Фольклорные тексты в целом отличаются особенным отношением к категории времени. Линейна обычно только собственная жизнь рассказчика, и ее события логично выстраиваются одно за другим. А все бывшее когда-то легко меняется местами и мифологизируется — находится в некоем абстрактном пространственно-временном поле. Исторические персонажи, жившие в разные эпохи или даже в библейские времена, оказываются современниками и действуют вместе.

Интересно: «К царю пришел ангел и сказал ему: “Разоришь Соловецкий монастырь — лопнешь”. Царь не послушался, послал войска, монастырь разорили, а царь Ирод лопнул».

Среди старообрядческих исторических преданий о расколе особняком стоят рассказы о его причинах (исправление книг и искажение веры), важнейших событиях (Соловецкий бунт или разорение Керженца), о главных его виновниках.

Устные предания о Никоне выстраиваются по определенной схеме: недостойной смертью — на этом делается акцент — заканчивается недостойная жизнь патриарха-реформатора. Есть даже сюжет о его смерти вдали от родины. Кончина в одиночестве или на чужбине служит Никону наказанием за грехи — за гонения на истинную веру.

В биографии главного мучителя и гонителя, осмысленной в рамках житийного жанра, может присутствовать мотив искреннего раскаяния. А в предании, записанном на Урале в середине ХIХ в., крест покаяния взяла на себя жена Никона[129]. Узнав о неправедных делах мужа, она постриглась в монахини и посвятила остаток жизни молитвам за гонимых и несправедливо обиженных[130].

Интересно: «Собрались люди со всей России решать, какая вера правильная. Долго думали-гадали, как писать, на волоске вера висела. А потом, по антихристову наущению, решили писать, как Никон сказал».

Путь старой веры в целом представляется мученическим. Страдания, которым подвергались предки, служат подтверждением особой миссии современных старообрядцев. Принадлежность к истинной вере требует мужества и постоянной готовности к испытаниям или уходу — «побегу» из привычного окружения. Отголосок мессианства слышится и в представлениях о старообрядчестве как о бывшем с начала мира — как основе всех религий, возникших впоследствии.

Интересно: «12 колен от Иакова разбросаны по всей вселенной. Каждое колено — свой род от Сотворения мира. Когда были гонения, староверы бежали в 14 стран, жили по лесам общинами».

«Наши старцы говорят, что раньше была одна вера. Наша, старая. А потом все переменилось. Сейчас ищут, где проще молиться. Где не надо много молиться, туда и идут».