Никогда в жизни не лежала на такой большой, удобной кровати. Тело просто утопало в перине, и казалось, будто я ощущаю собственный вес. Над головой висел шикарный балдахин с вышивкой золотой нитью. На столике рядом – фарфоровая ваза с шедевром флористики. Не той, что пыталась нами подзакусить в Туманных чащах, а нормальной. Садоводческой.

Да и вся комната в целом дышала богатством. Таким, о котором я могла лишь читать в книжках да слышать от более родовитых студентов Темнейшей академии. Был день, и через полуоткрытое окно пробивался еще теплый ветерок. Он трепал тончайшее кружево занавесок, лепестки в букете и челку спящего парня.

Алекс Крейг нарушал всю гармонию комнаты своим присутствием. Парень сидел в кресле рядом с кроватью, запрокинув голову и оглушительно храпя. Я хмыкнула и запустила в него одну из бесчисленных подушечек. К моему изумлению, она не впечаталась в морду мага, а стукнулась о магический щит и сползла по нему на пол.

Однако Крейг проснулся. Он рывком подскочил на ноги, в сжатых кулаках вспыхнуло по заклинанию, и лишь после этого сонная пелена спала с глаз. Проморгавшись, парень совершенно неаристократично зевнул во всю пасть и потушил магию.

– А если бы зашиб?

– В своем же доме? – приподняла бровь я.

Он недовольно скривился, но тему развивать не стал.

– Как ты?

– Да вроде бы ничего, – неуверенно отозвалась я, поелозив ногами. Ничего не болело.

Я приподняла край одеяла и, убедившись, что на мне самая жуткая из всех сорочек мира, спустила ноги на пол. Вместо ожидаемого безобразного шрама по лодыжке шла тонкая белая полосочка, и все.

Поболтав ногами и убедившись, что ничего не болит, я осторожно встала. Даже зажмурилась, ожидая резкой и острой боли. Но-о-о-о… ничего не было. Только ощущение пушистого ворса ковра под ступнями.

– Ух ты! – искренне восхитилась я. – Но имей в виду, у меня ни медяшки нет на оплату услуг лекаря такого уровня.

– Шаттер, ты невозможна! – Крейг закатил глаза.

– Долго я была в отключке? – спросила, пробуя ходить по комнате. Сначала было страшновато, но с каждым разом убеждалась все больше: ничего не болит.

– День.

– И скажи на милость, почему мы тут?

– Потому что там нужно было вбить координаты. А единственные координаты, которые я знаю наизусть, – это координаты моего дома.

– Ясно, – ответила я и подняла глаза на парня.

Крейг смотрел на меня внимательно, изучающе. Словно видел впервые. И от его взгляда было неловко. Мне вообще вдруг стало неловко в этой чужой богатой комнате, в чужой дорогой сорочке, под взглядом чужих синих глаз. Как будто это короткое и жуткое путешествие по туману сблизило меня со светлым магом, а теперь я остро и почему-то болезненно почувствовала всю глубину пропасти между нами. Сын знатного рода и дочь сожженной по навету ведьмы, как мы вообще оказались в одной комнате?

Молчание затягивалось, и мне захотелось его нарушить:

– Отсюда далеко до Пресветлой?

Крейг моргнул, и магия момента исчезла.

– Один портальный переход и несколько часов на карете, – спокойно ответил он. – Если лекарь даст добро, отправимся завтра с утра.

– Хорошо.

– Я приглашу его, – сказал Крейг и стремительно вышел из комнаты.

– Спасибо… – пробормотала я в закрытую дверь.

Через четверть часа пришел лекарь. За это время я успела облазить всю комнату и понять, что вещей моих тут нет, да и вообще чего-либо интересного тоже нет, кроме разве что дорогущих предметов интерьера.

Лекарь – щуплый старичок – боязливо косился на меня. Он предусмотрительно не прикрыл дверь, и в образовавшуюся щель тут же просунулась голова Крейга.

– Мастер Витте, рассчитываю на вас. Мне нужно понимать, в состоянии ли девушка осуществлять портальные переходы и далекие путешествия.

– Мм… – неопределенно промычал старичок. – Лорд Крейг, лучше вам остаться и убедиться лично в состоянии здоровья пациентки.

– Мастер, – округлил глаза Крейг, – но я же совершенно ничего не понимаю в лекарстве.

– Ерунда, диагностика будет абсолютно прозрачной.

– Эм-м-м… – попыталась вставить я, кажется догадавшись, куда клонит лекарь.

– Мастер Витте, – нахмурился Крейг, до которого еще не дошло, – но это неудобно и неприлично.

– Помилуйте! Ну что тут может быть неприличного.

– Но она же девушка, – продолжал недоумевать парень.

– Да какая она девушка, она же ведьма, – отмахнулся лекарь и запоздало сообразил, что только что ляпнул. И посмотрел на меня так… испуганно-затравленно.

– Мастер-р-р-р-р Витте… – прорычал Крейг, нехорошо прищурившись.

– Да боится он просто, – хмыкнула я, скрестив руки на груди.

От моего голоса лекарь аж голову в плечи вжал.

– Кхм… – Крейг растерянно посмотрел на меня.

– Заходи, отвернешься и постоишь в уголке. – Я указала на дальний угол комнаты.

– Не уверен, что это хорошая идея, – нахмурился парень.

– Ой, да ладно. Я же не какая-нибудь там наследница древней семьи, а безродная сирота.

Крейг как-то нехорошо сверкнул глазами, но вид у старичка-лекаря был настолько жалкий, что выбора особо не было. Парень демонстративно прикрыл за собой дверь, отошел к дальней стене и отвернулся, изучая шикарный гобелен.

– Вы очень понятливая молодая ведьма, – заулыбался лекарь, но я так мрачно на него посмотрела, что продолжение фразы застряло у старичка в глотке.

Витте уложил меня на кровать, долго водил надо мной руками, с которых сыпались зеленые искорки. Затем, нацепив на нос какое-то хитрое пенсне, пристально изучал раненую ногу, чуть не носом тыкаясь в линию шрама.

Короче, спустя четверть часа мне вынесли вердикт:

– Абсолютно здорова. Готова к любому количеству портальных переходов. К прямой физической нагрузке можно приступать через неделю.

И, не дождавшись ни благодарности, ни вопросов, лекарь просто-напросто сбежал из комнаты.

– Отлично, – резюмировала я. – Осталось получить назад мои вещи, и я готова к путешествию. Отправляемся завтра?

– Мм… – как-то неопределенно протянул Крейг, нехотя отрываясь от гобелена. – Да, завтра. Но сегодня нужно еще кое-что сделать. И мне нужна твоя помощь.

– Что, опять? – ехидно спросила я.

– Соваться в туман не потребуется, – неловко улыбнулся парень. – Но мне правда нужна твоя помощь. Без тебя никак не справиться.

Я вздохнула. С одной стороны, с чего бы мне ему помогать? С другой стороны, а почему бы и нет? Друзьями мы, конечно, не стали, но все-таки некоторая форма доверия между нами установилась.

– Под конец обучения выпишу тебе длиннющий счет за все услуги разом, – предупредила я. – Что нужно делать?

– Вечером будет торжественный семейный ужин. Я хочу, чтобы ты на нем присутствовала.

От такого заявления я основательно так обалдела.

– Ты издеваешься?

– Я предельно серьезен.

– Нет, ты определенно издеваешься! – я начала закипать. – Хочешь всем показать ручную ведьму, которая в двенадцати вилках запутается, а у гостей будет повод посмеяться над новой зверушкой?

– Что? – приподнял брови парень. – Нет, конечно, как тебе в голову это вообще пришло?

– А на кой демон ты меня тогда тащишь на семейное мероприятие?

Парень пожевал губами, развернулся и снова подошел к гобелену.

– Это очень долгая история.

– Знаешь, я до завтра совершенно свободна.

– А я – нет. Мне нужно успеть закончить еще кое-какие дела, пока я не вернулся в Пресветлую.

– Крейг, имей совесть. Или что там у светлых магов вместо нее.

– Шаттер, просто составь мне компанию.

– Да ты можешь объяснить зачем?! – воскликнула я, окончательно потеряв всякое терпение.

Крейг провел рукой по гобелену и растер меж пальцами собранную пыль, а затем посмотрел на меня та-а-а-а-а-ак выразительно, что я сообразила: нас подслушивают.

– Могу, но не сейчас.

Я вздохнула.

– Предупреждаю сразу – я никому не дам себя обидеть. Этот противный старикашка все еще жив лишь потому, что он – лекарь.

– Я это понимаю, – согласно кивнул парень. – Дам указание, чтобы тебе принесли твои вещи. И одежду на вечер сообразно статусу.

– Какому статусу? – Я мрачно посмотрела на мага. – Темномагической нищенки, прибившейся к великолепному лорду?

Синие глаза сверкнули зло, холодно. Крейг процедил:

– У тебя статус моей гостьи, Шаттер. Моей. Личной. Гостьи. Это понятно?

Я поджала губы. Статус личной гостьи абы кому не давали. Это было почетно, громко и вообще распространялось на по-настоящему близких людей. Он давал не только привилегии в великосветском обществе, в которых я, в силу рождения, толком не разбиралась. Самое главное – он давал защиту. Некоторые темные маги выживали только благодаря этому статусу, и я прекрасно знала, что кроется за столь красивыми словами. Пока я личный гость Алекса Крейга, я имею право распоряжаться в той же мере, в коей распоряжается сам Алекс Крейг. А у наследника наверняка широкий набор полномочий…

И вот вроде бы приятное сказал, а все равно его прибить хочется. Ну что за человек? Не человек, а светлый маг!

– Понятно, – сухо ответила я.

– Хорошо. Жди прислугу, – кинул парень на ходу, направляясь на выход из комнаты.

– Пришли кого-нибудь непугливого, – напутствовала я его спину, плюхаясь на кровать. – Все же им придется собирать ведьму.

Дверь за парнем закрылась, но я отчетливо услышала его хмыканье.

Пригласить ведьму на торжественный семейный ужин…

Интересно, если бы он приволок на это мероприятие девицу из дома терпимости, это бы вызвало меньший резонанс или как?

* * *

Наверное, найти непугливую прислугу оказалось той еще задачкой, потому что я успела пообедать заботливо принесенной едой, в которой половина блюд была обильно сдобрена различными приправами. Теми, что, по народным поверьям, отгоняют злых духов, несчастья и ведьм. Вкуса еды это не портило, даже скорее наоборот, придавало особой насыщенности. Так вот, я успела пообедать, подремать, проснуться и начать тихонько выть об безделья, прежде чем ко мне явилась прислуга от Крейга.

Целый решительно настроенный отряд из четырех человек.

– Добрый вечер, – удивленно поздоровалась я. – А вы к кому?

– Мы к ведьме Эльзе Шаттер! – заявила самая низкорослая представительница подозрительной компании.

– Ну, допустим, это я. А что вам надо?

Честно признаться, ожидая прислугу от Крейга, я рассчитывала максимум на горничную, которая должна помочь влезть в соответствующие случаю пыточные инструменты типа «корсет». Но четыре человека для одного торжественного вечера – явный перебор.

– Нас прислал юный лорд Крейг, дав указание помочь вам подготовиться к вечернему мероприятию.

– Мм… – многозначительно протянула я, размышляя, насколько невежливо отправить их всех обратно.

– Итак, – подала голос еще одна девушка, – приступим.

Отряд решительно настроенной прислуги шагнул в мою комнату и плотно прикрыл за собой дверь. На грани сознания возникла мысль, что сейчас меня будут или жестоко убивать, или не менее жестоко пытать.

Ни первое, ни второе в действительности не случилось. Но произошло еще более жестокое насилие над моей личностью. Четыре девушки с рвением и энтузиазмом, достойными каких-нибудь военных, накинулись на меня.

Сначала меня тщательно постирали. Нет, не помыли, а именно постирали. Потому что я чувствовала себя как тряпка в корыте, которую трут, скребут и полоскают.

Изведя такое количество воды, что можно было бы напоить один маленький трактир, эти садистки принялись приводить в товарный вид мое лицо и волосы. Надо сказать, что я, как настоящая ведьма, весьма неплохо справлялась с этим сама, но последние события оставили на мне видимый отпечаток Пресветлой академии.

Проще сказать, отвратительные физические нагрузки и сутки пешком по лесу превратили мои прекрасные шелковистые волосы в мочалку, а идеальную алебастровую кожу в подошву сапога.

Я даже немного задремала под приятными процедурами, когда в дверь постучали и какой-то не слишком довольный мужской голос высокомерным тоном сообщил:

– Вещи от лорда Крейга для ве… госпожи Шаттер.

– Положи на диван! – скомандовала одна из девушек, не отрываясь от моей морды лица.

Что-то там шуршало на фоне, но у меня на глазах были компрессы, и я решила, что, если у Крейга есть мозги и инстинкт самосохранения, он не пришлет мне ничего распутного.

Короче, когда через пару часов эти решительно настроенные девицы выпустили меня из своих цепких ручонок, я была окончательно разомлевшая и раздобревшая. А потом вместе с подпрыгивающими от любопытства девушками (ну конечно, всем же интересно, как Крейг оденет свою личную гостью) мы расстегнули чехол.

И тут у всех присутствующих выпала челюсть от невероятной красоты подаренного платья. Вместе с челюстями (но из чехла) на пол выпали какие-то бумажки, которые проворно подняли и протянули мне.

Первое, что попалось в руки, – маленький незапечатанный конверт с запиской.

«Спасибо, что не бросила меня.

Алекс».

Не совсем понимая сути происходящего, я повертела в руках вторую бумажку. Это был большой конверт из плотной, дорогой бумаги с красивыми гербами и вензелями. Сургучная печать сломалась с легким треском, я вынула лист не менее пафосной и дорогой бумаги, оказавшийся грамотой, и пробежалась глазами по тексту.

«За выдающиеся личные качества… госпоже Эльзе Шаттер… даруется земельный надел в составе… а также жалуется баронский титул с правом наследования по женской линии».

Я смотрела на буквы и слова, которые я вроде бы понимала, но они категорически отказывались обретать смысл. Медленно, очень медленно, где-то на задворках моих интеллектуальных способностей начало проклевываться понимание. А потом – щелк! Словно вспыхнули тысячи магических светильников.

Туманные чащи, поляна, Крейг. «Поблагодарю тебя, если мы выберемся отсюда».

Комната в общежитии Пресветлой академии, горящие от восторга глаза Фредерики. «Это же АЛЕКС КРЕЙГ! Наследник герцогства!»

Герцогства.

Герцогства, демонову мать. Герцогами могут быть лишь члены правящей династии!!! Я своими выходками доставала претендента на престол в какой-то там очереди! О Темнейший княже, почему ты не дал своей бестолковой дщери мозгов?

– Госпожа ведьма!

– Госпожа ведьма!

– С вами все в порядке?

– Вы побледнели…

– Принести бодрящего отвара?

– Госпожа ведьма?

– Я… – Пришлось прокашляться, потому что голос предательски сел. Я закусила губу, чтобы позорно не разрыдаться, прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. – Я в порядке.

Девушки переглянулись, но проявили несвойственную по отношению к темным магам тактичность.

– Госпожа ведьма, нужно одеваться, ужин вот-вот начнется, – как-то нерешительно сказала одна.

– А? – Я посмотрела на приставленных ко мне служанок, возвращаясь в реальность. – Ужин? Ужин. Да, ужин. Давайте одеваться.

Я отошла к кровати и сложила бумаги в верхний ящик тумбочки. В этом не было ровно никакого смысла, но мне хотелось пройтись и скрыть дрожащие руки. Титул. Земли. Права. Защита. У меня теперь все это есть. И я смогу передать это по наследству.

Самый невыносимый светлый маг из всех, кого я видела в своей жизни, оказался самым благородным человеком из всех, кого я вообще знала.

– Госпожа ведьма?

Я сжала кулаки и стремительно развернулась.

– Ну давайте посмотрим, как это шикарное платье сядет на мою плебейскую фигуру, – хмыкнула, привычно пряча эмоции.

* * *

Платье, кстати, было действительно шикарным. Я таких раньше нигде не видела. Да и где бы мне увидеть маронский шелк и илинские кружева? Платье состояло из двух частей: нижний футляр из плотного белого шелка и верхнее платье из серебристого тончайшего кружева.

Когда на меня надели эту хитрую конструкцию стоимостью с небольшую деревеньку, красиво уложили локоны и завершили легкий макияж, из зеркала на меня смотрела незнакомка. Шикарная это была женщина, должна я вам сказать! Никогда бы в жизни не подумала, что я такая эффектная.

Но минутку самолюбования прервал стук в дверь.

– Шаттер, ты готова? – раздался голос Крейга, и я почему-то впервые за наше общение заволновалась и не нашлась с ответом.

Девушки заметались по комнате, собирая разбросанные вещи.

– Я вхожу, – предупредил Крейг и распахнул дверь.

Выглядел он, конечно, потрясающе. Высокий, с наконец-то отмытыми от моей краски волосами, с потрясающими синими глазами, он перешагнул порог, нашел меня взглядом и замер.

Собиравшая меня прислуга тихо пискнула, как она рада видеть молодого лорда, и поспешила удалиться, прикрыв за собой дверь.

– Я… ты… это… – неловко начала я и, окончательно смутившись, притихла.

Крейг молча подошел ко мне, и у меня от его присутствия почему-то бешено заколотилось сердце. Он был такой… уверенный, такой спокойный, такой сосредоточенный.

Парень поправил невидимый волос в моей прическе и тепло улыбнулся.

– Никогда не думал, что скажу это, но темной ведьме, оказывается, идет белый цвет.

Бдзынь! Очарование момента пошло мелкими трещинами и осыпалось в прах.

– Крейг, еще бы во-о-о-о-от столечко, – я показала крошечное расстояние между большим и указательным пальцами, – и я бы подумала, что ты моя первая светлая любовь.

– Я исправлюсь, – уверенно заявил парень. – Но не сегодня.

От такого ответа я совершенно искренно и громко рассмеялась.

– Итак, что мне нужно сделать? – склонила голову набок.

– Ничего, – пожал плечами Крейг. – Просто составь мне приятную компанию.

– Гм…

– Да, кстати. Теперь тебе надо всегда носить вот это. – Он выудил из кармана маленькую коробочку из красного дерева с гербом на крышке и протянул мне.

– А я думала, в таких ситуациях обычно встают на одно колено, – хмыкнула я.

– Шаттер, ты невозможна, – закатил глаза парень. – Это печатка с гербом баронства.

– Я догадалась, – ответила серьезным тоном.

В коробочке на алом бархате лежала печатка из червленого серебра. Мой герб выглядел как кленовый листик над треугольной колбой. Я надела кольцо на указательный палец правой руки – металл приятно холодил кожу. А еще легонько кольнул меня, напитываясь моей магией.

– Магия крови? – удивилась я. – Это же темная магия.

– Ну, темная, не темная… – протянул Крейг. – Но на ней основано большинство артефактов любой аристократической семьи. Во избежание.

Я смотрела на свою руку с этим знаком отличия и чувствовала, как меня распирает от противоречивых эмоций. Мне было радостно от такого поистине королевского подарка, страшно, что не имею никакого образования для соответствия титулу, тревожно, что не представляю, как управлять вверенной мне территорией.

И когда я подняла взгляд на парня, чтобы поделиться с ним всеми своими эмоциями, тот лишь покачал головой и посмотрел куда-то мне за спину. Я нахмурилась и проследила за его взглядом.

– Красивый гобелен, да? – спросила я.

– Да, – сухо ответил он.

Пришлось тихонечко вздохнуть и, приняв предложенный Крейгом локоть, отправиться на торжественный ужин. И не нужно быть ведьмой, чтобы догадаться, что все самое веселое только начинается.