После того как мы покинули ректора, не прошло и получаса, как по внутренней связи академии напряженный женский голос попросил всех темных срочно явиться в канцелярию за обновленным расписанием. Я в этот момент в компании Акселя шла в сторону столовой, рассчитывая все же позавтракать, пока Виллар разбирается с Агатой и нашим расписанием.

– Да они издеваются! – простонала я.

– Зато смотри, как оперативно сработали, – невозмутимо ответил парень. – Есть все шансы, что на вторую пару вы попадаете!

Чертыхаясь, как пьяный извозчик, я поплелась обратно к административному корпусу. Хант же, кинув напоследок: «Не забудь про доклад», отправился на свои занятия. У меня даже пререкаться с ним никакого желания не возникло: я все еще была голодная, а визиты к ректору на ковер настроения не улучшали. И когда уже Дестрак вернется? Я не нанималась тут выполнять его кураторскую работу!

Получив по листику с новым расписанием, мы всей дружной темной компанией встали кружком прямо у входа в административное здание.

– Где Дестрак? – спросил все еще мрачный Маверик.

– Свалил посмотреть туманы, – поморщилась я.

– А-а-а… – протянул Клаус. – То-то тебя таскают к ректору каждые полчаса.

– Вашими стараниями, – буркнула в ответ. – Сделайте одолжение, дотерпите до его возвращения, а?

– Милая, – Эдди приобнял меня за плечи, широко улыбаясь, – мы еще даже не начинали!

– Это-то меня и беспокоит, – вздохнула я.

Мы обменялись еще парой ничего не значащих фраз и разошлись. У нас была четко поставленная задача от нашего ректора – влиться в местный социум. Вот парни уже интегрировались по полной, и я с предвкушением и внутренним содроганием ждала, когда начнут вливаться девушки.

В моем расписании второй парой значился этикет. У нас такого предмета не было, а меж тем, несмотря на происхождение, я была уверена, что с моим даром общения с аристократами на их территории не избежать.

Этикет проходил в кабинете, больше походившем на салон благородной дамы. Мягкая мебель, круглые столики, текстиль, фарфор, цветы и рюши. Все в светлых, теплых тонах – от тканевых обоев на стенах до пионов в вазах на столиках. Студенты в белой форме академии идеально мимикрировали под местный интерьер. И среди всего этого зефирного великолепия нарисовалась я – темная магичка в черной форме.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась с преподавательницей, седовласой дамочкой явно из бывших гувернанток.

Старушка вытаращилась на меня, потом, кажется, хотела хлопнуться в обморок, но передумала и громким шепотом отчетливо произнесла:

– Хватило же наглости явиться на мои занятия.

В этот момент я как-то очень прониклась к Маверику, его пудовым кулачищам и такому родному и простому пути решения конфликта…

– Скажите еще, что господин Виллар не уведомил вас о новой студентке, магистр, – улыбнулась я. Больше, конечно, ядовито, чем вежливо, но кто придерется?

– Здесь явно какая-то ошибка, – поджала губы преподавательница.

– Вот как? – Я вскинула бровь.

– Совершенно точно ошибка. Но даже если вы каким-то светлым чудом и оказались в списках, я все равно не допускаю вас до своих занятий.

Потрясающе. Просто потрясающе. Если остальные ребята сейчас также вылетают с пар, я возглавлю инициативу по деконструкции Светлейшей академии по кирпичикам.

– И на каком же основании? – вздохнула я, чувствуя, что сейчас опять придется тащиться к ректору, чтоб ему икалось.

– Вы не подходите под интерьер моего салона, – елейно улыбнулась старушка.

Раздалось гаденькое хихиканье присутствующих. Я возвела глаза к потолку, с тоской размышляя о том, что если бы эта старая перечница знала, мага с каким даром сейчас бесит, она бы поседела от страха. Хотя нет, седеть тут уже нечему. Облысела бы!

– Покиньте помещение, милочка, вы задерживаете начало занятий, – величественно потребовала магистр.

О, я его покину. Я его так покину, мало не покажется.

– С удовольствием, – процедила я. – А то здесь какая-то жуткая антисанитария.

Я даже не стала дожидаться кивка или вопроса от старой карги, а развернулась на каблуках и с чувством хлопнула дверью. Нет, ну вот же дрянь! Мы перлись через полконтинента, чтобы их не сожрали, а она побрезговала мне прочитать пару лекций.

За спиной раздались истошные вопли и визги. Темный княже, приятно-то как!

* * *

Честно говоря, сначала я хотела направиться к ректору скандалить и каяться одновременно. А потом по пути нечаянно встретился Рейн.

– И снова привет, – тепло улыбнулся блондин, придержав мчавшуюся меня за плечи от столкновения с его широкой грудью.

– Привет, – буркнула я. Хотела обойти, но потом передумала. В сущности, ну куда мне торопиться?

– И почему ты не на парах в этот раз?

– Выгнали, – честно призналась я.

– За что? – округлил глаза Рейн.

– О, за страшную провинность! – воскликнула я и всплеснула руками для убедительности.

– Боюсь даже представить. – Рейн едва сдерживал улыбку. – Не томи.

– Потому что я темная.

Готовый рассмеяться от хорошей шутки парень удивленно моргнул.

– Что, прости?

– Ты не ослышался. Магистр по этикету не пустила меня на порог, потому что я темная.

– Ого! – нахмурился Рейн. – Это ужасное оскорбление, уверен, ректор за тебя вступится.

Вопрос был, конечно, спорный, за кого надо вступаться после моего ухода, но я решила не вдаваться в подробности. Был вопрос более насущный.

– Слушай, а тут можно где-то перекусить?

– Столовая не устраивает?

– Очень даже устраивает, только перекусить хочется сейчас, а не когда-нибудь в обед.

– Есть небольшая ресторация на территории академии, – задумчиво кивнул Рейн. – Пойдем, составлю тебе компанию.

Я благодарно улыбнулась, а в следующее мгновение застонала в голос. Потому что…

– Студентка Гвендолин Мортон! Немедленно пройдите к ректору! Студентка Гвендолин Мортон! Немедленно пройдите к ректору!

Ну я же просила, ну просила же держать себя в руках!

В приемной ректора меня ждали двое: мой светлый коллега и миниатюрная блондинка с огромными синими глазами и обманчиво-наивным взглядом – Тамалия Диамонд.

Несмотря на внешний безобидный вид, Тамалия была отличницей и профилировалась на некромантии. Я предвкушала, какой эффект произведет наша куколка в рюшках с лопатой наперевес на местном погосте. И ведь не скажешь, что эта малышка – старшая наследница одного немаленького герцогства. Правда, есть в этой истории одна неловкость – в семье у Тамалии сплошь светлые маги. А потому после первого проявления темного дара ее отослали с глаз долой, но очень вежливо и со всеми почестями. Не забывали также присылать нескромные средства на милые безделушки. Она была из тех, кому, можно сказать, повезло.

– Венди, это какое-то глупое недоразумение! – воскликнула куколка красивым, чистым голосом и так хлопнула пушистыми ресницами, что я поняла – малышка развлеклась по полной.

О деталях я, правда, расспросить не успела: дверь в кабинет ректора распахнулась с таким чувством, аж грохнула о некстати стоящий рядом стул.

– Кажется, по нам соскучились. – Я подмигнула Акселю и первая вошла в кабинет.

В кабинете находились господин Виллар и женщина средних лет. Ректор шел пятнами от переполняющих его эмоций, а дамочка имела вид бледно-зеленый, сидела на краю гостевого кресла и мелкими глоточками пила воду из стакана. Руки дамочку слушались плохо, стакан дрожал, и вода проливалась прямо на ее строгое платье по лекарской форме.

– Ты ее что, подняла? – восхищенно спросила я у Тамалии. Нет, ну правда, если это великолепно реконструированное умертвие, я бы на месте родственничков герцогессы уже бы замуровывалась в семейном склепе самостоятельно.

Умертвие сдавленно пискнуло и облилось остатками воды.

– Вы в своем уме?! – рявкнул ректор без приветствия и вступления.

– Кто конкретно? – уточнила я, с любопытством рассматривая дамочку в кресле.

– Поднять труп прямо посреди урока по лекарскому делу! – рявкнул Виллар.

– Госпожа Медси попросила определить причину смерти пособия, – равнодушно пожала плечами Тамалия. – Самый простой и быстрый способ – это спросить у трупа напрямую.

– Вот! – взвизгнула дамочка в кресле, внезапно приобретя повышенную прыткость и здоровый румянец. – Вот об этом я и говорила на планерке!

– О чем? – тоном великомученика спросил ректор.

– О том, что им не место среди нормальных студентов! Они неконтролируемые! Они аморальные! Они…

– Мыслят нестандартно, – вставил ректор. – И это именно то, что нам нужно. Или вы предпочтете увидеть в качестве пособия собственных учеников?

Дамочка захлопнула рот и подскочила на ноги:

– Я не собираюсь терпеть это чудовище на своих уроках! Или я, или они!

Ректор откинулся в кресле и обвел всех нас оценивающим взглядом.

– Медси, я сделаю вид, что не слышал последнего предложения. Господин Хант сделает вид, что его тут не было. Госпожа Диамонд сделает вид, что прониклась и раскаялась. А госпожа Мортон соизволит начать выполнять возложенные на нее обязанности.

Мы с Тамалией кинулись наперебой, горячо и искренне уверять ректора, что больше никогда, ни в жизнь и вообще мы светлеем с каждым мигом нахождения в его академии. А когда вышли из административного здания, некромантка внимательно так посмотрела на меня и спросила:

– Только не говори, что у тебя тут случилось потемнение, тьфу, то есть просветление, и теперь ты образцово-показательная студентка.

– Кто? Я? Да никогда! – Я так возмутилась, что даже немного оскорбилась, и шедший рядом Аксель аж споткнулся.

Тамалия хмыкнула, кинула на Ханта оценивающий такой, чисто женский взгляд и оставила нас, мигом преобразившись в образцовую ученицу пансиона.

– А ты что натворила? – поинтересовался Аксель с искренним любопытством.

– О, скоро узнаешь, – заверила его я. – Я прям даже готова рассказать в красках, только сначала нужно поесть.

* * *

Впрочем, поесть мне была не судьба. Мы не успели отойти от административного здания и на полсотню шагов, как вдруг по всей территории академии раздалось:

– Мортон!! К ректору!! Живо!!!

И на этот раз уже был не прохладный женский голос, а что-то близкое к воплю раненого бизона. И бизоном этим был магистр Дестрак.

– Дай-ка угадаю, на этот раз отличилась ты? – спросил Аксель.

– Профессиональные выходки с первого курса, сынок. – Я по-отечески похлопала его по плечу и пошла обратно.

Через пару шагов Аксель меня догнал.

– А тебе не пора, ну не знаю, например, на пары? – раздраженно спросила я.

Почему-то мне совсем не улыбалось быть отчитанной в присутствии этого светлого.

– Ну что ты, как я могу пропустить такое представление, – заулыбался парень. – Хотя как минимум еще один раз к Виллару мы прогуляемся.

– Почему? – не поняла я.

– Вас шестеро. А на ковер тебя вызывают пятый раз.

– А, – отмахнулась я, – это вряд ли.

– Среди темных есть милейшая тихоня? – искренне удивился Аксель.

– Ну-у-у-у-у как сказать, – протянула я. – Элен – ведьма, и она редко идет на конфликт. Но наверняка уже начала торговать из-под полы разного рода зельями. Так что я бы на твоем месте поостереглась, как бы в стакан не плеснули приворотного зелья. А то глазом моргнуть не успеешь, окажешься безнадежно влюблен и женат.

Вообще, я, конечно, от души привирала, ведь приворотные зелья запрещены законом. А мы, темные, теперь вроде как законопослушные граждане и последняя надежда мира на спасение. Но нервировать-то окружающих мне никто не запрещал. Я ожидала, что парень отшутится или возмутится, но он подозрительно промолчал и вообще помрачнел.

Секретарю я кивнула как старой знакомой, даром что нахожусь в Светлейшей академии меньше суток, и, глубоко вздохнув, шагнула в кабинет ректора.

Картина была такая привычная, почти умиротворяющая. Можно сказать, повеяло родной Темнейшей академией. Ректор, у которого дергается глаз. Дестрак, весь в какой-то дряни, как будто только откопался с погоста. И благообразная старушка, с непередаваемым выражением бешенства на лице.

– Мортон, – проникновенно произнес некромант, когда еще даже двери за моей спиной не успели закрыться, – ты в своем уме?

– Мм? – Я изобразила самую невинную мордашку, на какую только была способна.

Но Дестрака не проняло. Его вообще мало что пронимало, особенно я. В чем я, конечно же, ну совершенно не виновата. Нет, ну правда, один раз ляпнула, не подумав, а уважаемый магистр весь семестр заикался. Но он и сам хорош, не надо было пугать первокурсниц, нам и так было страшно на его парах!

– Мортон, госпожа Рулз сообщила, что вы сорвали ее урок, – мрачно проговорил Виллар.

– Я? – удивилась я. Искренне, между прочим. – Каким, интересно, образом? Она меня даже на порог аудитории не пустила.

Ректор так же мрачно посмотрел на старушенцию, которая недовольно поджала губы.

– Рулз? – устало спросил Виллар.

– Я не потерплю этих на своих занятиях. – Старая карга вздернула нос. – Тем более после такой выходки!

– Не понимаю, о чем вы, – равнодушно пожала плечами.

– Мыши, Мортон. В кабинет твоими стараниями явились полчища грызунов.

– И я тут при чем? – возмущенно спросила, очень стараясь не переигрывать.

– А кто еще?! – возмутилась старушка.

– Если бы это была я, от кабинета бы камня на камне не осталось. – Я мило улыбнулась.

– Ах ты дрянь!

– Тихо! – рявкнул ректор, у которого за сегодняшний день, кажется, был переизбыток темных магов в кабинете. – Рулз, не допускать темных студентов до занятий непрофессионально.

– Но я…

– А я считал, что в моей академии работают специалисты высшего класса! – повысив тон, закончил фразу ректор.

Старушка поджала губы сильнее, хотя, казалось бы, куда сильнее, и так уже превратились в ниточку.

– Мортон. – Виллар перевел взгляд на меня. – Я в вас разочарован.

Ну все, как мне теперь после этого жить-то?

– Но я свято уверен, что любую дурь из студенческой головы выбивает трудовая повинность.

Я даже пальцы за спиной скрестила, в надежде, что меня отправят куда-нибудь на кухню мыть посуду. Обожаю тарелки, они так прекрасно бьются на счастье!

– Господин ректор, у меня есть предложение! – внезапно подал голос стоящий за моей спиной Аксель, про которого, каюсь, я уже даже подзабыла.

Ректор многозначительно поднял бровь, а у меня нехорошо так зазудело внутри.

– Мне необходимо подготовить доклад по внутренней экономике Гарды, считаю целесообразным, чтобы студентка Мортон присоединилась ко мне в этом исследовании.

– Вот, смотрите, Рулз! Какие прекрасные идеи и нестандартные решения! Ребята займутся полезной деятельностью и смогут наладить контакт! – воодушевлено проговорил ректор. – Молодец, Хант!

Дестрак согласно кивнул, а я покосилась на Акселя. Парень просто излучал доброжелательность, едва ли не светился от непреодолимого желания помочь заблудшей темной душе. Невероятно, но некоторые светлые потемнее некоторых темных будут. Это ж надо, а! Не просто шантаж, а подтасовка фактов! Потрясающе!

– Я же говорил, что ты напишешь мой доклад, – вполголоса сказал парень, когда мы наконец вышли из кабинета ректора.

– Ты же понимаешь, что я об экономике знаю абсолютное ничего? – воззвала я к голосу разума.

– Ерунда, – легкомысленно отмахнулся парень. – Получишь допуск в библиотеку и обретешь все необходимые знания.

О, парень, ты даже не представляешь, какую только что услугу мне оказал.

* * *

– Еда-еда-еда… – бормотала я, припустив в сторону столовой.

К моему великому сожалению, светлый маг не отстал. Мало того, когда мы вошли в столовую, он изъял у меня из рук поднос с фразой «Дамам тяжелое носить вредно». Мало того два, он еще и начал накладывать еду туда по своему усмотрению!

– Эй! – возмутилась я, когда попыталась положить себе на тарелку котлетку с подливкой, а тарелка ретировалась из-под черпака.

– Я тебе авторитетно рекомендую гуляш, – серьезным тоном произнес Аксель. – И вообще авторитетно рекомендую не есть перекрученное мясо. Оно даже в элитных заведениях перекручивается из кусков, вызывающих вопросы.

– У вас же тут, говорят, даже принц учится, неужели его высочество кормят дрянной едой? – удивилась я.

– Ты смотри-ка, – вклинился в наш разговор Рейн, – даже темные знают, что у нас тут наследник короны таится. – Парень протиснулся между мной и Акселем к линии раздачи и накидал себе в тарелку все имеющееся мясо без разбора.

– Знакомься, Рейн Раусс, мой лучший друг и жуткий сердцеед, – с недовольным видом отрекомендовал Аксель друга.

– А мы знакомы, – невозмутимо ответил Рейн, сцапав с подноса Акселя какой-то фрукт.

– Рейн, – многозначительным тоном произнес Аксель и не менее многозначительным взглядом наградил друга.

В общем, пока эти благородные павлины играли в гляделки, я взяла другой поднос, накидала себе по чуть-чуть, но всего вообще и двинулась к своим.

Темные, как и положено темным, забились в темный угол и с самым мрачным видом вкушали. Я плюхнулась на последний свободный стул, прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

– И это еще только половина первого дня прошла, – верно истолковал мое сопение Клаус.

– Для демонолога ты исключительно проницателен, – съязвила я.

– А почему у демонологов проблемы с проницательностью? – неожиданно раздался надо мной подозрительно знакомый голос, я аж подпрыгнула.

– Ты что тут забыл?! – возмутилась я, уставившись на Акселя, все еще с двумя подносами.

– Налаживаю социальные связи, как положено старосте, – с невозмутимым видом заявил светлый, задумчиво осматривая наш стол.

К чести темных, никто не дрогнул и не принялся суетливо освобождать ему место.

– Да-а-а, столик явно маловат для нашей компании, – заявил подошедший Рейн, в дополнение к которому шли еще двое светлых магов.

Таких же отборных красавчиков, надо сказать. И я почувствовала легкий тычок в ребра от сидящей рядом Элен.

– Венди, говорят, Пресветлый князь велел делиться, – громким шепотом сказала ведьма.

– Бери всех, – великодушно разрешила я. – Оптом дешевле.

– Девочки, нас действительно хватит на всех, – жизнерадостно оскалился еще один светлый маг. – Я, кстати, Ричард.

Воздух нехорошо так покачнулся и потеплел. Наши парни ожидаемо злились. Я на минуту представила разрушительные и прекрасные масштабы мордобоя, но картинку портила морда лица Дестрака. Собственно, она из моих бурных фантазий перебралась в скучную реальность.

– Что тут происходит? – суровым, чисто некромантским тоном спросил магистр.

– Завязываем неформальное дружеское общение, – с готовностью пояснил Аксель.

Дестрак красноречиво заломил бровь, но дружки Акселя уже тащили второй стол, чтобы приставить его к нашему. Магистр хмыкнул и отправился к преподавателям. Пока я размышляла о том, чего хочу больше – есть или эвакуироваться, – Аксель пересадил хищно облизнувшуюся Элен между двумя светлыми магами и сам устроился рядом со мной.

– Приятного аппетита, – произнес он, придвинув ко мне второй поднос.

– Ты издеваешься? – спросила я.

– Почему? – совершенно искренне изумился светлый. – Я уверен, что мое меню тебе понравится больше.

– Я не про еду.

– А про что?

Я сделала жест, как будто обвела стол.

– А что тебе не нравится? – пожал плечами светлый маг. Ну просто сама невозмутимость. – Нам нужно общаться. Вам – налаживать контакты. Иначе так и будете вечно отщепенцами общества.

– Общество не слишком-то жаждет нас принимать, – мрачно ответила я, отправляя в рот кусок злополучной котлеты. Котлета была такой себе, и я даже из вредности не хотела ее доедать. Пришлось ткнуть вилку в кусочек мяса в гуляше на подносе, собранном Акселем.

– А ты думала, вот так раз – и по щелчку пальцев или по указу правителей крестьяне перестанут гоняться с топорами за ведьмами?

Я не собиралась отвечать на риторические вопросы. Даже дураку понятно, что пройдут не просто года, а поколения, прежде чем предрассудки изживут себя.

– А если ничего не делать, ничего и не изменится, – спокойно проговорил Аксель, принимаясь за свой обед.

Спросить, какие у него есть гениальные идеи на этот счет, я не успела – к нашему столу подошли еще студенты. Точнее, студентки. И если уж совсем точно, то не к столу, а к Акселю.

– Вот, значит, как, да? – сверкнув ярко подведенными глазами на красивом лице, спросила девица, явно предводительница стаи. – Ты променял меня на эту… эту… темную!

Красотка выплюнула это слово так, словно только что выругалась отборной бранью. Поскольку я увлеченно жевала, то ответить никак не получалось. Да и не хотелось, если честно.

Аксель поморщился.

– Элизабет, прекрати устраивать мне сцены, это не работает.

– Какие сцены?! Это возмутительно, как ты мог опуститься до нее?! – напирала красотка.

А я задумалась, что парень наверняка интересный и перспективный персонаж, раз она готова наплевать на гордость и девичью честь и так вести себя на глазах у изумленной публики.

Публика, кстати, жадно наблюдала за происходящим, явно голодная до представлений.

– Элизабет, – произнес Аксель.

Выразительно так, с характерной интонацией. Валентайн таким тоном демонов призывает обычно, а светлые маги девиц вот распугивают.

– Ты пожалеешь, темная, – прошипела девица и, круто развернувшись на каблуках, мотнула рыжей гривой и поцокала из столовой.

В столовой воцарилось многозначительное молчание.

– Дайте-ка угадаю, – медленно произнес Клаус, намазывая паштет на кусок хрустящей белой булочки, – невеста?

– Хуже, – хмыкнул один из светлых, имени которого я еще не знала. – Бывшая.

– Бывшая невеста? – округлил глаза Эдди. Для него и невеста-то была кошмарным сном, как и свадьба, впрочем, а уж словосочетание «бывшая невеста» так вообще нечто родственное со стрыгой.

– Не, – весело отозвался Рейн, – просто бывшая.

– Сочувствую, – искренне произнес Эдди и тут же добавил: – Значит, красотка свободна и жаждет отмщения?

– Типа того, – нехотя ответил Аксель. – А что?

Эдди на ходу вытер рот салфеткой и помчался догонять Элизабет, кинув на прощанье: «Светлой еще не было».

– Даже не знаю, кому сочувствовать, – задумчиво проговорила Тамалия.

– Мне, – подсказала я. – Я тут невинно пострадавшая сторона.

– Погоди, страдать ты будешь позже и над докладом, – заявил Аксель. – А пока – ешь.

Я глубоко вздохнула и подумала, что еще никогда в жизни мне так сильно не хотелось воткнуть вилку в светлого мага.