* * *

Хладоград. Следующее утро.

С самого утра у меня было прекрасное настроение. Вчерашняя баня буквально обновила меня, не только физически, но даже, я бы сказал, духовно. Есть в этом что-то такое, что нельзя понять, а можно только почувствовать. Старики-разбойники много шутили, Эллор постоянно фыркал, особенно когда Алексей Ермолович добавлял пара, но в целом мероприятие вышло очень даже хорошее. Домашнее, без проблем внешних и внутренних, просто встреча хороших людей в хорошем месте. И я очень надеюсь, что в будущем этих встреч станет еще больше.

Спустившись на первый этаж, я вошел в гостинную и поздоровался с Василием. Домоправитель следил за тем, чтобы слуги накрывали на стол именно так, как надо.

— Господин, завтрак через две минуты, — домоправитель глянул на молодого слугу так, что тот чуть не уронил кувшинчик с молоком для кофе.

— Да я не спешу, — улыбнувшись, я подошел к столу.

Сегодня на завтрак у меня были блины с разной начинкой, яичница с ветчиной, свежайшие круассаны, сваренные вкрутую яйца, поджаренный хлеб с маслом и нарезка свежих фруктов.

Когда слуги наконец-то закончили и вышли из гостинной, я сел за стол и кивнул домоправителю на стул напротив.

— Садись, не в одиночку же мне все это великолепие употреблять.

— Как скажете, господин, — Василий склонил голову и сел.

А дальше мы с ним позавтракали, параллельно обсуждая события во дворце и в городе. Анжелика, конечно, мне многое вчера рассказала, но сестра не могла знать все, как минимум потому, что многим слуги делятся только между собой, не вынося это за пределы своего круга. А вот Василий был в это все включен и какие-то вещи знал лучше сестры.

По словам домоправителя выходило, что все хорошо, хотя он также отметил, что нужно больше контроля за наемными работниками. Из-за достаточно жестких правил ребята, приехавшие по-быстрому заработать денег на сезонных работах, бывало, бузили, выражая свое недовольство, и тогда приходилось включать гвардию, чтобы они решали эти вопросы. Никакого насилия, нет, исключительно разговор. Одного вида моих гвардейцев обычно хватало, чтобы закончить все.

— А по-хорошему, господин, нам нужно привлекать переселенцев, — произнес Василий, налив себе кофе, — люди, которые будут жить тут на постоянной основе, и работать будут иначе. Все же когда делаешь для себя и своих детей, мотивация совсем иная.

— Думал уже об этом, — я медленно кивнул, — ты же знаешь, что в скором времени я получу в свое управление часть бывшего шведского королевства?

— Знаю, конечно, — домоправитель кивнул и улыбнулся, — об этом весь город судачит. Жители гордятся таким хватким князем, многие радуются, что в свое время выбрали Хладоград, мол, не прогадали.

— Гордятся — это хорошо, — я тоже улыбнулся, — но сейчас речь не о том. Шведы. Как ты смотришь на них в качестве этих самых постоянных жителей и работников? Сталкивался когда-то с ними на своем поле деятельности?

— Бывало, — Василий опять кивнул, — ничего плохого сказать не могу, хорошие работники. Многие знают русский язык, а те, что не знают, стараются изучить. Все же работы в империи всегда было достаточно, вот и ехали к нам шведы на заработки.

— Что ж, звучит пока отлично. Значит, будем привлекать к работе на нашей территории новых людей, — я сделал глоток кофе и зажмурился от удовольствия, настолько он был хорош.

— Думаю, многие будут не против, — Василий последовал моему примеру, — тем более учитывая наработки, полученные нами от арнов. У них изумительное сельское хозяйство. Прямо сейчас, насколько я знаю, выводятся новые сельские культуры, и на следующий год мы получим возможность круглогодично собирать урожай. А это дорогого стоит.

Я кивнул. В этом вопросе я был солидарен с домоправителем. Обеспечь своих поданных едой, и ты уже неподвластен остальному миру. Всегда и во все времена еда была одним из тех рычагов давления, которые использовали нечистые на руку игроки. Именно поэтому мои северяне никогда не знали слова «голод». Тут мы идем к тому же самому, хотя в империи голод нам и так не грозил. Но все равно лучше, если бы этот аспект будет у нас под контролем от начала и до конца. Тем более что потом это все можно будет продавать и еще и заработать.

Ход моих мыслей прервала трель мобильного телефона. Глянув на экран, я увидел, что звонит царевич, и ответил.

— Доброго утра, князь, не разбудил? — донельзя бодрым голосом произнес Дима.

— И тебе доброго утра, твое высочество, да нет, я уже давно на ногах.

— Отлично. Вот что, Алексей, форма одежды парадная, и через три часа тебя ждут во дворце, — царевич хмыкнул, — будем тебя награждать за большой вклад в безопасность империи. Можешь взять с собой княжну Анжелику, если, конечно, она будет не против.

— Ты думаешь, она успеет собраться за три часа? — я засмеялся, — это что-то из уровня фантастики, Дима. Но я все же скажу. А к чему такая спешка, не поделишься?

— Просто отец не любит долго быть должником, — немного таинственным голосом ответил он, — да и царский подарок тебе точно понравится. Ну так что, мне передать отцу, что ты будешь?

— Конечно. Три часа?

— Три часа.

— Что ж, значит, надолго не прощаюсь, — сбросив звонок, я повернулся к Василию, — У меня есть парадная одежда?

— Конечно, господин, — домоправитель кивнул, — прикажете выносить?

— Пусть слуги отнесут три варианта в мою спальню, там выберу. И пригласи княжну Анжелику сюда, скажи, что это срочно.

Василий одним махом допил кофе и вышел из гостинной, а я задумался. Что-то царевич точно крутит. Сестру еще пригласил. С какой целью, неужели предложение делать будет? Возможно, вполне возможно. Тем более сейчас, когда вся империя увидела, что клан Бестужевых не зря находится в фаворе у императора. По силе нам нет равных, разве что императорский клан соберется в полном составе, но даже так шансов победить у нас больше. Это понимают все разумные люди, это наверняка понимает сам император, вот и решил, видимо, подтолкнуть сына в нужную сторону. Против ли я? Конечно же нет. Учитывая, что нас связывает с Дмитрием, я уверен, мужем для Анжелики он будет идеальным. Ну или познает на собственной шкуре, на что способен злой лед…

* * *

Подмосковье. Дворец великой княгини Марии Федоровны.

В большом гостевом зале было шумно. Ничего удивительного, учитывая, сколько людей сегодня здесь собрались, почти весь клан Рюриковичей, кроме императора, царевича и великого князя Николая Николаевича. Мария Федоровна, блуждая меж гостей, старалась почувствовать настроение большей части. И картина ей не очень нравилась, но великая княжна держала мысли при себе. Пока еще рано для каких-то выводов.

Подойдя к столу, она взяла бутылку и постучала по хрусталю серебряной вилкой. Легкий звон заставил людей прекратить разговоры и развернуться в сторону княгини. Убедившись, что ей удалось привлечь внимание, Мария Федоровна взяла слово.

— Я рада всех вас видеть в своем дворце, — произнесла она, слабо улыбнувшись, — как вы знаете, наш император вновь на своем месте. В связи с этим у меня есть вопрос ко всем вам. Какие у кого есть мысли?

— Нас волнует не Василий, — подал голос один из князей, — нас волнует сопляк Бестужев. Мария Федоровна, тебе не кажется, что у него стало слишком много власти? А теперь его еще хотят сделать великим князем. Титул, что до этого был доступен только нашему клану.

— Меня саму это все немного настораживает, — княгиня медленно кивнула, — однако князь Бестужев лоялен трону. Он многое делает для императорской семьи. В свое время я общался с этим молодым человеком и могу сказать, что он все прекрасно понимает.

— Все так говорят в начале, — пробормотал тот же князь, — никому этот сопляк не нравится. А учитывая, что Василий хочет сделать сестру Бестужева императрицей, так и вовсе они в скором времени будут ходить во дворец как к себе домой. Не доверяю я этому роду.

— Миша, ну мне-то не заливай, — княгиня иронично улыбнулась, — всем известно, что ты хотел подсунуть царевичу дочь одного из своих друзей. Так что дело не в заботе.

— А даже если и так, то что? — князь хмыкнул, — от этого ничего не меняется. Бестужевы не достойны быть так близко рядом с троном. Нет у них такого права.

— И кто попробует у них это право отнять? — княгиня усмехнулась, — ты? Или кто-то из вас? Ни у кого нет достаточно сил, чтобы решить вопрос с ним силой. Так что меньше громких слов. Лучше давайте обсудим, как действовать дальше. Наша земля стала еще больше, а значит, придется обновить старые чары, — в голосе княгини лязгнула сталь, — защита должна работать, и вам это не хуже меня известно. Поэтому первый вопрос на повестке дня — это работа на севере. Приступим к голосованию.

* * *

Москва. Особняк Бестужевых. Полтора часа спустя.

Глядя на сестру, одетую в бордовом платье с длинным вырезом, я в очередной раз удивился тому, как быстро, оказывается, она умеет собираться, когда это надо ей. Стоило мне только сказать о том, что царевич зовет нас в Москву, как она пулей метнулась в свои покои, по пути клича слуг. И вот через полтора часа она спустилась вниз писанной красавицей, а Эллор порталом отправил нас сюда, в московский особняк.

— И чего ты так на меня смотришь? — голос сестры выдернул меня в реальность.

— Да так, любуюсь, — я улыбнулся, — у царевича нашего губа не дура, однозначно. Только ты помни, сестренка, если Дима решит свой характер показать, терпеть не надо. Ты мне сразу скажи, а там я быстренько вопрос решу.

— Не сомневаюсь, Леша, — Анжелика тепло улыбнулась, — я знаю, что для меня ты сделаешь все что угодно. Вот только и Дима точно такой же. Он не будет меня обижать, вот увидишь.

Я кивнул, и мы вышли из особняка. На улице нас уже ждали внедорожники охраны и тот самый «Комендант», подаренный мне. От вида автомобиля у меня в очередной раз сперло дыхание, и, нисколько не раздумывая, я сел за руль. Такого зверя нужно объезжать лично, только так и никак иначе.

Автомобиль рыкнул, словно сытый зверь, и мягко покинул территорию особняка. Сестра сидела на заднем сидении и, судя по напряженным рукам, все же испытывала небольшой мандраж. Кажется, она тоже догадалась, для чего мы едем во дворец. Ха-ха, я хочу это увидеть, так или иначе.

* * *

Императорский дворец. Полтора часа спустя.

Наш кортеж остановился рядом с парадной лестницей аккурат ко времени. Фигуру царевича я заприметил сразу же, и, покинув автомобиль, махнул ему, словно старому другу. По сути, он им и являлся теперь, только не старый, а еще молодой.

— Твое высочество, рад тебя видеть, — совершив шутливый поклон, я пожал протянутую руку, отметив мимоходом возросшую хватку царевича. Возмужал, возмужал парень.

— И я рад тебя видеть, князь, — Дима ответил такой же улыбкой, после чего перевел взгляд на сестру и тут же покраснел.

Ох уж эта любовь, творит чудеса не хуже магии.

— Княжна, — тем временем царевич уже подобрался к Анжелике и аккуратно поцеловал ее руку, — я очень рад тебя видеть.

— И я рада, ваше высочество, — вздохнув, ответила сестра. Не знаю почему, но в этот момент я чуть не засмеялся. Хорошо хоть с контролем у меня все в порядке.

— Быть может, мы уже пойдем внутрь? — я прервал их идиллию нещадно, — а то там государь ждет, некрасиво как-то.

— Да-да, пошли, — царевич словно очнулся, и дальше мы направились в сторону императорского кабинета уже знакомыми мне путями.

По дороге нам то и дело кланялись разные люди, причем я видел, что эти поклоны адресованы не только Диме как наследнику престола, но и мне. Во взглядах бойцов и чиновников было уважение, такое, что не купишь ни за какие деньги. Что ж, нашу силу признали, и это не может не радовать.

Наконец-то мы дошли до императорского кабинета. Двое гвардейцев у входа поклонились царевичу, после чего пропустили нас внутрь. Как я и думал, помимо императора тут был еще и Николай Николаевич, великий князь у нас теперь не менее важная персона, чем сам император.

— Ваше императорское величество, князь, — согласно этикету я глубоко поклонился сначала государю, а потом великому князю, а сестра повторила за мной.

— Выпрямись, князь, — государь улыбнулся, — негоже моему спасителю так спину гнуть. Можешь отныне больше не кланяться, считай, у тебя мое личное разрешение.

Я молча кивнул, записывая эти слова на подкорку. Такого рода привилегии очень хорошо иметь. В империи даже ближайшие родичи обязаны кланяться императору, а я больше нет.

— Алексей, ты столько уже сделал для нашего рода, что я очень долго мучился, пытаясь понять, чем же отдарится в ответ, — император покачал головой, — знаешь, князь, никогда не думал, что у меня будут такого рода проблемы. Вот только это меня ничуть не огорчает, наоборот, я испытываю искреннее удовольствие. Николай Николаевич, давай, — император кивнул великому князю, и тот подошел ко мне с толстой папкой темно-синего цвета.

Протянув папку, Николай Николаевич подмигнул мне.

— Бери, Алексей, бери и владей.

Пришлось открыть, от такой чести никуда не денешься. На первой же странице я увидел карту, на которой, судя по всему, обозначили землю, что теперь принадлежит мне. Мозг быстро обработал информацию, и я мысленно присвистнул. А неплохо мне так привалило, очень даже неплохо.

— Первая страница — это только затравка, — произнес император, — ты смотри дальше, дальше смотри.

Повиновавшись монаршьему приказу, я перевернул первую страницу, и мой взгляд упал на слово «дарственная». Дальше начались сухие канцелярские строки, что перечисляли количество того, что мне подарил императорский род, и чем дальше я читал, тем круглее становились мои глаза. А ведь государь и правда не поскупился. Два алмазных рудника, золотое месторождение, несколько железных месторождений, пара заводов по переработке металла, а самое главное, отныне весь клан Бестужевых освобождается от любых налогов бессрочно. И последнее перекрывало все остальные пункты с лихвой.

— Царский подарок, государь, — закрыв папку, я опять поклонился. Хоть мне и не нужно больше, но тут, как говорится, было за что. Уж в скупости Василия теперь обвинить никак нельзя.

— Это еще не все, — император как-то странно улыбнулся и перевел взгляд на Дмитрия, — сын, ты еще долго будешь ждать, или все же наконец-то сделаешь то, что должен?

Дмитрий кашлянул, а потом неожиданно присел на одно колено и вытянул правую руку вперед. На ладони царевича был небольшой футляр, внутри которого было кольцо с большим, нет, ОГРОМНЫМ драгоценным камнем.

— Княжна Бестужева, — хриплым голосом начал он, — ты станешь моей женой?

Сестра замерла, судя по взгляду, она ожидала этого, но все же оказалась не готова. Пришлось легонько толкнуть ее, а то так бы и стояла как истукан.

— Я согласна, ваше высочество, — голос Анжелики дрогнул, а на губах появилась искренняя улыбка, такая, что бывает только у счастливых людей.

Царевич поднялся, аккуратно надел кольцо на палец сестры, а дальше эта парочка все же не удержалась от страстного поцелуя. Император с великим князем переглянулись понимающими взглядами, а я все же не выдержал и ухмыльнулся. Эхх, все же придется отдавать сестру замуж. И тут я как бы совсем не против, вот только кто ж княжеством управлять будет? Неужели мне тоже придется найти себе жену? Но где?

Пока что из кандидаток у меня были Алиссандра и княгиня Милославская. Последняя мне еще в университете нравилась, а первая частенько снится по ночам в непристойном виде. Тяжело, очень тяжело.

«Юноша, прошу прощение за то, что так внезапно врываюсь в твой разум, делаю это исключительно по веской причине» — голос, прозвучавший прямо в голове, был словно гром среди ясного неба. Я, конечно же, узнал его, эмиссар Смерти, кто ж еще это мог быть.

«Говори», — так же мысленно ответил я, — «что случилось?»

«Посох, мне удалось обнаружить твой посох».