Дознавательница не слишком хотела общаться с лордом Вольдгардом — несмотря на то, что теперь они были союзниками, приятнее он не стал. Мелли еще привлекал его суровый, мрачный вид и сосредоточенность на работе, но Кларисса таких коллег навидалась. Лорд был формалистом до мозга костей. Показательным примером служило то, что он не дал Мелинде документов по поводу смерти дракона, отравленного грибами, хотя девушка ему явно нравилась.

Кларисса не сказать, чтобы рассчитывала полностью переложить эту часть задачи на Мелли. Более того, она все равно пошла бы к Вольдгарду, потому что кроме этого трупа, у него еще были материалы по Старому Королю и погибшему адъютанту Цветоносу, и копировать их бы точно никто не дал.

О нет, дознавательница заслала сестру с тайной мыслью проверить глубину возникшей у лорда симпатии — и осталась в смешанных чувствах.

— Не понимаю, в чем дело. Он же тебе не нравится? — спросил лорд Магарыч, когда Кларисса поделилась с ним этим за завтраком.

— Не очень, — призналась дознавательница. — Но я ведь и не для себя выбираю.

— Я предложил бы Карниэля, Мелли ему очень нравится, — чуть улыбнулся лорд Магарыч. — Только, боюсь, тогда они с Рагоном переберутся в Розенгард, попросятся ко мне в Академию и будут каждый день цапаться с Рикошетом. На это никаких нервов не хватит.

Кларисса вспомнила их последний визит в замок лорда Магарыча, потом вспомнила предпоследний, припомнила, что кроме беловолосого ректора Рикошета, там обитают острый на язык Грайси и Ося с привычкой подсыпать неприятным людям и драконам слабительное, и решила, что Мелли действительно лучше в них не влюбляться.

Позавтракав, она простилась с Магарычем до вечера, дошла до Центрального сыскного отдела, после небольшого ожидания попала на прием к лорду Вольдгарду, и попросила на изучение все материалы.

— Минуту, — кивнул дракон. — Вы сегодня одна, без Мелинды?

— Одна. Сестра занята.

Дознавательница не стала рассказывать, что отправила Мелли пройтись по артефактным лавкам. Она сомневалась, что преступник, совершивший двойное убийство под маскировочным артефактом, приобрел его в обычной городской лавке, но рассчитывала хотя бы изучить ассортимент. Господин Трейн сказал, что наведет справки по агентурным данным — изучит, так сказать, черный рынок — но особых надежд на это тоже не было. Кларисса знала, что, если преступление не удалось раскрыть по горячим следам, в нем придется ковыряться долго и мучительно.

— Можете присесть здесь, — сказал Вольдгард, и Кларисса послушно опустилась на стул. Она не считала нужным взаимно изображать несуществующую симпатию.

Под хмурым тяжелым взглядом начальника управления дознавательница погрузилась в изучение материалов. Сам Вольдгард не мешал, бесед не заводил, просто сидел за столом, суровый и мрачный.

В делах она ковырялась чуть меньше трех часов. Вольдгард ей не мешал, он занялся работой, и Кларисса надеялась, что не сильно раздражает его своим присутствием. Иногда она задавала вопросы, и лорд отвечал. В основном так: этим занимается господин Трейн, спросите у него, и этим тоже занимается Трейн, и этим, и этим, и вообще, в Северном сыскном отделении работают, а у нас в основном руководят.

Первым делом дознавательница изучила дело дракона, отравленного грибами. Ничего полезного там обнаружено не было. Бытовое убийство на почве ревности, обвиняемая, супруга покойного, ждет суда. Кларисса выписала в блокнот ее данные, отметила, что вину она не признала, проверила, не упоминаются ли в материалах дела Цветонос, друидский посол Древохват, Старый Король и еще кто-нибудь. Ничего подобного, конечно же. Дознавательница выписала в блокнот имя одного из приятелей покойного, показавшееся ей смутно знакомым, вернула дело Вольдгарду, быстро просмотрела материалы по покойному адъютанту — ничего ценного, интересного или полезного — и перешла к делу об убийстве Старого Короля, самому толстому из всех.

Увы, Клариссу ждало разочарование и тут. Она сразу настраивала себя на мысль, что, если бы там действительно были улики и ниточки, ведущие к преступникам, убийство Старого Короля уже бы раскрыли, но новой информации оказалось до обидного мало. Почти все, что было в деле у Вольдгарда, Кларисса уже знала от господина Трейна.

Из полезного — пока дознавательница развлекалась в мире демонов, пришли результаты технико-магической экспертизы по устройству, которое отрубило голову Старому Королю. Они занимали целый том уголовного дела, и весь последний час Кларисса изучала именно их.

«Комбинированный технико-магический артефакт», — читала она, — «дистанционное снятие предохранителя, триггер — природная магия».

— Любопытная конструкция, лорд Вольдгард, — поделилась Кларисса, перевернув последнюю страницу. — Преступники учли, что Старый Король носит защитные амулеты, и сделали все, чтобы обойти их.

Список королевских амулетов дознавательница увидела в протоколе осмотра трупа. Они давали защиту от яда, от огня, от магических воздействий, даже от дальнобойного оружия. Амулеты могли защитить от взрыва, отвести стрелу или руку наемного убийцы, но оказались бесполезными перед ловушкой — слишком большой вес лезвия, слишком большая инерция.

Кларисса не сомневалась, что такой параноик как Старый Король наверняка запасся бы всевозможной защитой и от ловушек — если бы только предположил, что они могут появиться в его собственном замке!

— О, вы про то лезвие, вылетающее из стены? Именно так, леди Кларисса.

В приступе дружелюбия Вольдгард рассказал, что лично разговаривал с экспертом, и тот пояснил, что половина чар в плетении артефакта — бытовые, и нужны для того, чтобы эту ловушку можно было смонтировать без использования строительной бригады. Силами одного человека.

Или друида.

То, что их в этой истории действительно многовато, Кларисса думала не в первый раз. Но ведь друиды могли быть только исполнителями, причем дешевыми, для экономных преступников. А кем был заказчик? Тоже друидом, человеком, драконом?

Дознавательница вспомнила, как фыркал Крылатый Король, когда она спросила, не он ли стоит за этим убийством — исключительно ради того, чтобы не делать лишнюю работу!

«Да будет тебе известно, я никогда — никогда! — не посылал к старому идиоту убийц! Хотя он заслужил это триста раз! Да, мы воевали друг против друга, но потом, после подписания мирного договора, я даже не думал сводить с ним счеты. Если убивать отцов каждый раз, когда они делают что-то, что тебе не по вкусу, мир станет очень паршивым местом, Кларисса».

Прекрасным кандидатом на роль убийцы мог стать лорд Магарыч. У него был мотив, он разбирался в замках и в ловушках. Кларисса, может, даже и заподозрила бы его, если бы не чудесное алиби в виде перерезанного горла.

Других подозреваемых на должность заказчика как-то не наблюдалось. Единственную версию, не имеющую в блокноте пометки «бред», сегодня проверял лорд Магарыч — и Кларисса едва ли не впервые жалела, что рядом с ним не будет вредного и надоедливого лорда Грайси.

Простившись с Вольдгардом, дознавательница отправилась добиваться аудиенции у золотоволосого короля Истинной земли драконов. Ей требовалось получить документы, позволяющие посещать находящихся под стражей обвиняемых и подозреваемых без разрешения Вольдгарда, Трейна и еще кого-нибудь.

Молодой король не стал спорить или выспрашивать подробности. Дознавательница тут же воспользовалась его добротой и навестила женщину, ожидающую суда по поводу тех самых злосчастных грибов.

Это был очень тяжелый, неприятный визит. Обвиняемая рыдала и клялась, что не травила своего мужа, но, в самом деле, его следовало убить, и он это заслужил! Список претензий включал в себя все грехи, обычно приписываемые Багровому демону, и выделить оттуда что-то рациональное оказалось непросто.

Диалоги проходили по одной схеме: Кларисса спрашивала, не общался ли погибший с друидами, и обвиняемая немедленно заявляла, что регулярно наблюдала его в компании пятнадцати пышногрудых друидок. После этого дознавательница переходила к следующему вопросу, и все начиналось заново.

Пролить свет на обстоятельства смерти дракона Клариссе так и не удалось. Обвиняемая повторяла те показания, которые дала еще во время следствия: никого не травила, просто наготовила еды и уехала, обидевшись на… Кларисса так и не поняла, на что. Грибочки оказались с каким-то природным токсином, и когда она приехала, дракон уже был мертв.

Дознавательница вспомнила, как светилось горло покойного в свете фейской пыльцы, сделала пометку в блокноте и нарисовала рядом крысу.

Вторую пометку она сделала, когда попросила обвиняемую перечислить всех друзей, приятелей, коллег и знакомых убитого, вот прямо всех, кого только получится вспомнить. Друидов там не было, зато оказались другие знакомые имена. Надо сказать, раздражающе-знакомые.

Прощаясь с обвиняемой, дознавательница воздержалась от обещаний, сказала, что разбирается.

Дома, в посольстве, Кларисса только укрепилась в желании рисовать крыс.