Настроение у меня с утра было чудесное, чего не скажешь про родню Беатрис. Змеиное, то есть дворянское гнездо Торнфилдов вчера изрядно пострадало от визита вервульфа. Тётя Амалия гоняла несчастных слуг всю ночь, требуя навести порядок в разгромленном доме.
Но главное событие дня грянуло в обед, когда все семейство, ну и я тоже, ведомая голодом (иначе ни за что не стала бы сидеть с ними за одним столом) собрались вместе. Не знаю уж, каким чудом это удалось дядюшке, то ли толстяк продал душу, то ли провернул какую-то сомнительную аферу, но лакей торжественно доложил: сам герцог Вальтур согласился почтить Торнфилдов своим присутствием вечером за ужином.
Известие вызвало такой переполох, что казалось, всё семейство сейчас хватит удар на радостях. Селия замерла с вилкой в руке, переваривая услышанное, а потом восторженно заверещала на всю столовую, радостно похрюкивая. Себастьян, который сидел рядом и с аппетитом уплетал жареную курочку, зажал уши руками и рявкнул:
- Да заткнись ты, истеричка!
За что немедленно получил от сестры пинок под столом прямо в коленку. Брательник охнул и захныкал, схватившись за ногу, а затем принялся, жаловаться матушке с такой искренней обидой, будто ему нанесли смертельную рану. Трус великовозрастный!
- Маменька, Селия меня пинает! - ныл Себастиан, потирая ушибленное место.
- Ну и правильно, - отрезала леди Амалия, даже не обернувшись. - Не смей нервировать сестру в такой ответственный день!
Сыночка-корзиночка обиженно засопел и уткнулся взглядом в тарелку, но курочка уже не лезла в горло.
- А я говорила, моя хорошая, - нахваливала тётя дочку. – Его светлость влюбится в тебя с первого взгляда. Я сразу это поняла! Да да, он же на тебя вчера так смотрел...
- Правда? А я и не заметила… вот же… - Селия засияла, театрально прижимая руки к груди.
- Только на тебя, - не моргнув глазом, выдала тётя. - И ни на кого больше.
Я уплетала обед, почти не слушая их болтовню. Прямо достижение всей жизни, удачно пристроиться замуж! Герцог? Подумаешь… Я вот всецело была поглощена мыслями о будущей стажировке. Правда, надо ещё благополучно Академию закончить и не вылететь…
- Ой, что же мне надеть?! - заорала вдруг Селия, и её восторг мгновенно сменился паникой. - Мне нечего надеть!
- Но я же вот на днях оплачивал тебе новые наряды, - робко вставил дядя Альберт, который пытался спрятаться за газетой, будто она могла защитить его от гнева прекрасной половины его семейства.
- Платья ещё не готовы! - рявкнула Селия так, что батюшка вздрогнул и чуть не порвал газету. - Ты хоть иногда смотришь на календарь, папенька? Может ты думаешь, что одежда шьется за один день?!
- Ну, надень старые... - проблеял папенька, всё больше вжимаясь в кресло.
- Мы что, нищие? – продолжала визжать Селия. - Да, мы нищие?! Я уже надевала все свои платья по одному разу! Это дно, папа! Ты не можешь обеспечить родную дочь!
- Но, милая... - начал было дядя, но Селия уже повернулась к матери, окончательно списав отца со счетов.
- Мама! Ну мама! Ты посмотри на него!
- Всё, дорогая, не волнуйся, - утешала леди Амалия, бросив на мужа убийственный взгляд, который ясно говорил: «Вечером поговорим». - Всё равно мы не успеем приобрести новые наряды, придётся надеть то, что есть. Зато украшения у тебя высшей пробы! Герцог будет сражён.
- А если его светлость подумает, что я бедная? - заныла Селия, капризно надув губы.
- Герцог Вальтур подумает, что ты скромная, - отрезала тётя. - Что ты из хорошей семьи, которая не сорит деньгами направо и налево, это, между прочим, куда ценнее, чем десяток новых платьев.
Себастьян, который до этого сидел надутый, вдруг оживился.
- Папа, - зашептал корзиночка воодушевленно, пододвигаясь к отцу. - А если герцог женится на Селии, то мы переедем в столицу? О-о-о-о…я слышал, там такие скачки... и игральные заведения... и женщины вольных нравов...
- Типун тебе на язык, - шикнул на него папенька, но было видно, как его глаза уже загорелись тем же предвкушением. - А вообще, если так подумать... нас же представят ко двору…
- Селия может стать фрейлиной королевы! - подхватил Себастьян, разгорячившись. - Тогда мы вообще...
План у них был, конечно, великолепный: герцог женится на Селии, все переезжают в столицу, становятся приближёнными ко двору, блистают в высшем свете, а потом, видимо, и корону примерят, если повезёт. Одним словом, Торнфилды уже вовсю обживали будущие хоромы в королевском дворце.
- Ну-ну, - прошептала я, едва сдерживая смех. - Мечтать не вредно.
- Ты чего так лыбишься? - кузина вдруг повернулась ко мне, нахмурив бровки домиком.
- Да так, - пожала я плечами. - Радуюсь за тебя.
- Моя свадьба будет в сто раз лучше твоей, - вредина показала мне язык, а Себастьян ехидно рассмеялся.
- Пойдём, милая, нужно подготовиться к ужину, - заявила тётя, поднимаясь из-за стола. - Кстати, Себастьян, прими уже ванну наконец и волосы приведи в порядок, а то торчат как у ежа.
Я терпеливо подождала, пока семейство разойдётся, и направилась к себе. Пока Торнфилды готовятся к приёму высокого гостя, меня никто не будет допекать - не до меня им сейчас, а значит, есть время поговорить с Беатрис.
По дороге в свою комнату я столкнулась с Джейн. Девушка выглядела уставшей, но вполне жизнерадостной - царапины на лице уже затягивались. Увидев меня, служанка остановилась, по привычке опустила глаза, но потом вдруг шагнула вперёд и схватила меня за руку.
- Леди Беатрис, - прошептала Джейн горячо. - Я... я не знаю, как вас благодарить. Если бы не вы...
- Не надо, - остановила я её, мягко сжав пальцы. - Ты молодец, и очень-очень смелая.
- Я всё помню…Как вы... как вы... и эта магия...
Она замолчала, видимо, не зная, как продолжить.
- Джейн, - сказала я вкрадчиво. - То, что было… это должно остаться секретом. Прошу тебя…
- О чём вы, леди? – тут перебила меня служанка с самым невинным видом. - Я ничего не видела.
Я благодарно улыбнулась. Умная девушка.
- Эмма уехала, - добавила Джейн, отводя взгляд. - Утром, в столицу первым поездом. Мама её на вокзал провожала, а я не смогла…видели наверно, как госпожа гневалась за беспорядок…
- Угу, - вздохнула я.
- Эмма сказала…ну что хочет попробовать себя в большом городе, что здесь слишком тесно для такого таланта, как у неё…В общем мы с мамой собрали немного деньжат, сколько смогли и вот…Думаю, у неё всё получится.
- Пожелаем ей удачи, - кивнула я, прекрасно понимая, что ее непутёвая сестра сбежала от пересудов. - И ты молодец. Держись.
Горничная улыбнулась, кивнула и пошла дальше по коридору, а я направилась в свою комнату.
- Бр-р-р, как всегда холодина,- поежилась я.
Что ж…похоже даже дров Торнфилдам было жалко для несчастной сиротки. Вот же… змеиное семейство, интересно как Беатрис сумела выжить в этом гадюшнике? С её-то робким характером? Но, скорее всего, тихоня была из тех тонких прутиков, которых буря гнёт к земле, но не ломает. Трис действительно сильная духом девчонка.
Я уже собиралась достать артефакт связи, как раздалось протяжное мяу, подняла глаза на кота Маркиза, который зевал на книжной полке. Пушистик видимо, дрых, а сейчас решил пройтись по своим кошачьим делам.
- Нашел место, где спать, - хмыкнула я.
Кот посмотрел на меня с ленивым презрением, неторопливо прошёлся по полке и, оттолкнувшись ногами, прыгнул на пол. Половина книг, с глухим стуком рухнула на пол.
- Маркиз! - возмутилась я. - Ты что творишь?
Котик в ответ лишь флегматично зевнул и начал умываться, я же вздохнула и принялась поправлять упавшие тома.
Книги были старые, пыльные и явно давно не открывались. Какие-то скучные трактаты, сборники стихов столетней давности... Я уже почти собрала всё, когда заметила, что на полке, у самой стены, осталось что-то ещё.
Засунула руку и нащупала тонкую, потрёпанную тетрадь в кожаном переплёте. Вытащила её, сдула пыль и открыла. Сразу же узнала этот почерк. Аккуратный, каллиграфический, с изящными завитушками. Таким же почерком была написана тетрадь, которую Беатрис показывала мне в Академии записи её отца.
Первые страницы были исписаны заметками о свойствах разных трав, о магических потоках, о том, как можно усиливать одни чары и ослаблять другие.
Я с любопытством перелистнула несколько листков, и заметила, что почерк начал меняться. Завитушки исчезли, буквы стали мельче, словно писавший торопился. Строчки сбивались, рвались, некоторые слова были перечёркнуты так яростно, что перо прорывало бумагу.
Неожиданно заболела голова, в висках застучала кровь и чем дальше я читала, тем страннее становилось. Слова начинали пульсировать. Я хотела, но уже не могла оторвать взгляд, словно кто-то опустил меня в глубокий, тёмный омут, и вода смыкалась над головой, унося вниз.
Что за ерунда!
Внезапно буквы вспыхнули золотистым светом и в одно мгновение слились в руны, которые замерли на секунду и повисли в воздухе над раскрытой тетрадью. Я едва успела откинуть ее от себя - тетрадь упала на стол и в то же мгновение над ней вспыхнула проекция.
Молодой мужчина, удивительно похожий на Беатрис, смотрел прямо на меня, правда вот глаза совсем были другими, более яркими, с лихорадочным блеском.
- З-здрасте,- промямлила я.
- Должен записать, пока еще могу… - раздался трескучий голос. - Детка, солнышко моё, если ты сейчас видишь это послание, то я мёртв. Они добрались до меня.
Лорд Торнфилд меня не видел, да и как он мог, если все что я видела-всего лишь проекция, оставленная магией, и послание явно предназначалось для Трис.
- Мне так жаль, что я не смогу больше обнять тебя, что тебе придётся жить одной. Но мой брат и его милая жена позаботятся о тебе, я оставил завещание. Там достаточно средств, чтобы ты ни в чём не нуждалась до своего совершеннолетия, а потом… потом всё будет хорошо.
Маг говорил так, словно уговаривал скорее себя, а не дочку, для которой оставил послание. Он взъерошил свои светлые волосы, на мгновение закрыл глаза, глубоко вздохнул и вновь продолжил:
- Я совершил открытие, - голос его вдруг окреп, в нём появился нервный восторг. - Революционное открытие в магии, дочка. Я смог выделить эфир - ту самую первозданную энергию, что пронизывает всё сущее. Раньше считалось, что она существует только в теории, что такое нельзя измерить, нельзя использовать. Но я нашёл способ.
Отец Трис жутковато улыбнулся и мне стало не по себе.
- Я создал формулу, которая позволяет сублимировать эфир в чистую магическую энергию. Только представь, Беатрис, что любой человек, даже тот, в ком от рождения нет ни искры, может черпать силу из сердца мироздания, что магия перестанет быть привилегией избранных, что мир изменится навсегда!
Торнфлид говорил, а я забыла, как дышать, горло пересохло от волнения.
Что за чушь он несет?
- Эта формула может многократно усилить возможности любого мага, или дать силу тому, у кого её никогда не было. Но это ошибка, дочка. Мир ещё не готов к такому знанию. Если формула попадёт в плохие руки - начнётся катастрофа. Войны за эфир, охота на тех, кто владеет формулой… Я уничтожил все записи, кроме одной и спрятал её там, где никто не догадается искать.
Он снова замолчал, на этот раз пауза была дольше.
- Не бойся, маленькая моя, ты сильнее, чем думаешь, и когда придёт время - ты сама поймёшь, что делать. Я верю в тебя Беатрис, и…прости меня за все.
Изображение замерцало и начало распадаться на золотистые искры, словно кто-то осторожно стряхивал блестки с ладони.
- Прощай, солнышко. Я всегда буду с тобой.
Проекция погасла.
Я провела рукой по лицу - пальцы дрожали.
- Ну и дела, - прошептала я себе под нос. - И что это было вообще?
Я продолжала пучить глаза в пустоту, а в ушах до сих пор звенел голос отца Беатрис. Чего он там вывел? Формулу, позволяющую чего…
Я снова схватила тетрадь и принялась листать страницы, надеясь вновь активировать послание, но все попытки оказались напрасными. Я тыкала в них пальцем, шептала «покажись», «вернись», даже стукнула по столу кулаком - чернильница подпрыгнула и едва не опрокинулась. Бесполезно. Послание исчезло.
- Н-да, - пробормотала я, с досадой захлопывая тетрадь.
Даже если на минутку предположить, что лорд Торнфилд не сошел с ума и говорил правду…ого…
Торопливо спрятала потрёпанный переплёт обратно на полку, заставила книгами и на всякий случай пододвинула их плотнее - чтобы Маркиз ненароком вновь не уронил. Кот, лежавший на кровати и наблюдавший за мной со скучающим видом, сладко потянулся и зевнул.
Так. Надо срочно рассказать Трис. Всё-всё. Может, она поймёт, о чём идёт речь, ведь послание предназначалось ей…
Я уже потянулась к кольцу, когда дверь без стука распахнулась.
Да что же это такое?!Никакой личной жизни и уединения в этом доме!
На пороге стояла Джейн - раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами и еле сдерживаемым смехом. Накрахмаленный белоснежный чепец съехал набок, а передник был заляпан чем-то, напоминающим болотную жижу.
- Миледи! - выдохнула служанка шёпотом, хотя в коридоре не было ни души, а сама прижала ладонь ко рту, чтобы не расхохотаться. - Там… там такое в покоях леди Селии! То ли в лавке эликсиров перепутали пузырьки, то ли леди что-то не так смешала… и теперь она… ну… - Джейн закатила глаза, плечи затряслись.
О как…заинтриговала…
- Чтобы там не было, но я должна это видеть, - промурлыкала я.
Джейн хихикнула и кивнула.
Мы прошмыгнули по коридору словно две заговорщицы и вскоре оказались у покоев леди Селии, из распахнутых дверей слышались оглушительные вопли.
Признаюсь честно, зрелище того стоило.
Селия носилась по комнате в одном полотенце, кое-как обмотанном вокруг пышного тела, и истошно орала. Её светлые волосы, обычно уложенные в сложную конструкцию, сейчас торчали во все стороны, придавая ей сходство с одуванчиком, пережившим ураган.
- Я же хотела бархатную кожу! БАРХАТНУЮ!!! - голос перешёл на визг, который, наверное, был слышен даже в крыле для слуг. - А не болотную плесень! Я выгляжу как… как… как недоваренный шпинат, который кто-то вывалял в перламутре!
Её кожа и правда сияла ядовито-зелёным, переливалась перламутром и оставляла на всём, к чему прикасалась, мерцающие следы. Схватилась за спинку кресла - на обивке зелёное пятно. Топнула ногой - на паркете сияющий отпечаток.
Служанки бегали за ней с мокрыми тряпками, тазами и даже уксусом, пытаясь оттереть зеленые блестючки, девушки тёрли щёку госпожи ватой, но зелень только расползалась, превращая кузину Трис в болотную кикимору.
- Вот теперь внутренне содержание идеально гармонирует с внешностью, - шепнула я на ухо Джейн, та активно закивала, ничуть не смущаясь.
- Не трогайте меня этим! - визжала Селия, уворачиваясь от очередной мокрой тряпки, которую одна из горничных занесла для атаки. - Это же мыло для полов! Вы что, совсем сдурели?!
Я прижала ладонь ко рту, плечи затряслись. Джейн рядом со мной уже кажется не дышала, а издавала какие-то утробные, сдавленные звуки, похожие на предсмертный хрип чайки.
В этот момент мимо нас в комнату влетела тётя Амалия, в шёлковом пеньюаре и с бигудями на голове. Леди неслась так целеустремлённо, что не заметила огромную мыльную лужу на паркете, ноги разъехались, руки взметнулись вверх, растерянно хватая воздух, и она с громким «У-у-уф!» и глухим стуком приземлилась задницей прямо на пол.
- Мама-а-а! - взвыла Селия.
- Ты меня с ног сбила, дурында! - рявкнула тётя, потирая ушибленное место и пытаясь встать, но ноги снова разъехались, и она плюхнулась обратно с ещё более живописным шлепком. Полотенце на голове съехало набок, , а пеньюар задрался, открывая колени в разводах от мыльной воды.
- Сама ты, маменька, такая! - огрызнулась Селия, топая зелёной ножкой так, что брызги полетели во все стороны. - Это ты меня заставила пойти в эту лавку! Мошенники!
- Ах ты неблагодарная корова! - взвилась Амалия, наконец ухватившись за ножку стола и с трудом поднимаясь. Вся в зелёных разводах, - в этот момент она напоминала банши с нашего курса защиты от тёмных искусств. - Я для тебя же стараюсь! Ты хоть знаешь, сколько стоят эти эликсиры?!
- А мне теперь как на ужин идти?! - заорала Селия. - Герцог же подумает, что у нас в роду болотные тролли! Я теперь вообще замуж не выйду!
- Выйдешь! Выйдешь, куда денешься! - рявкнула тётя, с ужасом оглядывая собственные руки, которые тоже начали отливать изумрудом. - О боги, и на меня перекинулось!
Я тихо попятилась к двери, чувствуя: ещё секунда - и не выдержу. Джейн уже давилась от смеха, прикрывая рот обеими руками, из глаз текли слёзы, спина ходила ходуном. Мы выскользнули в коридор, едва сдерживаясь, и только когда дверь за нами закрылась, я позволила себе выдохнуть. И рассмеялась. Так, что пришлось прислониться к стене - ноги перестали держать.
- Ой не могу, - просипела я, вытирая выступившие слёзы.
- Они дочке лавочника нахамили, так что та в подсобке плакала… - служанка не договорила, её снова скрутило. - Думается мне, торговец решил госпожу за это проучить.
Мы шли по коридору и хихикали, а когда проходили мимо кабинета дяди Альберта, я вдруг остановилась. Улыбка моментально сползла с лица.
Что там папаня Трис сказал в послании? Наследство он оставил…
Ага. Занятно.
- Погоди Джейн, я на минутку, дядюшку проведать…
Я решительно толкнула дверь.
Лорд Торнфилд подпрыгнул в кресле так, будто я была привидением из семейного склепа. Бутылка дорогого напитка и наполовину пустой бокал мгновенно исчезли в ящике стола с громким стуком. Дядя даже не успел вытереть губы - на усах блестела капля янтарной жидкости.
- Стучаться надо, Беатрис! - проворчал Альберт, поправляя шейный платок дрожащей рукой. Лицо красное, глаза мутноватые, на жилете - пятно, очень похожее на пролитый напиток.
- Хотелось бы взглянуть на выписку с моего банковского счёта, - вкрадчиво заявила я, скрестив руки на груди. - Раз уж замуж выхожу, хочется быть в курсе моего финансового положения.
Дядя моргнул, пытаясь изобразить непонимание.
- Какого такого счёта?
- Ну того, где хранится наследство, что оставили родители.
Лорд Торнфилд фыркнул, откинулся в кресле и сложил руки на животе - жест, который должен был придать его словам вес. Живот при этом угрожающе колыхнулся.
- Твои родители, милая, оставили только долги и старую шкатулку с письмами и всяким барахлом. Я лично всё проверил, ни одной драгоценности, ни одной монеты.
Альберт говорил так уверенно, что я почти поверила. Почти. Но пальцы дрожали, когда толстяк поправлял платок, и взгляд бегал от меня к окну и обратно - как у игрока в карты, который блефует на последней ставке.
- Отдайте мне эту шкатулку, - потребовала я, делая шаг вперёд. - Прямо сейчас.
Дядя пожал плечами с такой лёгкостью, будто разговор ему уже надоел.
- Уже отдал. И шкатулку, и все документы - свидетельство о рождении, родовой паспорт, всё. Твоему жениху. Для оформления брака. Так что… - он развёл руками, и в этом жесте сквозило что-то до оскорбительного пренебрежительное, - теперь это уже не твоя забота, девочка. Скоро станешь замужней дамой, и все эти мелочи будут решать мужчина. Твой будущий муж.
Я стояла и чувствовала, как внутри всё холодеет. Подозрение - гадкое, липкое - заползало под кожу, сворачивалось клубком, пульсировало в висках. Что-то здесь было нечисто. Очень нечисто.
Шкатулка у Каспара. Документы Трис у Каспара. Просто великолепно!
- А вы, дяденька, не поторопились случаем? - я подалась вперёд, и лорд непроизвольно вжался в кресло. - Моё имущество посторонним лицам раздавать? Я, может, ещё успею передумать. Ну мало ли… влюблюсь в кого-нибудь ещё… времени-то полно. И вообще, куда торопиться? Я молодая и красивая… таких женишков ещё вагон и маленькая тележка будет.
- Как… это чего это… - заикаясь, выпалил лорд Торнфилд.
- Ничего! - рявкнула я и для убедительности стукнула ладонью по столу, так что дядя Альберт вжал голову в плечи. - Шкатулку вернуть! Иначе заявление накатаю в полицейский участок на кражу! Ясно?
- Нет… ты это… я…
- Завтра же, чтобы шкатулка и мои документы были у меня.
- Эй, ты чего рекомендовалась тут! - разозлился он, грозно вставая.
- А я ведь могу и ректору нажалобиться, он же друг отца,- вкрадчиво пообещала я.
Магистр Теодор Ашбертон был фигурой влиятельной. Угроза подействовала: дядя побледнел и рухнул обратно в кресло.
- Надеюсь, мы поняли друг друга.
Я вышла, не дожидаясь, пока он начнёт меня выпроваживать. Дверь закрыла тихо, хотя руки чесались грохнуть ей так, чтобы картины со стен попадали.
Джейн ждала в коридоре, переминаясь с ноги на ногу.
- Миледи… вы в порядке? Лицо какое-то странное. Вы очень бледны. Может, прилечь?
- В полном, - соврала я и даже улыбнулась, хотя улыбка вышла та ещё. - Слушай, а сделай мне причёску к ужину? Хочу сегодня выглядеть… прилично.
Джейн просияла, будто я подарила ей целое состояние.
- Конечно! С удовольствием!
Мы вернулись в спальню. Пока она ловко укладывала светлые пряди в мягкие, воздушные локоны, я смотрела в зеркало и не могла отвести взгляд.
Трис была красивой. По-настоящему.
Когда девушка не смущалась и не сутулилась, будто хотела стать меньше и незаметнее, когда кожа не была серой от усталости и недосыпа, а щёки слегка порозовели от нормальной еды - она была просто прелесть. Тонкие, почти прозрачные черты, огромные глаза с длинными пушистыми ресницами, нежный овал лица, пепельные волосы, которые теперь лежали мягкими волнами, обрамляя лицо. Беатрис выглядела хрупкой и в то же время удивительно притягательной.
Я вздохнула, разглядывая своё отражение.
Ты здесь в гостях, Рокси.
И речь ведь не только про дом…
Скоро всё вернётся на круги своя. Скоро… но сегодня, сегодня я хочу просто хорошо провести время.
- Всё, миледи! - Джейн отступила на шаг, любуясь работой. - Вы просто красавица! Прямо с картинки!
Я поправила последнюю прядь, улыбнулась своему отражению - не робко, а открыто, даже чуть дерзко. Как умела только я, Рокси Игнис.
- Вот так, - сказала я себе. - Пусть знают, кто здесь настоящая королева.
- Миледи, - прошептала Джейн, глядя на меня с каким-то новым, незнакомым выражением. - Вы сегодня… такая… другая. Словно… светитесь изнутри.
- Просто хорошая причёска, - усмехнулась я, подмигнув ей. - Спасибо!
Чуть позже я спустилась вниз, в столовую, где уже накрывали к ужину с «высоким гостем». Сердце стучало громче, чем вчера на балу и я даже не пыталась его утихомирить. Там уже находилась родня, правда не в полном составе - Селии еще не было, а вот Себастиан стоял у камина и с кем-то оживлённо беседовал. Когда я вошла в столовую, дядя расплылся в ехидной ухмылочке.
- А вот и наша Беатрис, - проворковал Альберт. - Дорогая племянница, чтобы ты не скучала сегодня вечером, мы пригласили твоего жениха. Ну же, чего застыла в дверях? Иди скорее… ему не терпится тебя увидеть.
Мое хорошее настроение тут же улетучилось. Я даже кислую дежурную улыбочку не смогла нацепить - шла как на заклание. И тут же оказалась в крепких руках Каспара. Лорд Торн цепко ухватил меня за локоть и прошептал на ухо:
- Скучала, дорогая невеста?