Сью с любопытством вертела старинные очки в руках. Она надела их и с удивлением обнаружила, что окружающая обстановка потонула в голубой дымке, настолько плотной, что мир приобрёл неясные очертания. Кому они могли принадлежать? И какой смысл использовать стёкла, которые искажают пространство и, несомненно, станут причиной падения их владельца?

Сью засунула новое приобретение в карман. Время после полудня она провела, погрузившись в приключенческий роман, герой которого потерпел ужасное кораблекрушение. Смеркалось. Нехотя девочка собрала вещи и поплелась в сторону усадьбы. У неё не было ни малейшего желания вновь пересекаться с дядей Бартоломью. Она бы предпочла сделать себе сэндвич и поужинать в своей комнате.

– Хоть бы он поскорее уехал!

Дом был тих и безлюден, когда Сью прошла через кованые ворота поместья. Она прошла по подъездной аллее и через чёрный вход скользнула в дом. На первом этаже царила зловещая тишина. Поднимаясь по лестнице, Сью услышала голоса, доносившиеся из гостиной. Судя по всему, дядя Бартоломью и тётушки продолжали беседу. О чём? Стараясь не шуметь, Сью подошла к двери и прижалась к ней ухом.

– Наша сестра Виктория была в этом уверена, – прорычал Гробовщик, – и я тоже. Более века назад магия утратила силу, но не исчезла, ожидая момента, чтобы с триумфом вернуться… И это вопрос нескольких дней.

– Твоя теория основана лишь на старых убеждениях, – язвительно заметила тётушка Хармони. – Да, голоса всё чётче, дождь в подвале сильнее, а подставка под яйцо звонче подпрыгивает в глубине шкафа. Но, как я не устаю тебе повторять, это ничего не значит…

– И даже если магия покажет кончик своего носа, нет никакой уверенности, что наш клан вновь обретёт былое величие, – добавила тётя Опаль, нервно усмехнувшись. – Город Шеритон уже не тот, что прежде. Все жители уехали, оставив позади эту замшелую историю.

– Я говорю о том, чтобы высечь имя Эшвудов в граните истории, а вы противопоставляете мне аргументы, не имеющие никакой ценности. Мы могли бы получить бессмертие и обратить изменения современного общества в свою пользу.

– Даже в золотые годы бессмертие считалось опасной мечтой, – заметила Хармони. – Вспомните труды Дориана Эшвуда. Годы ушли на изучение этого вопроса…

– Вы что-то хотели, мисс Сью?

Сью подпрыгнула от неожиданности. За её спиной стоял мистер Фергюсон, наблюдая за ней с лукавым блеском в глазах.

– Э… нет, – пролепетала она.

– Поскольку эти господа, похоже, не спешат в столовую, я приготовил для вас ужин. Он ждёт вас в вашей комнате.

– Большое спасибо.

Слегка смущённая, Сью направилась к лестнице.

– Знаете, люди говорят, что любопытство – порок, но иногда оно является добродетелью, – бросил ей вдогонку мистер Фергюсон. – Думаю, рано или поздно вы разгадаете тайны этого старинного дома. Нужно только набраться терпения.

Сью замерла на первой ступеньке.

– Почему же дядя Бартоломью убеждён, что магия вернётся? – прошептала девушка.

– Возможно, потому что прошлое открыло ему свои секреты… Забавно, но эти очки, что торчат из вашего кармана, странным образом напоминают мне очки Джейкоба Эшвуда.

– Джейкоба Эшвуда?

– Да, его портрет находится на втором этаже… Хорошего вечера, мисс Сью!

Больше не добавив ни слова, мистер Фергюсон удалился с загадочной улыбкой на губах.

* * *

У Холли кружилась голова. Сжавшись на краю ковра рядом с Алистером, она смотрела на проплывающую внизу Астролуну, на сотни сияющих огней. Они миновали центр – величественные каменные здания, которые, казалось, бросали вызов закону гравитации, – а затем двинулись вдоль реки. Ещё издали Холли увидела посадочную площадку, где стояли дирижабли. Несмотря на поздний час, в некоторых районах города жизнь продолжала бурлить.

– Вы никогда раньше не летали на ковре, мадемуазель? – поинтересовался Бальтазар.

– Напротив, это уже второй раз… Мне хочется на землю, – пробормотала Холли, сдерживая позывы желудка.

– Постарайтесь, чтобы вас не стошнило на меня или на вашего приятеля! Я совсем недавно сменил рубашку, и нет желания её испачкать.

– Надеюсь, у Алистера всё в порядке.

– Да, у этого малого крепкая голова, просто он немного не в себе… Кстати, это нормально, что над его головой постоянно висит туча?

– Да, – с трудом произнесла Холли, – я его другим не видела.

– А не могли бы вы объяснить, откуда взялся этот ковёр? Если я не ошибаюсь, в Национальном музее никогда не выставлялось ничего интересного.

– Он вырвался из рук, когда сотрудник компании «Вечный дождь» пришёл в музей заделать трещину в потолке.

– Вы его искали, верно?

– Да.

– Почему?

– Потому что он необходим мне, чтобы узнать правду, – еле дыша, ответила Холли. – Дело в том, что я расследую исчезновение сестры… И имея хотя бы каплю человечности, вы бы меня отпустили!

– Нет, – отрезал Бальтазар, зевнув. – Пересекая Астролуну, я увидел плакаты, обещающие вознаграждение за мою голову, прочитал лживые воззвания, обвиняющие меня в уничтожении Оберужа, и теперь хочу пролить свет на это дело…

– Что вы… сказали? – запинаясь, произнесла Холли. – Разве не вы принимали участие в падении Оберужа?

– Зачем мне разрушать город? Впрочем, желаете услышать правду? Ту, которую скрывают власти, чтобы не ранить чувствительные натуры… Я приехал в Оберуж, дабы собственными глазами убедиться в катастрофе, и знаете что? Город исчез. Ничего не осталось: ни развалин, ни трупов. Местность заросла высоким бурьяном, будто Оберужа никогда не было.

Холли замерла, открыв рот от удивления. Слова капитана эхом прозвучали в её голове, перекликаясь с другой ситуацией, отдалённой, однако очень знакомой: Клары Найтингейл и мистера Ходжа тоже никогда не существовало…

– Эй! На корабле! – крикнул Бальтазар, щёлкая пальцами перед её носом. – Кто-нибудь есть на борту?

– Похожий случай, – пробормотала девушка.

– Какой ещё случай?

Немного поколебавшись, Холли решила всё рассказать ему.

– Когда моя сестра исчезла, никто о ней не вспомнил. Ни наша хозяйка, ни её коллеги по работе… Даже её пианино испарилось. Все следы жизни были стёрты. Я убеждена, что эти истории как-то связаны между собой.

– Мисс Найтингейл, рад нашему знакомству, – усмехнулся Бальтазар. – Думаю, мы поладим… Продолжим разговор в моей каюте.

Резко, без предупреждения он отправил ковёр в головокружительный спуск к морю. Холли испуганно пискнула. Она изо всех сил удерживала Алистера, который, по-прежнему находясь в бессознательном состоянии, едва не нырнул в пустоту. Страх сменился изумлением, когда в их поле зрения появилось судно. Несколькими секундами ранее она могла поклясться, что ничего, кроме отдалённой шлюпки, не было видно. Место было безлюдным. Корабль походил на деревянное чудовище, восставшее со дна морского, чтобы поглотить всё и вся на своём пути.

– Добро пожаловать на борт «Ориона»! – прокричал Бальтазар, плавно приземляясь на палубу.

Холли штормило. Она с трудом обрела равновесие. Девушка была не единственной, кому пришёлся не по вкусу этот манёвр: прежде чем на высокой скорости отлететь от Бальтазара, ковёр стряхнул Алистера, и бедный юноша покатился к лееру.

– Капитан, я впечатлён вашим искусством вождения! – приветствовал Бальтазара Палмер, занятый наматыванием троса у лебедки-кабестана.

– Мой отец когда-то занимался ремонтом гоночных ковров, так что я научился управлять ими. А что произошло у вас в моё отсутствие?

– Докладывать не о чем!

– Так-так, наш месье приходит в себя, – заметил Бальтазар.

Лёжа на полу, Алистер издал булькающие звуки. С невероятным усилием он приоткрыл глаза и, видимо решив, что этот мир похож на кошмар, предпочёл вновь провалиться в забытьё.

* * *

Сью поспешила на второй этаж. Каждый уголок особняка изобиловал семейными портретами разных размеров. Портрет Джейкоба Эшвуда располагался в коридоре между фикусом и дверью ванной комнаты. Серьёзный и важный на вид мужчина смотрел на зрителя с высокомерием. Мистер Фергюсон оказался прав: на носу господина были очки с голубоватым оттенком, очень похожие на те, что находились в кармане Сью.

– Разве можно было что-то увидеть сквозь них? – пробормотала девочка.

И самое главное, как этот предмет мог оказаться среди находок Томми? Это было странно… так же странно, как и разговор, подслушанный ею за дверью гостиной. Как поняла Сью, Гробовщик считал, что магия вновь возродится из пепла. «Это вопрос всего лишь нескольких дней», – заверил он тётушек. По какому стечению обстоятельств нескольких календарных дней окажется достаточно, чтобы стереть десятилетия забвения? На долю секунды Сью почувствовала возбуждение, но реакция тётушек вызвала дрожь в её теле. В их голосах отчётливо слышался страх. Ни Опаль, ни Хармони не желали возвращения магии, словно боялись дяди Бартоломью и его злых намерений.

– Этот мужчина опасен…

Сью натянула очки на нос. Было очевидно, что мистер Фергюсон знал больше, чем делал вид. Он не просто обратил её внимание на портрет Джейкоба Эшвуда, он подал намёк. Намёк на верное направление.

Сью подозрительно огляделась. Мир вокруг по-прежнему оставался таким же голубым. Вытянув вперёд руки, она как сомнамбула сделала вперёд несколько шагов и чуть не свалилась на пол. Она споткнулась о ковёр! Как Джейкоб Эшвуд мог гордо позировать в очках, если они могли послужить причиной госпитализации его владельца? И тут в глаза Сью бросилась одна любопытнейшая деталь. Она увидела, как напротив неё слегка подрагивали обои. Она провела по ним пальцами, и они завибрировали, выпуская сапфировые, кружащиеся в воздухе искорки.

– Что это?..

Сью сняла пенсне и вновь взглянула на стену. Нет, этот феномен можно было наблюдать только сквозь очки! Чрезвычайно взволнованная, она повторила эксперимент. При новом прикосновении к обоям они сморщились и разорвались подобно полупрозрачной вуали. А затем появилась трещина. Неведомая сила втянула Сью внутрь. Мир перевернулся, её накрыла тьма… и она рухнула возле огромного дуба.

Сью часто заморгала. Она просто не могла поверить своим глазам. Вопреки законам пространства в трещине образовался сказочный проход. Всего нескольких секунд хватило, чтобы телепортироваться со второго этажа в сад. Магия, являясь отдалённым эхом, связанным с усадьбой, может быть утратила свою прежнюю силу, но ею можно было воспользоваться.

– Чувствую, скучать не придётся, – улыбнулась Сью.

Поместье было огромным. Сколько ещё трещин ей предстоит обнаружить?

* * *

– Извините, месье, срочное донесение!

Подчинённый мистера Линча протягивал ему папку.

С момента основания Астролуны Консул и Тени были объединены единой борьбой: заставить молчать тех, кто говорил правду. Тайну необходимо сохранить любой ценой. Десятилетиями новостные полосы пестрели трупами. Сейчас речь шла всего лишь о нескольких мертвецах – ничто по сравнению с катастрофой, которая могла бы произойти в результате паники, если бы разразился скандал.

Мистер Линч торопливо пролистал отпечатанный на машинке документ, со страниц которого большие буквы кричали: БАЛЬТАЗАР РАЙЛИ. Вот это было интересно! «Капитан замечен в Астролуне, поздно вечером, на бульваре Сандр», – прочитал мистер Линч. Информация поступила от агента «Теней». Организация имела мириады филиалов во всех уголках города, и никто не смог бы вечно скрываться от них. Бальтазар Райли совершил безумный поступок, вернувшись в родной город. Бедный глупец, скоро он будет кусать себе локти!

– Бульвар Сандр, – прошептал мистер Линч.

Неужели у этого преступника имелись какие-то сомнения относительно Национального музея? В любом случае, даже если бы он открыл правду, общественное мнение настроилось бы против него. Никто не решится поверить его словам.

С усмешкой на губах мистер Линч расстелил на столе карту Астролуны. Обвёл пальцем береговую линию, отыскивая укромную бухту, отдалённую от шумных рыбацких портов. Скорее всего Бальтазар Райли оставил свой корабль в тайном месте, расположенном в пешей доступности от города. И один район города просто идеально соответствовал этому требованию.

– Бухта Приговорённых, – пробормотал он себе под нос.

Достаточно отправить туда шпионов. Неважно, что «Орион» окружало полотно невидимости, рано или поздно они спустят шлюпку в море, и тогда у мистера Линча будет точное местоположение. Это всего лишь вопрос времени. Придёт час, бухта Приговорённых полностью оправдает своё название.

* * *

Когда Алистер Шеффилд наконец открыл один глаз, с его губ сорвался крик ужаса. Несколько секунд понадобилось, чтобы узнать Бальтазара Райли и понять, что он стал пленником «Ориона». Надеясь, что похититель оценит юридические последствия своего поступка, Алистер принялся цитировать статьи закона, начиная с попыток похищения и заканчивая преднамеренным убийством.

– Мне плевать, – огрызнулся Бальтазар. – Своей болтовнёй вы лишь сбиваете меня с толку! Заткнитесь и следуйте за мной!

Неохотно Холли и Алистер последовали за капитаном в каюту, протиснулись между заваленным картами столом и кушеткой со всяким хламом. Девушка удивилась, вновь увидев Оливера. На этот раз парнишка нацепил фартук, его руки были в мыле. Мелькнула мысль, что его здесь тоже удерживают не по доброй воле. Оливер окинул вновь прибывших недоуменным взглядом, в котором, впрочем, угадывался проблеск надежды.

– Давайте соберём воедино все сведения, – объявил Бальтазар, откупоривая бутылку рома. – Пропавшие, Оберуж, Национальный музей, Консул, субсидии… Оливер, начинай!

Юноша робко приступил к повествованию. Холли слушала его, и сердце её сжималось, когда речь шла об убийстве товарища и трагичных обстоятельствах, вынудивших его спасаться бегством. Затем настала её очередь. Стараясь не упустить ни одной детали, Холли подробно описала исчезновение сестры. Сама ситуация казалась ей нелепой. Поводов доверять Бальтазару Райли, самой разыскиваемой персоне Астролуны, у неё не было, но в его руках имелись ключи. Ключи к тайне, которая всё больше запутывала следы.

Полуразвалившись на стуле, Алистер растерянно наблюдал за собравшимися. В музее он по неосторожности наступил на ковёр, дремавший возле витрины с дверными ручками. Вдруг он обнаружил себя на высоте в несколько метров и смертельно испугался. На борту «Ориона» он едва ли чувствовал себя лучше. Его пальцы нервно дрожали, словно механически перелистывали страницы невидимой книги.

– А ему что-нибудь известно? – спросил Бальтазар Холли, кивнув в сторону Алистера.

После нескольких попыток разговорить юриста Бальтазар, казалось, низвёл его до статуса мебели.

– Ничего сверх того, о чём я уже рассказала. Как вы намерены с нами поступить, капитан? – нерешительно поинтересовалась Холли.

– Ваш адвокат хорош?

– Алистер? Думаю, да…

Холли никогда не слышала его выступлений в суде, но, учитывая, с каким рвением он декламировал «Кодекс Багровых истин», она не сомневалась в его компетенции.

– Вы ищете сестру, – подытожил Бальтазар, – а я – тишину и покой. Консул сделал меня козлом отпущения. Я всего лишь хочу бороздить океаны без угрозы над моей головой. Вот что мы сделаем: я помогу вам проникнуть в полицейский участок, потому что эти документы представляют интерес. Но если когда-либо меня арестуют в Астролуне, в ближайшие дни или недели, я требую, чтобы моей защитой занялся ваш блестящий адвокат. Причём защита должна быть настолько надёжной, что сможет уберечь меня от виселицы.

– Согласна, – заикаясь, произнесла Холли, не в силах скрыть своего изумления.

– И, естественно, адвокат Шеффилд – так ведь его зовут? – пойдёт с нами в полицейский участок. Я хочу, чтобы в том числе были затронуты его интересы, если операция провалится. Даю вам время до завтрашнего вечера, чтобы убедить его. До этого момента вы останетесь на борту моего корабля. – И с этим славным предложением Бальтазар поднялся, чтобы закрыть дверь на ключ.