Альбина

В тот же день я в Кабардинку не поехала.

Взяла тайм-аут для размышлений и взвешивания всех за и против. Села дома с чашкой чая и стала мучиться сомнениями.

Можно ли поверить в то, что между мной и Макаром было какое-то искреннее чувство? Или лучше не соваться со свиным рылом в калашный ряд и сидеть дома, как благоразумная разведенка?

С одной стороны, зачем-то же Макар вчера приехал с цветами в Краснодар! Хотя по телефону четко сказал, что бегать за мной ни за что не будет. Значит, что-то его все-таки заставило приехать…

С другой стороны, а за мной и не надо бегать! Мне надо просто по-человечески объяснить, откуда у якобы холостого мужчины взялись жена и ребенок. Вот пусть он мне это и объяснит нормальным языком, без воплей и оскорблений.

Но хочу ли я вообще это слушать?

Может, там любовная любовь, а он просто брехливый козел?

Сомнения с аппетитом обгладывают мои косточки за долгие часы бессонной ночи. К трем утра я уже не знаю, что думать. К пяти — полностью запутываюсь.

Однако ко времени подъема я все же принимаю окончательное решение.

В семь утра женсовет уже в полном составе на работе, потому что у них появился ВИП-клиент — то есть я. Девчонки примчались, как на пожар, вооружившись всем арсеналом красоты.

Долгих три часа они делают красотку из невыспавшегося огородного чучела. Мне наносят питательную маску с экстрактом икры — «для сияния кожи, как у звезды», приводят в божеский вид мои руки и ноги — маникюр с нежно-розовым лаком, педикюр. Подстригают кончики волос и укладывают их так, что я сама себя в зеркале не сразу узнаю.

— Ты выглядишь потрясающе! — восхищенно выдыхает Софочка, отступив на шаг, чтобы оценить результат.

— Макар обязательно упадет в обморок от твоей красоты, — добавляет Лали, поправляя последнюю прядку.

— Только держи спину прямо и помни — ты королева! — настраивает на нужный лад Адель.

В десять утра я, вся такая прекрасная ведьма, седлаю свою метлу — то бишь седан китайского производства.

И еду!

Навстречу неизвестности, любви, разочарованию — черт его знает, чему именно.

За пять часов пути, а именно столько я потратила из-за проклятущих пробок, успеваю передумать абсолютно все на свете. И даже несколько раз усомниться в правильности этой безумной затеи.

Сначала качу по дороге с энтузиазмом, напевая под радио какие-то попсовые песенки про любовь. Потом начинаю нервничать — а вдруг он меня просто пошлет? Прямо как по телефону… Хотя в лицо такое сказать сложнее, наверное. Собственно, поэтому и еду, а не звоню. На физиономию его посмотреть хочу, когда стану задавать свои неудобные вопросы.

Однако к моменту, когда въезжаю в Кабардинку, робею окончательно. В животе порхают вовсе не бабочки, а целая стая взбесившихся колибри.

Держусь на чистом энтузиазме и мудрых словах Люды: «Засунь свою неуверенность в попу, поверь, что тебя есть за что любить!»

Я же хорошая, правда? Всю жизнь пыталась быть самой хорошей, честной, правильной женой, подругой, сотрудницей. Любил же меня за что-то Влад когда-то? Хоть в самом начале нашего брака? Хоть немножечко?

У Макара совсем другая любовь. Она жаркая, яркая, от нее летать хочется и сердце выскакивает из груди. И я так хочу обратно — в то блаженное состояние, когда купаешься в этой любви, внимании, мужском интересе, чувствуешь себя желанной и красивой.

Конечно, есть огромный шанс, что я эту любовь себе придумала, по крайней мере с его стороны. Но не проверишь — не узнаешь, так ведь?

А по поводу жены и ребенка… Может, он, как и я, в процессе развода? Официально еще женат, но фактически свободен?

Мог бы, конечно, и сказать об этом прямо. Почему умолчал? Не спрошу — не узнаю.

Отчего-то только сейчас, когда уже почти приехала в Кабардинку и медленно качу по знакомой местности, вдруг понимаю: совсем не знаю, куда мне ехать! Не в гостиницу же, где мы тогда отдыхали. Он наверняка давно оттуда выписался.

А куда тогда? Где его искать в этом курортном городке?

Конечно, проще было бы позвонить, но…

Как раз в этот момент проезжаю мимо того самого фитнес-клуба, где впервые с ним столкнулась несколько недель назад. Из окон доносится ритмичная музыка, на парковке стоит несколько машин.

Чем черт не шутит? Может, он действительно там работает?

В крайнем случае, если его там не окажется и никто не подскажет, где найти, позвоню. Наверное… Если не струшу окончательно.

Вот такая, полная сомнений и противоречий, паркую свою машину у главного входа и решительно иду внутрь. Не даю себе и шанса передумать.

В холле пахнет хлоркой от бассейна и каким-то спортивным дезодорантом. Слышны звуки тренажеров и голоса занимающихся.

Торможу у стойки ресепшен, стараюсь выглядеть уверенно:

— Подскажите, пожалуйста, тренер Макар Покровский сейчас на работе?

Администратор — молодой парень в синей униформе клуба — с любопытством меня разглядывает, потом переспрашивает:

— Макар Максимович? Он э…

— Да, Максимович. — С трудом вспоминаю его отчество.

Удивляюсь про себя — надо же, как тут к тренерам уважительно относятся, по отчеству величают. В Краснодаре в спортклубах совсем по-другому.

— Он сейчас в зале, — неуверенным голосом отвечает администратор, явно раздумывая, стоит ли пропускать незнакомую женщину.

— Я к нему по личному вопросу, — добавляю с самым невинным видом.

Киваю, благодарю за помощь и, пока он не передумал, нагло прохожу внутрь.

Большой просторный зал наполнен шумом от тренажеров. У зеркальной стены занимается группа девушек с инструктором, в углу несколько мужчин таскают железо.

Прохожу дальше, оглядываю пространство в поисках знакомой фигуры. И вдруг замираю, увидев, что творится у ряда с беговыми дорожками.

На самой крайней дорожке старательно бежит худенький мальчишка лет девяти — темненький, серьезный, весь в поту от усердия. А рядом стоит сладкая семейная парочка — Макар и та самая блондинистая фифа, которая тогда со мной по телефону разговаривала!

Я ее наглую физиономию узнаю из тысячи! Она к тому же высокая, стройная, в обтягивающем спортивном костюме ядовито-розового цвета, который подчеркивает каждый изгиб точеной фигуры. Волосы убраны в высокий хвост, лицо накрашено — видимо, даже в спортзале она принципиально не может выглядеть хуже идеала.

Макар что-то говорит мальчишке, подбадривает. Блондинка неожиданно прижимается к его руке, смотрит на сына с умилением. Картинка идеальной спортивной семьи — красивые родители тренируют любимое чадо.

В процессе развода он, ага, как же… Ну конечно!

Стоит со своей семьей, тренирует сына и, по ходу дела, жену тоже. Весь такой заботливый семьянин и отец года.

А я на этом празднике жизни — лишняя.

Идиотка, которая приехала за сто шестьдесят километров выяснять отношения.

Еще и красилась три часа, собиралась, как на свидание. Кретинка!

Чувствую, как лицо заливает краска стыда.

Разворачиваюсь и на полной скорости убегаю из зала. Пробегаю мимо стойки ресепшен — администратор удивленно оборачивается.

Выскакиваю на улицу, хватая ртом свежий воздух.

Тут все по-прежнему: солнце, легкий ветерок с моря, все прекрасно.

У всех, кроме меня!

Потому что меня эта сцена Макара с семьей просто наизнанку вывернула.

От расстройства у меня даже машину не сразу получается открыть. Наконец забираюсь в салон, завожу двигатель. Надо убираться отсюда немедленно, пока он меня не увидел и не вышел выяснять, что я тут делаю.

Злость и стыд застилают глаза да так, что толком не могу сориентироваться в пространстве, банально плохо соображаю, что происходит вокруг. И, вместо того чтобы ехать вперед, по ошибке включаю заднюю передачу и от души даю газу.

Машина резко дергается, и тут раздается страшный треск металла и звон разбившегося стекла.

Черт! Черт, черт, черт!

Кажется, я врезалась в припаркованный позади огромный черный джип.

Нет, не кажется, — врезалась…

Глушу двигатель, выскакиваю посмотреть на масштабы катастрофы. У моего бедного седана помят задний бампер и разбит задний фонарь. А у джипа…

Смотрю на номер и чуть не падаю в обморок.

А не на этом ли монстре Макар вчера приезжал в Краснодар?

А-а-а-а…