Прошли еще одни сутки.

Двадцать четыре долгих и унылых часа в этом гулком, сыром мраке, где время измерялось не оборотами часовой стрелки, а количеством выпитого горького чая из армейских остатков.

Всегда была интересно, в каком году вообще его выпустили, что он больше выглядел как пыль, нежели походил на чайные листья?

Думаю, на этот вопрос ответ мы не узнаем никогда.

Тем временем огромный зал с генераторами, за это время превратился в небольшое, локальное подобие муравейника, где человеческое упорство вступило в финальную схватку с точно такой же человеческой безалаберностью.

Я сидел на бетонном выступе, прямо рядом с мостом, и свесил ноги в сторону бушующей внизу реки. Черная вода всё так же ревела, разбиваясь об опоры и уступы, но теперь в этом хаосе звуков появился ещё один, новый ритм — низкочастотный гул оживающих машин.

Техники, похожие на суетливых насекомых в своих испачканных маслом комбинезонах, облепили серые коробки генераторов. В свете переносных прожекторов, которые им удалось запитать от переносных источников энергии, притащенных мной и Вербой, воздух над водой казался плотным, почти осязаемым из-за взвеси бесконечного тумана.

Капли воды, оседавшие на моей коже, легонько пощипывали, напоминая о том, что я был живым человеком, который тоже может устать. А именно такое ощущение меня и накрыло с головой в последние часы.

— Алекс, ты выглядишь хуже, чем побитая собака. — голос Вейлы прозвучал внутри головы с отчетливым оттенком иронии. — Это ведь вполне нормально… уставать. Так что не стоит лишний раз загоняться. — добавила она в конце, явно нахватавшись этих фразочек из моей памяти.

— Да я и не загонялся. — мысленно ответил ей, прикрывая глаза, и наслаждаясь действительно редкими минутами безмятежности. — Знаешь, на самом деле, задумываюсь, что не плохо было бы уйти в отпуск. — не мог не улыбнуться собственным мыслям. За время работы с ребятами, пожалуй, был ли у нас действительно отпуск? — Но каждый раз, когда я смотрю на них. — ткнул пальцем в сторону людей. — Понимаю, что даже так делаю недостаточно много. Ведь каждый сейчас борется за выживание, как собственное, так и общее.

Мазнув ещё раз глазами по людям, мое внимание рефлекторно зацепилось за Вербу.

Девушка устроилась рядом со мной, привалившись спиной к ржавому кожуху одной из неработающих турбин. Она спала, или, по крайней мере, пыталась делать вид, что спит. Её лицо в свете прожекторов казалось совсем изнеможённым, лишенным той брони холодного безразличия, которую она так старательно вокруг себя возводила.

Ещё можно было заметить, как по кончикам её пальцев, изредка пробегали янтарные всполохи силы, словно даже во сне пси девушки находилось в постоянном состоянии боевой готовности.

Тем временем вокруг нас не прекращала кипеть работа. Отовсюду слышались удары молотков по закисшим болтам, шипение сварочных аппаратов и непрекращающаяся ругань главного инженера, который, казалось, состоял из одних только жил и мата.

— Давление в третьем контуре падает! — заорали с противоположного конца, перекрывая криком рев потока. — Тяните заслонку, мать вашу, тяните! Она же сейчас лопнет!

Я видел, как двое техников, обливаясь потом, навалились на стальной рычаг. Металл скрипел вместе с их зубами, сопротивляясь, напоминая из себя сонного гиганта. Пока спустя минуты три, наконец не поддался с тяжелым, стонущим звуком. Одновременно с этим изменилась тональность гула генераторов, становясь более ровной… и уверенной что ли.

— Кажется, Никанорову не придется охранять туалеты. — попыталась пошутить Верба, открывая глаза. Она смотрела на меня с такой тихой усталостью, что было ясно — отдых нужен не только мне. — Алекс, как думаешь, у меня действительно получится самой распоряжаться своей жизнью? — неожиданно спросила Дарра, переведя взгляд на свои руки, после чего пальцами потянула воротник кофты выше, прикрывая шрамы.

— Я в этом не сомневаюсь. — без тени сомнений ответил ей. — Думаю, что если делать все что в твоих силах, то рано или поздно можно добиться желаемого.

— Алекс, а вот врать… — начала было Вейла, но тут же была перебита.

— Цыц, не читай мне нотаций. — мысленно огрызнулся, тут же погружаясь в раздумья.

Вот только мои размышления были прерваны звуком быстрых шагов. По мосту, который сначала казался очень ненадежным, вплоть до того момента, пока его не усилили стальными листами, шел немного сгорбленный Никаноров. И на этот раз его выражения лица было не очень довольным.

Складывалось такое впечатление, что капитан лично возводил эти генераторы, и тащил их на своем горбу откуда-то из Владивостока. Да ещё и без остановок, потому что грязь на его щеках смешалась с гарью, а правый глаз дергался в такт какой-то внутренней тревоге.

— Опять он. — вздохнула Вейла. — Мне кажется, что этот человек — ходячий вестник дурных новостей и идиотских просьб. На которые ты, между прочим, слишком легко соглашаешься! — недовольно и на повышенных тонах продолжала наставница. — Не удивлюсь, если он сейчас попросит тебя прыгнуть в костер… или с моста.

Я в очередной раз решил проигнорировать девушку, и вставая со своего места, шагнул навстречу капитану.

— Товарищ капитан, судя по вашему виду, украденная тушенка закончилась, а камаз с наградами сгорел по дороге? — спросил у приближающейся ко мне фигуры, стараясь вложить в голос пару капель бодрости. Правда потом до меня дошло, что предыдущую шутку про тушенку я шутил сам с собой… и кроме Вейлы её никто не слышал.

Никаноров остановился, и тяжело оперевшись руками о колени, начал глубоко дышать.

— Ты про какую тушенку?

— Не важно. — покачал головой, сворачивая щекотливую тему. — Надеюсь, что вы ко мне с хорошими новостями?

— Если бы, Вишневский… — прохрипел собеседник, вытирая лоб рукавом. — Если бы всё было так просто, то мы сейчас с тобой отдыхали бы где-нибудь на курортах, но у нас появились проблемы. Техники здесь, на месте, всё настроили. — резко перешел к делу капитан. — Генераторы работают как надо, но… — он сделал паузу, как будто компьютер, который подбирает слова. — С главной станции передали, что к ним электричество не доходит.

Я нахмурился, чувствуя, как брови поползли вниз, а вместе с тем внутри громко фыркнула наставница, явно уверенная, что нас ждут очередные неприятности.

— В смысле «не доходит»? Обрыв?

— Именно. — Никаноров наконец выпрямился, а его взгляд приобрел нотки жесткости. — По предварительным данным, полученным от главного инженера со станции, и того, кто ведет работы тут, обрыв где-то на соседней станции.

— Алекс, а это не то место, откуда ты так хитро попал к своей семьей? — прожевав виноград, спросила Вейла. Но поговорить с ней не успевал, потому что капитан не собирался прерывать свою речь, и мое внимание полностью было сосредоточенно на нем.

— Там проходит основная развязка магистральных кабелей, от которой как раз в случае чрезвычайных ситуаций должны запитываться жилые уровни и производственные помещения. Если мы их не восстановим, то всё, что мы тут сделали за последние сутки — бесполезно.

Та станция… Она находилась относительно близко к центральной, как раз куда ушла остальная часть нашей группы. И именно там, где была Алиса вместе с мамой. Можно сказать, что мне подвернулся прекрасный шанс уйти с этого объекта, и оказаться там, где я сейчас нужнее всего.

— Значит, необходимо проверить узел. — сказал, стараясь, чтобы мой голос не выдал затаенной надежды. — Там вполне могут быть монстры, которые по каким-то причинам решили перекусить изоляцией и медью.

— Скорее всего так и есть. Мы тоже об этом подумали. — кивнул Никаноров. — Но мы не можем просто взять, и отправить туда наш технический персонал, чтобы они все там перелопатили. Так или иначе, нам нужны спецы, которые точно будут знать где копать. И что не менее важно, те, кто сможет этих спецов прикрыть, чтобы все вернулись домой живыми.

— К чему ты клонишь? — не в первый раз я поторопил капитана, который то и дело любил уходить в высшие материи во время наших с ним разговоров. Размяк мужик.

— Марков просит, чтобы ты помог с этим делом. Тем более, ты уже в метро как у себя дома.

Делать вид, что раздумываю — не пришлось.

Потому что я правда раздумывал над этим предложением. Если там, на станции, были проблемы, то почему Марков просто не скажет, что это в обмен на решение той ситуации?

— Глупый вопрос, Алекс. — снова раздался хрумкающий голос Вейлы. — Он просто пользуется и тобой, и моментом. Этот таракан думает, что ты ничего не знаешь, следовательно, сейчас работаешь бесплатно. А когда узнаешь, придется делать ещё что-то, вот только уже в виде «платы».

— Хорошо. — наконец произнес, принимая решение и скрещивая руки на груди. — Я пойду, но сам понимаешь, что без людей, которые смогут все починить — мое присутствие там не имеет смысла.

— Тут всё готово, можешь за это не переживать. — Никаноров махнул рукой в сторону каморки, где мы отдыхали с Нюхачом после сражения. — Я выделю тебе двоих, самых башковитых наших техников. И! — поднял он палец вверх. — Чтобы вы не топали пешком хрен знает сколько, специально для тебя подогнали дрезину, вместе с приставленным отделением охранения, разумеется. — закивал головой капитан, хотя как по мне, брешет. Потому что дрезину подогнали не для меня, а для задания в целом. — Конечно же, отделение будет в твоем подчинении. — продолжал мужчина, как ему казалось, радовать меня новостями.

— А может ты мне просто выделишь Ворона? — с надеждой спросил у него. Ведь всяко лучше идти с кем-то, кого ты знаешь. Да и был ещё один плюс: с ним можно было договориться. По необходимости.

— Ворон со своими ребятами пойти не сможет. — отрицательно махнул головой собеседник. Но даже так от меня не смогло ускользнуть, что он пытался спрятать собственные глаза. — У него другое задание. Так что поедешь с молодняком и технарями.

— Молодняком? — встрепенулся я, услышав если и не самую важную информацию, то как минимум ту, с которой стоило начинать весь диалог.

— Алекс будет нянькой! — захихикала Вейла, пока капитан глупо почесывал затылок.

— Ну… тебе будет не сложно прикрыть, а им всякий опыт поможет. Сам ведь в курсе, какие потери несут ребята на вылазках.

— Я надеюсь, что дрезина хоть не на ручном приводе? — невольно усмехнулся перспективе возиться с их зелеными новичками, для которых я не только в роли старшего наставника, но ещё и в роли какой-нибудь страшилки.

— Обижаете, товарищ капитан! — тем временем Никаноров позволил себе ехидно посмеяться. — Дрезина электрическая, на аккумуляторах. Вполне себе шустрая машинка. Главное в этом деле, чтобы с рельсами все было в порядке.

После этой тирады он уставился на меня, как будто ожидая, что я запрыгаю от счастья. Вот только счастья особо не было, если бы не личные причины, то послал бы их с такой «просьбой» как можно дальше, и как можно на подольше.

— В общем, собирайся, Алекс. Через час техники будут готовы, они уже на блокпосте. Наши ребята проводят вас с Вербой туда, а оттуда уже с ветерком поедете дальше.

Никаноров развернулся, и не дождавшись ответа быстро зашагал прочь, словно боялся, что я все ж таки догоню его и откажусь. Мои глаза уловили рядом Вербу, которая стояла и поправляла лямки собственного рюкзака. И когда только собрать успела? Думаю, такой вопрос тоже останется без ответа.

— Ты ведь этого и хотел, да? — тихо спросила она, заглядывая в мои глаза. — Вернуться туда.

— Да, верно. Как бы я не пытался не думать об этом, но у меня не получается. Мне необходимо знать, что с ними, Дарра. — ответил ей максимально честно. Врать не было никакого смысла. — И если для этого нужно выступить кому-то нянькой, а кому-то сопровождающим, то я это сделаю без сомнений.

— Тогда идем вместе. — с небольшой улыбкой добавила девушка.

— Конечно, это даже не обсуждается, мы ведь команда. — пожал плечами, направляясь к переходу.

Спустя час с чем-то блокпост встречал нашу пару яркими лучами мощных прожекторов, заменивших собой тусклое освещение. Судя по всему, те доставили не так давно, потому что когда мы уходили к генераторам, их точно не было.

По округе же сновали незнакомые лица, видимо, свежее пополнение гарнизона. Радовало, что слова о важности этого места для командования — были не только словами.

А в самом центре этого хаотичного движения находился наш старый и добрый знакомый, прапорщик Мимолетов. Он настолько сильно был в мыле, что успел только кивнуть нам издалека, да спешно посеменил куда-то дальше, так и не поздоровавшись.

Тем временем, около дальнего выхода, откуда в прошлый раз заезжал конвой, виднелась наша скоростная «карета». Дрезина представляла собой плоскую металлическую платформу с низкими бортами сантиметров по сорок, и установленным в центре мощным электромотором.

Вокруг мотора были наварены дополнительные стальные листы для защиты, к которым вели странные рычаги. А на ближайшей к нам стороне сидела четверка бойцов в полном снаряжении и о чем-то весело переговаривались. Каждый из них едва ли был старше двадцати лет. Когда Никаноров говорил про новичков, честно говоря, думал, что будут взрослые мужики.

А тут…

В самом центре, судя по всему, был их командир. Достаточно крепкий, молодой парень, старше остальной четверки лет на пять, и, скорее всего, ближе по возрасту ко мне. При нашем приближение, он лишь коротко нам кивнул.

— Капитан Вишневский? — протянул мне руку этот молодец, единственный среди всех, кто стоял. — Лейтенант Максимов, мой позывной Глыба, нам поступил приказ доставить вас и этих двоих… — он кивнул в сторону двух мужчин, сидевших за ящиком рядом с дрезиной. — До узловой, и на протяжении всего времени обеспечивать прикрытие.

Я перевел взгляд на мужчин, которые походу и были нашими технарями, выделенными Никаноровом. Один из них, по классике, щуплый и очкастый парень лет под тридцать, который нервно протирал линзы грязной тряпкой. А вот второй, угрюмый мужчина, приближался к шестому десятку. Он закинул свои ноги на огромный чемодан инструментов, где было выцарапано «Собственность Семеныча».

— Меня зовут Лёша. — пискнул паренек, надевая очки, которые так и остались с заляпанными линзами. — Я хорошо разбираюсь в электронике.

— Семеныч. — буркнул угрюмый мужик. — Отвечаю за все, что только может прийти тебе в голову. — сообщил он очень неопределенно о степени своей экспертизы.

— Приятно познакомиться. — кивнул им в ответ. — Александр, можно просто Алекс. — представился в ответ я. — А рядом со мной Верба. — представил и девушку, называя её позывной. Сама же Дарра лишь молча наклонила голову в сторону и ничего говорить не стала.

— Рад, что все познакомились, но так как я отвечаю за вашу безопасность, есть одна просьба: не лезьте под пули. — буркнул Глыба, не поднимая головы. — А с остальным мы разберемся. Вы тоже. — посмотрел он на меня, видимо так до конца и не понимая, как явно на вид гражданский может быть капитаном, и какая у него вообще роль во всем этом.

— А вы в курсе, что ваше отделение. — окинул пять человек взглядом, задерживаясь на каждом из них. — Поступаете в мое командование? — решил я на всякий случай уточнить, чтобы избежать каких-либо эксцессов в дальнейшем.

— Так точно. — отрапортовал тот. — Вот только… — оглянулся он. — Мы думали, что это какая-то ошибка.

— Нет, в этом нет никакой ошибки. — материализовался, как черт из табакерки прапорщик Мимолетов. — Ну что. — обратился он ко мне. — Приветствую вас, товарищ капитан. Вы на очередное задание?

— Да. — протянул с ленцой в ответ. — Сам же знаешь, кого если не нас пускать на самоубийственные миссии? — вернул ему вопрос с ухмылкой, от чего все, кроме Вербы, поежились и начали вопросительно переглядываться между собой.

— Держи. — протянул он какую-то смятую вчетверо бумажку. — Вам от Никанорова телеграмма. А от меня лично, пожелаю просто удачи.

— И вам. — принял клочок бумаги, тут же запрыгивая на платформу, помогая Вербе подняться следом за мной. Дрезина слегка просела под внезапным увеличением веса, издавая жалобный металлический стон, явно сопротивляясь.

— Ну что, Глыба, заводи свою шайтан-машину. — скомандовал, не дожидаясь лишних вопросов и занимая место у переднего борта. — Посмотрим, насколько быстро она бегает.

Командир охраны забрался следом за нами, и нажал на один из рычагов около электромотора. После чего тот отозвался низким гулом, и из него посыпался сноп искр.

Дрезина медленно тронулась со своего места, неторопливо набирая скорость. Наша временная команда скользнула в темноту тоннеля, оставляя позади шум ожившего за эти дни блокпоста.