— На несколько человек я ещё организую незаметный портал, но… сколько вас? — Отшельник оглянулся и запечатал выход с лестницы голубой сеткой, выигрывая немного времени. Потрескивающие магические линии цеплялись друг за друга, образуя нечто вроде тюремной решётки. — Бог с вами, ещё считать вас… Не смогу вас отсюда вывести всех. Они отследят.

Осквернённые, похоже, вспомнили, что существует лестница, и параллельно со словами Отшельника застучали конечностями по избитым временем ступеням. Под кем-то камень всё-таки обвалился, и тварь полетела вниз, истошно вопя, но это не сильно замедлило перемещение орды.

— Ты видел плетение? — Выступил вперёд Микторат. По его эмоциональному фону бегали огоньки самоуверенности, а по посоху — отблески божественной магии. — Если есть плетение, я смогу…

— Какое плетение? — Отшельник разве что пальцем у виска не покрутил, услышав вопрос некроманта. Позади него решётка вовсю сдерживала натиск Осквернённых, просовывающих руки, ноги и прочие части тела в небольшие бреши, так что он поспешил подняться всё-таки на чердак. Для спокойствия ещё отправил в толпу несколько заклинаний, сплетя сложные магические конструкты за несколько секунд. Казалось, линии формируются сами, не требуя от мага вмешательства.

Порыв ветра врезался в Осквернённых, принеся с собой непонятно откуда взявшуюся воду. Обрывки одежды, висящие на них, да и сами твари в мгновение ока промокли, а следом за ветром в них устремился электрический разряд впечатляющей силы. Он перескакивал с одного Осквернённого на другого, разбрасывая во все стороны разноцветные магические искры, притягивающиеся к мокрым телам и впивающиеся в плоть. Умирая, твари становились частью второго слоя защиты, обращаемые третьим заклинанием в каменных истуканов.

— Это их территория, — продолжил Отшельник после показательной демонстрации силы. Пусть он не применял каких-либо убойных заклинаний, но скорость, с которой он их плёл, угрожала не хуже разрушительной магии. — Мало того, что их здесь какие-то несчётные количества, так они ещё и подобием коллективного сознания обладают, так что увидь нас хоть одна тварь, об этом очень быстро узнают все. В том числе их генералы…

— Генералы? — Ухватилась Лира за знакомое слово. Она то и дело поглядывала на пробитую падающей балкой дыру, но оттуда подозрительно долго ничего не вылезало.

— В каждом городе они выбирают самую сильную и умную тварь, чтобы посадить её рядом с очередным проклятым артефактом. Перепрошитые Скверной реликвии у них выступают в роли дата-центров коллектива, и весь менеджмент ложится на эту умную тварь. — Увидев на лицах собеседников непонимание, Отшельник деланно вздохнул и пояснил. — Она управляет роем через переделанный Скверной артефакт. И я знаю, что вы хотите предложить её убить, а артефакт сломать, но это у вас не получится: во-первых, она неспроста лидер, во-вторых, на защиту артефакта и генерала сбегутся все Осквернённые в городе, а против такого количества вы, увы, не протянете сколько-нибудь долго.

Снизу послышался угрожающий рёв, и нечто громкое полетело вверх, судя по шуму пробивая все промежуточные этажи. Все отошли подальше от центра и прижались к стенам, и за несколько секунд до того, как тварь протаранила пол чердака, Астерот увидел свечение её эмоционального фона. Ярость. Злоба. Жажда причинять боль.

Местами поросшие блеклым мхом камни разлетелись в стороны, и маги синхронным движением сформировали магические щиты. Бирюзовый, синий, оранжевый и фиолетовый купола прикрыли самих колдунов и тех, кто стоял рядом с ними, отбивая удары крупных булыжников и шрапнель мелких осколков. Аспер прикрыл стоящих рядом Иссушённых, Лира спряталась за Отшельником, Цит — между Кирратом и Микторатом. В воздух поднялась непроглядная туча пыли, скрывшая от их глаз влетевшего Осквернённого, но под воздействием магии Отшельника очень быстро рассеялась, разрешая-таки его рассмотреть.

На чердак залетело нечто. Грубо слепленный из кусков человеческих тел монстр был мертов пять в высоту и невероятно широк в плечах. Толстые крылья из человеческой кожи шумно хлопали за его спиной, еле удерживая титаническую тушу в воздухе, а мускулистые руки, покрытые волдырями и гнойниками, сжимали обломок широкого плоского меча размером с половину тела монстра. Короткие, но такие же мясистые ноги Осквернённый поджал под себя, согнув в монструозных коленях, размером больше человеческой головы.

Под раздутой и местами посиневшей кожей существа перекатывались мышцы, а из стыков плоти, слепленной магией, каждое движение выдавливало немного едкой Скверны. Особенно много её было на лице: мерзость сочилась из десятка глаз уродца, хаотично растыканных по лысому черепу. Нечто шумно дышало, вращая глазами и присматриваясь к каждому, словно выбирая себе первую жертву.

Отшельник и Микторат, вставшие рядом, на секунду развеяли щиты и выстрелили в спину монстру. С костлявых рук сорвалось несколько золотистых булавок, пришпиливших крылья к телу, а Отшельник излюбленным образом вскрыл Осквернённого магическими разрядами. Как только оно начало рычать и на удивление быстро поворачиваться в их сторону, маги вернули щиты на место. Спустя всего секунду по ним заскрежетал каменный меч, крошащийся ещё сильнее в попытках продавить защиту некроманта и Отшельника. Из раскрытого рта монстра капала чёрная слюна, разъедающая щиты.

Астерот, не заметив особого эффекта от их атаки, — монстр всё так же висел в воздухе, пусть и хлопал крыльями чуть реже, — решил действовать по-другому. Не отпуская щита Тёмный начал формировать пальцами второй руки плетение и напитывать его энергией. Матерчатые каналы работали на ура, поглощая Тьму из мрачных углов чердака и преобразовывая её в Материю. Наконец, спустя десяток секунд плетение было закончено, и Аспер применил его, на пару ударов сердца развеивая щит.

Матово-чёрная стрела полетела в затылок монстру, роняя по пути капли драгоценной Материи. Глаза на затылке позволили Осквернённому заметить летящее в него заклинание, и он развернулся, намереваясь встретить его широкой вздувшейся грудью. В этой самоуверенности и была ошибка твари.

За мгновение до встречи с чудом не рвущейся кожей грудной клетки магическая стрела изменила курс, резко начав заходить наверх. Всего секунду назад она должна была соприкоснуться с грудиной крылатого уродца, а теперь уже метила ему в подбородок.

Стоявшие за спиной Микторат и Отшельник, приспустив щиты, повторили прошлую атаку, но на этот раз у них получилось чуть лучше. Заклинания не успели растерять силу за время полёта, потому что маги стояли почти вплотную к Осквернённому, и потому второй слаженный удар магов получился гораздо более разрушительным, чем первый. А там и Астерот довёл свою управляемую стрелу до головы монстра, вспарывая висящий подбородок твари, из которого вниз тут же полились сукровица и кровь.

Вкупе с крыльями, резко оказавшимися бесполезными, ранение в шею вывело Осквернённого из боевого состояния. Ярость сменилась испугом, стоило ему начать падать, и ненавистью, стоило ему осознать этот факт. Время будто замедлилось, и в последние секунды своего нахождения на чердаке он швырнул остатки меча в решётку, сдерживающую толпы Осквернённых на лестнице. В проделанную толстопузом дыру было видно, что хлипенькой лестницы уже и не было, зато было самое настоящее море извивающихся тел, жаждущих исполнить приказ абстрактного генерала и сожрать заявившихся магов.

Отшельник, просчитав траекторию полёта, взорвал защитный купол в надежде хоть немного повлиять на направление меча, но силы взрывной волны не хватило. Тогда с его рук слетело сразу три энергетических разряда, но все они почему-то врезались в стены, выбивая из них мелкие камушки, застучавшие по щиту Астерота.

Тёмный отправил в каменный меч сразу четыре Астральных Удара, но не смог разбить оказавшийся на удивление крепкий камень. А спустя всего пару секунд, тянущихся ужасно медленно, остаток меча врезался в магическую решётку.

В тот момент в мече активировалось заложенное в него плетение, и камень раскрошился окончательно, раскрываясь плотоядной чёрной дырой. В неё засасывало всё: и живых, и окаменевших Осквернённых, и остатки каменной лестницы, и даже немного стеной закусили остатки меча, но самое главное — была сожрана решётка, отделяющая лавину тварей от стоящих ближе всего к дверям Астерота и Киррата. И словно этих тварей было мало, через дыры в обрушившейся крыше начали залетать небольшие подобия стрекоз. Ну, ладно, не подобия. Внебрачные дети стрекоз и человека.

Это действительно были маленькие, в половину обычного роста, люди. Либо карлики с недоразвитыми конечностями, либо просто небрежно переделанные магией взрослые. Из их лопаток пробивалось от четырёх до десяти тонких крыльев, изо всех сил бьющихся в воздухе. Они явно не были рассчитаны на поднятие такого веса и его сколь-либо долгий полёт, так что местный аналог саранчи завершал свой героический полёт красивым пике, разве что не всегда удачным. Кто-то приземлялся на головы других Осквернённых, кто-то влетал в стены и остатки пола, расшибая себе при этом пару драгоценных крыльев, другие сталкивались со своими собратьями и вместе с ними падали куда-то вниз, в океан тел.

Но встречались и удачливые, кому везло приземлиться на щиты магов. Мелкие коготки, которыми оканчивались ручки насекомоподобных человечков, с готовностью начинали препарировать защиту, с удивительной ловкостью перебирая части магического конструкта и дестабилизируя некоторые участки. Большую часть разносило в кровавое месиво взрывом высвободившейся Материи, но примерно один из нескольких десятков всё-таки пробирался внутрь. Правда, там его тоже убивали, но хотя бы тварь подбиралась близко к своей цели.

— Чтоб вас всех к чертям собачьим разорвало! — Шипел себе под нос Отшельник, сдерживая щитом сразу с десяток «стрекоз», облепивших своими извивающимися телами магический купол. Примерно у половины из них позвоночник заканчивался хвостоподобным отростком, который обязательно втыкался в щит. Из-за этого любая попытка взорвать щит, чтобы уничтожить мелких гадов, уходила в зачарованные хвосты, поглощающие взрыв и передающие высвободившуюся магическую энергию в когти тварей, тут же проделывающих новые дыры.

У других дела обстояли не сильно лучше. Микторату пришлось распространить свою зону ответственности и на Киррата тоже, потому что демон столкнулся с настоящей лавиной из тел Осквернённых, ломанувшихся в проход, оставшийся от лестницы. Они падали в дыру в центре, но это их не сильно смущало — там тоже собиралась гора тварей, и казалось, ещё немного и они будут доставать до пола и выйдут к остальным своим собратьям.

Некромант прикрывал Демона от атак летающих монстров и как мог пытался защитить от нападок наземных, а Киррат в образующиеся в щитах бреши выкидывал сгустки огня. Они почти не помогали против Осквернённых, только в тех случаях, когда попадали в головы, показывали свою эффективность. Нападающим было абсолютно фиолетово на состояние их тел после этой бойни: они пёрли напролом, сминая друг друга в безумных попытках добраться до целей.

Астерот ушёл в глухую оборону. Обновлённые Матерчатые каналы работали на износ, постоянно подпитывая щиты. По полу к нему ползли чудом не затоптанные твари, чуть выше них шли ещё обладавшие хотя бы одной ногой, а с потолка пикировали хвостатые стрекозы, перегружающие защитный конструкт. Иссушённые встали по обе стороны от него, положив руки на плечи, и выступали в виде дополнительных накопителей Материи, к тому же позволяющих работать. В четыре рук они поддерживали сразу несколько слоёв защитного купола и плели ответное заклинание, пусть и всего одной парой рук.

С оглушительным звоном разбился щит Миктората. Киррат отпрянул от пролетевших перед лицом когтей, сведённых судорогами пальцев и куда менее красивых вещей, а некромант, покрепче сжав посох, призвал на помощь свои силы. В толпу Осквернённых перед ним ударил столп золотистого света, разбрасывавшего в стороны идеально ровные и красивые искры.

Цит, до этого момента надеявшийся отсидеться, призвал на помощь свою эльфийскую сторону. Почти-что-Хранительские силы, конечно, не шли в сравнение с теми, что давал своему Глашатаю Арт’Энзил, но тоже были неплохи. Пространство перед Кирратом задрожало, не пропуская лезущих к демону Осквернённых, и выгнулось широкой дугой, сбивая нападающих с ног. Не давая им и секунды на отдых, сверху проехался ещё один пространственный каток, сминающий их в подобие лепёшки, которую тут же прожарили сотни пробежавших по телам электрических разрядов. С изогнутых в яростном оскале губ Цита стекал маленький кровавый ручеёк, бравший своё начало где-то в носу. Полопались сосуды в глазах, отчего они стали пугающе красными.

Микторат своим столпом прожигал сразу несколько слоёв тел, оставляя в них сквозные дыры, из которых на остатки пола стекала кровь. Но он не ограничился только воздействием на наземников: в воздухе над их троицей кружили сразу пять полупрозрачных золотых серпов, кромсающих стрекоз на мелкие кусочки — только крылья в стороны разлетались.

Башня содрогнулась в очередной раз, когда Аспер применил сплетённое им заклинание. По его щиту забегали крохотные язычки чёрного пламени. Касаясь тварей Скверны, они обращали их в пепел, картинно отлетающий в сторону и оседающий на головы их же собратьев.

В стыках камней, по неровностям в стенах из-под щита выползали клубы Тьмы. Вырываясь на свободу, они начинали раскачиваться гигантскими смертоносными метрономами, ломая и перемалывая тела Осквернённых. Пространство заполнили миазмы чужой агонии, жадно поглощаемые Материей. Напитываясь страданиями, просто чёрные маховики приобретали красные прожилки, а когда накопленных эмоций становилось достаточно, они останавливались.

Длинное лезвие втягивалось в точку, из которой росло, и с незначительной, но всё же потерей пропитывающих его эмоций проходило трансформацию. Из этой точки буквально вытекала человеческая фигура: стекали ноги в высоких сапогах и расшитых красными узорами штанах, вытекал корпус в таком же разукрашенном кителе, буйным, жаждущим смерти потоком вырывались из плеч нестабильные руки, сияющие рубинами застывших кровавых капель, и, наконец, появлялась голова. Без глаз, без рта и носа — совершенно безликая голова, заполненная лишь желанием убивать.

Мрачные воины вооружались огоньками испепеляющего пламени, бушующего на щите, и не пропускающими свет абсолютно чёрными ладонями ковали из них оружие. Косы, мечи, алебарды, мелкие ножи, кто-то изловчился сделать себе когти… И всё это в результате отправлялось крошить Осквернённых, испепеляя если не с первого, то со второго-третьего попадания.

Тринадцать таких воинов в результате почти полностью опустошили щит, от которого осталось одно название, но расширили доступное Тёмному пространство, дойдя аж до дыры в центре. Астерот сосредоточился на контроле своей небольшой армии, прекрасно исполняющей роль магической мясорубки, частично делегировав эту задачу и Иссушённым. Конечно, у Матерчатых воинов были свои Псевдодуши, но без контроля со стороны мага они могли взбрыкнуть. В качестве основы для них выступали реальные Души, и Аспер даже не знал, чьи именно.

Башня снова вздрогнула, и крыша с треском обвалилась. Большая часть обломков полетела именно в многострадальный центр, погребая под собой не только стрекоз и наземных Осквернённых, но и несколько чёрных воинов Астерота. Твари, оказавшиеся под завалом, начали пробивать себе путь на поверхность, но в образовавшуюся дыру заглянули новые гости.