- Товарищ капитан! - запыхавшись прокричал сержант ворвавшись в полевой брезент, который на время учений служил штабом. - у нас ЧП!

Солдат, запыхавшись от бега на дальнюю дистанцию, держался за бок. На первый взгляд, можно было бы решить, что он просто выполнял физические упражнения. Однако, во взгляде читался неподдельный ужас, который капитан Павел Громов тут же смог считать.

- Что случилось? - спросил он ставя в сторону алюминиевую кружку с кофе, о котором думал весь день. Но он не успел сделать даже первого глотка, как его покой нарушил солдат.

- Кулик… - все еще со сбитым дыханием начал сержант. - Кулик пулю себе всадил.

Не выслушивая дальнейших подробностей, Павел подорвался с места и тут же рванул в сторону, где проходила ночная полевая стрельба. Шаг за шагом он приближался к месту откуда доносились звуки паники в перемешку с матом и мольбой о помощи. Расталкивая толпу солдат-срочников Громов смог добраться к парню, который сидел опершись спиной о дерево и жалобно скуля. Рядом, на коленях, сидела медсестра по имени Ирина, и активно искала бинты в своей аптечке.

- Ровнее держите фонарик, ничерта не видно! - рявкнула она стоящим срочникам, которые явно не были готовы к такой ситуации. - Ровнее!

- Совсем плохо? - поинтересовался Громов садясь рядом с молодой женщиной. Она была всего на год младше его. Длинные пальцы с ярким маникюром, ловко перебирали бинт наматывая его вокруг плеча. Ирина была сосредоточена и точно выполняла каждое действие не отвлекаясь на посторонние вещи, включая прядь белых волос, которые выбились с туго завязанного хвоста опускающегося ниже лопаток.

- Могло быть хуже. Ребята хоть вовремя заметили, так уже некому было бы оказывать помощь. - хмурясь произнесла она.

- Что случилось? - громко спросил Громов повернувшись к толпе за его спиной. Он был спокоен, но сосредоточен и точно знал, что без ответа не останется. Вокруг повисла тишина, только болезненные стоны рассекали ночь, которая давно стояла над лесом. Солдаты были в растерянности и не знали как реагировать.

- Да мы… мы - начал один из солдатов. /

- Мы толком и не поняли. - подхватил второй. - был с нами, ждал свою очередь на стрельбу а после исчез. Через пару минут услышали крик и выстрел. Подбежали, а там Кулик лежит, а над ним Хлебников с автоматом.

- Где он? - спросил Громов оглядывая толпу.

- Здесь я. - вдали послышался тихий голос сержанта, который также оперся о дерево опустив руки на колени.

Громов, поднявшись с места, направился в его сторону. Парень, в полном спокойствии, смотрел на звёздное небо и никак не отреагировал на капитана, который сел рядом с ним на корточки. Только спустя минуту, сквозь темноту, он посмотрел на него.

- Я не виноват. - тихо ответил он на безмолвный вопрос начальника. - ему час назад девушка написала. Сказала, что не готова ждать и нашла уже нового. Вот у него крыша и слетела. Я заметил, как он автомат стащил и пошел за ним. Если бы на минуту раньше пошел, смог бы вообще избежать ранения. Но я не успел.

- Ты все правильно сделал. Я бы также поступил. - сказал Громов, после чего похлопал солдата по плечу. - делов вы правда натворили.

- Я одного понять не могу. - продолжил Хлебников.

- Что? - вопросительно посмотрел на него капитан.

- Как из-за бабы можно жизнью рисковать? Я бы вот точно так не поступил. А вы, товарищ капитан? Отдали бы свою жизнь ради юбки? - последние слова солдат произнес с каким-то отвращением.

- Знаешь Влад, есть вещи и обстоятельства, которые вынуждают делать глупости. Только в тот момент, они глупостями совсем не являются. Но, из-за измены, я бы свою жизнь не отдал.

- Товарищ капитан! - все еще из толпы донесся голос Ирины прерывая короткий разговор.

- Ладно, готовься морально к допросу. Завтра день будет тяжелый, - сказал Громов, после чего поднялся с места и быстрым шагом направился к медсестре, оставив солдата в его же мыслях.

- Рану я зажала. - начала Ирина заметив подходящего к ней Громова. - А вот пуля в плече осталась. Его в больницу надо.

- Хорошо, сейчас позвоню в военный госпиталь, а ребята помогут его к машине занести.

- Нет. В военный нельзя. Не успеете. - быстро проговорила Ирина. - слишком много крови потерял. Здесь, сразу за лесом, на окраине города есть поликлиника. Туда его надо. Хирурги там хорошие, справятся.

Громов сразу же понял о какой больнице идет речь. И знал имена всех хирургов, которые там работали. Особенно той, что оставил письмо несколько лет назад. Ему не нравилась сама идея посещения этого места, но другого пути не оставалось. Его подопечный истекал кровью, а времени на раздумья не осталось. Одно успокаивало, он точно был уверен, что у Марии Алексеевны Лебедевой сегодня выходной и он никак с ней не пересечется. Но каково было его удивления, когда глаза цвета янтаря уставились на него быстро моргая и не понимая происходящего. Она точно не ожидала его там увидеть, в принципе, как и он ее. В его памяти и снах она осталась все той же длинноволосой, наивной девчонкой, за которой, шесть лет назад, готов был прыгнуть с моста и под пули. Но сейчас, перед ним стояла повзрослевшая и ещё более красивая девушка-врач. Только одно смущало Громова, это уставшие, поблекшие глаза, в которых не чувствовалась радость жизни, что его очень сильно смутило.

Он мог сделать вид, что не помнит ее или хотя бы сделать вид, что ему все безразлично. Но когда прозвучал ее грустный, безжизненный голос, в сердце что-то сжалось. Ему хотелось остановить ее и попросить прощения за всю боль, которую он ей причинил. Громов, в тот момент, чувствовал себя полным идиотом и разрывался между отголосками сердца и мозга, который так и кричал: “Громов! Уходи!”. Однако, вместо того, чтобы скрыться в больничной темноте, его руки потянулись за визитной карточкой, которую “по приколу” подарили на прошлый день рождения Макс и Саша. Он был уверен, что картонная карточка, на которой был только номер телефона, в любой подходящий момент окажется в мусорном ведре.

По дороге на место учений, Громов никак не мог избавиться от мыслей о девушке и о том, как в ее глазах, помимо усталости, читалось безразличие к нему. Он готов был увидеть все: ненависть, злость, раздражение, но только не безразличие.

На месте дислокации Громов был спустя полчаса. Ему не хотелось спешить, поэтому ехал он максимально медленно встречая рассвет. В палаточном лагере стояла тишина. До подъёма оставалось чуть меньше часа. Оставив машину поодаль, Павел направился к своей палатке. Полусонный дежурный отдал приветствие и хотел было громко объявить о том, что происшествий не произошло за время его отсутствия, но Громов вовремя его остановил махнув рукой.

Капитану хотелось поскорее вернуться в спальный мешок, чтобы поспать хотя бы оставшийся час. Зайдя в палатку, он не сразу заметил, как за складным столом, сидела Ирина опустив голову на свои ладони и крепко спала. Громов медленно подошёл к ней и аккуратно положил руки на ее плечи.

- Ой! - от неожиданности подскочила девушка испуганно разглядывая временное помещение тускло освещенное единственным фонарем, который был прикреплен на самодельный крюк. Заметив капитана, она улыбнулась уголками губ, после чего накрыла своей ладонью его руку, которая все также покоилась на ее плечах.

- Давно ты здесь? - поинтересовался Громов.

- Сразу же как вы уехали. Как все прошло?

- Хорошо. Жить будет. Ты въмолодец. - сказал мужчина подойдя к чайнику стоявшему на том же столе. Поняв, что вода давно остыла, Павел расстроено вздохнул почесав затылок. - почему не спишь?

- Не могу уснуть. - сказала девушка поднимаясь со своего места делая шаг к Громову. Секунда и ее руки обхватили его так, что пальцы аккуратно легли на грудь крепко прижимая его спиру к себе, а голова осторожно, без резких движений, очутилась на его плечах. - я переживала.

- За Кулика?

- Нет, за тебя. Только за тебя. Кулик дурачок. Из-за малолетки чуть жизнь не отдал. - вздохнула девушка. - Хотя, это романтично. Павлик, вот ты бы отдал жизнь за меня?

Громову никогда не нравилось, как коверкали его имя. Он, Павел. Капитан Павел Громов. Гром, для Макса и его жены и не больше. Даже Пашей его никто не называет, потому что он не позволяет. А Павликом, тем более. Поэтому, когда с уст Ирины слетела интерпретация его имени, он тут же напрягся, но у него не осталось на сегодня сил, чтобы сделать ей замечание.

- Ир, прости, я очень устал. - ответил Громов аккуратно развернувшись освобождаясь от ее объятий. Однако, девушка успела переплести свои руки на его шее и пока Павел не успел возразить, опустила свои губы на его бесцеремонно врываясь в его рот своим влажным языком. Расцепив хватку, а после и вовсе прекратив поцелуй, Громов уставше вздохнул глядя на девушку, стоявшую в полном недоумении от того, что сейчас произошло.

- Я правда устал. Ступай, пожалуйста к себе.

- Я сделала что-то не так? - спросила Ирина пытаясь уловить взгляд Громова.

- Нет. Все так.

- Тогда в чем дело? Обычно, ты даже уставшим был не против моей компании. Что изменилось? - быстро проговорила она складывая руки на груди.

- Я просто устал. - вздыхая произнес он потирая переносицу. - хочу побыть один.

- Интересно. - хмыкнула девушка. - окей, я запомнила.

Громов не успел что-либо ответить, так как Ирина пулей вылетела из палатки смешивая свежий летний воздух своими лавандовыми духами. Она была права, обычно, ему было наплевать какой степени была усталость, разгрузка в лице медсестры, всегда была рядом. Да и все в части знали, что они якобы встречаются. Для Громова, это были скорее длительные половые отношения, чем что-то большее. Но если постараться всех в этом переубедить, то он точно лишится постоянного секса. Однако, в этот раз, с его мыслей никак не выходил янтарный цвет, которые он так давно не видел. Поэтому, образ Маши Лебедевой, не выходил с его головы до тех пор, пока усталость не взяла свое.

Сон продлился не более сорока минут, поэтому Громову показалось ж что он даже не спал. Тут и там начали доноситься команды на построение и шуршание в палатках. Капитан нехотя и со стонами выбрался из спального мешка чертыхаясь и матерясь на новый день, который должен был быть тяжёлым из-за ночного происшествия. Так и вышло. К восьми утра, на месте учений уже стояла машина начальства. Громов, долго с ними беседовал пытаясь отстоять свою правоту. Все происходящее было для него головной болью и только к вечеру он смог расслабиться. Поэтому, принял решение выехать ненадолго в город, чтобы отвлечься. Направляясь к машине, он услышал быстро приближающиеся мелкие шаги.

- Ты куда? - спросила Ирина поравнявшись с ним.

- Мне надо в город. - сказал Громов открывая машину.

- Отлично, я с тобой. - ответила девушка расстегивая пуговицы на белом халате.

- Нет, Ира, я сам поеду.

- Ну почему? - возмущенно воскликнула она. - Павлик, ты же никогда не отказывал!

- Не называй меня так. - грубовато ответил Громов, но быстро одумавшись добавил. - пожалуйста. Я скоро приеду. Заеду в один магазин и обратно.

Чтобы девушка точно за ним не увязалась, Павел сделал шаг к ней и аккуратно поцеловал в губы оставляя теплый след.

- Можешь ждать меня в моей палатке. - сказал Громов, после чего девушка широко улыбнулась и кивнула головой.

Парень завел машину и тронувшись с места направился в сторону города, наблюдая за довольным силуэтом девушки в зеркале бокового вида.

Дневная городская суета сменилась на ночную, бурную жизнь. Вливаясь в этот ритм, Громов включил первую попавшуюся песню в своем плейлисте. Им оказался непринужденный фонк с четкими басами откликаясь стуком в сердце. Гром, этим шумом, пытался отвлечь свои мысли и не думать о враче-хирурге, но у него это мало получалось, а под конец и вовсе все вышло из под контроля и его машина оказалась припаркованная возле дома девушки.

Громов давно знал где проживает Маша, но приезжал всего один раз, как только она переехала, чтобы точно в этом убедиться. Но после больше не появлялся до сегодняшнего дня. Ее окна выходили во двор, но в них уже как полтора часа не было намека на пребывание хозяйки в стенах квартиры. Только пару раз, пушистый комок забирался на подоконник чтобы проверить не идет ли его кормилица. Громов очень часто скучал по коту. Он мог бы забрать Филиппа в тот день, когда попрощался с Машей. Но понял, что кот это гарантия жизни для девушки. Поэтому принял тяжёлое, но точно верное решение оставить его у нее.

Громов хотел было кинуть это дело и вернуться обратно в лагерь. Даже успел завести машину, как во двор выехал большой черный внедорожник с тонированными окнами припарковавшись прямо возле подъезда. Через мгновение из машины вышел высокий мужчина в черной футболке. Гром не смог рассмотреть его лицо, так как незнакомец не поворачиваясь в его сторону быстро хлопнул дверью машины и скрылся в подъезде. Силуэт мужчины уж больно ему кого-то напомнил, но он не мог вспомнить где видел этого человека. В квартире девушки на несколько минут включился свет, после чего также быстро погас. Громов поддался вперёд внимательно рассматривая подъездную дверь. Любопытство брало вверх до тех пор, пока краем глаза Павел не заметил знакомую походку. Отвлекаясь от двери, он задержал свой взгляд на медленно приближающейся девушке, которая скрепила руки на груди слегка потирая свои плечи, чтобы согреться. Только здравый смысл останавливал Громова, чтобы не кинуться к Маше и не дать ей свою кофту, которая лежала на заднем сиденье. Парень внимательно наблюдал за тем, как девушка движется в сторону подъезда. На ней были юбка оливкового цвета выше колена, босоножки и белая приталенная футболка, которые отлично подчеркивали фигуру. “Неудивительно, что замёрзла” - подумал Гром.

Через пару секунд девушка резко остановилась на месте глядя в сторону подъезда. Громов, автоматически повернул голову в ту же сторону, куда она смотрела.

- Вот же говнюк. - прошептал он узнав мужчину.

Гром не мог понять, как упустил тот момент, что Крот прилип к девушке и как давно это произошло. Но судя по тому, как он к ней пристает, они общаются уже длительное время. Для себя он принял решение, что информатору не заплатит неустойку за такую оплошность. Громов не знал как поступить: выйти из машины и дать Кроту понять, что ему не место рядом с Машей или оставить все как есть и просто свалить. Но как только он увидел как бывший друг схватил его бывшую девушку за плечи и сжал, Громов сразу схватился за дверную ручку.

“ Не лезь. Не сейчас. Спугнешь” - проговорил он сам себе останавливаясь до того, как натворит глупости. Через мгновение, Крот отпустил Машу, а ещё через какое-то время сел в машину и быстро начал двигаться из двора. Громов, ещё раз взглянул на девушку, которая стояла в полной растерянности, завел двигатель и направился за Кротом выехав с другого конца двора, чтобы Маша его не заметила.

Через минуту, Гром сидел на хвосте у Крота сильно сжимая руль. Он точно знал, что при первой же возможности, подрежет этого ублюдка и вылетев из машины набьет ему морду, как тогда на даче. Он во всех красках представлял, как будет выглядеть кровь Крота на его костяшках пальцев и насколько будет опухшим смазливый, но уже сломанный нос этого говнюка. А ещё, Громов обязательно задаст ему вопрос, почему Крот ослушался его приказа и какого фига он общается с девушкой. Мысли мести одна за другой сменялись в голове у парня, а на горизонте вот-вот появилась возможность подрезать бывшего друга, чтобы воплотить свой план. Как только Гром был готов повернуть руль, рядом, на соседнем кресле, завибрировал телефон. Он сразу же обратил на него внимание, потому что на экране большими буквами светилось имя, которое он так давно не видел. Сбросив скорость, тем самым оторвавшись от Крота, Громов быстро нажал на кнопку ответа.

- Маша? - с некоторой опаской сказал он.

- Помоги. Филипп. - донесся громкий рыдающий голос девушки на той стороне телефона, заставляя сжаться каждую фибру души.