- Роксана, прости, я не думала, что так получится… прости…
Трис судорожно вздохнула и бросила за мою спину тоскливый взгляд. Там, через открытые двери медпункта, виднелась разъярённая мама, которая всё ещё стояла, уперев руки в бока, и грозно смотрела на нас двоих.
- Почему ты всё время извиняешься? - раздраженно бросила я. - Разве в чём-то виновата…
- Я должна была сообщить тебе про чемпионат, но растерялась. Забыла кольцо… а потом струсила, не рассказала маме про обмен… боялась подвести тебя и…
Беатрис всхлипнула и вытерла тыльной стороной ладони скатившуюся по щеке слезу.
- Эй, ты чего девочку допекаешь? - послышался грозный окрик мамы.
- Мам, не лезь, ладно? Нам надо поговорить с Трис…
- Я вижу, она плачет!
- Она и до этого ревела…
- Это ты виновата!
- Ага! Я. Да! - вскрикнула я нервно. - Вот такая я у тебя непутевая, всегда лезу в неприятности.
- Я этого не говорила!
- Ну конечно…
- Мамочка… то есть миссис Игнис, Роксана, пожалуйста, не ссорьтесь из-за меня, - прошептала Беатрис.
- А мы и не ссоримся, деточка, - фыркнула мама. - Роксана всегда так себя ведёт. Когда она слушала мои советы? Ха! Всегда всё делает по-своему. «Не лезь, мама, я сама всё знаю!» И что же ты, вот, знаешь, дорогая?
- Ничего, разберусь, - буркнула я себе под нос.
- И как это, позволь узнать?
- Найду ректора, выложу ему все как на духу. Уж он то точно знает, как нас поменять обратно с Трис.
- Да?
- Ага!
- Тогда поторопитесь, горемыки мои, иначе боюсь турнир закончится, прежде чем вы доберетесь до Ашбертона.
- Так это ты нас и задерживаешь, - буркнула я.- Кстати мам, тут Джонас, он тебя ищет.
- Меня? Зачем? Что ты опять…
- Натворила? В этот раз, не поверишь, но я ни при чём.
- Ну да, - хмыкнула мама.
- Найди его, он тебе всё объяснит, а мы пока найдём ректора, надеюсь, ещё не слишком поздно.
Мы с Беатрис проскользнули в раздевалку, а оттуда через длинный подземный коридор вышли на трибуны арены.
- Ой, как здесь громко, -воскликнула Трис.
Угу. Шутка ли, тысячи голосов болельщиков, сливающихся в один оглушительный рёв.
- Ты первый раз на стадионе что-ли?- удивилась я.
- Да, я как-то никогда…не особо люблю толпы людей, - крикнула она в ответ.
Над стадионом то и дело вспыхивали и рассыпались праздничные фейерверки, а воздух дрожал от магических фанфар. Беатрис выглядела растерянной, а я же, наоборот, почувствовала себя в своей тарелке. Нервы щекотали искорки азарта, а в груди разливался чистый восторг.
- Рокси, ты уверена, что хочешь этого? - пропыхтела Трис, едва поспевая за мной, мужественно пробираясь сквозь ряды.
- О чём ты? - крикнула я, не сбавляя скорости. - Я должна сейчас быть с командой!
- Но тебя же…тебя…
- Знаю. Отчислят.
Над стадионом разнёсся усиленный магией голос распорядителя, он оглушительно гремел:
- Дамы и господа! Добро пожаловать на финал межакадемического турнира по метанию файерволов! Сегодня на этом легендарном поле сойдутся две сильнейшие команды королевства!
Что тут началось! Трибуны буквально взорвались, послышались оглушительные аплодисменты, свист, топот ног и всё это сливалось в одну пульсирующую, живую волну энергии. Над головами болельщиков взмыли сотни разноцветных шарфов, белые с золотом королевской академии, а синие с серебром нашей.
- А теперь позвольте представить почётных гостей и судейскую коллегию! Сегодня честь оценивать мастерство наших молодых магов выпала светлейшим умам королевства!
Объявили какую-то важную шишку из Министерства магии лорда Эверарда Сомерсет, на что трибуны вежливо похлопали, потом представили профессора Арктура Блэквуда, тут конечно аплодисменты стали чуть громче.
- И наконец третий судья, лучший выпускник Королевской Академии прошлого года, многократный чемпион турнира, герцог Дэриан Вальтур!
Я замерла на месте, сердце пропустило удар. Вот так неожиданная встреча! На центральной трибуне, в роскошной ложе для почётных гостей, поднялся Дэриан. На нем было строгое чёрное пальто, простое и элегантное, которое невероятно ему шло. Выглядел Вальтур сегодня, конечно, шикарно, прочем, как и до этого…
- Рокси! - Трис дёрнула меня за рукав. - Мы идём?
Я моргнула, стряхивая с себя внезапное наваждение.
Так Рокси, соберись тряпка! Отставить романтику!
- Да… идём, - пробормотала я, чувствуя, как щёки предательски горят. - Просто… ладно, ничего.
Мы двинулись дальше по трибунам, а внизу уже начинался первый раунд. На поле вышли команды: наши - в ослепительно-белой форме, столичные - в тёмно-синей, как ночное небо. Ксандер был с повязкой капитана, вот только выглядел не очень-то счастливым, скорее озадаченным и сосредоточенным. Странно, ведь этот мажор всегда мечтал оказаться на моем месте. Кстати Ральф, Лис и остальные тоже достаточно кислые. Эх, моей команде сейчас явно не хватало победного духа, которого, впрочем, с лихвой было у банды, то есть простите, команды столичных. На противоположной стороне арены стоял самодовольный Эдрик Вэнс и разминал запястья.
- Внимание! - прогремел голос распорядителя. - Первая мишень - дальность! Каждый делает по одному броску. Команда с наибольшей суммой баллов проходит во второй раунд!
Файерволы взмыли в небо один за другим.
Столичные метали первыми - чётко, выверенно, как по учебнику. Их снаряды врезались в мишени с яркими, почти белыми вспышками показывая максимальную мощность. Эдрик будто издевался, вольготно подошел к разметке и сделал бросок даже не напрягся: его файервол вылетел лениво, почти небрежно, но ударил точно в центр, высветив максимальные баллы. Трибуны взревели так, что у меня заложило уши.
Наши отвечали, как могли. Ральф выдал сокрушительный удар - мишень аж содрогнулась, вспыхнув багровым, Лис тоже попала идеально, а вот Ксандер в последний момент дрогнул, перенёс вес не туда, и его файервол ушёл чуть левее, задев только край.
- Нужно поторопиться, - пропыхтела я, прибавляя скорости.
Мы рванули к центральной трибуне для почётных гостей, но попасть внутрь не удалось, два здоровенных охранника мгновенно преградили путь.
- Сюда нельзя, - рявкнул один.
- Но нам очень нужно к ректору Ашбертону! - пискнула Трис. - Это вопрос жизни и смерти!
- Никто не пройдёт, - отрезал второй.
- Нам нужно-о, - рявкнула я, сквозь стиснутые зубы, пытаясь бочком пролезть мимо двух бугаев, но тут же была оттеснена могучим плечом в сторону.
Почётные гости, привлечённые шумом, начали оборачиваться с любопытством. Кто-то осуждающе покачивал головой, кто-то шептался с соседями, не скрывая раздражения. А Дэриан… Дэриан отвлёкся от турнира и смотрел на нас с Трис.
- Привет, - прошептала я, едва заметно махнув ему рукой.
- Беатрис, с тобой все в порядке? - Дэриан привстал с кресла, но тут же одумался и вновь опустился обратно, как-никак, почётному судье негоже отвлекаться посреди финального турнира на всяких там девчонок.
- Все хорошо, - шепнула я ему в ответ.
Старалась говорить как можно тихо, но взгляды большинства присутствующих все равно были обращены к нам.
- Рокси, а кто это?- пропищала мне прямо в ухо Трис.
- Т-с-с,- я отдернула ее, призывая молчать.
Поздно. Наш короткий диалог не ускользнул от внимания герцога Вальтура, его брови вопросительно приподнялись, веки сощурились, он буквально впился в меня взглядом.
В этот момент объявили результаты первого раунда, и у меня внутри всё похолодело. Мы проигрывали, с маленьким, но очень обидным отрывом.
- Юные леди ошиблись ложей? - раздался надменный голос.
Рядом с Дэрианом сидел мужчина средних лет с холёным лицом, в безупречно скроенном пальто с золотым шитьем, накинутом поверх дорогого сюртука из тёмного бархата. Эверард Сомерсет - кажется, так его представил распорядитель турнира. Один из главных спонсоров, крупный чиновник из Министерства магии. До этого я видела его аристократическую физиономию только в газетах, и вот сейчас имею честь лицезреть министра так сказать в живую.
Лорд Сомерсет смотрел на нас оценивающим взглядом, презрительно сощурив веки, словно мы с Трис были насекомые, случайно заползших на белоснежную скатерть.
- Ашбертон, - проговорил министр, не скрывая раздражения, - у вас, вероятно, хромает дисциплина в академии, раз ваши студентки так бесцеремонно вваливаются куда не следует и отвлекают мужчин от дела. Турнир, между прочим, финальный, а эти девицы устраивают балаган.
Беатрис ахнула и вжала голову в плечи, я же, наоборот, выпрямилась, задрала подбородок и дерзко посмотрела на Сомерсета.
- Простите, что помешали вашему важному созерцанию, - сказала я. - Мы просто искали нашего ректора, по очень срочному делу.
Эверард Сомерсет чуть приподнял брови и едва заметно скривил рот, но почему-то промолчал, хотя вполне мог потребовать тут же вышвырнуть нас вон.
- Прошу простить господа, но мои студентки хорошо воспитаны и никогда бы не отвлекли меня без серьёзных на то причин, - Теодор Ашбертон встал со своего места и направился к нам. - Если им что-то понадобилось, значит, это действительно важно.
- Если что-то случилось, я могу помочь, - внезапно заявил Дэриан.
- Вы, молодой человек, почётный судья, - отрезал Сомерсет, даже не повернув головы. - Так что…
- Сейчас перерыв, - холодно перебил его Дэриан. - И я сам решаю, как распоряжаться своим временем.
- Не нужно, ваша светлость, - поспешно заявил Ашбертон, бросая на меня выразительный взгляд, который явно означал: «Игнис, ты меня в могилу загонишь». - Я сам всё улажу.
Ректор буквально вытолкал нас за штору и вышел следом и вскоре мы очутились в узком проходе за трибуной.
- Магистр! - пыхтела я, едва поспевая за его широкими шагами. - Нам нужно поговорить. Только с глазу на глаз. Это очень-очень важно.
Ашбертон поморщился, но промолчал, увлекая нас всё дальше, наконец мы свернули в маленькую укромную тесную каморку с низким потолком, подозрительно похожую на склад поломанных сидений со стадиона.
- Выкладывайте, - коротко бросил ректор, скрещивая руки на груди.
Мы с Беатрис торопливо принялись рассказывать всё что с нами приключилось за эти дни. Как мы обменялись телами и как условились ждать Новогодья, когда сила заклятия рассеется, и ведь ждали бы…если бы не Чемпионат. Но кто ж знал, что все так обернется…
- Я понимаю, что меня отчислят, - закончила я, глядя ему прямо в глаза. - Но я отвечаю за свою команду.
- Роксана не виновата, - добавила Трис.- Это все моя вина, я принесла тетрадь и прочитала часть заклинания, накажите только меня, пожалуйста…
- Ты чего,- прошипела я, толкая ее локтем в бок.- Молчи дурочка.
- Нет уж,- отозвалась Трис.- Пусть лучше меня отчислят, каокй из меня маг…так…пустышка бесполезная…
- Трис, я…
- Молчать!- рявкнул ректор, а потом тяжело вздохнул.
- Что вы со мной делаете, мисс Игнис! - пробормотал магистр, качая головой. - Честное слово, за все годы моего ректорства вы - самая упёртая, несносная и дерзкая студентка в моей академии. Когда мой лекарь в следующий раз будет охать, от чего это у меня вновь открылась язва- я без зазрения совести назову вас как главную причину!
- Так вы поможете нам? - я виновато посмотрела на него.
Ректор Ашбертон ещё раз вздохнул, полез за пазуху и достал кулон на массивной серебряной цепи. Внутри кулона, в крошечной оправе, мерцал кристалл - прозрачный, как слеза, но с глубокими разноцветными переливами внутри, будто в нём застыл кусочек радуги. Даже в полумраке каморки артефакт искрился, отбрасывая на стены причудливые блики.
- Держитесь за руки, девушки, - попросил он, поднося кулон к нашим сплетённым пальцам. - Я попробую снять заклятие, но предупреждаю, может быть болезненно.
Мы с Трис крепче сжали ладони, её рука была ледяной и дрожала, моя же пылала огнем.
- Мы готовы!
Кристалл в тот же миг вспыхнул и мир на секунду перевернулся, я ощутила резкий рывок, все вокруг поплыло и завертелось в бешеном водовороте, пришлось закрыть глаза, иначе меня бы точно стошнило, а когда я осмелилась их вновь распахнуть, то поняла, что…
- О, боги, поверить не могу…- я принялась торопливо ощупывала свое тело, радуясь, как дитя, что вновь стала сама собой.
- Рокси, я кажется…ой…
Я перевела взгляд на Беатрис, и испугалась, с ней явно творилось что-то странное. На бледной коже проступили древние сияющие золотом руны - сложные, переплетающиеся, как живые корни тысячелетнего древа. Магические знаки вспыхивали, пульсировали и с каждой секундой становились ярче.
Трис ахнула, выставила вперед ладони и смотрела на них одновременно с ужасом и восхищением. Плетения заискрились, заплясали, поднимаясь от кончиков пальцев вверх по рукам, по плечам, по шее, по щекам - золотые узоры, полные древней, первозданной силы.
- Что… это?! - выдохнула я, не в силах отвести глаз.
- Печать, - ошарашенно прошептал ректор. - На Беатрис лежала печать, кто-то запечатал её …магию.
- К-какую магию магию?- прошептала Трис, заикаясь.
- Она же пусты…то есть…ничего не понимаю,- пролепетала я.
- О, боги! Я даже не подозревал…Это что-то невероятное! – восторгался Ашбертон.- Очень искусные запутанные плетения. Очень сильное, древнее заклятие… Если бы на нём уже не пошли трещины… я просто чуть подтолкнул, и оно рассыпалось само. Видимо, у заклятия был определённый срок.
Руны вспыхнули в последний раз - так ярко, что мне пришлось прищуриться. Трис вся засияла, как маленькое живое солнце, и в этот момент я увидела, как она меняется. Бледные щёки порозовели, спина выпрямилась, а в глазах зажёгся настоящий огонь - не тихий огонёк свечи, а пламя, которое может согреть целый мир.
Золотой свет медленно угасал, руны таяли на коже, словно утренний иней под первыми лучами солнца. Тихоня Торнфилд стояла, тяжело дыша, с лёгкой дымкой пара над плечами, и смотрела на свои руки так, будто видела их впервые в жизни.
- Магия? - прошептала Трис, глядя на свои светящиеся пальцы так, будто видела их впервые. - У меня… есть магия?
- Сам не верю, - ошарашенно кивнул ректор. - Я чувствую искру. И, знаете… достаточно сильную. Конечно, нужно всё проверить, но… нет… я до сих пор не могу понять…
Трис подняла ладонь и осторожно, почти благоговейно, провела пальцами по воздуху. Между ними тут же вспыхнула крошечная искра - яркая, золотисто-алая, живая. Она танцевала на кончиках её пальцев, послушная, тёплая, как ласковый котёнок, который наконец-то нашёл своего хозяина.
- Я чувствую… - воскликнула Беатрис, звенящих от счастья голосом. - Такое странное ощущение... как будто я всю жизнь была заперта в тёмной комнате… а теперь кто-то распахнул окна и впустил солнце.
- Так… ребята, простите, то есть Трис и господин магистр, я думаю самое время рассказать вам еще кое-что.
Я отошла от первого шока и принялась торопливо рассказывать про послание лорда Торнфилда, которое невольно активировала, когда листала тетрадь. Слова сыпались одно за другим, торопливые, сбивчивые, но я старалась не упустить ни одной важной детали.
Выслушав всё это, ректор сжал ладонями виски, будто пытался удержать голову от взрыва.
- Поверить не могу… он всё-таки сделал это… Если бы не увидел своими глазами - ни за что бы не поверил, - магистр поднял на Трис тяжёлый, полный горечи взгляд. - Я знал твоего отца, Беатрис. Мы дружили в юности, да ты это и так знаешь. Он был гениальным магом, новатором, его идеи опережали время, но после смерти твоей матери… твой папа словно сошёл с ума. Заперся в лаборатории, перестал выходить в свет, а потом погиб.
- Мне сказали… это был несчастный случай, очередной неудачный эксперимент, - было видно как тяжело даются Трис эти слова.
- Да, так и было, а ведь я виделся с ним накануне гибели. Если бы он только доверился мне… но его разум помутился, он никому не верил. Даже мне.
- И что же это получается, - я нахмурилась. - Это папа Трис, запечатал ее магию? Но почему?
- Потому что моя магия, она…не…
Беатрис не смогла договорить, но я и так поняла ее без слов. Единственный разумный ответ был в том, что эксперимент с эфиром, про который он говорил в послании закончился успехом. Он вывел формулу и спрятал ее. Спрятал в своей собственной дочери.
- Он подарил мне магию...
Подарил, да. А если бы все закончилось плачевно?
Безрассудно и жестоко.
- Он спрятал формулу там, где никто не догадается искать, - тихо продолжил ректор, и в его голосе слышалось нечто похожее на благоговение перед гением старого друга. - В своей дочери. Запечатал её магию вместе с формулой внутри. Чтобы никто не заподозрил. Но печать со временем слабела. И сегодня… сегодня она рухнула окончательно.
Трис покачнулась. Я поддержала её за плечи, она уткнулась носом мне в плечо и прижалась, едва сдерживая рыдания.
- Вы шутите? - выдохнула я побелевшими губами. - Это же… это же безумие какое-то.
- Нет, я на полном серьёзе, дитя моё. Вы же сами видели, мисс Игнис…
- Ого… я… в общем, я, кажется, теперь поняла, зачем Каспар Торн собирался жениться на Трис.
- Это кто еще? -нахмурился ректор.
- Ой. Кажется мне нужно еще кое-что рассказать…
- Мисс Игнис, может уже хватит сюрпризов? Я уже не юн, и сердечко, знаете ли, начинает шалить…
- Последний раз, честное слово, - заверила его я.-Но это реально важно. Кстати, Трис, я расторгла помолвку за тебя. Знала, что сама не осмелишься.
- Рокси…
- Мисс Игнис, - перебил ректор, голос ректора стал жёстким и требовательным. - Можете мне объяснить, что вы имеете в виду?
Я рассказала про жениха Трис, который принадлежал к одному из самый мерзких тайных орденов в нашей стране. Ашбертон молча выслушал и нахмурился.
- Не беспокойтесь, я позабочусь о вашей подруге, с её головы даже волос не упадёт,- ректор посмотрел мне в глаза и неожиданно подмигнул. - А сейчас… команде нужен её капитан.
- Поняла, - кивнула я.- Ну тогда я, пожалуй, пойду…
- Поторопись Рокси,- тихо проговорила Трис.
- Ты как, нормально? - шепнула я ей, все еще не решаясь уйти, а вдруг ей больной или страшно. Хотя наверняка страшно. - Справишься?
- Да иди ты уже! Время идет, - хрипло хмыкнула она.
Повинуясь порыву, я обняла ее, крепко сжала за худеньки плечи и улыбнулась. В груди уже разгорался знакомый огонь, где-то там, за стенами этой тесной каморки, меня ждала моя команда, а пока я здесь стояла, истекали последние секунды перерыва. Решительно рванула к выходу, чувствуя, как сердце бьётся в унисон с каждым шагом.
- Рокси! - окликнула меня Трис. - Удачи! И выиграй этот турнир!
Я обернулась на бегу, отсалютовала ей и выскочила вон.
Легко сказать - выиграй. Пока мы уверенно проиграли первый раунд, и счёт был не в нашу пользу. Но я - Рокси Игнис - не привыкла сдаваться. Даже когда всё против меня. Даже когда мир рушится на куски.
Я подбежала к раздевалке, толкнула дверь так, что она едва не слетела с петель, и замерла на пороге.
Картина была та ещё.
Команда сидела понурая, словно нашкодившие котята. Ксандер уставился в пол, сжимая повязку капитана в руках, Ральф, сидел на скамейке, понурив голову, и мрачно разглядывал свои кулаки, а Лис съёжилась в углу, обхватив колени руками. Остальные - кто стоял, опершись о шкафчики, кто сидел, уронив голову на руки.
- Вы чего скисли? - рявкнула я с порога.
Все головы разом повернулись в мою сторону. Глаза округлились, рты приоткрылись. На мгновение в раздевалке повисла гробовая тишина.
- Рокси?! - выдохнула Лис первой.
- Ты… - Ксандер поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то невероятное - смесь облегчения, удивления и… радости? - Ты как здесь? Ты же…
- Выздоровела, - отрезала я, скидывая с плеч плащ и направляясь к шкафчику. - Я как огурчик. Хрустящая и полная энергии.
В раздевалку, тяжело дыша, вбежал тренер Смок. Увидев меня, он замер на месте, выпучил глаза, и его лицо сначала побледнело, потом побагровело, а потом он схватился за сердце и рухнул на ближайшую скамейку.
- Игнис… - прохрипел он, хватая ртом воздух. - Игнис, это правда ты?
- Я, тренер, - я обернулась к нему. - Живая, здоровая и готова порвать столичных в клочья.
Ксандер медленно поднялся со скамейки. В его руке всё ещё была повязка капитана - белая, с вышитым золотом гербом нашей академии. Он посмотрел на неё, потом на меня.
- Роксана, - сказал он тихо, и в его голосе впервые не было колючей насмешки. - Я… - он протянул мне повязку. - Это твоё. Всегда было твоим.
Я взяла повязку, чувствуя, как знакомая ткань касается пальцев. Надела на рукав - выше локтя, как всегда. Потянула за край, проверяя, не сползёт ли.
- Ладно, орлы, - сказала я, поворачиваясь к команде. - Хватит киснуть. Мы проиграли первый раунд, но это ещё не конец.
- Мы отстаём на двенадцать очков, - мрачно заметил один из парней. - Столько не отыграть.
- Двенадцать? - я усмехнулась. - Мелочи.
Я обвела взглядом команду - каждого.
- Слушайте меня, - сказала я, и голос мой зазвучал так, как звучал всегда перед решающим броском - твёрдо, уверенно, с той ноткой безумной отваги, которая заставляла команду верить. - Мы не первый год вместе. Мы пахали на тренировках, когда эти холеные столичные мажорчики спали. Мы вкалывали, когда они развлекались. Мы дошли до финала, хотя нас никто не воспринимал всерьёз. А теперь, когда мы здесь, мы будем ныть? Нет. Мы выйдем на это поле и покажем им, что такое настоящая команда. Что такое характер. Мы выиграем!
Последние слова я почти выкрикнула, и воздух в раздевалке, казалось, нагрелся на несколько градусов. Мои пальцы заискрились - случайно или нет, но по залу пробежали алые отблески.
- Мы справимся, - продолжила я уже тише, но не теряя напора. - Мы сильные. Мы - одна семья. И мы победим. Не ради кубка. Не ради славы. Ради того, чтобы доказать себе и всем вокруг, что мы лучшие. Что нас нельзя сломать. Что мы - команда!
- Команда! - подхватил Ральф, ударив кулаком по шкафчику.
- Команда! - крикнула Лис, вскакивая на ноги.
- Команда! - заорали остальные, и этот крик, казалось, разнёсся по всей раздевалке, по всему стадиону, по всему миру.
- Выходим! - скомандовал Смок, захлёбываясь от восторга. - Покажем этим столичным, где раки зимуют!
Мы выбежали на поле под оглушительный рёв трибун.
Второй раунд начался.
Столичные встретили нас самодовольными ухмылками. Эдрик Вэнс даже не скрывал своего превосходства. Капитан стоял, засунув руки в карманы, и лениво переговаривался с товарищами, бросая в нашу сторону насмешливые взгляды.
- Смотрите, провинциалы очухались, - усмехнулся Вэнс, заметив меня. - Капитанша явилась. Долго болела, Игнис? Мы уж думали, ты струсила.
- Я? - я улыбнулась самой сладкой улыбкой, на которую была способна. - Струсить? Никогда. А вам, лорд Вэнс, советую не расслабляться, а то как бы не пришлось плакать после турнира.
Эдрик хмыкнул и отвернулся.
- Мишени - точность! - прогремел распорядитель. - Каждый участник делает три броска. Побеждает команда с наибольшим количеством попаданий в центр!
Я встала на свою отметку. Рядом - Ксандер. Остальные - за нашими спинами. Сердце колотилось ровно и сильно. Пальцы горели.
Первый бросок делали соперники.
Эдрик метнул файервол - идеальная траектория, точное попадание. Трибуны взревели
- Не дрейфь, - шепнул Ксандер. - Мы их сделаем.
Я кивнула.
Первый бросок нашей команды - Ральф. Мощно, сокрушительно, но чуть левее. Девять из десяти.
Столичные - снова максимальные баллы. Разрыв рос.
Я стиснула зубы.
Файервол Лис , петляя, врезался прямо в центр.
- Так их, моя девочка! Молодец!- орала я.
Десять! Трибуны зашумели громче. Разрыв чуть сократился.
Потом была Мира - восемь. Потом ещё один наш парень - семь. Столичные не сбавляли оборотов. К середине раунда мы всё ещё проигрывали.
И тут настала моя очередь.
Я вышла вперёд, чувствуя, как на меня смотрят тысячи глаз. Среди них - Дэриан. Я знала - он там, на трибуне, смотрит. Не видела, но знала. И это придавало сил.
- Давай, Рокси! - крикнула Лис.
- Покажи им! - рявкнул Ральф.
Я глубоко вздохнула. Вспомнила всё - тренировки, ночи без сна, победы и поражения. Вспомнила, ради чего мы здесь.
И метнула.
Файервол вырвался из моих ладоней - огромный, пульсирующий, алый, как моя родовая прядь. Он летел не по идеальной параболе, не по учебнику - он летел так, как летают только настоящие файерволы Игнисов: с яростью, с душой, с огнём.
Удар.
Мишень содрогнулась, засветилась багровым, и руны на ней вспыхнули максимальным значением.
Десять!
Трибуны взорвались.
Я обернулась к команде. Глаза их горели.
- Не вешайте нос! - крикнула я. - Мы справимся! Мы сильные! Мы победим!
И они поверили.
Следующие броски наши делали уже по-другому - уверенно, мощно, точно. Словно стена, которая держала их, рухнула. Ральф влупил так, что мишень едва не перевернулась. Лис попала в центр с закрытыми глазами. Мира - точно, чётко, без суеты. Даже Ксандер, который вечно сомневался, в последний момент метнул так, что его файервол, не долетев до мишени, вдруг рванул вперёд с удвоенной силой и врезался прямо в яблочко.
Десять! Десять! Десять!
Столичные дрогнули. Их идеальные, выверенные броски вдруг стали… неточными. Эдрик, который всегда попадал в центр, вдруг задел край. Кто-то из его команды и вовсе промахнулся.
- Не может быть! - услышала я его ошарашенный голос.
- Может, - прошептала я, готовясь к последнему броску.
Последний файервол вырвался из моих рук - и мир замер.
Он летел - алый, ослепительный, живой - и в этом полёте было всё: слёзы поражений, радость побед, поддержка команды, а самое главное вера в себя.
Удар.
Мишень засияла так ярко, что, казалось, осветила весь стадион.
Тишина. На секунду - невероятная, звенящая тишина.
А потом - взрыв.
Трибуны взревели. Люди вскакивали с мест, махали шарфами, кричали так, что закладывало уши. Даже судьи - важные, невозмутимые - одобрительно кивали.
- Перед нами победитель финала Межакадемического турнира по метанию файерволов! - прогремел голос распорядителя, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
- Мы выиграли! - заорал Ральф, хватая меня за талию и поднимая в воздух. - Мы выиграли!
- Рокси! Рокси! Рокси! - скандировала команда.
- Спасибо, - сказал Ксандер, подходя ко мне. - Что вернулась. И прости…прости что раньше был глупцом.
- Ладно уж, - ответила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. - Мы же одна команда.
Нас окружили болельщики, журналисты, какие-то важные шишки. Где-то в толпе я увидела маму - она махала мне рукой и улыбалась. Рядом стоял Гром и аплодировал.
- Ребята, ребята…вы…вы…-тренер Смок едва мог говорить, он дружно сгреб нас всех в охапку, а я обнимала свою команду и чувствовала, как счастье переполняет меня.
Мы сделали это. Мы победили.