Глядя на девушек в непонятном состоянии и на жирдяя, что почти закончил с первой жертвой, я понял одно: нельзя допустить, чтобы он закончил ритуал, просто нельзя. Не знаю, какой результат должен этот гад получить по окончанию, но от этого точно ничего хорошего для всех остальных не выйдет.
Взвесив все за и против, я вытянул из источника энергию и создал копье трех стихий. Прицелившись, я дождался, пока гаденыш отойдет в сторону от первой девушки, и метнул снаряд. Время тут же встало будто бы на паузу, а короткий вроде бы полет растянулся для меня на целую, мать его, вечность!
Когда копье почти врезалось в спину императору Поднебесной, он резко обернулся, и перед ним поднялся щит из молний. Снаряд пробил щит, но вот на то, чтобы сделать то же самое с телом, у него не хватило энергии, и лед, державший внутри себя два вида энергии, рассыпался, словно трухлявое дерево.
— Неплохо, русский, очень даже неплохо, — Небесный Дракон оскалился в подобии улыбки, а его тело тут же покрылось ослепительно белой броней.
— Вот что-что, а похвалы от такой твари, как ты, я точно не жду, — вытягивая энергию для нового конструкта, я шагнул в пещеру. Осколок в груди начал пульсировать еще сильнее, причиняя боль, но сейчас все это было не важно.
— Тварь? — На лице толстяка появилась обида. — Это я, по-твоему, тварь?
— А кто еще? Это ведь ты готовишься принести двух девчонок в жертву, или нет? — Я сделал еще один шаг вперед. — Или хочешь сказать, мне кажется?
Толстяк открыл рот, видимо собираясь ответить, но не успел. Вокруг меня возникли с десяток гончих и столько же рыцарей, и все это воинство ринулось в атаку, да так шустро, что пещера тут же стала тесной. Гад растерялся. Всего на мгновение, но этого мгновения хватило гончим для того, чтобы вцепиться в его защиту, а рыцарям подобраться вплотную, чтобы закрыть обзор. И как только это случилось, я прыгнул к девушкам и успел зацепить одновременно обеих, после чего развернулся и бросил их в сторону выхода, одновременно с этим накрывая их льдом. Ничего, испытают немного дискомфорта, возможно, будет паника, но зато выживут, а это, как по мне, куда важнее.
Вот только оказалось, что отвлекаться в то время, как за твоей спиной находится маг вне категорий, максимально хреновая идея. Небесный Дракон шандарахнул так, что само пространство начало стонать. Сотни белых молний ударили во все стороны, уничтожая моих големов так быстро, словно они из бумаги. Мне тоже досталось, благо энергии сейчас в источнике было в достатке, так что я всего лишь получил несколько дырок в теле, далеко не смертельных. Восстановив броню, я взялся поудобнее за меч и пошел в сторону толстяка. Его броня засияла еще сильнее, видимо у него есть какие-то скрытые резервы.
— Думаешь, ты победишь, русский? — Его глаза сузились, хотя, казалось бы, куда сильнее-то?
Впрочем, отвечать на вопросы я сейчас был не настроен, поэтому вместо ответа я просто ударил магией. Белая смерть выросла рядом с Небесным Драконом, и женские руки почти успели схватить его за шею, но прежде чем это случилось, гад провалился в портал. Злость внутри меня закипела с новой силой, и я просто ударил по окружающему пространству, как во время моих тренировок с Эллором, но только сильнее, вложив в этот удар всю свою злость, всю свою ярость. Этого оказалось более чем достаточно, и Небесный Дракон вывалился прямо под стенкой и тут же уставился на меня ошарашенным взглядом.
— Умеешь блокировать пространство?
— К твоему несчастью, да, — Я кивнул. — Ну что, начнем? Скажу как есть, раньше мне было плевать на твою жизнь как таковую, я всего лишь хотел вернуть себе посох, который вы когда-то украли, но теперь, теперь все иначе. И пусть император просил оставить тебе жизнь, я, пожалуй, нарушу данное слово. На этот раз.
— Твой посох? — Удивление в глазах толстяка стало еще больше. — Это не может быть твоим посохом!
— О, еще как может, — Я улыбнулся и рванул вперед.
Ну давай, гаденыш, теперь попробуй свои порталы, посмотрим, что из этого выйдет!
Духовный план.
— Что это значит? — Мугонг уставился на парочку русских богов с недоумением в глазах. — Ваш птенец бредит? Этот артефакт не может принадлежать ему, он попал в наши руки пять сотен лет тому назад!
— Это не бред, — Макошь прищурилась. — Присмотрись к посоху, Мугонг, присмотрись внимательно.
Не только старик, но и все остальные последовали совету богини и увидели кое-что невозможное. Прямо сейчас от посоха тянулись нити, но тянулись они не к императору Поднебесной, а к князю Бестужеву. Каждая новая нить не просто подпитывала его, она словно снимала барьер, расширяя возможности его тела, и было видно, что осталось совсем немного до той грани, как он перестанет быть человеком.
— Но как такое возможно? — Мугонг растерянно погладил короткую бородку. — Почему? Почему артефакт подпитывает его?
— Может, потому что наш птенец не бредит? Не думал о таком? — Велес оскалился в насмешливой улыбке. — Раз уж ваш посох ему помогает, так выходит, что и прав на этот посох у нашего князя поболе вашего будет. Ну что скажешь, старый знакомец, есть в моих словах логика?
— Есть, — нехотя ответил Мугонг.
Старик хотел было ответить иначе, очень хотел, и если бы этот вопрос пришел от человека внизу, то так, пожалуй, и ответил бы, но тут иной расклад. Ссорится с северными соседями да еще и в преддверии большой беды — глупость, а глупости Мугонг давно уж разучился делать.
— Тогда смотрим, смотрим вниз, — Макошь вмешалась в разговор. — Что-то мне подсказывает, что наш птенец вашего уже побеждает.
После ее слов боги Поднебесной как один уставились на картинку, что происходила внизу, и лишь Велес посмотрел на саму Макошь, ища в ее глазах нужный ответ. Богиня легонько кивнула, после чего сам Велес немного расслабился. Значит, они не ошиблись, и все-таки там внизу прямо сейчас появляется новый бог…
Удар, удар, еще удар! Меч в моих руках словно жил своей жизнью, из раза в раз находя нужные точки на теле толстяка. Его светящаяся броня была уже не такой яркой, а сам император Поднебесной начал сдавать. Движения стали медленнее, силы в конструктах было уже не так много, а главное, порталы, порталы этот гад уже не мог использовать. Именно это, пожалуй, ударило по нему больше всего, привык, тварь, полагаться на свой второй дар, а тут такая подлянка с моей стороны. Но кривить душой не буду, несколько сильных ударов я тоже получил, моя кровь тоже окропила камень пола, вот только почему-то слабости не было, я бы даже сказал, наоборот. Сила росла, энергии в источнике становилось все больше, а главное, не было усталости, вот ни капли!
Догадки по этому поводу у меня, конечно же, были, но сейчас было не время, да и не место для них. Уйдя от очередной молнии, я ударил в спину толстяку, и на этот раз меч не просто пробил защиту, но и оставил хорошую такую рану на его спине. Кровь хлынула так, что под ногами тут же начало хлюпать, а сам толстяк издал такой вопль боли, что аж уши заложило.
— Ты покойник, русский! Покойник! — Крича это, он тем не менее не пошел в атаку, а наоборот, начал отходить назад, к выходу из пещеры.
— Ну так иди сюда, — я улыбнулся. — Иди, жирдяй, осталось совсем немного. Я выпрошу у следующего императора Поднебесной твой череп, сделаю из него мусорное ведро. Ни для чего другого он не пригодится.
Небесный Дракон замер, а потом в его глазах промелькнуло что-то странное, словно это он, и в то же время не он. Сделав два шага вперед, он вдруг покрылся новой броней, еще ярче первой, и прыгнул вперед. Лишь на рефлексах я успел увернуться и полоснуть его по шее, но, к моему удивлению, артефакт, полученный мною от самой Смерти, не смог пробить защиту гада, просто не смог! Как такое вообще возможно?
А Небесный Дракон тем временем, словно одержимый, шел в атаку. Только что гад еле дышал, еле двигался, а теперь уже мне приходится отступать, дабы не получить смертельную рану. Приняв очередную атаку на щит, я вдруг отчетливо понял: либо я его убиваю в ближайшую минуту, либо он все же доберется до меня. Не знаю, как он получил новые силы, но сейчас это и не важно, куда важнее другое, а именно убить тварь!
Анастасия смотрела на бой двух магов и всей душой болела за того, кто вытащил ее из-под ритуального ножа. Небесный Дракон сломил ее волю, заставил двигаться и делать то, что он хотел, но сейчас туман в голове рассеялся, и теперь княжна понимала, что чуть не стала жертвенной овечкой. Толстый лед не мешал ей смотреть на эту смертельную схватку, и больше всего сейчас она желала лишь одного: чтобы этот удивительный юноша наконец-то снес голову этого мерзкого жирдяя.
Долгие годы она томилась в плену, долгие годы каждый вечер вздрагивала и готовилась продать свою жизнь как можно дороже, постоянно напоминая себе о том, кто же она есть. И сегодня эти муки, возможно, закончатся. Даже если сегодня Анастасия умрет, это не страшило девушку, даже наоборот. Ведь за то время, что она провела в Запретном Городе, княжна поняла, есть вещи куда страшнее смерти…
Рванув вперед, я пробил наконец-то эту гребанную защиту, пробил, и мой клинок таки чиркнул гада по горлу! Сила ударила во все стороны, кажется, даже попала в те самые ледяные глыбы, где до сих пор под моей защитой скрывались девушки, которых эта тварь хотела принести в жертву. Но теперь нихрена у него не выйдет, нихрена!
Передать всю радость, что я испытал в этот момент, было нельзя, просто потому что не было таких слов в моем словаре, не было. Вот только слишком рано я расслабился, слишком рано. Каким-то чудом жирдяй извернулся, и в его пухлой руке появился тот самый странный кинжал. Один удар, даже не удар, царапина, ведь я все же успел уйти, но и этого хватило. Меня словно парализовало, мышцы стали даже не деревянными, они стали будто каменными.
— Ну как тебе, ублюдок? — Еле дыша спросил толстяк. — Сдохнем, так хоть вдвоем. С собой тебя заберу, будешь служить мне в мире духов, — последние слова он произнес еле слышно, а потом рухнул, так и не отпустив из рук тот самый кинжал.
Я же стоял, испытывая при этом чудовищное чувство стыда. Проклятье, проморгал чужой пространственный карман, как же глупо. И из-за своей невнимательности сдохнуть? Нет, я не согласен!
Не знаю как, но тело услышало мои мысли, и энергия потихоньку начала проникать в мышцы, кости, куда угодно. Пробивая непонятные преграды, сжигая какую-то серую муть, сила возвращала мне обратно возможность двигаться. И чем ближе была эта возможность, тем ярче были руны на поверхности посоха.
— Так вот кто мне помог, — я улыбнулся сквозь боль, — неужели принял?
Конечно же, посох мне не ответил, но зато я наконец-то смог сделать шаг в его сторону. Первый шаг, за которым последовал второй, а потом третий, четвертый, пятый. Чем ближе я становился, тем сильнее чувствовалось напряжение в воздухе, тем сильнее меня корежило изнутри. В какой-то момент пришлось остановиться, на мгновение, дабы взять под контроль боль, а дальше я продолжил. Продолжил, и наконец-то мои пальцы сомкнулись на древке посоха. Тряхнуло так, как давно не потряхивало, даже непонятно, каким чудом я удержался на ногах. Вот только энергия посоха не была злой, нет, она наоборот стремилась вылечить, исправить все огрехи. Только проблема в том, что ее было слишком, слишком много. Я пытался поставить барьер на ее пути, убрать руку с посоха, но ни первое, ни второе у меня не получилось.
«Не стоит сопротивляться, энергия не твой враг, она твой друг».
Эта мысль промелькнула в моей голове так быстро, что я чуть не пропустил ее, однако она точно принадлежала не мне, нет, она пришла извне. Доверится? А что, если все пойдет не в ту сторону? Впрочем, вариантов у меня не так много, несмотря на все попытки энергия из посоха все же перетекала в мой источник, причем с каждой секундой скорость только росла. Так что в какой-то момент я просто решил последовать тому самому совету и отпустить. И как только это сделал, все резко изменилось внутри. Словно лопнул какой-то кокон, что все это время держал меня взаперти, не давая возможности по-настоящему смотреть на мир. А сейчас эта пелена наконец-то спала, и я увидел, увидел течение жизни вокруг себя. Это было красиво. Да, пожалуй, это слово больше всего подходило под то, что я видел. Сотни, а может и тысячи тонких нитей пронизывали все вокруг, и даже там, где жизни по уму не должно было быть, она была. Пусть не такая яркая, пусть не привычная человеческому взгляду, но все же была.
Теперь я, пожалуй, точно могу сказать, что мир живой, но живой по-своему. А подняв голову наверх, я увидел яркие силуэты, пятнадцать, или может чуть больше. И все они почему-то смотрели на меня, хотя лиц я разглядеть не смог, мешал свет, исходящий от них. В этот самый момент все резко прекратилось, и мои пальцы наконец-то разжались, отпуская посох, после чего я рухнул на землю, рядом с ним. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание, это был овал портала, из которого выходили старики-разбойники, а после пришла темнота…
Духовный план.
— Ну что теперь, старик? — Велес расхохотался. — Наш князь оказался сильнее, на порядок сильнее.
— Вы спрятали его суть, — Мугонг ткнул пальцем в грудь Велеса. — Ты, Велес, ты это сделал!
— А ежели и так, то что с того? — смех здоровяка стал еще громче. — Нет у нас правил, где говорится, что нельзя своих прикрывать. А раз уж внутри его тела появилось зерно божественной сути, так получается и не человек он больше. Такие вот расклады.
— И не только он, — задумчиво произнесла Макошь. — Велес, глянь-ка на те ледяные глыбы. Тебе не кажется, что одна из них структуру сменила?
Бог прервал свой смех и последовал совету Макоши. Глянув вниз, он увидел, как внутри одной из глыб происходило то же самое, что и в теле молодого князя, разве что уровень пониже был, силы гораздо меньше. Присмотревшись, Велес хлопнул себя по щекам.
— Макошь, так там же Рюрикова кровь!
— Вот именно, — богиня хмыкнула. — Вот и получается, что лед князя сработал как линза, а дальше императорская кровь сделала свое дело. Связаны эти двое теперь нитью красной, сильно связаны.
Богам Поднебесной оставалось только молча смотреть, так как вмешиваться сейчас было уже поздно. Товарищи смотрели на Мугонга недовольными взглядами, но что старик мог сделать? Чужую кровь украсть? Да, жалко, что посох ушел, тот канат силы, что теперь связывало артефакт с человеком, не порвать ни одному богу, однако ж нужно уметь проигрывать.
— Велес, нам бы поговорить. Дела человеческого мира это одно, но есть кое-что поважнее.
— Поговорим, старый знакомый, отчего ж не поговорить, — Велес отмахнулся. — Приглашаем вас в гости к нам, скажем, дня через два. А сейчас делайте свою работу, нужно остановить войну. Жрецы ваши не потеряли власти?
Последний вопрос был задан с иронией, так что вместо ответа Мугонг кивнул остальным, и двенадцать богов Поднебесной растворились в мире духов, оставив Велеса с Макошью вдвоем.
— Думаешь, выйдет из этого что-то хорошее? — бог тут же убрал улыбку с лица. — Не молчи, сестрица, раз уж заварила такую кашу, то хотя бы объясни, как ее расхлебывать.
— Он острие, — Макошь грустно улыбнулась. — Это всё, что я могу тебе сказать. Сила ему пригодится, в скором времени пригодится, так как несколько нитей уже порвались. Вот только что случится, я не вижу. Знаешь почему?
— События вселенского масштаба, — Велес тяжело вздохнул. — Проклятье, а ведь я только-только порадовался, что эти клятые очаги закрылись. И на тебе, новая беда.
— Этот юнец сможет ее решить, — Макошь покачала головой. — Вот только выживет ли?