender me a fool).

Лозинский, пытаясь передать словесную игру, использует сначала существительное уверения, а затем глагол увериться, причем, в одном и том же смысле Это не словесная игра, а тавтология.

Пастернак же авторскую игру устранил да вдобавок запутался в том, кто кому дает залог.

Я преобразовал эту авторскую игру в игру со словами шутка и шут, используя фразеологические обороты не на шутку и делать из кого-либо шута.

6.

OPHELIA

My lord, he hath importuned me with love

In honorable fashion—

LORD POLONIUS

Ay, «fashion» you may call it. Go to, go to!

Офелия

Он о своей любви твердил всегда

С отменным вежеством.

Полоний

Ты это вежеством зовешь; ну-ну!

Офелия

Отец, он предлагал свою любовь

С учтивостью.

Полоний

С учтивостью! Подумай!

Офелия

Отец, он атакует меня своей любовью

достойным способом.

Полоний

Способом? Ну-ну.

Глагол importuned содержит элемент насилия. Поэтому фраза Офелии иронична. А Полоний разговаривает с ней, вероятно, намеренно грубовато.

7.

LORD POLONIUS

Ay, springes to catch woodcocks. I do know,

When the blood burns, how prodigal the soul

Lends the tongue vows: these blazes, daughter,

Giving more light than heat, extinct in both,

Even in their promise, as it is a-making,

You must not take for fire.

Полоний

Силки для куликов! Я знаю сам,

Когда пылает кровь, как щедр бывает

Язык на клятвы; эти вспышки, дочь,

Которые сияют, но не греют

И тухнут при своем возникновенье,

Не принимай за пламя.

Полоний

Силки для птиц! Пока играла кровь,

И я на клятвы не скупился, помню.

Нет, эти вспышки не дают тепла,

Слепят на миг и гаснут в обещанье.

Не принимай их, дочка, за огонь.

Полоний

Силки тетерям! Знаю сам:

когда вскипает кровь, так щедро сердце

одалживает клятвы языку!

Но эти вспышки светят, да не греют,

а после гаснут даже обещанья.

Не принимай же их за пламя очага.

Woodcock означает тетерев и простак. Отсюда мое тетери (вспомни глухая тетеря).

В сочетании с giving more light than heat (светит да не греет) fire логично трактовать как пламя домашнего очага.

8.

LORD POLONIUS

Do not believe his vows; for they are brokers,

Not of that dye which their investments show,

But mere implorators of unholy suits,

Breathing like sanctified and pious bawds

The better to beguile.

Полоний

но клятвам

Его не верь, затем что это сводни

Другого цвета, чем на них наряд,

Ходатаи греховных домогательств,

Звучащие как чистые обеты,

Чтоб лучше обмануть.

Полоний

Клятвы – лгуньи.

Не то они, чем кажутся извне.

Они, как опытные надувалы,

Нарочно дышат кротостью святош,

Чтоб обойти тем легче.

Полоний

Не верь, дочь, в эти клятвы,

они – как продавцы, что показали образец

другой окраски, чем весь товар,

свахи для сговоров нечистых,

сводни, чьи слова благочестивы,

чтоб легче обмануть.

Персонажи, выбранные Полонием для составления метафоры, отражают его жизненный опыт. Между тем, Пастернак полностью устраняет персонажей оригинала, заменяя их общими терминами. Лозинский убирает брокера. Оба переводчика игнорируют словесную игру Шекспира. Вместо нее Лозинский предлагает нелепое сводни другого цвета.

Шекспир же сравнивает любовные клятвы с поведением продавца (брокера), который перед сделкой показывает образец другого цвета или окраски, чем основная партия одежды. Причем investments одновременно означает и одежду и инвестиции, вклад. Далее употребляется выражение unholy suits, где suit – одновременно сватовство и дело в суде.

Действие 1, Сцена 4

1.

HAMLET

And, as he drains his draughts of Rhenish down,

The kettledrum and trumpet thus bray out

The triumph of his pledge.

Гамлет

И чуть он опорожнит кубок с рейнским,

Как гром литавр и труб разносит весть

Об этом подвиге.

Гамлет

И чуть осушит новый кубок с рейнским,

Об этом сообщает гром литавр,

Как о победе!

Гамлет

И каждый выпитый им кубок рейнского

литавры прославляют

и ослиный крик фанфар.

Bray означает или прямо крик осла, или резкий звук, похожий на крик осла.

2.

HAMLET

So, oft it chances in particular men,

That for some vicious mole of nature in them,

As, in their birth – wherein they are not guilty,

Since nature cannot choose his origin–

By the o’ergrowth of some complexion,

Oft breaking down the pales and forts of reason,

Or by some habit that too much o’er-leavens

The form of plausive manners

Гамлет

Бывает и с отдельными людьми,

Что если есть у них порок врожденный —

В чем нет вины, затем что естество

Своих истоков избирать не может, —

Иль перевес какого-нибудь свойства,

Сносящий прочь все крепости рассудка,

Или привычка слишком быть усердным

В старанье нравиться

Гамлет

Бывает и с отдельным человеком,

Что, например, родимое пятно,

В котором он невинен, ибо, верно,

Родителей себе не выбирал,

Иль странный склад души, перед которым

Сдается разум, или недочет

В манерах, оскорбляющий привычки

Гамлет

Так в человеке какая-то черта характера,

как будто злокачественная бородавка,

в которой он не виноват,

ведь он не выбирает кем родиться,

вдруг разрастается и напрочь сносит

все частоколы и заграждения рассудка;

или какая-то особенность растет, как на дрожжах,

перетекая за края дозволенного

Во фразе some vicious mole of nature слово nature получает смысловую нагрузку, если при его переводе использовать значение врожденное качество или черта характера, получая буквально: злокачественная бородавка (родинка) черты характера. Далее Шекспир сравнивает усиление отрицательной черты характера с разрастанием злокачественной бородавки. Именно это означает the o’ergrowth of some complexion (разрастание некоторой черты характера), если для complexion использовать значение temperament (см. Лексикон Шекспира А.Шмидта), то есть опять же характер. И Лозинский, и Пастернак эту метафору роста устраняют, заменяя ее перечислением: порок врожденный иль перевес какого-нибудь свойства и, соответственно, родимое пятно… иль странный склад души.

Leaven – это дрожжи, поэтому в последних двух строках отрывка черта характера (habit) сравнивается с тестом, которое, подымаясь на дрожжах, вытекает из посуды. И Лозинский, и Пастернак заменяют этот образ Шекспира невнятной отсебятиной.

3.

HAMLET

the dram of eale

Doth all the noble substance of a doubt

To his own scandal

Гамлет

крупица зла

Все доброе проникнет подозреньем

И обесславит.

Гамлет

А все от этой глупой капли зла,

И сразу все добро идет насмарку.

Досадно, ведь.

Гамлет

из-за глотка спиртного

ославив в нем все благородное.

Речь идет о пьянстве датчан, поэтому можно только дивиться, отчего и Лозинский, и Пастернак слово eale = ale, то есть спиртной напиток эль, трактуют как evil, то есть зло.

4.

HAMLET

Thou comest in such a questionable shape

That I will speak to thee

Гамлет

Твой образ так загадочен, что я

К тебе взываю

Гамлет

Я озадачен так таким явленьем,

Что требую ответа

Гамлет

но вид твой так меня тревожит,

что я заговорю с тобой

Questionable в данном случае означает вовсе не непонятный, а, согласно Словарю Вебстера, inviting inquiry, то есть побуждающий к розыску, допросу. (Ср. с п. 4 к Действию 3 Сцене 1). Отсюда мое тревожит, то есть побуждает к дознанию.

5.

HORATIO

He waxes desperate with imagination.

Горацио

Он одержим своим воображеньем.

Горацио

Теперь он весь во власти исступленья.

Горацио

Он точно взбесился, увидев это сходствосо своим отцом.

Если imagination перевести как воображение, то трудно понять, отчего им, как в переводе Лозинского, одержим один лишь Гамлет, а не все присутствующие. Поэтому Пастернак это слово совсем убирает. Вспомним, однако, что Горацио, который это говорит, «человек образованный», изучавший философию в Виттенбергском университете. А вот изложение тезиса английского философа Дэвида Юма (1711–1776): «As our imagination takes our most basic ideas and leads us to form new ones, it is directed by three principles of association, namely, resemblance, contiguity, and cause and effect» (James Fieser, Internet Encyclopedia of Philosophy, Hume, David). То есть imagination основывается на трех принципах связи идей (association), первый из которых resemblance, т. е. схожесть, а второй – contiguity, то есть близость. И тут все становится на свои места: Горацио имеет в виду, что Гамлета поражает сходство призрака с его отцом.

Действие 1, Сцена 5

1.

GHOST

And duller shouldst thou be than the fat weed

That roots itself in ease on Lethe wharf,

Wouldst thou not stir in this.

Призрак

Но даже будь ты вял, как тучный плевел,

Растущий мирно у летейских вод,

Ты бы теперь воспрянул.

Призрак

И кто б ты был? Болотной сонной ряской

В стоячих водах Леты, если б тут

Не всколыхнулся.

Дух

Ты б оказался бесчувственнее заскорузлого бурьяна,

застывшего лениво у переправы через Лету,

когда б тебя не всколыхнули мои слова.

Лозинский переводит fat как тучный, однако словарь Вебстер за 1828 год дает для него следующие значения: dull, stupid; unteachable, то есть тупой, безучастный, что тут больше подходит по смыслу. В качестве перевода для weed Лозинский предложил плевел, то есть растение с крупным зерновым колосом, что только затуманивает шекспировский образ. Значение сорняк, бурьян в качестве weed логичнее как для флоры у летейской переправы, так и в качестве сравнения с бесчувственным человеком. Умиротворяющую водоросль (еще одно значение для weed) Пастернак переделал в ряску, у которой, конечно, нет никаких корней, поэтому она не может укорениться (roots itself). Более того, для обосновании ряски Пастернаку пришлось выдумать «стоячие воды Леты», как будто Лета – это болото.

2.

HAMLET

O, my prophetic soul!

Гамлет

О вещая моя душа!

Гамлет

О, мои прозренья!

Гамлет

Душа все чувствовала!

Лозинский, по-видимому, идет вслед за Тютчевым, которому принадлежат явно навеянные «Гамлетом» строки: «О вещая душа моя! О сердце, полное тревоги…»

Фразу же Гамлета уместно сопоставить с блаженным Августином: «человеческая душа в самой себе имеет некоторую силу прорицания» (О книге Бытия буквально, кн.12, гл.13).

Однако prophetic допускает и не столь пафосные переводы: к примеру, thunder is often prophetic of showers – гром часто предвещает грозу.

3.

GHOST

Cut off, even in the blossoms of my sin,

Unhouseled, disappointed, unaneled,

No reck’ning made, but sent to my account

With all my imperfections on my head.

Призрак

Я скошен был в цвету моих грехов,

Врасплох, непричащен и непомазан;

Не сведши счетов, призван был к ответу

Под бременем моих несовершенств.

Призрак

Так был подрезан в цвете грешных дней,

Не причащен и миром не помазан;

Так послан второпях на страшный суд

Со всеми преступленьями на шее.

Дух

без причащенья, без соборованья

я был подрублен в пору цветенья всех своих грехов.

Я не расчелся с ними, не выправил ошибок,

когда затребовали окончательный отчет.

Cut off может относиться как к срубленному дереву, так и к срезанному цветку. Однако для короля более уместно сравнить себя с деревом.

Account – это бухгалтерская отчетность. Для отправившегося в мир иной напрашивается отождествление этого отчета со Страшным судом (Вот Пастернак и заменяет account на страшный суд, убирая при этом полностью «бухгалтерский» мотив). Imperfections – это и не только несовершенства, за которые следуют наказания на Страшном суде, но и ошибки в том же отчете. Шекспир проводит аналогию между Страшным судом и сдачей бухгалтерского отчета.

On my head (букв. на моей голове) не следует, как Пастернак, обязательно переводить близко к буквальному прочтению. К примеру, enough of blood rests on my head (Walter Scott, The Lord of the Isles: Canto III, XVIII) переводится как изрядно крови на моих руках, то есть на моей совести.

4.

HAMLET

while memory holds a seat

In this distracted globe.

Гамлет

пока гнездится память

В несчастном этом шаре

Гамлет

пока есть память в шаре

Разбитом этом

Гамлет

пока есть место

для памяти в безумном этом мире

Можно только недоумевать, откуда, согласно и Лозинскому, и Пастернаку, взялся этот несчастный или разбитый шар. Ведь globe – это прежде всего земной шар.

5.

HAMLET

from the table of my memory

I’ll wipe away all trivial, fond records,

All saws of books, all forms, all pressures past,

That youth and observation copied there,

And thy commandment all alone shall live

Within the book and volume of my brain,

Unmixed with baser matter

Гамлет

Ах, я с таблицы памяти моей

Все суетные записи сотру,

Все книжные слова, все отпечатки,

Что молодость и опыт сберегли;

И в книге мозга моего пребудет

Лишь твой завет, не смешанный ни с чем,

Гамлет

Я с памятной доски сотру все знаки

Чувствительности, все слова из книг,

Все образы, всех былей отпечатки,

Что с детства наблюденье занесло,

И лишь твоим единственным веленьем

Весь том, всю книгу мозга испишу,

Без низкой смеси.

Гамлет

Я со скрижалей памяти сотру

отметины банальных привязанностей,

книжную премудрость, все образы,

все оттиски прошлого,

всё, что юность туда переписала.

И только твоя заповедь одна

жить будет в Писании на свитке мозга,

не смешана с обычными словами.

Начнем с thy commandment. Ten Commandments – это Десять заповедей. Но тогда the table of my memory – это скрижали памяти, на которых будет записана заповедь Духа. Правда, возникает вопрос, отчего вначале с этих скрижалей все прежние заповеди Гамлет wipe away, то есть буквально сотрет тряпкой, как со школьной доски? Полагаю, оттого, что даже в русском языке слово скрижаль не обязательно означает нечто торжественное, вроде Скрижали Завета. Это может быть и любая дощечка, на которой что-то скрябают. То же относится и к английскому слову table. Шекспир строит образ следующим образом: вначале это просто дощечка, на которой написана всякая всячина, но Гамлет очищает ее, делая аналогом Скрижали Моисея, на которой записана одна только заповедь Духа.

Аналогичное выражение Thy beauty’s form in table of my heart (Образ твоей красоты на скрижали моего сердца) Шекспир употребляет в 24 сонете, и там table – это, несомненно, скрижаль, поскольку Шекспир почти дословно цитирует Второе послание к Коринфянам по Библии короля Якова (1611 г.): the epistle of Christ ministered by us, written not with ink, but with the Spirit of the living God; not in tables of stone, but in fleshy tables of the heart. Русский перевод: письмо Христово, через служение наше написанное не чернилами, но Духом Бога живого, не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца (2 Кор 3:3). Плотяные – то есть из человеческой плоти.

Within the book and volume of my brain – Лексикон Шекспира Александра Шмидта указывает, что Шекспир неоднократно употребляет слово book (книга) в значении Библия. В данном случае в связи с трактовкой table как скрижаль такое прочтение более, чем уместно. Отсюда мое Писание.

6.

HAMLET

Ha, ha, boy, sayst thou so? Art thou there,

truepenny?

Come on, you hear this fellow in the cellarage.

Consent to swear.

Гамлет

А! Это ты сказал! Ты здесь, приятель? —

Вот, слышите его из подземелья?

Клянитесь же.

Гамлет

Ага, старик, и ты того же мненья?

Вы слышите, что вам он говорит?

Извольте ж клясться.

Гамлет

А, ты тут как тут, приятель?

Я знал, что ты надежный парень.

– Слыхали этот голос из погреба?

А ну, клянитесь!

Гамлет называет Духа truepenny – буквально надежный парень. Гамлет имеет в виду и поддержку Духа в получении клятв от Горацио и Марцелла, и веру в правдивость всего, что сказал Дух.

И Лозинский, и Пастернак убирают in the cellarage – из погреба, посчитав его «не поэтическим». Лозинский заменяет из погреба на романтическое из подземелья.

7.

HAMLET

Well said, old mole. Canst work i’ th’ earth so fast?—

A worthy pioner!

Гамлет

Так, старый крот! Как ты проворно роешь!

Отличный землекоп!

Гамлет

Ты, старый крот? Как скор ты под землей!

Уж подкопался?

Гамлет

Хорошо сказано, старый крот.

Если ты так же ловко роешь землю,

ты просто землепроходец.

Пастернак опускает слово pioner, Лозинский заменяет его на землекоп. Между тем, у pioner (первопроходец) есть синоним groundbreaker, что буквально можно перевести как землевзломщик, то есть землепроходец.

8.

Hamlet

The time is out of joint. O cursиd spite

That ever I was born to set it right!

Гамлет

Век расшатался – и скверней всего,

Что я рожден восстановить его!

Гамлет

Порвалась дней связующая нить.

Как мне обрывки их соединить!

Гамлет

Век вывихнул себе суставы.

Но почему же я их должен вправить?

Joint – сустав, out of joint – вывихнуть сустав. Поэтому связующая нить Пастернака – полная отсебятина. А Лозинский отчего-то считает, что то, что расшаталось, следует не укрепить или подтянуть, а восстановить, как будто оно уже превратилось в руины.

Действие 2, Сцена 1

1.

LORD POLONIUS

And thus do we of wisdom and of reach,

With windlasses and with assays of bias,

By indirections find directions out.

Полоний

Так мы, кто умудрен и дальновиден,

Путем крюков и косвенных приемов,

Обходами находим нужный ход;

Полоний

Так все мы, люди дальнего ума,

Издалека, обходом, стороною

С кривых путей выходим на прямой.

Полоний

Так поступаем мы, люди мудрые и влиятельные,

словно применив рычаг или лебедку,

чтобы непрямо дотянуться прямо к цели.

Reach – не только область понимания, но и область досягаемости. В сочетании с упомянутыми ниже механическими устройствами, of reach логично перевести, исходя из второго значения слова reach: как способность к обширному воздействию.

Windlass – лебедка, bias – наклонная плоскость: относятся к т. н. простейшим механизмам, т. е. механическим устройствам, изменяющим направление или величину силы. Термин обычно относят к шести классическим простейшим механизмам, которые были найдены учеными эпохи Возрождения: рычаг, колесо и ось, блок (лебедка), наклонная плоскость, клин, винт.

Действие 2, Сцена 2

1.

QUEEN GERTRUDE

For the supply and profit of our hope

Королева

Придя на помощь нашим упованьям

Королева

И ваше время можно посвятить

Надежде нашей и ее поддержке

Королева

сумеете обеспечить прибылью наши ожидания

Profit – это прибыль, доход. Более того, supply and profit весьма напоминает торговые термины supply and sale (снабжение и сбыт) и supply and demand (спрос и предложение). Подобную «непоэтичность» и Лозинский, и Пастернак выбрасывают напрочь.

2.

HAMLET

you are a fishmonger

Гамлет

вы – торговец рыбой

Гамлет

Вы рыбный торговец.

Гамлет

Вы тот, кто ловит рыбку.

Monger – слово, имеющее отрицательный оттенок: недобросовестный продавец, подстрекатель. По всей видимости, Гамлет имеет в виду, что Полоний торгует своей дочкой, запрещая ей встречаться с Гамлетом. Этот отрицательный оттенок я передал намеком на выражение ловить рыбку в мутной воде.

3.

HAMLET

conception is a blessing:

but not as your daughter may conceive.

Гамлет

всякий плод – благословение;

но не такой, какой может быть у вашей дочери.

Гамлет

Не пускайте ее на солнце.

Гамлет

Конечно, это божья благодать – затяжелеть,

но вашей дочке тяжеловато будет это все принять.

Шекспир вводит словесную игру, которую полностью устраняют Лозинский и Пастернак: conception – это оплодотворение, а conceive – одновременно забеременеть и воспринять.

4.

ROSENCRANTZ

As the indifferent children of the earth.

Розенкранц

Как безразличные сыны земли.

Розенкранц

Как у любого из сынов земли.

Розенкранц

Как все простые жители земли.

Лозинский переводит indifferent, что называется, в лоб, получая странное безразличные. Неужели карьерист Розенкранц говорит, что ему безразлично пребывание при дворе? Пастернак же хочет сказать, что весьма осторожный Розенкранц отчего-то желает уравнять себя с королевскими особами. Между тем, у indifferent есть значения маловажный и заурядный.

5.

GUILDENSTERN

Happy, in that we are not over-happy;

On fortune’s cap we are not the very button.

HAMLET

Nor the soles of her shoe?

Гильденстерн

Уж тем блаженно, что не сверхблаженно;

На колпачке Фортуны мы не шишка.

Гамлет

Но и не подошвы ее башмаков?

Гильденстерн

По счастью, наше счастье не чрезмерно:

Мы не верхи на колпаке Фортуны.

Гамлет

Но также не низы ее подошв?

Гильденстерн

Счастливы тем, что счастливы не чересчур.

Мы ведь не пуговки на берете у Фортуны.

Гамлет

Но и не подметки на ее туфлях.

Трудно перевести button иначе, чем пуговица, но и Лозинский, и Пастернак постарались кто во что горазд. Пастернак, кроме того, изобрел какие-то низы подошв.

6.

HAMLET

what have you

my good friends, deserved at the hands of fortune

that she sends you to prison hither?

Гамлет

чем это, дорогие мои друзья, вы

провинились перед Фортуной,

что она шлет вас сюда, в тюрьму?

Гамлет

Чем прогневили вы, дорогие мои,

эту свою Фортуну, что она шлет вас сюда, в тюрьму?

Гамлет

чем же вы так отличились перед Фортуной,

что она заслала вас сюда в тюрьму?

И Лозинский, и Пастернак зачем-то меняют значение слова deserved с заслужили на провинились и, соответственно, прогневили. Тем самым оба переводчика убирают иронию Гамлета, который намекает на заслуги Гильденстерна и Розенкранца перед пославшими их к Гамлету королем и королевой.

7.

HAMLET

O God, I could be bounded in a nut shell and count

myself a king of infinite space, were it not that I

have bad dreams.

GUILDENSTERN

Which dreams indeed are ambitions, for the very

substance of the ambitious is merely the shadow of a dream.

Гамлет

О боже, я бы мог замкнуться

в ореховой скорлупе и считать себя царем

бесконечного пространства,

если бы мне не снились дурные сны.

Гильденстерн

А эти сны и суть честолюбие;

ибо самая сущность честолюбца всего лишь тень сна.

Гамлет

О боже! Заключите меня в скорлупу ореха, и я буду чувствовать себя повелителем бесконечности. Если бы только не мои дурные сны!

Гильденстерн

А сны и приходят из честолюбия. Честолюбец живет несуществующим. Он питается тем, что возомнит о себе и себе припишет. Он тень своих снов, отражение своих выдумок.

Гамлет

Да я бы и внутри ореха

считал себя царем вселенной,

если бы мне недоброе не грезилось во сне.

Гильденстерн

А грезы – это желания.

Ведь суть желаний – только тени грез.

Авторская игра слов строится на двух значениях слова dream – сон и мечта, греза.

И Лозинский, и Пастернак используют только одно значение этого слова, поэтому у Лозинского появляется странное сны и суть честолюбие. а у Пастернака – не менее странное сны и приходят из честолюбия.

Процитирую также блаженного Аврелия Августина из труда О книге Бытия буквально: «благодаря доброму настроению души… она, очищенная лучшим желанием, умерщвляет многие желания, не относящиеся к естественному движению плоти, которую бодрствующие люди, чистые духом, обуздывают, а сонные не могут этого сделать» (кн. 12, гл.15). Возможно, это источник данного места в «Гамлете».

8.

ROSENCRANTZ

no money bid

for argument, unless the poet and the player went to

cuffs in the question

Розенкранц

одно время за пьесу ничего не давали,

если в этой распре сочинитель и актер

не доходили до кулаков

Розенкранц

Одно время за пьесу ничего не давали, если в ней не разделывались с литературным противником.

Розенкранц

ни один довод ни во что не ставили,

если поэт или актер не подкреплял его тумаком

У argument, действительно, есть значение краткое содержание, однако у Лозинского не понятно, отчего гонорар за пьесу связан с некой потасовкой. Пастернак же для объяснения ситуации вводит чистую отсебятину, но также оставляет непонятным, как это в пьесе разделывались с литературным противником. Между тем, к спору наиболее подходит понятное и без перевода значение слова argument.

9.

HAMLET

Then came each actor on his ass

Гамлет

И каждый ехал на осле

Гамлет

Прикатили на ослах

Гамлет

И каждый на своей ослиной заднице

Здесь не переданная Лозинским и Пастернаком игра слов: ass – это и осел, и задница.

10.

HAMLET

the first row of the pious chanson will show you

more; for look, where my abridgement comes.

Гамлет

Первая строфа этой благочестивой песни

скажет вам остальное;

потому что, вот видите, идут мои отвлекатели.

Гамлет

Продолжение, виноват, – в первой строфе духовного стиха, потому что, как видите, мы будем сейчас развлекаться.

Гамлет

Из первого ряда этой благочестивой баллады

вам все откроется.

А я от всего этого отвлекусь.

И Лозинский, и Пастернак игнорируют авторскую словесную игру. Row – это и строка стиха, и ряд сидений в театре. Abridgement одновременно означает сокращение и развлечение.

11.

HAMLET

thy face is valenced since I saw thee last:

comest thou to beard me in Denmark?

Гамлет

Твое лицо обросло бахромой с тех пор,

я тебя в последний раз видел;

или ты приехал в Данию, чтобы меня затмить?

Гамлет

Скажите, какой бородой завесился,

с тех пор как мы не видались!

Приехал, прикрывшись ею,

подсмеиваться надо мною в Дании?

Гамлет

ты же носил усы. Сбрил, чтоб и в ус не дуть?

Словесная игра Шекспира основывается на двух значениях слова beard – борода, отрастить бороду и бросить вызов (буквально схватить за бороду). У Лозинского и Пастернака эта игра вылетела. Я заменил ее игрой на основе выражения в ус не дуть.

12.

HAMLET

your ladyship is

nearer to heaven than when I saw you last, by the

altitude of a chopine. Pray God, your voice, like

apiece of uncurrent gold, be not cracked within the ring.

Гамлет

ваша милость ближе к небу, чем когда я

видел ее в последний раз, на целый каблук.

Молю бога, чтобы ваш голос не оказался надтреснутым,

как вышедший из обращения золотой.

Гамлет

вы на целый венецианский каблук залетели

в небо с нашей последней встречи!

Будем надеяться, что голос ваш не фальшивит,

как золото, изъятое из обращения.

Гамлет

вы стали ближе к небу на высоту своих котурнов!

Желаю, чтоб золото вашего голоса

не выходило из обращения,

и чтоб, не трескаясь, сверкало в кольце зрителей

В театральном контексте chopine – это, несомненно, котурн, а не каблук, как у Лозинского и Пастернака.

Словесная игра Шекспира основывается на двух значениях слова ring – кольцо: как ювелирное изделие и как театральная арена. В своей метафоре он сравнивает золотое кольцо с кольцом арены, в котором должен звучать, не делаясь надтреснутым, золотой голос актрисы. И Лозинский, и Пастернак слово ring опускают, поэтому у Лозинского треснуть отчего-то должна золотая монета, а у Пастернака остается только догадываться, что золото изъято из обращения, оттого что оно фальшивое.

13.

HAMLET

horridly trick’d

With blood of fathers, mothers, daughters, sons,

Baked and impasted with the parching streets,

That lend a tyrannous and damned light

To their lord’s murder: roasted in wrath and fire,

And thus o’er-sized with coagulate gore

Гамлет

Свой мрачный облик ныне изукрасил

Еще страшней финифтью ныне он —

Сплошная червлень, весь расцвечен кровью

Мужей и жен, сынов и дочерей,

Запекшейся от раскаленных улиц,

Что льют проклятый и жестокий свет

Цареубийству; жгуч огнем и злобой,

Обросший липким багрецом

Гамлет

закрасил черный цвет одежд

Малиновым – и стал еще ужасней.

Теперь он с головы до ног в крови

Мужей, и жен, и сыновей и дочек,

Запекшейся в жару горящих стен,

Которые убийце освещают

Дорогу к цели. В кровяной коре,

Дыша огнем и злобой

Гамлет

отталкивающе изукрашен кровью

отцов, и матерей, и сыновей, и дочек,

что запеклась на нем, как тесто, от жара горящих улиц,

отбросивших свой жесткий жуткий свет

на трупы прежних хозяев города.

Обжарен огнем и гневом,

от свернувшейся крови Пирр разбух.

Шекспир проводит «кулинарную» метафору. Столь «не поэтическую» вещь в столь пафосном месте и Лозинский, и Пастернак воспроизвести не в состоянии. Impasted в соседстве с baked (запекать) явно означает запекание теста (так полагает и Лексикон Шекспира А.Шмидта). Лозинский impasted переводит как расцвечен, поэтому добавляет отсебятину – нелепые финифть и червлень. Пастернак же, после им чуть выше уже упомянутых черных доспехов, вынужден также вводить отсебятину и за автора рассказывать про закрашенный малиновым черный цвет одежд. Далее оба переводчика выбрасывают roasted (обжаренный): у Лозинского появляется странное обросший липким багрецом, а у Пастернака – кровяная кора, вместо тогда уж зажаренной корочки.

14.

FIRST PLAYER

And never did the Cyclops’ hammers fall

On Mars’s armour forged for proof eterne

With less remorse

Первый актер

И никогда не падали, куя,

На броню Марса молоты Циклопов

Так яростно

Первый актер

И вряд ли молот в кузнице циклопов

За ковкой лат для Марса плющил сталь

Безжалостней

Первый актер

И яростней, чем молоты Циклопов,

что на века выковали доспехи Марсу

И Лозинский, и Пастернак отчего-то выпустили for proof eterne, буквально означающее предназначенное для испытания вечностью.

15.

LORD POLONIUS

This is too long.

HAMLET

It shall to the barber’s, with your beard.

Полоний

Это слишком длинно.

Гамлет

Это пойдет к цирюльнику, вместе с вашей бородой.

Полоний

Слишком длинно.

Гамлет

Это пошлют в цирюльню вместе с вашей бородой.

Полоний

Слишком длинно.

Гамлет

Скажешь это цирюльнику о своей бороде.

Можно только удивляться косноязычию Лозинского и Пастернака. Буквально фраза Гамлета означает это будет (уместно сказать) цирюльнику о твоей бороде.

16.

FIRST PLAYER

But who, O, who had seen the mobled queen…

a clout upon that head

Where late the diadem stood, and for a robe,

About her lank and all o’er-teemed loins,

A blanket, in the alarm of fear caught up

Первый актер

Но кто бы видел жалкую царицу…

лоскут накинут

На венценосное чело, одеждой

Вкруг родами иссушенного лона —

Захваченная в страхе простыня;

Первый актер

Ужасен вид поруганной царицы

Она металась в головной повязке

Взамен венца и обмотавши стан,

От старости иссохший, одеялом

Первый актер

А тот бы, кто царицу увидал в тряпье…

в разодранном платке вместо короны.

Худые от частых родов чресла вместо платья

прикрыла простыней, схватив в испуге первое,

что было под рукой

Mobled queen – укутанная царица. Далее Шекспир разъясняет, во что именно. Ни Лозинский, ни Пастернак не могут допустить подобной «непоэтичности» и заменяют ее банальностью: жалкой и, соответственно, поруганной, хотя clout на голове у царицы – это именно что тряпка, клочок, обрывок. Поэтому из их переводов не понятно, отчего и Гамлет, и Полоний столь живо реагируют на это mobled queen.

17.

HAMLET

About, my brain!

Гамлет

К делу, мозг!

Гамлет

Проснись, мой мозг!

Гамлет

Пора бы мыслям на другой лечь курс.

Мозг у Гамлета как раз не спит и зовет его заняться делом мести. Поэтому призывы Лозинского и Пастернака повисают в воздухе. About! же означает морскую команду по смене галса.

Действие 3. Сцена 1

1.

KING CLAUDIUS

And can you, by no drift of circumstance,

Get from him why he puts on this confusion,

Grating so harshly all his days of quiet

With turbulent and dangerous lunacy?

Король

И вам не удается разузнать,

Зачем он распаляет эту смуту,

Терзающую дни его покоя

Таким тревожным и опасным бредом?

Король

Так, значит, вы не можете добиться,

Зачем он напускает эту блажь?

Чем взвинчен он, что, не боясь последствий,

В душевном буйстве тратит свой покой?

Король

Так удалось ли исподволь вам выведать,

из-за чего он как помешанный

или опасный, бешеный лунатик

со скрежетом раздирает тишину

своей благополучной жизни?

By no drift of circumstance (и Лозинский, и Пастернак эту фразу просто опустили) означает не нарушая обычного течения разговора, (circumstance также может означать церемонии, то есть не нарушая церемоний).

Confusion – это, буквально, помешательство, а не смута или блажь.

Grate – скрежетать, harshly – резко, жестко.

2.

KING CLAUDIUS

Her father and myself, lawful espials,

Will so bestow ourselves that, seeing, unseen

Король

А мы с ее отцом,

Законные лазутчики, побудем

Невдалеке, чтобы, незримо видя,

О встрече их судить вполне свободно

Король

Шпионы поневоле,

Мы спрячемся вблизи с ее отцом

И разузнаем, в чем несчастье принца

Король

А мы с Полонием, как два соглядатая,

на законных основаньях, следа не оставляя,

проследим за встречей

Lawful espials – буквально тайные агенты, действующие на законных основаниях. Вместо этого у Лозинского появляются лазутчики, то есть засланные наблюдать за противником, да еще законные, как будто лазутчики делятся на законных и незаконных. Пастернак же вместо действующих на законных основаниях предлагает поневоле, хотя король действует полностью по своей воле. Шпионы также означают скорее разведчиков, чем внутренних тайных агентов.

Авторскую словесную игру seeing, unseen Пастернак игнорирует, а Лозинский передает как незримо видя, и надо догадаться, что это означает видеть, оставаясь при этом незримыми.

3.

LORD POLONIUS

with devotion’s visage

And pious action we do sugar o’er

The devil himself.

Полоний

набожным лицом

И постным видом мы и черта можем

Обсахарить.

Полоний

Святым лицом и внешним благочестьем

При случае и черта самого

Обсахарим.

Полоний

вид праведника и благочестивые манеры

и дьявола сделают слаще сахара.

В Шекспировском Лексиконе А.Шмидта эта фраза содержится в рубрике для слова sugar, первое значение которого – to sweaten, то есть подсластить. Таким образом, совершенно не обязательно в переводе обсахаривать дьявола лицом, приписывая Шекспиру неуклюжую метафору.

4.

HAMLET

To be or not to be: that is the question

Гамлет

Быть или не быть – таков вопрос;

Гамлет

Быть или не быть, вот в чем вопрос.

Гамлет

Жить или нет – так вот он, выбор.

To be принято переводить в духе слов Якина из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»: «Эх, бытие мое!» Между тем, достаточно заглянуть в «Слова Шекспира», чтобы для слова be в качестве первого значения прочесть be alive. Live, то есть быть живым, жить.

Question это вовсе не вопрос, который решают дельцы или бюрократы. К примеру, quest for the Grail – это поиск святого Грааля. То есть question – это настойчивые поиски насущного. Добавлю, что в т. н. Первом кварто, считающимся самым ранним изданием «Гамлета», вместо that is the question стоит here’s the point. «Слова Шекспира» для point дают значение decision (решение). То есть фраза Гамлета звучит как вот что требует решения. (См. также п. 4 к Действию 1 Сцене 4).

5.

HAMLET

ay, there’s the rub

Гамлет

Вот в чем трудность

Гамлет

Вот в чем разгадка.

Гамлет

Вот где загвоздка!

Rub – натертое обувью место. Ни Лозинский, ни Пастернак не могут позволить себе подобной «непоэтичности».

6.

HAMLET

The fair Ophelia! Nymph, in thy orisons

Be all my sins remember’d.

Гамлет

Офелия? – В твоих молитвах, нимфа,

Все, чем я грешен, помяни.

Гамлет

Офелия! О радость! Помяни

Мои грехи в своих молитвах, нимфа.

Гамлет

Офелия, ты прелесть! В твои б молитвы все мои грехи.

В английском языке nymph – не обязательно персонаж древнегреческой мифологии, у слова много других значений, в том числе красотка и барышня. Поэтому совсем не обязательно вкладывать в уста Гамлета высокопарное сравнение.

7.

HAMLET

for virtue cannot

so inoculate our old stock but we shall relish of it

Гамлет

сколько ни прививать добродетель

к нашему старому стволу,

он все-таки в нас будет сказываться.

Гамлет

Сколько ни прививай нам добродетели,

грешного духа из нас не выкурить.

Гамлет

Не сумели еще привить добродетель к нашему сорту,

чтоб можно было почувствовать ее аромат.

У relish есть значение почувствовать вкус. То есть речь идет о вкусе плода после прививки ветки к стволу другого сорта.

8.

HAMLET

Where’s your father?

OPHELIA

At home, my lord.

HAMLET

Let the doors be shut upon him, that he may play the fool no where but in’s own house

Гамлет

Где ваш отец?

Офелия

Дома, принц.

Гамлет

Пусть за ним запирают двери,

чтобы он разыгрывал дурака только у себя.

Гамлет

Где твой отец?

Офелия

Дома, милорд.

Гамлет

Надо запирать за ним покрепче,

чтобы он разыгрывал дурака только с домашними.

Гамлет

Где твой отец?

Офелия

Дома, милорд.

Гамлет

Держите его под замком,

пусть валяет дурака за закрытыми дверями.

Запирать за ним преимущественно означает после его ухода из дома. Между тем, у shut есть значение держать под замком.

9.

OPHELIA

The expectancy and rose of the fair state,

The glass of fashion and the mould of form,

The observed of all observers

Офелия

Цвет и надежда радостной державы,

Чекан изящества, зерцало вкуса,

Пример примерных

Офелия

И доблести, наш праздник, цвет надежд,

Законодатель вкусов и приличий,

Их зеркало

Офелия

Надежда на справедливость в Дании,

воплощенье перемен и форма для их отливки,

и для всех глаз ориентир.

И Лозинский, и Пастернак переводят rose как розу, но, понимая, что применительно к мужчине сравнение с цветком звучит странно, заменяют розу на цвет. Но rose – здесь обозначает вовсе не розу, а образец совершенства. Fair state – справедливая держава (ср. с fair play – честная игра). Таким образом первую строку следует перевести как надежда и образец для (установления) справедливой державы.

Fashion согласно «Словам Шекспира» означает не только фасон, но, в форме глагола, transform, change of fashion (преобразовывать, менять фасон). Значение fashion также не сводится к слову фасон, а означает, в том числе, conventional behaviour, то есть общепринятое поведение. Glass здесь имеет значение зеркало. Следовательно, the glass of fashion следует буквально перевести как отражение процесса изменения общепринятого поведения.

Mould – отливка в металлургии. и Лозинский, и Пастернак, естественно, выбрасывают из своих переводов столь прозаичное слово.

В целом, и Лозинский, и Пастернак приуменьшают значение Гамлета, сводя его роль к роли законодателя мод. (См. также следующий комментарий).

10.

OPHELIA

The courtier’s, soldier’s, scholar’s

Офелия

О, что за гордый ум сражен! Вельможи,

Бойца, ученого.

Офелия

Соединенье знанья, красноречья

И доблести

Офелия

Политик, философ, воин.

Офелия превозносит прежнего Гамлета, поэтому употребляет термины в их наиболее высоком смысле. С этой точки зрения, courtier в значении придворный – похвала сомнительная. Заметим, что в Европе и в частности в Англии в английском переводе был очень популярен впервые изданный в 1528 году труд Бальдассаре Кастильоне «The Book of the Courtier» ("Книга придворного"). В нем идеальный придворный представал как обладатель всевозможных талантов, в том числе, «никому так не пристало быть образованным, как воину. Я хочу, чтобы эти два качества [воина и ученого] были в нашем Придворном самым подобающим образом соединены, и одно другое дополняло» (I, XLVI). В этом отрывке присутствует вся триада, употребленная Офелией по отношению к Гамлету. Об идеальном придворном Кастильоне пишет: «пусть хорошо обдумывает суть того, что сделает или скажет, учитывает место, где он это делает, в чьем присутствии, в какое время, помня причину, по которой он это делает не упуская из виду цель, к которой стремится, и средства, могущие к ней подвести» (II, VII). По существу, перед нами предстает политик со своими собственными целями.

Относительно scholar словарь Webster за 1828 г. сообщает: «a man eminent for erudition; a person of high attainments in science or literature» («человек, обладающий выдающейся эрудицией, высокими достижениями в науке или литературе»). Сравним это с описанием Виттенбергского университета, где учился Гамлет, которое принадлежит Джордано Бруно: «Здесь мудрость воздвигла себе храм». Добавим, что ряд исследователей усматривает аналогии многих высказываний Гамлета с философскими трудами Монтеня.

В целом, и Лозинский, и, в гораздо большей степени, Пастернак, смещают характеристику Гамлета от образа государственного деятеля в сторону просто блестящего молодого человека. (См. также предыдущий пункт).

11.

LORD POLONIUS

The origin and commencement of his grief

Sprung from neglected love

Полоний

Начало и причина этой скорби —

В отвергнутой любви

Полоний

предмет его тоски —

Любовь без разделенья

Полоний

источник, откуда бьет его тоска,

зовется отвергнутой любовью

Origin – это источник, родник. Spring, согласно Лексикону Шекспира, имеет значение to issue as from a fountain (изливаться как из источника воды). То есть у Шекспира присутствует метафора родника, потерявшаяся в переводах и Лозинского, и Пастернака.

Действие 3. Сцена 2

1.

HAMLET

in the very torrent, tempest, and, as I may say,

the whirlwind of passion, you must acquire and beget

a temperance that may give it smoothness.

Гамлет

в самом потоке, в буре и, я бы сказал, в смерче страсти

вы должны усвоить и соблюдать меру,

которая придавала бы ей мягкость.

Гамлет

Даже в потоке, буре и, скажем, урагане страсти

учитесь сдержанности, которая придает всему стройность.

Гамлет

Внутри вихря, смерча, урагана страстей

отыщите спокойствие, которое все и уравновесит.

Речь идет о т. н. глазе бури, или глазе быка (bull`s eye). Существовало представление, что внутри урагана есть небольшая область затишья.

2.

HAMLET

let the candied tongue lick absurd pomp,

And crook the pregnant hinges of the knee

Where thrift may follow fawning.

Гамлет

Пусть сахарный язык

Дурацкую облизывает пышность

И клонится проворное колено

Там, где втираться прибыльно.

Гамлет

Подлизам предоставим

Умильничать в передних богачей.

Пусть гнут колени там, где раболепье

Приносит прибыль.

Гамлет

Вылизывают брюхатую раздувшуюся роскошь,

штырь ее ноги, как дверной петлей,

медовым языком обвив, в надежде,

что барышом она отелится.

Лозинский и Пастернак в очередной раз опускают «непоэтичную» метафору Шекспира, заменяя ее банальной отсебятиной. Crook (то же слово, что русское крюк) – дверная петля, hinge – шарнир, который на нее навешивают. Fawning содержит словесную игру: это одновременно отелиться и подлизываться. Thrift may follow fawning означает и барышом отелиться, и одновременно барыш как результат подлизывания. На значение отелиться указывает предыдущее pregnant – беременные.

3.

HAMLET

Whose blood and judgment are so well commingled

Гамлет

Чьи кровь и разум так отрадно слиты

Гамлет

Блажен,

В ком кровь и ум такого же состава.

Гамлет

Счастлив тот, в ком страстность и трезвый ум

так сочетаются, как у тебя.

У blood есть значения темперамент, страстность. Judgment – рассудительность, здравый смысл. Commingled – соединены, смешаны. Так что вовсе не обязательно, как Лозинский, сливать вместе кровь и разум или, как Пастернак, считать, что у Горацио какой-то особый состав крови.

4.

HAMLET

if his occulted guilt

Do not itself unkennel in one speech

Гамлет

И если в нем при некоих словах

Сокрытая вина не содрогается,

Гамлет

Он либо выдаст чем-нибудь себя

Гамлет

И если его потаенная вина не высунется из норы

Unkennel – это именно что выйти из норы. И Лозинский, и Пастернак «облагораживают» Шекспира, убирая все своеобразие его лексики.

5.

HAMLET

And my imaginations are as foul

As Vulcan’s stithy

Гамлет

И у меня воображенье мрачно,

Как кузница Вулкана

Гамлет

а в мыслях у меня

Такой же чад, как в кузнице Вулкана

Гамлет

мои предположенья грязны, как наковальня у Вулкана

Foul – вонючий, грязный. И Лозинский, и Пастернак «облагораживают» Шекспира.

6.

HAMLET

I must be idle

Гамлет

мне надо быть безумным

Гамлет

Я вновь больным прикинусь

Гамлет

Никто не должен догадаться, что у меня на уме

Безумный Лозинского и больной Пастернака – отсебятина. Для idle в данной ситуации лучше всего подходит значение праздно шатающийся. То есть Гамлет не хочет пробудить подозрения, что он действует согласно своему замыслу. Отсюда мой перевод этого места.

7.

KING CLAUDIUS

How fares our cousin Hamlet?

HAMLET

Excellent, i’ faith; of the chameleon’s dish: I eat

the air, promise-crammed: you cannot feed capons so.

Король

Как поживает наш племянник Гамлет?

Гамлет

Отлично, ей-же-ей; живу на хамелеоновой пище,

питаюсь воздухом, пичкаюсь обещаниями;

так не откармливают и каплунов.

Король

Как здравствует принц крови нашей, Гамлет?

Гамлет

Верите ли – превосходно. По-хамелеонски.

Питаюсь воздухом, начиненным обещаниями.

Так не откармливают и каплунов.

Король

Ну, как дела, племянник Гамлет?

Надеюсь, твое настроение пошло на поправку?

Гамлет

Да, поправляюсь. Как каплуна,

меня закармливают надеждами.

А ведь надежды – лучшая еда для хамелеона.

Словесная игра Шекспира построена на значении fares – пища, угощение. Поэтому фразу короля «Как дела?» Гамлет мысленно трансфомирует в «Ну как тебя кормят?», на которую и отвечает. И Лозинский, и Пастернак эту словесную игру опустили, поэтому ответ Гамлета у них выглядит нелогичным.

8.

HAMLET

here’s metal more attractive

Гамлет

здесь есть металл более притягательный

Гамлет

тут магнит попритягательней

Гамлет

Для меня тут есть рудная жила и позаманчивей

Пастернак вводит отсебятину магнит. Лозинский переводит, что называется, в лоб, однако теряет авторскую словесную игру. Согласно Лексикону А.Шмидта, Шекспир использует слово metal в значении как собственно металл, так и в значении характер, внутренние качества. Отсюда моя передача этой словесной игры.

9.

OPHELIA

Still better, and worse.

HAMLET

So you must take your husbands

Офелия

Все лучше и все хуже.

Гамлет

Так и вы должны брать себе мужей.

Офелия

Час от часу не легче.

Гамлет

Как в замужестве.

Офелия

Вам явно лучше: как бодро и пошло.

Гамлет

По этим качествам и выбирайте мужа.

Трудность в том, чтобы понять, к чему относятся слова Гамлета so you must take your husbands (вот так и выбирайте себе мужей). Но как вот так? Предыдущий разговор вроде бы не дает ответа на этот вопрос. Офелия, буквально, говорит: вот теперь лучше и хуже. Я предлагаю следующую интерпретацию: better – может употребляться в значении более здоровый, worst – сравнительная форма от bad, среди значений которого безнравственный, развращенный. При этом Гамлет еще и обыгрывает английскую брачную клятву: «For better or for worse, in sickness and in health, to love and to cherish, ’til death do us part» (В достатке и в бедах. в болезни и здравии, в любви и процветании, пока смерть нас не разлучит).

10.

HAMLET

For if the king like not the comedy,

Why then, belike, he likes it not, perdy

Гамлет

Раз королю не нравятся спектакли,

То, значит, он не любит их, не так ли?

Гамлет

Раз королю неинтересна пьеса,

Нет для него в ней, значит, интереса.

Гамлет

Ведь раз в комедии себя король наш не признает,

то пьеса ни к чему ему такая

И Лозинский, и Пастернак сводят фразу Гамлета к рифмованной тавтологии. Между тем, в первой строке стоит like (быть похожим), а во второй – likes (ему нравится).

11.

GUILDENSTERN

start not so wildly from my affair.

HAMLET

I am tame

Гильденстерн

не отклоняйтесь так дико от моего предмета.

Гамлет

Сударь мой, я смирен

Гильденстерн

не уклоняйтесь так упорно от того, что мне поручено.

Гамлет

Пожалуйста. Я весь смирение и слух.

Гильденстерн

не шарахайтесь, как дикий зверь, от моего заданья.

Гамлет

Я буду, как ручной

Шекспир играет со словами wildly (букв. как дикий зверь) и tame (ручной зверь). И Лозинский, и Пастернак эту игру не передают.

12.

HAMLET

To withdraw with you, why do you go about

to recover the wind of me,

as if you would drive me into a toil?

Гамлет

Отойдите в сторону.

– Почему вы все стараетесь гнать меня по ветру,

словно хотите загнать меня в сеть?

Гамлет

Отойдите в сторону. Что это вы все вьетесь вокруг,

точно хотите загнать меня в какие-то сети?

Гамлет

Между нами, вы делаете вид,

что хотите вдохнуть в меня здоровье,

а это ветер, который сносит на скалы.

Для to withdraw with (буквально отойдем в сторону) Шекспировский Лексикон А. Шмидта предлагает трактовку to speak a word in private with (переговорить с глазу на глаз).

Шекспир строит «морскую» метафору, которая выпала и у Лозинского, и у Пастернака, используя wind (ветер) в составе выражения to recover the wind, то есть прийти в себя, но буквально поднять ветер. На эту метафору играет и слово drive, прямо относящееся к кораблю (к примеру, wind-driven ship – парусное судно). У toil есть значение западня.

Действие 3. Сцена 3

1.

KING CLAUDIUS

I like him not, nor stands it safe with us

To let his madness range.

Король

Он ненавистен мне, да и нельзя

Давать простор безумству.

Король

Я не люблю его и потакать

Безумью не намерен.

Король

Он мне неприятен.

Опасно, чтоб он бродил тут со своим безумьем.

И Лозинский, и Пастернак толкуют range как диапазон, простор. Поэтому у Лозинского появляется высокопарное давать простор безумству, а Пастернак передает лишь общий смысл фразы. Между тем, Шекспировский Лексикон А.Шмидта дает для range значение rove – бродить, которое придает оригинальность шекспировской фразе.

2.

ROSENCRANTZ

The cease of majesty…

it is a massy wheel,

Fix’d on the summit of the highest mount,

To whose huge spokes ten thousand lesser things

Are mortised and adjoin’d; which, when it falls,

Each small annexment, petty consequence,

Attends the boisterous ruin.

Розенкранц

Кончина государя…

то как бы колесо,

Поставленное на вершине горной,

К чьим мощным спицам тысячи предметов

Прикреплены; когда оно падет,

Малейший из придатков будет схвачен

Грозой крушенья.

Розенкранц

Кончина короля… Это – колесо,

Торчащее у края горной кручи,

К которому приделан целый лес

Зубцов и перемычек. Эти зубья

Всех раньше, если рухнет колесо,

На части разлетятся.

Розенкранц

Король – словно тяжелый маховик,

воздвигнутый на вершине большой горы,

с которым зубцами скреплены

десятки тысяч мелких механизмов.

Если с горы сорвется маховик,

то вдребезги разнесет все эти мелкие придатки.

Wheel – не только колесо, но и маховик, причем spokes – не только спицы, но и перемычки-ступеньки по ободу маховика, с которыми are mortised and adjoin’d (соединены при помощи зубцов) lesser things – шестеренки более мелких механизмов. Поэтому не надо изобретать, как Лозинский, колесо с зачем-то прикрепленной к его спицам тысячей предметов или, как Пастернак, приделывать к колесу целый лес зубцов и перемычек.

3.

KING CLAUDIUS

What if this cursed hand

Were thicker than itself with brother’s blood,

Is there not rain enough in the sweet heavens

To wash it white as snow?

Король

Будь эта вот проклятая рука

Плотней самой себя от братской крови,

Ужели у небес дождя не хватит

Омыть ее, как снег?

Король

Когда бы кровью брата

Был весь покрыт я, разве и тогда

Омыть не в силах небо эти руки?

Король

Но если даже эта окаянная рука

и стала б толще от засохшей крови брата,

то разве неба сладкие дожди ее бы не отмыли добела?

И Лозинский, и Пастернак не в силах перевести «непоэтическое» слово thicker – толще. У Пастернака весь покрытый кровью король отчего-то говорит о том, чтоб дожди отмыли только его руки. У Лозинского же выходит, что кровавая рука – как снег.

4.

KING CLAUDIUS

but ’tis not so above;

There is no shuffling, there the action lies

In his true nature; and we ourselves compell’d,

Even to the teeth and forehead of our faults,

To give in evidence.

Король

но наверху не так:

Там кривды нет, там дело предлежит

Воистине, и мы принуждены

На очной ставке с нашею виной

Свидетельствовать.

Король

Не то

Там, наверху. Там в подлинности голой

Лежат деянья наши без прикрас,

И мы должны на очной ставке с прошлым

Держать ответ.

Король

Но в небесах не так. Там все без подтасовок.

Оттуда истинная природа наших дел

видна, как на ладони,

и там на очной ставке лбами и зубами

столкнут нас с нашими грехами.

Shuffle – не только тасовать, но и подтасовывать. Так don`t shuffle! означает не хитри! И Лозинский, и Пастернак убирают этот «картежный» образ.

Compell’d to the teeth and forehead— буквально, прижать зубами и лбом. Оба переводчика устраняют такую грубость.

5.

KING CLAUDIUS

O limed soul, that, struggling to be free,

Art more engaged!

Король

Увязший дух, который, вырываясь,

Лишь глубже вязнет!

Король

О лужа, где, барахтаясь, душа

Все глубже вязнет!

Король

Будто попала в известь негашеную душа,

и хочет вырваться, и глубже увязает.

Lime – известь, common lime – негашеная известь, которая, как известно, обжигает. И Лозинский, и Пастернак убирают подобную жестокость.

6.

KING CLAUDIUS

heart with strings of steel,

Be soft as sinews of the newborn babe!

Король

Жилы сердца!

Смягчитесь, как у малого младенца!

Король

Сердца сталь,

Стань, как хрящи новорожденных, мягкой!

Король

Стальные тросы сердца,

станьте мягкими, как жилки у младенца!

Лозинский потерял слово steel (сталь), а Пастернак перевел sinews (жилы) как хрящи, создав странную метафору сердце, как хрящ.

7.

HAMLET

O, this is hire and salary, not revenge.

Гамлет

Ведь это же награда, а не месть!

Гамлет

Да это ведь награда, а не мщенье.

Гамлет

Это не месть, а устройство на выгодную должность.

Hire – нанимать на работу, salary – жалованье. Оба переводчика устраняют подобные прозаизмы.

8.

HAMLET

He took my father grossly, full of bread;

With all his crimes broad blown, as flush as May;

And how his audit stands who knows save heaven?

Гамлет

Отец сражен был в грубом пресыщенье,

Когда его грехи цвели, как май;

Каков расчет с ним, знает только небо.

Гамлет

Отец погиб с раздутым животом,

Весь вспучившись, как май, от грешных соков,

Гамлет

Ведь он застал отца врасплох,

под завязку набитого хлебом единым,

когда его грехи цвели, как буйный май.

Как приняли там у него отчет,

об этом знают только сами небеса.

Full of bread – аллюзия на евангельское «не хлебом единым будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». Fullness of bread также присутствует в Библии Короля Якова в книге пророка Иезекииля (16:49) как синоним пресыщения.

Авторское audit, которое Лозинский перевел как расчет, а Пастернак и вовсе выбросил, думаю, читатель поймет и без перевода. (Ср. с прим. 3 к Действию 1 Сцене 5).

9.

HAMLET

Then trip him, that his heels may kick at heaven,

And that his soul may be as damn’d and black

As hell, whereto it goes.

Гамлет

Тогда его сшиби,

Так, чтобы пятками брыкнул он в небо

И чтоб душа была черна, как ад,

Куда она отправится.

Гамлет

с размаху

Руби его, чтоб он свалился в ад

Ногами вверх, весь черный от пороков.

И чтоб душа была черна, как ад,

Куда она отправится.

Гамлет

тогда и подсеку его, чтоб только каблуки брыкнули небеса,

а черная душа отправилась бы в черный ад.

Лозинский использует слово сшибить, что означает сбить с ног толчком или ударом, при этом, однако, сложно упасть так, чтобы пятками брыкнуть в небо. Фраза же тогда его сшиби, чтоб душа была черна, как ад грамматически неправильна. У Пастернака же выходит, что в ад отправится не только душа, но и тело Клавдия. Между тем, у trip есть значение stumble, то есть поставить подножку: в этом случае гораздо вероятней kick up heels – буквально, брыкнуть небо каблуками (а не пятками – король ведь не ходит босиком).

Действие 3. Сцена 4

1.

LORD POLONIUS

Tell him his pranks have been too broad to bear with,

And that your grace hath screen’d and stood between

Much heat and him.

Полоний

Скажите, что он слишком дерзко шутит,

Что вы его спасли, став между ним

И грозным гневом.

Полоний

Пусть обуздает выходки свои.

Скажите, вы спасли его от кары

Своей рукой.

Полоний

Скажите, что он играет с огнем,

и только вы служите ему ширмой от пламени.

И Лозинский, и Пастернак игнорируют слово heat, у которого есть значение пламя, заменяя его гневом и карой. Поэтому они выбрасывают и screen’d – быть ширмой, устраняя связанную с ним авторскую словесную игру.

Я позволил себе, продолжая эту словесную игру, добавить в первую строку оборот играет с огнем которого нет у Шекспира.

2.

HAMLET

Come, come, and sit you down; you shall not budge;

You go not till I set you up a glass

Where you may see the inmost part of you.

QUEEN GERTRUDE

What wilt thou do? thou wilt not murder me?

Help, help, ho!

LORD POLONIUS

[Behind] What, ho! help, help, help!

HAMLET

[Drawing] How now! a rat? Dead, for a ducat, dead!

Makes a pass through the arras

LORD POLONIUS

[Behind] O, I am slain!

Falls and dies

Гамлет

Нет, сядьте; вы отсюда не уйдете,

Пока я в зеркале не покажу вам

Все сокровеннейшее, что в вас есть.

Королева

Что хочешь ты? Меня убить ты хочешь?

О, помогите!

Полоний

(за ковром)

Эй, люди! Помогите, помогите!

Гамлет

(обнажая шпагу)

Что? Крыса?

(Пронзает ковер)

Ставлю золотой, – мертва!

Полоний

(за ковром)

Меня убили!

(Падает и умирает)

Гамлет

Ни с места! Сядьте. Я вас не пущу.

Я зеркало поставлю перед вами,

Где вы себя увидите насквозь.

Королева

Что ты задумал? Он меня заколет!

Не подходи! Спасите!

Полоний

(за ковром)

Стража! Эй!

Гамлет

(обнажая шпагу)

Ах так? Тут крысы? На пари – готово.

Протыкает ковер

Полоний

(за ковром)

Убит!

Падает и умирает

Гамлет

А ну, сядьте. И сидите смирно.

Я поднесу к вашему лицу зеркало,

чтоб вы рассмотрели в нем свое нутро.

Вынимает меч

Королева

Что ты делаешь? Ты хочешь меня убить?

На помощь! Помогите!

Полоний

(за шпалерой)

Сюда, на помощь!

Гамлет

А это что значит? Там крыса?

Бьюсь об заклад – она мертва.

(Разрубает шпалеру)

Полоний

(за шпалерой)

Зарезали!

Падает замертво

Испуг королевы становится понятен, если Гамлет вместо зеркала подносит к ее глазам плашмя свой обнаженный меч. Поэтому я добавил ремарку Вынимает меч, которой нет в дошедшем до нас тексте Шекспира. О холодном оружии Гамлет упоминает, готовясь к встрече с матерью (Действие 3 Сцена 1). Правда, не о мече, а о кинжале. Но это потому, что обыгрывается устойчивое выражение speak daggers, означающее быть язвительным (буквально ранить словами, как кинжалами).

Далее Гамлет разрубает мечом шпалеру, за которой прячется Полоний: у pass есть значение a movement of the hand along anything (движение руки вдоль чего-либо).

3.

QUEEN GERTRUDE

Your bedded hair, like life in excrements

Королева

Твои как бы живые волоса

Королева

Взлетают вверх концы твоих волос

Королева

и волосы…

ожившей мертвечиной

торчком стоят на голове

Согласно Лексикону Шекспира А.Шмидта, excrements – это неживые окончания, отходы человеческого тела, в том числе, волосы. И Лозинский, и Пастернак это слово опускают.

4.

HAMLET

And do not spread the compost on the weeds,

To make them ranker.

Гамлет

И плевелы не удобряйте туком.

Гамлет

Траву худую вырывают с корнем.

Гамлет

Не удобряйте сорняки навозом,

чтоб их облагородить.

Ни Лозинский, ни Пастернак не в силах перевести «непоэтическое» слово compost, т. е. компост или навоз.

Ranker – словесная игра, поскольку ranked применяется одновременно к человеку, повышенному в ранге, и к почвам, ранжированным по плодородности. Оба переводчика эту игру опустили.

5.

QUEEN GERTRUDE

if words be made of breath,

And breath of life, I have no life to breathe

What thou hast said to me.

Королева

О, если речь – дыханье, а дыханье

Есть наша жизнь, – поверь, во мне нет жизни,

Чтобы слова такие продышать.

Королева

Верь, если слово заключает вздох,

А вздохи – жизнь, я задохнусь скорее,

Чем выдам то, что ты сказал.

(перевод Пастернака процитирован по изданию 1941 года. В последующих изданиях этот фрагмент в его переводе выглядит так:

Королева

Ты знаешь сам, что я скорей умру,

Чем соглашусь предать тебя).

Королева

Если слова складываются из дыханья,

а дыханье – это жизненная сила, то мне не хватит сил,

чтоб выдохнуть все, что ты наговорил.

Этот фрагмент содержит авторскую игру со словами breath и life, которую буквально можно перевести как если слова сделаны из дыхания, а дыхание сделано из жизни, то мне не хватит жизни, чтоб выдохнуть то, что ты мне сказал. По смыслу следует, что не хватит жизни означает не хватит жизненных сил.

У Лозинского выходит, что у королевы нет жизни, чтоб выдать Гамлета королю, поскольку слова такие согласно тексту Лозинского – это фраза Гамлета вовсе не безумен я, а просто хитер безумно. Для королевы, согласитесь, это слабое оправдание. Вдобавок Лозинский применяет странный оборот слова продышать вместо выдохнуть или проговорить, ведь продышать означает проделать дыханием отверстие в наледи на оконном стекле или в снегу.

У Пастернака же в первом варианте перевода выходит, что жизнь – это сплошные вздохи. Однако, если прекратить вздохи, то, скорее, не задохнешься, как королева, а сможешь ровно дышать. Второй вариант – это отсебятина Пастернака, полностью лишенная словесной игры.

Замечу, что королева имеет в виду не только признание Гамлета в безумной хитрости, но вообще все, что он ей сказал. Вот все это она и не сможет повторить. Я использовал для передачи словесной игры Шекспира значение слова life – vital force (жизненная сила).

6.

HAMLET

I’ll lug the guts into the neighbour room

Гамлет

Я оттащу подальше потроха

Гамлет

Стащу-ка в сени эти потроха

Гамлет

Сволоку-ка я эту требуху в соседнее помещение

Guts – это кишки, то есть требуха, а не потроха.

Из дальнейшего следует, что Гамлет утащил труп Полония в вестибюль или на галерею – up the stairs into the lobby. Пастернак же в духе пьесы Чехова (см. Предисловие переводчика к «Гамлету») называет это помещение сенями.

7.

HAMLET

Come, sir, to draw toward an end with you.

…

Exeunt severally; HAMLET dragging in POLONIUS

Гамлет

Ну, сударь мой, чтоб развязаться с вами…

Уходят врозь, Гамлет – волоча Полония

Гамлет

Ну, милый мой, пора о вас подумать.

…

Расходятся врозь. Гамлет – волоча Полония

Гамлет

Ну, сэр, надо уж как-нибудь дотянуть до конца.

…

Расходятся. Гамлет волочит за собой Полония.

Draw toward an end – словесная игра, означает завершить и, буквально, дотянуть до конца. И Лозинский, и Пастернак ее полностью опустили.

Действие 4. Сцена 1

1.

QUEEN GERTRUDE

Behind the arras hearing something stir,

Whips out his rapier, cries, ‘A rat, a rat!’

And, in this brainish apprehension, kills

The unseen good old man.

Королева

Заслышав за ковром какой-то шорох,

Хватает меч и с криком: «Крыса, крыса!» —

В своем бреду, не видя, убивает

Беднягу старика.

Королева

В бреду услышал шорох за ковром

И с криком: «Крысы!», выхватив рапиру,

Убил одним ударом старика,

Стоявшего в засаде.

Королева

В припадке бешенства, услышав,

как что-то шевельнулось за шпалерой,

не видя, кто там, выхватил свой меч

и с криком «крыса, крыса»

убил беднягу канцлера.

Своим the unseen good old man (не видя, что это наш добрый старик) Шекспир подчеркивает, что Гамлет не знает, кого он убивает. Король понимает, что Гамлет, возможно, принял Полония за него самого и этим вызвана его жесткая реакция.

Пастернак опускает это unseen совсем, а Лозинский заменяет туманным не видя без пояснений.

2.

QUEEN GERTRUDE

his very madness, like some ore

Among a mineral of metals base,

Shows itself pure.

Королева

Как золото среди плохой руды,

Его безумье проявилось чистым.

Королева

Сквозь бред в нем плещут искорки добра,

Как золота крупицы в грубом камне.

Королева

Уволок куда-то жертву своего безумья,

что обнаружилось, как средь руды

крупица чистого металла.

У Лозинского странным выглядит сравнение безумия с золотом, да еще среди какой-то плохой руды. Пастернаку, чтоб обойти эту странность, приходится изобретать искорки добра. Между тем, ore – это не обязательно золото, а вообще металл.

Действие 4. Сцена 2

1.

HAMLET

Safely stowed.

Гамлет

Надежно спрятан.

Гамлет

Сдан в целости на место.

Гамлет

Отгружен в целости и сохранности.

Stow – упаковать, отгрузить: то есть Полоний отгружен в мир иной. У Пастернака же место, скорее, указывает на помещение, где положен труп, и тогда не ясно, кому он сдан.

Safely – без повреждений: по отношению к трупу Полония звучит явно иронически. Но Лозинский вовсе убирает иронию.

2.

HAMLET

Compounded it with dust, whereto ‘tis kin.

Гамлет

Смешал с землей – она ему сродни.

Гамлет

Смешал с землей, которой труп сродни.

Гамлет

Добавлен в пыль и прах, который ему сродни.

Каким образом труп внутри замковых помещений мог быть смешан с землей, одному богу известно. Гамлет же явно цитирует Библию: «for dust thou art, and unto dust shalt thou return» – «ибо прах ты и в прах возвратишься» (Быт 3:19). Dust в английском – одновременно прах и пыль, что я передал выражением пыль и прах. У compound есть значение добавлять в смесь.

3.

HAMLET

That I can keep your counsel and not mine own.

Гамлет

Тому, что вашу тайну я хранить умею, а свою нет.

Гамлет

Что я буду действовать в ваших интересах,

а не в своих собственных.

Гамлет

Что я раскрою свои замыслы, а не ваши.

Шекспир играет с устойчивым выражением to keep one’s own counsel (помалкивать, держать в секрете). Однако counsel означает не тайны или интересы, а планы или замыслы.

4.

HAMLET

a knavish speech sleeps in a foolish ear.

Гамлет

хитрая речь спит в глупом ухе.

Гамлет

В уме нечутком не место шуткам.

Гамлет

Скользкие речи лучше всего прятать у дураков в ушах.

У Пастернака – полная отсебятина, а Лозинский использует самое распространенное значение слова sleep, затуманивая смысл ответа Гамлета. Между тем, Лексикон А.Шмидта в качестве значения для sleep содержит neglect – не обращать внимания. То есть sleep в данном случае означает лежать, не привлекая ничьего внимания.

Действие 4. Сцена 3

1.

HAMLET

a certain convocation of politic worms are e’en at him.

Гамлет

как раз собрался некий сейм политических червей.

Гамлет

Сейчас за него уселся синклит червей со всей земли.

Гамлет

Целый рейхстаг пронырливых червей

сейчас вырабатывает относительно него свою политику.

В примечаниях к переводу Лозинского отмечена игра слов: worms – черви и Worms – Вормс, т. е. город на Рейне, где собирался Рейхстаг и избирались императоры Священной Римской империи. Однако politic, как правило, означает вовсе не политический, а расчетливый, хитрый. Пастернак же заставляет читателя недоумевать, отчего это Полония гложут черви со всей земли.

2.

HAMLET

Your worm is your only emperor for diet

Гамлет

Червь – истинный император по части пищи.

Гамлет

Червь, что ни говори, единственный столп

всякого истинного порядка.

Гамлет

Ведь червь – наш император,

что управляет всей поживой.

Diet – одновременно пища и парламент. (См. также п. 12 Действие 1 Сцена 1). Лозинский отражает только первое значение этого слова, Пастернак – только второе.

3.

KING CLAUDIUS

The bark is ready, and the wind at help,

The associates tend, and every thing is bent

For England.

Король

Корабль готов, благоприятен ветер,

Ждут спутники, и Англия вас ждет.

Король

Подул попутный ветер, и команда

Готова морем в Англию отплыть

Король

Как раз попутный ветер и провожатые присмотрят —

все в Англию тебя влечет.

И Лозинский, и Пастернак игнорируют угрожающие ноты в речи Клавдия. У tend есть значения присматривать, караулить. Bent for означает иметь склонность, увлекать, однако bend – также принуждать.

4.

KING CLAUDIUS

for every thing is seal’d and done

That else leans on the affair

Король

Все запечатано, и все готово,

Что следует

Король

Все изложено в письме,

Что требуется делом.

Король

Поставлена печать на этом деле.

Мы надавили там, где надо.

Клавдий использует бюрократический оборот seal’d – поставить печать, пропечатать (ср. с п. 2 к Действию 1 Сцене 2).

Leans on the affair – надавить, чтобы решить дело, а также в данном случае – надавить (печатью) на письмо, поскольку affair может означать и конкретный предмет, имеющий отношение к происходящему.

Действие 4. Сцена 4

1.

HAMLET

This is the imposthume of much wealth and peace,

That inward breaks, and shows no cause without

Why the man dies

Гамлет

Вот он, гнойник довольства и покоя:

Прорвавшись внутрь, он не дает понять,

Откуда смерть.

Гамлет

Так в годы внешнего благополучья

Довольство наше постигает смерть

От внутреннего кровоизлиянья.

Гамлет

как гнойник, что, вызрев от избытка

довольства и покоя, прорвался внутрь,

хотя снаружи причин для смерти не видать.

У Лозинского выходит, что довольство и покой сами по себе – гнойник. У Пастернака – что довольство страдает, очевидно, гипертонией. Между тем, во фразе of much wealth and peace на избыток, как на причину появления гнойника, указывает of much. А cause without – это внешняя причина.

Действие 4. Сцена 5

1.

GENTELEMAN

speaks things in doubt,

That carry but half sense: her speech is nothing,

Yet the unshaped use of it doth move

The hearers to collection; they aim at it,

And botch the words up fit to their own though

Первый дворянин

в ее речах —

Лишь полусмысл; ее слова – ничто,

Но слушателей их бессвязный строй

Склоняет к размышленью; их толкуют

И к собственным прилаживают мыслям

Горацио

бормочет

Бессмыслицу. В ее речах сумбур,

Но кто услышит, для того находка.

Из этих фраз, ужимок и кивков

Выуживает каждый, что захочет

Придворный

Речи туманные, в них мало смысла,

но слушатели, такой задавшись целью,

из этих бесформенных обломков возводят

конструкции домыслов,

ее слова приляпав к своим мыслям.

И Лозинский, и Пастернак устраняют «строительную» метафору, которую проводит Шекспир, используя слово collection, у которого два значения: умозаключение и сборка, монтаж. Botch – плохо сделанная работа, халтура.

2.

Gentleman

her winks, and nods, and gestures

Первый дворянин

по ее кивкам и странным знакам

Горацио

Из этих фраз, ужимок и кивков

Придворный

глядя на ее кивки, подмигивания, ужимки

Wink – подмигивать. Ни Лозинский, ни Пастернак, видимо, не могут допустить, что Офелия подмигивает.

3.

QUEEN GERTRUDE

To my sick soul, as sin’s true nature is,

Each toy seems prologue to some great amiss

Королева

Моей больной душе, где грех живет,

Все кажется предвестьем злых невзгод

Королева

Больной душе и совести усталой

Во всем беды мерещится начало.

Королева

Душа, что боль и грех впитала,

в любом юродстве видит бед начало.

И Лозинский, и Пастернак заменяют шекспировское toy на неопределенное все и, соответственно, на во всем. У toy, согласно Лексикону А.Шмидта, есть значение folly, то есть безумие, юродивость.

4.

OPHELIA

They say the owl was a baker’s

daughter. Lord, we know what we are, but know not

what we may be. God be at your table!

Офелия

Говорят, у совы отец был хлебник. Господи, мы знаем,

кто мы такие, но не знаем, чем можем стать.

Благослови бог вашу трапезу!

Офелия

Говорят, сова была раньше дочкой пекаря. Вот и знай после этого, что нас ожидает. Благослови бог вашу трапезу!

Офелия

Рассказывают, дочь пекаря превратилась в сову.

Мы знаем, кто мы, но не знаем, кем можем стать.

Да пребудет Господь за вашим столом!

Имеется в виду следующая английская легенда: «Наш Спаситель зашел в пекарню, где как раз готовили хлеб, и попросил немного. Хозяйка магазина тотчас же положила для него в духовку кусок теста, но дочь отругала ее за то, что этот кусок был слишком большим, и хозяйка уменьшила его до очень маленького. Однако сразу после этого тесто начало подниматься и достигло огромных размеров. После чего дочь пекаря выкрикнула: «Ух, ух, ух», – что напомнило совиное уханье. Возможно, за эту злую выходку наш Спаситель превратил ее в эту самую птицу».

5.

KING CLAUDIUS

When sorrows come, they come not single spies

But in battalions

Король

Ах, Гертруда, беды,

Когда идут, идут не в одиночку,

А толпами

Король

Повалят беды, так идут, Гертруда,

Не врозь, а скопом.

Король

Ох, Гертруда, когда пойти войной решают беды,

то не лазутчика к нам засылают,

а сразу отправляют батальоны.

И Лозинский, и Пастернак полностью устраняют «военную» метафору, опуская слова spies (шпионы) и battalions (батальоны).

6.

KING CLAUDIUS

we have done but greenly,

In hugger-mugger to inter him

Король

было глупо

Похоронить его тайком

Король

Напрасно мы его

Зарыли тайно

Король

напрасно мы, как следует все не обдумав,

его похоронили впопыхах

Из последующих слов Лаэрта (см п. 15 к этой сцене) следует, что похороны не были тайными, и для hugger-mugger больше подходят значения суматоха, неразбериха.

7.

KING CLAUDIUS

poor Ophelia

Divided from herself and her fair judgment,

Without the which we are pictures, or mere beasts

Король

Офелия

Разлучена с собой и с мыслью светлой,

Без коей мы – лишь звери иль картины

Король

Следующий случай -

Офелии душевная болезнь,

А без ума мы – звери или тени.

Король

А бедная Офелия сошла с ума, потеряв ясность рассудка,

без которой мы —

лишь собственные силуэты иль животные

Что за картины, согласно Лозинскому, могут являть собой потерявшие разум люди, остается только гадать. Между тем, Слова Шекспира дают для picture значения image, imitation (образ, имитация). Отсюда мое силуэты как внешняя оболочка.

Рискну также предположить, что эти pictures могут восходить к walking shadow (проходящей тени) из платоновской аллегории о пещере (см. также мой комментарий к монологу Макбета). Поэтому Пастернак, похоже, попал в точку.

8.

KING CLAUDIUS

Like to a murdering-piece, in many places

Gives me superfluous death.

Король

Все это, как картечь, мне шлет с избытком

Смерть отовсюду!

Король

Эти страхи

Меня, Гертруда, стерегут везде

И подсекают, как осколки ядер.

Король

как палубная пушка, что картечью

смертельно ранит сразу в нескольких местах.

У Лозинского выходит, что короля обстреливают несколько пушек с разных сторон. У Пастернака тоже, видимо, короля подсекают несколько пушек. Между тем, «Murdering piece: Murderer – A small cannon, formerly used for clearing a ship’s decks of boarders; – called also murdering piece [Obs.]» («Убийца – Небольшая пушка, изначально применявшаяся для очистки корабельной палубы от абордажников, другое название – murdering piece (убивающая картечь) (Устар.)») (Websters Dictionary,1913).

9.

KING CLAUDIUS

What is the cause, Laertes,

That thy rebellion looks so giant-like?

Король

Что причиной,

Лаэрт, что ты мятежен, как гигант?

Король

Лаэрт, что значит этот бунт гигантов?

Король

Лаэрт, из-за чего все это восстание гигантов?

Восстание гигантов – Гигантомахия – сюжет древнегреческой мифологии, отраженный, к примеру, в «Геракле» Еврипида (1,3,175–180): более молодое поколение гигантов хотело свергнуть олимпийских богов.

10.

KING CLAUDIUS

There’s such divinity doth hedge a king,

That treason can but peep to what it would,

Acts little of his will.

Король

Такой святыней огражден король,

Что, увидав свой умысел, крамола

Бессильна действовать.

Король

Власть короля в такой ограде божьей,

Что, сколько враг на нас ни посягай,

Руками не достать.

Король

Божественный сан короля – ограда.

Измена лишь в щелочку ее способна заглянуть,

растрачивая понапрасну свою решимость.

Peep – подглядывать сквозь щель. И Лозинский, и Пастернак такую «непоэтичность» устраняют.

11.

KING CLAUDIUS

is’t writ in your revenge,

That, swoopstake, you will draw both friend and foe,

Winner and loser?

Король

Но разве же твое отмщенье – в том,

Чтоб, как игрок, сгрести врага и друга,

Тех, чей барыш, и тех, кто проиграл?

Король

в ослепленье

Сметаете вы, словно кучу карт,

Врага и друга, правых и неправых?

Король

но разве смысл мести в том,

чтоб, словно сорвав банк,

сгрести все ставки разом – у друзей и недругов,

у выигравших и проигравших?

И Лозинский, и Пастернак оставляют не переведенным swoopstake – сорвать банк, поэтому можно только недоумевать, отчего игрок у Лозинского сгребает врага и друга, и что это за слепой игрок у Пастернака.

12.

LAERTES

O heat, dry up my brains! tears seven times salt,

Burn out the sense and virtue of mine eye!

By heaven, thy madness shall be paid by weight,

Till our scale turn the beam.

Лаэрт

Зной, иссуши мне мозг!

Соль семикратно жгучих слез, спали

Живую силу глаз моих! – Клянусь,

Твое безумье взвесится сполна,

Пока не дрогнет чаша.

Лаэрт

Гнев, иссуши мой мозг! Соль слез моих,

В семь раз сгустясь, мне оба глаза выжги!

Лаэрт

От злости спекутся сейчас мозги.

Слезы, станьте солоней в семь раз

и выжгите благоразумие и благородство.

В расплату за твое безумье

я столько брошу на весы,

что опрокину коромысло.

Heat – это не только непонятно откуда взявшийся у Лозинского зной, но горячка, раздражение. А dry up означает не только, как у Лозингского и Пастернака, книжное иссушить, но и подгореть.

Далее Лозинский вместо sense and virtue предлагает отсебятину живая сила. Между тем, virtue – это, прежде всего, моральная чистота, а для sense в данном контексте наиболее подходит значение благоразумие. Пастернак вместо выжечь из глаз sense and virtue предлагает выжечь Лаэрту сами глаза.

Пастернак полностью убирает метафору, связанную с весами. Лозинский же вместо абсолютно ясного paid by weight, till our scale turn the beam (в качестве оплаты положу столько по весу на чашу весов, что опрокинется коромысло) вводит бессмысленное взвесится сполна, пока не дрогнет чаша.

13.

LAERTES

O heavens! is’t possible, a young maid’s wits

Should be as moral as an old man’s life?

Nature is fine in love, and where ‘tis fine,

It sends some precious instance of itself

After the thing it loves.

Лаэрт

О небеса, ужель девичий разум

Такой же тлен, как старческая жизнь?

В своей любви утонченна природа —

И вот она шлет драгоценный дар

Вослед тому, что любит.

Лаэрт

Когда отцов уносит смерть, то следом

Безумье добивает дочерей.

Любовь склонна по доброй воле к жертвам

И платит самой дорогой ценой

Дань нежности умершим.

Лаэрт

Ну почему девичий разум хрупок,

словно жизнь старика?

Творяшая Природа любит по-настоящему,

а раз так, то неотложный вызов

шлет за тем, что любит.

Пастернаковское Любовь склонна по доброй воле к жертвам\\И платит самой дорогой ценой\\ Дань нежности умершим – полная отсебятина. Лозинский же отчего-то посчитал, что send after – это не послать за кем-то, а послать кому-то. Что это у него за драгоценный дар и кому его шлет природа – одному богу известно. При этом у обоих переводчиков вылетело ключевое precious instance. Instance – это требование, в том числе, в судебном процессе. Precious – в том числе, и высшая степень чего-либо. Отсюда мое неотложный вызов.

Остается понять, что значит в данном случае Nature, посылающая за тем, что любит. Полагаю, что речь идет о т. н. средневековых философских терминах Natura naturans и Natura naturata, что означает Природу производящую и Природу произведенную соответственно. Тогда девичий разум – любимое дитя Природы производящей, который она и отзывает к себе обратно.

14.

OPHELIA

There’s rosemary, that’s for remembrance; pray,

love, remember: and there is pansies. that’s for thoughts.

LAERTES

A document in madness, thoughts and remembrance fitted.

Офелия

Вот розмарин, это для воспоминания;

прошу вас, милый, помните;

а вот троицын цвет, это для дум.

Лаэрт

Поучительность в безумии: думы в лад воспоминанию.

Офелия

Вот розмарин – это для памятливости:

возьмите, дружок, и помните.

А это анютины глазки: это чтоб думать.

Лаэрт

Безумие наводит на мысль.

Из бессмыслицы всплывает истина.

Офелия

Вот на память ромашка – милый, не забудь.

Молю, любовь моя, не забудь.

А вот анютины глазки – чтоб горевать.

Лаэрт

Да, заповедь безумия – горюй, не забывая.

Розмарин я позволил себе заменить на ромашку, которая тоже лекарственное растение и предмет для гадания, но звучит привычнее для русского уха.

Уместно, согласно Словам Шекспира, выбрать для thoughts значение sorrow (печаль).

Лексикон Шекспира А. Шмидта в данном случае в качестве значения для document дает instruction, т. е. руководство, наставление, наказ. Словарь же Вебстер от 1828 года содержит для document значение authoritative dogma, т. е. непререкаемая догма. Отсюда мое заповедь.

15.

LAERTES

his obscure funeral —

No trophy, sword, nor hatchment o’er his bones,

No noble rite nor formal ostentation

Лаэрт

тайна похорон,

Где меч и герб костей не осеняли,

Без пышности, без должного обряда

Лаэрт

Загадка смерти, тайна похорон,

Отсутствие герба и шпаг над прахом,

Обход обрядов, нарушенье форм

Лаэрт

Обстоятельства его смерти,

убогие похороны – ни медалей,

ни меча, ни герба перед гробом,

ни подобающей церемонии, ни должного почета

Поскольку Лаэрт осведомлен об обстоятельствах похорон Полония, то вряд ли они, как полагают и Лозинский, и Пастернак, прошли в тайне (см. также п.6 к этой сцене). Obscure – скромный, убогий.

Пастернак вводит туманное нарушенье форм, а Лозинский оставляет formal без перевода. Между тем, ostentation, согласно Лексикону А.Шмидта, это external show (внешние проявления), a formal – положенный по чину.

Действие 4. Сцена 7

1.

KING CLAUDIUS

Now must your conscience my a seal,

And you must put me in your heart for friend

Король

Теперь, мое скрепляя оправданье,

Ты должен в сердце взять меня как друга

Король

Теперь ваш долг принять меня в друзья

И в сердце подписать мне оправданье.

Король

Признаешь теперь мои вверительные грамоты

и в сердце приймешь меня как друга?

У consience есть значение considers to be correct – считаться верным. Seal – печать. Все вместе – признаешь подлинной мою печать – очередной пример бюрократической речи Клавдия. По смыслу более всего подходит печать на вверительных грамотах. Лозинский опускает слово печать, поэтому у него выходит, что оправдание скрепляется взятием в сердце. Пастернак неуклюжим подписать в сердце, возможно, хочет передать бюрократическую лексику Клавдия. Но Клавдий выражается хоть и не изящно, зато доходчиво.

2.

KING CLAUDIUS

Convert his gyves to grace

Король

Его оковы обратит в узор

Король

Его ошибки возведут в заслуги

Король

Он обратит в заслугу заточенье

Gyves – это, действительно, кандалы, оковы, как у Лозинского. Но, откуда у него взялся узор, одному богу известно: grace здесь – это сострадание. У Пастернака – полная отсебятина. И у Лозинского, и у Пастернака выпала авторская аллитерация gyves – grace. Я передал ее за счет заточенье – заслугу.

3.

KING CLAUDIUS

I am set naked on

your kingdom

Король

я высажен нагим в вашем королевстве

Король

я голым высажен на берег вашего королевства

Король

высажен голым и босым в вашем королевстве

Вряд ли пираты, отправившие Гамлета за выкупом, раздели его догола. Слова Гамлета явно ироничны. У слова naked, согласно Лексикону А.Шмидта и Словам Шекспира, есть значения невооруженный, не обеспеченный.

4.

KING CLAUDIUS

the scrimers of their nation

… had had neither motion, guard, nor eye

Король

их бойцы

Теряют, мол, глаз, и отпор, и натиск

Король

их первые задиры

Теряют глаз, расчет и быстроту

Король

все их фехтовальщики лишь крикуны,

которым в поединке с тобой не хватит

ни быстроты, ни стойкости, ни глазомера

И у Лозинского, и у Пастернака выходит, что нормандские фехтовальщики в поединке с Лаэртом останутся без глаза.

5.

KING CLAUDIUS

this ‘would’ changes

And hath abatements and delays as many

As there are tongues, are hands, are accidents;

And then this ‘should’ is like a spendthrift sigh,

That hurts by easing.

Король

воля

Изменчива, и ей помех не меньше,

Чем случаев, и языков, и рук,

И «надо» может стать как трудный вздох

Целящий с болью.

Король

у хотенья

Не меньше дел и перемен на дню,

Чем рук, и планов, и голов на свете.

А после поздно плакать и вздыхать.

Король

Но это «можем» так непостоянно —

оно то опоздает, то ослабнет,

как язык и руки, или шанс.

А это «должно» – как челюсть сворачивающ зевок —

болезненное облегченье.

Шекспир пунктуацией показывает, что would и should принадлежат одному и тому же ряду, а именно – модальных глаголов. Однако would и Лозинский, и Пастернак переводят существительным: воля и, соответственно, хотенье.

Также из переводов и Лозинского, и Пастернака выпали abatement – ослабление и delay – промедление. Лозинский заменяет их помехами, а Пастернак делами и переменами. Далее Лозинский дарит Шекспиру странное сравнение: не меньше, чем случаев, и языков, и рук, посчитав, очевидно, что это аналог как звезд на небе или как волос на голове. По тому же пути пошел и Пастернак. Я же полагаю, что данное Шекспиром сравнение означает, что ослабление стремления и промедление присуще всем людям, а языки, руки и шансы упомянуты оттого, что именно они демонстрируют эти процессы.

Последняя строка у Пастернака – полная отсебятина. Фраза Лозинского трудный вздох, целящий с болью ближе к оригиналу, но полностью бессмысленна. Spendthrift sigh – буквально чрезмерный зевок, который, как всякий зевок, приносит облегченье.

6.

KING CLAUDIUS

praise your excellence

And set a double varnish on the fame

The Frenchman gave you

Король

И славу, данную тебе французом,

Покроем новым лоском

Король

На всех углах вас будут славословить

вслед за французом.

Король

мы, твое нахваливая превосходство,

отлакируем двойным слоем

ту оценку, что дал тебе француз.

Лозинский считает, что славу дают, а лоск – это то, чем покрывают. Пастернак же полностью выбрасывает шекспировскую метафору. Добавлю, что varnish – это лак, олифа.

7.

LAERTES

I have a speech of fire, that fain would blaze,

But that this folly douts it.

Лаэрт

Я полон жгучих слов, но плач мой глупый

Их погасил.

Лаэрт

В душе пожар, а эта дурья слабость

Мне портит все.

Лаэрт

Раскаленными словами я б припечатал, как клеймом…

но слезы эти глупые их гасят.

И у Лозинского, и у Пастернака полностью вылетело fain would blaze – охотно бы заклеймил. А Пастернак вдобавок убрал упоминание об огненных словах и гасящих их слезах, заставляя читателя гадать, что это за все, которое портит слабость.

Действие 5. Сцена 1

1.

A churchyard.

Enter two Clowns, with spades, & c

Кладбище

Входят два могильщика с заступами и прочим.

Эльсинор. Кладбище.

Входят два могильщика с лопатами.

Церковное кладбише.

Входят два Мужлана с лопатами и проч.

Офелию хоронят на церковном кладбище, то есть в освященной земле, несмотря на то, что, возможно, она совершила самоубийство.

Clown согласно Лексикону А. Шмидта – деревенщина, грубиян, балагур, а также, согласно Словам Шекспира, сценический персонаж с вульгарным поведением.

2.

First Clown

He was the first that ever bore arms.

Second Clown

Why, he had none.

First Clown

What, art a heathen? How dost thou understand the

Scripture? The Scripture says ‘Adam digged:’

could he dig without arms?

Первый могильщик

Он первый из всех ходил вооруженный.

Второй могильщик

Да у него не было оружия.

Первый могильщик

Да ты кто? Язычник, что ли? Как ты понимаешь писание? В писании сказано: «Адам копал»; как бы он копал, ничем для этого не вооружась?

Первый могильщик

Он первый носил ручное оружие.

Второй могильщик

Полно молоть, ничего он не носил.

Первый могильщик

Да ты язычник, что ли? Как ты понимаешь священное писание? В писании сказано: «Адам копал землю». Что ж, он копал ее голыми руками?

Первый Мужлан

Он первым взялся за лук.

Второй Мужлан

Да не было у него никакого лука!

Первый Мужлан

Ты что, язычник, что ли? Странно ты толкуешь Писание.

В Писании сказано: «Адам копал».

Что ж он сажал, как не лук?

В оригинале игра со значениями слова arms: оружие и руки (вдобавок есть еще значение герб). На фразу со значением да не было у него оружия! следует ответ в смысле как это у него не было рук! Лозинский эту игру не передает. Пастернак пробует ее передать, но нельзя сказать, что вразумительно. Я использовал словесную игру со словом лук.

3.

First Clown

Cudgel thy brains no more about it, for your dull

ass will not mend his pace with beating

Первый могильщик

Не ломай себе над этим мозги;

потому что глупый осел от колотушек

скорей не пойдет

Первый могильщик

Не надсаживай себе этим мозгов.

Сколько осла ни погоняй, он шибче не пойдет.

Первый Мужлан

Ладно, не свихни мозги.

Хоть, может, пинок под зад тебе бы их и вправил.

Шекспир использует словесную игру с омонимами ass – осел и ass – задница. Однако your dull ass преимущественно указывает на второе значение слова ass.

4.

First Clown

‘Tis a quick lie, sir; ‘twill away gain, from me to you.

Первый могильщик

Это, сударь, путаница живая;

она возьмет и перескочит от меня к вам.

Первый могильщик

Эта ложь в могиле не останется.

Она перейдет от меня к вам.

Первый Мужлан

Это очень шустрая ложь, сэр.

У нее скоро будет прибыль на стороне —

и вас приберет к рукам.

Away gain – буквально прибыль, полученная не на своей территории. И Лозинский, и Пастернак опускают это выражение, поскольку, по их мнению, даже могильщику не пристало упоминать столь прозаическую вещь как прибыль.

5.

HAMLET

we must speak by the card, or equivocation will undo us.

Гамлет

Приходится говорить осмотрительно, а не то мы

погибнем от двусмысленности.

Гамлет

С этим народом надо держать ухо востро,

а то пропадешь от двусмыслиц.

Гамлет

При разговоре с ним надо все время

сверяться с компасом, не то собьешься с курса.

Согласно Шекспировскому Лексикону А.Шмидта, card – это the face of a sea-compass (диск с морским компасом, на котором указаны направления-румбы). (См. также п.3 к Действию 5 Сцене 2). Сравни с русским аналогом – картушкой. Тогда и для equivocation, для которого Лексикон дает of doubtful meaning (сомнительное значение), логично выбрать отклонение от правильного курса. И Лозинский, и Пастернак эту «морскую» метафору устраняют.

6.

HAMLET

the toe of the peasant comes so near the heel of the courtier,

he gaffs his kibe.

Гамлет

мужик носком задевает пятки придворному

и бередит ему болячки

Гамлет

все так осмелели, что простой народ

наступает дворянам на ноги.

Гамлет

крестьяне уже наступают знати на пятки, прямо на мозоли.

Comes on the heel – наступать на пятки. Kibe – мозоль. Можно только недоумевать, в какой это ситуации простой народ, как у Пастернака, наступает дворянам на ноги, или, как у Лозинского, задевает пятки придворному, да еще бередит какие-то его болячки.

7.

HAMLET

How long hast thou been a grave-maker?

First Clown

Of all the days i’ the year, I came to’t that day

that our last king Hamlet overcame Fortinbras

Гамлет

– Как давно ты могильщиком?

Первый могильщик

Из всех дней в году я начал в тот самый день,

когда покойный король наш Гамле одолел Фортинбраса

Гамлет

– Давно ли ты могильщиком?

Первый могильщик

Изо всех дней в году с того самого,

как покойный король наш Гамлет одолел Фортинбраса

Гамлет

– И сколько занимаешься этим ремеслом?

Первый Мужлан

Каждый божий день.

С того самого, как прежний король наш Гамлет

убил на поединке Фортинбраса

Гробокопатель выворачивает вопрос Гамлета наизнанку, трактуя how long? (с каких пор?) как как часто? И Лозинский, и Пастернак этого не замечают, поэтому переводят буквально, оставляя странно звучащее изо всех дней в году.

8.

First Clown

your water is a sore decayer of your whoreson dead body

Первый могильщик

вода, сударь, великий разрушитель

для такого собачьего мертвеца

Первый могильщик

вода, будь вам ведомо, – самый первый враг

вашему брату покойнику, как помрете

Первый Мужлан

ваша вода разъедает

ваши, сукины дети, трупы

И Лозинский, и Пастернак устраняют авторское your (ваша) по отношению к воде, хотя авторский текст, вероятно, содержит намек на разрушительность не только грунтовой, но и тогдашней воды для питья.

9.

HORATIO

‘Twere to consider too curiously, to consider so.

HAMLET

No, faith, not a jot; but to follow him thither with

modesty enough, and likelihood to lead it

Горацио

Рассматривать так – значило бы

рассматривать слишком пристально.

Гамлет

Нет, право же, ничуть; это значило бы

следовать за ним с должной скромностью

и притом руководясь вероятностью

Горацио

Это значило бы рассматривать вещи слишком мелко.

Гамлет

Ничуть не бывало. Напротив, это значило бы послушно следовать за их развитием, подчиняясь вероятности

Горацио

Достаточно причудливый взгляд на вещи.

Гамлет

Да ни на йоту! Разве что без лишней заносчивости.

Ведь это вполне вероятно

Curiously – не только любопытный, но и причудливый, диковинный. В целом, трудно решить, что хуже: косноязычность Лозинского или отсебятина Пастернака.

10.

FIRST PRIEST

she is allow’d her virgin crants,

Her maiden strewments and the bringing home

Of bell and burial.

Первый священник

А ей даны невестины венки,

И россыпи девических цветов,

И звон, и проводы.

Священник

А ей на гроб возложены венки

И проводили с колокольным звоном

До изгороди.

Первый священник

А ей дозволены венки живых цветов

в знак ее девственности,

и погребенье по-христиански, и почесть —

колокольный звон.

Проводы у Лозинского и проводили у Пастернака – это их интерпретация выражения bringing home. Пастернак добавляет отсебятину до изгороди (хотя чуть выше сказано, что Офелию хоронят в освященной земле, то есть именно что внутри церковной ограды). Между тем, у Шекспира в этих же строках присутствует burial, которое и означает похороны и проводы. А у bringing home, помимо буквального значения принести домой, есть и другие, в том числе emphasize и highlight, то есть выделять, подчеркивать важность события. Таким образом, речь о том, что значимость похорон Офелии подчеркивают удары колокола.

11.

LAERTES

churlish priest,

A ministering angel shall my sister be,

When thou liest howling.

Лаэрт

черствый пастырь,

Моя сестра творца величить будет,

Когда ты в муке взвоешь.

Лаэрт

Помни, грубый поп:

Сестра на небе ангелом зареет,

Когда ты в корчах взвоешь.

Лаэрт

А ты, святоша, знай:

моя сестра станет ангелом и будет служить Господу,

когда ты в аду завоешь.

Аллюзия на евангельское angels came and ministered unto him (Matthew 4:11) (пришли ангелы и служили Ему).

Churlish – не только грубый, но и упрямый. Отсюда мое святоша применительно к упрямому священнику.

12.

HAMLET

I will fight with him upon this theme

Until my eyelids will no longer wag

Гамлет

я за это биться с ним готов,

Пока навек ресницы не сомкнутся.

Гамлет

Соперничество это

Согласен я оружьем разрешить

И не уймусь, пока мигают веки.

Гамлет

Я в этом с ним поспорю,

пока еще глаза способен я открыть.

Fight в сочетании с upon this theme (относительно этой темы) означает словесный спор. Далее Гамлет поясняет, что спор этот – о том, кто больше любил Офелию. И Лозинский, и Пастернак подразумевают вооруженный поединок, к которому у Гамлета нет никаких оснований, поскольку угрозы Лаэрта он вряд ли воспринимает всерьез.

13.

HAMLET

I loved Ophelia: forty thousand brothers

Could not, with all their quantity of love,

Make up my sum.

Гамлет

Ее любил я; сорок тысяч братьев

Всем множеством своей любви со мною

Не уравнялись бы.

Гамлет

Я любил

Офелию, и сорок тысяч братьев

И вся любовь их – не чета моей.

Гамлет

Я любил Офелию.

Сорок тысяч братьев со всем своим любовным капиталом

столько не наскребут.

И Лозинский, и Пастернак выбрасывают «непоэтичную» фразу make up sum, что, в первую очередь, означает добрать до суммы (денег). Пастернак полностью убирает выражение quantity of love, которая также указывает на количественное измерение любви и вызывает в памяти распространенное quantity of money – сумма денег. Лозинский же заменяет количество любви на множество любви, посчитав, что так «поэтичнее». (См. также комментарий ко 2-му сонету Шекспира в Приложении).

14.

KING CLAUDIUS

This grave shall have a living monument

Король

Здесь мы живое водрузим надгробье

Король

За эту смерть нам жизнию заплатят.

Король

К ее могиле мы добавим памятник,

который смотрится как живой

Living monument – одновременно живой памятник и памятник как живой: этой игрой слов Клавдий намекает Лаэрту, что пока еще живой Гамлет будет по смерти, как памятник погибшей Офелии. И у Лозинского, и у Пастернака Клавдий выражается предельно откровенно, что неосмотрительно, тем более, в присутствии Гертруды.

Действие 5. Сцена 2

1.

HAMLET

Our indiscretion sometimes serves us well,

When our deep plots do pall: and that should teach us

There’s a divinity that shapes our ends,

Rough-hew them how we will,

Гамлет

Хвала внезапности: нас безрассудство

Иной раз выручает там, где гибнет

Глубокий замысел; то божество

Намерения наши довершает,

Хотя бы ум наметил и не так

Гамлет

Да здравствует поспешность!

Как часто нас спасала слепота,

Где дальновидность только подводила!

Есть, стало быть, на свете божество,

Устраивающее наши судьбы

По-своему.

Гамлет

нас выручает нерасчетливость, когда уже затерлась

глубокая разметка по нашим чертежам.

Пора бы нам понять —

Божья воля придает завершенную форму окончанию,

которые наши намеренья лишь грубо обтесали

И Лозинский, и Пастернак убирают развернутую «плотницкую» метафору, на которую прямо указывает rough-hew – обтесать. У pall, согласно Лексикону А.Шмидта, есть синоним decay, то есть ослабевать, исчезать.

2.

HAMLET

and a comma ‘tween their amities

Гамлет

Соединить их дружбу должен мир

Гамлет

А также и ввиду других причин —

Здесь следовало их перечисленье

Гамлет

через запятую стоят наши дружеские отношения

A comma ‘tween (через запятую), то есть рядом, очевидно, на странице подписанного мирного договора. Ни Лозинский, ни Пастернак подобную конкретику передавать не желают, заменяя отсебятиной.

3.

HAMLET

it is very sultry and hot for my complexion

Гамлет

очень душно и жарко для моей комплекции

Гамлет

страшная жара и духота для моей комплекции

Гамлет

Но мне с моей натурой жарко и, вдобавок, душно

И Лексикон А.Шмидта и Слова Шекспира дают для complexion значение temperament (темперамент). Поэтому вовсе не обязательно, как это делают и Лозинский, и Пастернак, приписывать Гамлету полноту. (См. также п.11 к этой сцене).

4.

OSRIC

he is the card or calendar of gentry…

HAMLET

Sir, his definement suffers no perdition in you; though,

I know, to divide him inventorially would dozy th’ arithmetic of

memory, and yet but yaw neither in respect of his quick sail.

Озрик

это карта или календарь благородства.

Гамлет

Сударь мой, его определение

не претерпевает в вас ни малейшего ущерба;

хотя, я знаю, разделяя его перечислительно,

арифметика памяти запуталась бы,

да и то мы бы только виляли вдогонку,

в рассуждении его быстрого хода.

Озрик

если говорить картинно,

это справочник и указатель благородства…

Гамлет

Сэр, он ничего не потерял

в вашем определении. Хотя, думаю я,

описание его по частям затруднило бы память,

заставив ее едва тащиться за его достоинствами.

Озрик

он – словно компас или корабельный журнал

для дворянина…

Гамлет

Ваше описанье безупречно.

Понимаю, как трудно вашей голове не сбиться со счета

в этом инвентаре достоинств

или не пойти кругом при сменах курса,

тем более что он приплыл к нам так стремительно.

Согласно Шекспировскому Лексикону А.Шмидта, card – это the face of a sea-compass (диск с морским компасом, на котором указаны направления-румбы). (См. также п.5 к Действию 5 Сцене 1). Тогда и для слова calendar логично выбрать из того же Лексикона значение note-book, record, близкое к ship record book, то есть корабельному журналу, куда заносятся сведения о курсе корабля. Недаром Гамлет в своей ответной реплике подхватывает морскую тематику, используя yaw (отклониться от курса) и sail (плавание под парусами).

5.

HAMLET

The concernancy, sir? why do we wrap the gentleman

in our more rawer breath?

Гамлет

Но касательно, сударь мой? Ради чего мы обволакиваем этого дворянина нашим грубым дыханием?

Гамлет

Куда вы гнете, сэр? Зачем оскверняем мы этого

джентльмена своими грубыми разговорами о нем?

Гамлет

Но окружающие условия, сэр?

От нашего кислого дыханья

он может и попортиться.

Для concernancy Лозинский предлагает невразумительность буквального перевода, Пастернак – нелогично звучащую отсебятину. Между тем, concern – это тесно соприкасаться с чем-либо.

Вместо breath (дыхание) Пастернак предлагает отсебятину разговоры. Лозинский использует невразумительное грубое дыхание. Между тем, у raw есть значение непереваренный, то есть речь идет о выдыхаемых продуктах брожения в желудке.

6.

HAMLET

only got the tune of

the time and outward habit of encounter; a kind of

yesty collection, which carries them through and

through the most fond and winnowed opinions; and do

but blow them to their trial, the bubbles are out.

Гамлет

он перенял всего лишь

современную погудку и внешние приемы

обхождения; некую пенистую смесь,

с помощью которой они выражают самые

нелепые и вымученные мысли; а стоит на

них дунуть ради опыта – пузырей и нет.

Гамлет

Они подхватили общий тон и преобладающую внешность, род бродильного начала, и оно выносит их на поверхность среди невообразимого водоворота вкусов. А легонько подуть на них – пузырей как не бывало.

Гамлет

Заучили ходячий мотив, поверхностную вежливость,

и пенистым вином их называют

и простаки, и те, что отделяют зерна от мякины.

Но стоит испытанию подуть – а пузыри-то и пропали.

Most fond and winnowed opinions Лозинский переводит, как нелепые и вымученные мысли, а Пастернак – как невообразимый водоворот вкусов. Между тем, Лексикон А.Шмидта для winnow дает to separate, as the chaff from the grain (отделять, как зерна от мякины). Fond же согласно Лексикону А.Шмидта – foolish, silly (глуповатый). То есть в оригинале как глуповатые, так и способные отделять зерна от мякины люди принимают юнцов, вроде Озрика, за yesty collection, где yesty – пузырчатый, забродивший, а collection в этом контексте логично увязать с collection of wine (коллекция вин). То есть за пенистое вино. Лозинский же вводит какую-то пенистую смесь, а Пастернак и вовсе – бродильное начало, то есть дрожжи что ли?

Trial – испытание. Лозинский зачем-то меняет его на опыт, а Пастернак и вовсе выбрасывает.

7.

HAMLET

since no man has aught of what he

leaves, what is’t to leave betimes?

Гамлет

Раз то, с чем мы расстаемся, принадлежит не нам,

так не все ли равно – расстаться рано?

Гамлет

Раз никто не знает своего смертного часа,

отчего не собраться заблаговременно?

Гамлет

Ведь если ничего с собой не унести,

что это значит: «уйти слишком рано»?

У Пастернака – полная отсебятина. Лозинский же неточно передает время действия, поскольку у Шекспира модальный глагол has указывает на то, человек не владеет ничем именно в момент своего ухода. Кое-что из того, с чем человек расстается, до этого принадлежало как раз ему, поэтому любому из нас вряд ли все равно, когда этот уход произойдет. (При этом Лозинский еще и режет свою фразу и вместо расстаться рано или поздно выдает обрубок расстаться рано). У Шекспира Гамлет ничего не говорит о том, что кому принадлежало, а отмечает, что ничего нельзя унести с собой.

8.

HAMLET

I have shot mine arrow o’er the house,

And hurt my brother.

Гамлет

я стрелу пустил над кровлей

И ранил брата.

Гамлет

Ошибкой я пустил стрелу над домом

И ранил брата.

Гамлет

пустив стрелу за крышу дома,

я ранил брата.

Over – это не над, а через. Над – это under. И Лозинский, и Пастернак, видимо, полагают, что брат сидел на крыше.

9.

HAMLET

I’ll be your foil, Laertes: in mine ignorance

Your skill shall, like a star i’ the darkest night,

Гамлет

Моя неловкость вам послужит фольгой,

Чтоб мастерство, как в сумраке звезда,

Блеснуло ярче.

Гамлет

Со мною рядом ваше мастерство

Тем выпуклей заблещет.

Гамлет

На фоне моего невежества, Лаэрт,

твой клинок блеснет звездой средь темной ночи.

Здесь foil – это не фольга, а фон (этимология слова связана с тем, что фольга использовалась для размещения на ней ювелирных украшений). Пастернак, в общем, верно передает смысл фразы, но опускает сравнение со звездой в ночи и добавляет нелепое выпуклей заблещет (вместо выпукло обозначится) как будто можно блистать выпукло или вогнуто.

Шекспир также играет со значениями слова foil – фон и рапира. Чтобы хоть как-то передать эту игру, я заменил мастерство на клинок.

10.

KING CLAUDIUS

The king shall drink to Hamlet’s better breath;

And in the cup an union shall he throw,

Richer than that which four successive kings

In Denmark’s crown have worn…

‘Now the king dunks to Hamlet.’

Король

За Гамлета король подымет кубок,

В нем утопив жемчужину, ценнее

Той, что носили в датской диадеме

Четыре короля…

Король пьет здравье Гамлета!

Король

Король его здоровье будет пить.

Сейчас в бокал жемчужину он бросит,

Ценнее той, которою в венце

Четыре датских короля гордились…

Тост короля за Гамлета.

Король

Король же выпьет за легкое дыханье Гамлета,

бросив в вино жемчужину, дороже тех,

что на своей короне носили четыре датских короля…

Король растворил в вине жемчужину за Гамлета!

У breath нет значения здоровье. Король пьет за ровное или легкое дыхание Гамлета в поединке. (Ср. со следующим пунктом).

Dunks – погрузить в жидкость, утопить.

11.

QUEEN GERTRUDE

He’s fat, and scant of breath.

Here, Hamlet, take my napkin, rub thy brows;

Королева

Он тучен и одышлив. —

Вот, Гамлет, мой платок; лоб оботри;

Дай, Гамлет, оботру тебе лицо.

Королева

Вот мой платок. Как ты разгорячился!

У него сбилось дыханье и лоб блестит от пота.

Королева

Он весь вспотел, ему дыханья не хватает.

– Гамлет, возьми мой платок, вытри лоб.

Если, как перевел Лозинский, Гамлет тучен и задыхается, то для чего Гертруда хочет, чтоб он вытер лоб платком? Он перестанет задыхаться? Или он чем-то измазал лоб? Возможно, кровью? Почему Шекспир не поясняет, для чего Гамлету надо вытереть лоб? Пастернак посылает нас по верному пути, правда, прямо не объясняет, зачем нужен платок. Я полагаю, что фраза he’s fat означает, что Гамлет вспотел. У слова fat есть значение смазка, что может указывать именно на пот. (См. также п.3 к этой Сцене).

Scant of breath – нехватка дыхания.

12.

KING CLAUDIUS

Gertrude, do not drink

Король

Не пей, Гертруда!

Король

Не пей вина, Гертруда!

Король

Гертруда, не тронь вино!

По выражению А. Чернова, Клавдий буквально издает здесь тигриный рык, который Шекспир передает аллитерацией Gertrude, do not drink! И Лозинский, и Пастернак эту аллитерацию опускают.

13.

LAERTES

Why, as a woodcock to mine own springe, Osric;

I am justly kill’d with mine own treachery.

Лаэрт

В свою же сеть кулик попался, Озрик,

Я сам своим наказан вероломством.

Лаэрт

Увы, кулик попался.

Я ловко сети, Озрик, расставлял

И угодил в них за свое коварство.

Лаэрт

Подсадная утка сама попалась в ловушку.

Мое коварство меня же и сгубило.

Лозинский сообщает нам, что кулик отправился что-то ловить сетью, возможно, рыбу, но в свою же сеть и попался. У Пастернака, хотя Лаэрт расставлял сети ловко, но, несмотря на это, все же в них попался. Остается догадаться, отчего он называет себя куликом. Сейчас на куликов охотятся, приманивая их под выстрел при помощи раскрашенных фанерных фигурок куликов. Возможно, при Шекспире использовали ранее пойманного живого кулика. Я заменил кулика более понятной для нас подсадной уткой.

У springe есть значение силок, но больше подходит общее ловушка.

14.

HAMLET

this fell sergeant, death,

Is strict in his arrest

Гамлет

но смерть, свирепый страж,

Хватает быстро

Гамлет

Но смерть – тупой конвойный и не любит,

Чтоб медлили

Гамлет

да только смерть – неумолимый пристав,

не мешкает с арестом

Если, как у Лозинского, смерть – это страж, то, значит, Гамлет сам зашел к ней на охраняемую территорию. Конвоируют же, как у Пастернака, того, кто в полной власти у конвоя, для этого Гамлет уже должен был умереть. И Лозинский, и Пастернак выбрасывают слово arrest. У Шекспира же смерть приходит, чтобы арестовать Гамлета. Fell – беспощадный, sergeant – судебный пристав.

15.

HAMLET

in this harsh world draw thy breath in pain,

To tell my story.

Гамлет

Дыши в суровом мире, чтоб мою

Поведать повесть.

Гамлет

Подыши

Еще трудами мира и поведай

Про жизнь мою.

Гамлет

И в скрежет мира выдохни

мучительную правду обо мне.

И Лозинский, и Пастернак предлагают Горацио еще подышать, то есть задержаться в этом мире, чтобы поведать историю Гамлета. Вряд ли Гамлет пожелал бы своему другу жизнь, которая сводилась бы только к процессу дыхания. Чувствуя это, Пастернак добавляет отсебятину: подыши еще трудами мира. При этом оба переводчика убирают in pain (с болью), вероятно, чтобы не омрачать жизнь Горацио. Между тем, draw breath – это не только дышать, но и выдохнуть. Отсюда draw thy breath in pain – выдохнуть с болью. Поскольку Горацио должен именно рассказать, выговорить историю Гамлета, то для художественной выразительности уместно и для слова harsh выбрать значение, связанное со звуковой характеристикой, т. е. хриплый, скрежещущий.

16.

HAMLET

The potent poison quite o’er-crows my spirit

Гамлет

Могучий яд затмил мой дух

Гамлет

Сила яда

Глушит меня

Гамлет

Яд уже начал каркать и заглушает голос моей души

И Лозинский, и Пастернак опустили over-crow (от crow – карканье ворона), то есть перекричать, заглушить карканьем.

17.

PRINCE FORTINBRAS

This quarry cries on havoc.

Фортинбрас

Вся эта кровь кричит о бойне.

Фортинбрас

Кругом лежит и стынет прах убитых.

Фортинбрас

Груда тел, как после клича «Добивай!» на поле боя.

Слова Шекспира для quarry дают значение груда мертвых тел. Пролитая же кровь, как у Лозинского, причина смерти разве что заколотого Клавдия, остальные умерли от яда. Мертвые тела не суть прах, как у Пастернака, они лишь со временем в прах обращаются.

Havoc, согласно Словам Шекспира, означает in fighting or hunting calling for total slaughter (призыв к повальной резне во время битвы или охоты). Буквально фраза Шекспира значит груда тел словно плачет на плече у всеобщей резни: ср. с устойчивым выражением cry on someone’s shoulder (плакаться кому-либо в плечо). И Лозинский, и Пастернак преобразуют шекспировскую конкретность в наборы общих слов.

18.

PRINCE FORTINBRAS

with sorrow I embrace my fortune:

I have some rights of memory in this kingdom,

Which now to claim my vantage doth invite me.

Фортинбрас

А я, скорбя, свое приемлю счастье;

На это царство мне даны права,

И заявить их мне велит мой жребий.

Фортинбрас

Не в добрый час мне выпадает счастье.

На этот край есть право у меня.

Я предъявлю его.

Фортинбрас

А я с печалью принимаю свою судьбу:

у меня есть права,

о которых помнят в этом королевстве,

и теперь выгодный момент их заявить.

И Лозинский, и Пастернак выбирают для перевода fortune значение не судьба, а счастье, даря автору оксимороны: скорбя, свое приемлю счастье и, соответственно, не в добрый час мне выпадает счастье. При этом явно игнорируя пословицу «на чужом горе счастья не построишь». Для будущего же короля Дании Фортинбраса разумно в данном случае упомянуть не счастье, а судьбу. Фортинбрас, однако, достаточно откровенен, поэтому говорит о выгодном моменте (vantage). И Лозинский, и Пастернак убирают это слово, видимо, посчитав его не подходящим для столь пафосной минуты.