— Вон оно что… — Вздохнул Астерот, когда забытое воспоминание растаяло, оставив после себя осознание, что даже о самом себе он знает не так много, как хотелось бы. Теперь ему, наконец, стало понятно, почему он так сильно отторгал своё изначальное имя. — Но почему он, и, главное, почему я?

— Почему Астарот? — Улыбнулась Госпожа, приподнимая голову с мягкой спинки дивана: пока Аспер погружался в воспоминания, она отдыхала, может даже слегка задремала, — Во-первых, ему нужен был доступ к моим архивам, а такое, сам понимаешь, просто так не выдаётся. Во-вторых, с его изобретательностью он очень хорошо смог довести тебя чуть ли не до самого конца твоего пути по Витеру, ему помешала лишь какая-то досадная оплошность.

— И что он такого делал? Для чего я скрывался под его именем?

— Ну, для начала, ты не его именем назвался, а немного его изменил. То ли сработал инстинкт самосохранения, и ты не захотел отдавать власть над собой Астароту, что, кстати, очень похвально, то ли тебе просто послышалось, что его зовут по-другому. Так что его возможности были несколько ограничены, но, тем не менее, до поры до времени он скрывал твою Материю, а также помогал тебе развиваться. Во многом то, что ты колдовал, было придумкой Астарота или очень малораспространённым знанием. Более того, твой побег в Витер, — да, с небольшим обманом тебя, но так было необходимо, — тоже смоделировал и провёл он. Без Астарота ты был бы уже давно мёртв. Эти «Короли» тебя бы просто изничтожили, будто мелкую мошку.

— И для чего всё это было? Почему нельзя было просто дать мне помереть?

— Ты серьёзно сейчас? — Спросила Ниакра, резким движением сев. Посланница Тьмы замерла, будто готовая к прыжку хищница, и с плохо скрываемой злобой заговорила, изо всех сил стараясь оставаться спокойной: — Тебя спасли, выходили, выделили тебе настолько сильного мага в наставники, что ты и сам вряд ли можешь себе представить, с тобой возились чуть ли не с открытия в тебе способностей, и всё для того, чтобы ты просто помер?!

— Ниакра! — Одёрнула подчинённую Владычица. С неё спала наигранная расслабленность, она тоже села и, казалось, хотела выдать ответную тираду, но, выдохнув, с ледяным спокойствием в голосе проговорила: — Он имел в виду другое, не так ли, Астерот? Он хотел спросить, в чём его уникальность, за что ему столько даров с нашей стороны. — Она устало повернулась к нему и, вздохнув, продолжила. — За то, что ты остался единственным последователем Тьмы в Тирии, и твоя окончательная смерть будет означать наш проигрыш в этом мире. Это, конечно, не Мукхё, но есть сведения, что из Тирии можно легче, чем из других миров, туда попасть.

— Мукхё? — Зацепился Аспер за знакомое слово.

— Изначальный мир. — Со смесью удивления и почти незаметного раздражения пояснила Госпожа. — По легенде, именно там когда-то жил тот, кто сотворил всё то, что мы сейчас видим вокруг себя. Будь ты помладше, я бы ещё поняла твоего незнания такого плана вещей и даже рассказала бы о Нём, но сейчас, увы, не могу. Вам пора идти.

Ниакра торопливо встала и, подойдя к Владычице, подала ей руку. Та оперлась и с видимым усилием встала, еле заметно пошатнулась, но не упала. Стиснув зубы, она подошла к мужчинам и положила ладони на их головы.

— Я могла бы сразу отправить тебя обратно, но не могу. Воскрешение прошло немного… не так, как я того хотела, и лучше тебе пока побыть здесь. Родная Материя облегчит восстановление после ритуала, а Астарот поживёт с тобой, может, обучит чему. Поговорите с ним по душам, в конце концов — сколько он тебе высказать хочет за все ваши годы? — Весело улыбнулась Госпожа, подходя к двери.

Она приложила к дереву ладонь, и по комнате пронёсся приятный ветерок, принёсший с собой на удивление знакомый запах. Казалось, он услышал даже плеск до ужаса знакомой воды, то, как она стекает по гальке, и на секунду левую ногу пронзила боль от игл непонятного существа, напавшего на него.

— Тебе надо отдохнуть. Мне надо отдохнуть. И если я отсюда надолго уйти не могу, то могу отдать эту задачу тебе: поживи недельку-другую в той деревеньке, где тебя нашла Ниакра. Дариус тебя здесь не найдёт, подумает, что ты всё-таки умер там, у эльфов. Впервые за последние десятилетия можешь позволить себе отдохнуть! — Ещё раз улыбнувшись, она аккуратно взялась за ручку и открыла дверь.

Запахи. Звуки. Виды. Открывшаяся в дверном проёме картина буквально затянула Астерота, не дав ему даже попрощаться. Секунду назад всё было спокойно, ничего не предвещало беды, а тут — комната смазалась, пространство тихо пискнуло, не смея противиться воле Богини, и… Интересно, так как же всё-таки эта деревня называется?

***

Пахло свежим хлебом. Запах сводил с ума и напоминал о том, что последний раз он ел примерно в Городе Светлых, и в животе ощущалась уже подзабытая пустота. Слишком часто это за последнее время повторяется, но… Он хотел есть.

После того, как его затянуло в дверной проём, он оказался на портальной площади, у стационарного портала. Людей стало меньше, чем в его прошлый визит в это место, зато из окон домов выплывали соблазняющие запахи, убеждающие Аспера поесть, слышались весёлые голоса взрослых и радостные крики детей. Спину приятно грело местное светило, но при этом здесь было не жарко, а умиротворяюще тепло, и Астерот, разомлев, позволил себе прикрыть глаза и погрузиться в свои мысли и ощущения.

Каким бы сильным магом он ни был, последний из Кигалов всё же был живым. Где-то внутри он всё-таки оставался простым человеком, которому и в родном мире, и уж тем более в Витере не хватало вот такого деревенского спокойствия. Права была Госпожа: ему жизненно необходим отдых, иначе в решающий момент он рискует… Рискует сделать что? Проиграть? Так с ним всё ещё Астарот, он если что что-нибудь придумает. Вряд ли Дариус окажется настолько дальновидным, что предусмотрит все варианты того, что может выкинуть демон-хранитель знаний.

Кстати о демонах. Может ли быть такое, что Астарот и Киррат знакомы? Но, вдруг подумал Аспер, интереснее тот факт, что Астарот служит одновременно двум покровителям, занимая при этом отнюдь не самое низкое положение в обеих системах. «Надо у него спросить,» — подвёл мысленно итог Тёмный, ещё раз вдыхая аромат свежеиспечённого хлеба. Почему-то именно посреди этой деревни, которую он видел второй раз за все свои сто лет, он наконец-то почувствовал себя дома…

— О! Эй, Астерот! — Услышав позади себя громкий весёлый голос, Аспер на одних инстинктах прыгнул вперёд микропорталом и, развернувшись, начал формировать волну Материи, но вовремя остановился. Во-первых, после воскрешения Матерчатые каналы в его теле почему-то отказывались нормально функционировать, отозвавшись на колдовство резкой болью в теле. Во-вторых, он увидел перед собой не враждебно настроенного мага или хотя бы бойца, а приземистую миловидную бабульку лет шестидесяти пяти, что смотрела на него, окрашивая всё вокруг серыми оттенками страха. На голове покачивался с любовью завязанный платочек, а почти всё остальное тело скрывал под собой явно слишком большой для неё фартук, с такой же аккуратностью на ней завязанный.

— Извините. — Коротко бросил Астерот, возвращая себе ту Материю, что он уже успел вывести. — Не мирный я.

— Знаем-знаем, — нервно рассмеялась она, не прекращая источать робкий страх, — нам говорили о Вас, просто я… я… немного не подумала, что могу напугать…

— Ты и не напугала, — Аспер махнул рукой и подошёл к собеседнице поближе: разговаривать через половину портальной площади явно не входит в список самых удобных вещей. — Так, заставила, кхм, насторожиться. А я забыл, где нахожусь…

— В таком случае просто обязана сказать, что в нашем тихом уголочке не надо ожидать удара в спину! — Бабка, отойдя от несостоявшегося «покушения», немного оттаяла, даже головой покачала, показывая, что гость совершенно точно в безопасности. — Здесь магов-то Вашенского рангу нет, да и смысл? Ради Вас из города приходили, предупреждали — так там такой молодой человек, знаете! Вроде и посмотришь — ничего, слащавенький такой, на него девочка одна из нашей шпаны так похожа, так похожа! — а Душой чувствуешь, что гнилой он человек, ждать от него ничего хорошего нельзя… Ой, да что я разговорилась-то, а Вы не остановите! — Она приложила к лицу ладонь и сокрушённо покачала головой, впрочем, тут же снова подняв на Астерота взгляд: — Да Вы девку то эту, Касп…

— Вы вроде зачем-то приходили, нет?

— А, точно! — Женщина умолкла на секунду, а потом снова заговорила. — Я так рада, так рада, что Вас всё-таки сюда направили! Пройдёмте, я вас до дома старосты нашего, Дилран Катарыча, быстренько провожу… — Она так быстро развернулась, что Астерот успел лишь удивиться неожиданной прыти служанки, как та уже потопала в одной ей известном направлении. Замолчала ли она при этом? Нет. — Я вот Вам пока по секрету кой-что расскажу, а Вы слушайте внимательно, старая бабка плохого не скажет! Вот… К Дилранчику-то когда придёте, на жену его лишний раз не смотрите!..

— Ревнует?

— Да куда там! — Вопрос Астерота его провожатую, казалось, необычайно развеселил, но уже спустя пару мгновений она мрачным тоном поправила. — Каблук он, так-то! Она у него — стерва стервой, а он её на руках только не носит! И разговаривать, если чего от него хотите, тоже лучше без Тильки, он при ней сразу прижимистый такой становится, такой скряга, аж оторопь берёт! А ещё, поговаривают, что она ведьма… Ой, почти пришли!

«Ещё бы,» — подумал Астерот, переводя дух, пока «старая бабка» чуть замедлилась. На удивление, для своего возраста она ходила с такой скоростью, что Астерот и в молодости выдавал всего пару раз, когда от своих Светлых «друзей» убегал. Служанка же после своей почти что пробежки по деревне не получила и одышки, а у Аспера начало болеть колено. Не готовила его жизнь к гонкам с пожилыми женщинами…

— Ну, я сейчас быстренько закончу, и можете проходить в дом. Так вот, говорят, ведьма она, Тилесса, и мужа приворожила, и хозяйство у них всё на чёрной магии держится. Я ещё слышала, — маленькие глаза на пухлом лице сверкнули огоньком какой-то страшной мистической тайны, — что она ребёночка своего в жертву Дьяволу принесла за свои силы! — Она даже рот до конца не закрыла, видимо, настолько её поразила эта новость и воспоминание о ней, и забегала взглядом по лицу Астерота. Не увидев там отражения своего праведного негодования, бабка в сердцах плюнула на землю. — Не верите? И не верьте, сами потом страдать будете!

Астерот отвёл взгляд от обиженной служанки, мельком глянул на улицу, куда его привела бабулька. В принципе, они не так уж и далеко ушли — вон она, портальная площадь, но благодаря скорости бабки почему-то казалось, что они через полдеревни пробежали за эти пару минут. Дома вокруг стояли каменные, с где деревянными, где металлическими заборами и обязательными придомовыми участками. Сами дома скорее напоминали особняки, только несколько упрощённые в угоду простоте использования.

Он снова посмотрел перед собой, но провожатой уже не было. Ни следа от плевка, ни его источника он не увидел, зато вместо них теперь стояла, прислонившись к вычурной калитке из тёмного железа, женщина средних лет. Прядь абсолютно чёрных волос скрывала правую половину её лица, на плечи был накинут платок, скрывающий ключицы и нижнюю часть шеи. Под длинным, касающимся травы под ногами сарафаном угадывались очертания красивого стройного тела.

— У вас тут принято, что ли, внезапно появляться и исчезать? — Спросил Астерот, с усилием заставляя себя прекратить разглядывать женщину. Их взгляды встретились, и женщина кротко улыбнулась.

— Астерот, полагаю. — Аккуратная ручка скользнула к замочной скважине на калитке, послышался тихий щелчок, и проход открылся. За ним была ровненькая дорожка из больших и мелких камней, проходящая мимо деревьев с неизвестными Астероту плодами и заканчивающаяся у мрачно красивого крыльца. По углам стояли статуи каменных горгулий, с крыши свисали прямо над ними небольшие жаровни из тёмного железа. — Прошу, проходите, в доме и поговорим!

На придомовой террасе он почему-то почувствовал себя, будто в тюрьме, но наваждение быстро спало. Он медленно прошёлся в тени деревьев, спрятавшись от уже весьма ощутимо припекающего светила, остановился у крыльца, разглядывая трёхэтажный деревянный дом с вырезанными на стенах защитными письменами. В этом месте чувствовалось некое родство с городом, в котором Аспер недавно побывал: в каждом уголке этого места словно была Материя Тьмы. Нет, остальная деревня тоже так ощущалась, но именно в этом месте, казалось, было средоточие Материи.

— Проходите в дом! — Женщина, наверное, хотела сказать это мягко, но в голосе против её воли зазвенели металлические нотки, отчего фраза стала больше напоминать приказ, чем просьбу. Астерот, не желая на пустом месте ссориться с, очевидно, женой старосты, поднялся по узким ступеням и подошёл к двери. Его новая провожатая поднялась вслед за ним, зачем-то погладив по сложенным крыльям одну из статуй, и открыла дверь.

Внутри дом был совершенно обычным. На стенах висели магические факела, горящие бледно-фиолетовым огнём, а на широком столе в просторной столовой дымилось мясное рагу, стояла разнообразные нарезки. Напротив каждого из трёх стульев стояли стаканы с вином.

— Астерот! — Пробасил сидящий за столом широкоплечий мужчина, разведя руки в стороны. — Проходите, садитесь! Нас предупреждали, что Вы скоро прибудете, а Вы вот, к обеду успели!

Аспер послушно подошёл к столу, отодвинул массивный деревянный стул с подлокотниками, больше напоминающий резное кресло, и сел. В этом доме деревенская простота удивительно тесно переплеталась с вычурностью, присущей в основном городской знати. Стаканы были украшены вырезанными на стекле горгульями, зло смотрящими на держащего стакан.

— Вы уже бывали у нас, не так ли? — Неторопливо начал староста. В его большой ладони стакан с вином казался мелкой рюмкой, которую он мог осушить одним глотком. — Отчего решили вернуться? Город так быстро надоел? — Широкая улыбка тут же сделала итак немаленькое лицо ещё больше.

— Около того, — кивнул Астерот, не желая признавать, что его сюда просто-напросто сослали. — Разрешите поинтересоваться, где вы готовы меня поселить? Не на улице же жить, правильно?

— А Вы сразу к сути, да? Настоящий мужской подход, к чему эти расшаркивания! — Староста с такой силой поставил уже пустой стакан на стол, что посуда задрожала. — Жить не на улице будете, а в доме — крепком, добротном, только немного старом. Но это ничего, его к Вашему приходу готовили, там чуть-чуть осталось!

— Диль, ну ты дай гостю поесть, что ж всё разговаривать-то, — робко вмешалась жена, бросив колючий взгляд на мужа. Тот сразу заметно стушевался, а она, воспользовавшись этим, пододвинула к гостю рагу. — Вы накладывайте, накладывайте! Ешьте на здоровье, с нас не убудет, а Вам хорошо!

За столом повисла тишина, нарушаемая лишь звоном посуды, стуком стаканов и бульканьем вина. С каждой секундой Астерот чувствовал себя всё свободнее, всё больше наслаждаясь такой до ужаса простой жизнью, искренними улыбками сидящих рядом людей и полным спокойствием внутри. И что, что это всего на пару недель? Зато хоть есть возможность вкусить настоящей жизни!

Идиллия нарушилась, не продержавшись и десяти минут. Снаружи донёсся настойчивый стук в калитку, и Тилесса встала, поправила сарафан и направилась к выходу.

— Сказала же: «Ни шагу к дому, пока с нами гость»… — злобно прошептала она, закрывая дверь. Астерот, извинившись перед хозяином дома, пошёл вслед за женщиной, почувствовав, что может упустить что-то важное.