Это не ясно. Собственно, ответ Ансельма, как мне кажется, состоит в установлении невозможности того, что должен бы быть такой остров. Идея острова, больше которого невозможно быть, похожа на идею натурального числа, больше которого числу невозможно быть, или на идею линии, более кривой по сравнению с которой невозможно иметь. Но не может быть наибольшего натурального числа; на самом деле нет и наибольшего действительного числа, как бы велико оно ни было. То же самое относится и к острову. Независимо от того, насколько превосходен остров, сколько там нубийских дев и танцующих гурий, их всегда будет больше — например в два раза. Качества, создающие превосходство островов — например, число пальм, количество и качество кокосовых орехов — большинство из этих качеств не имеет внутренне присущего максимума. То есть нет степени продуктивности (или числа пальм, или танцующих дев), такой, что невозможно для острова большее проявление этого качества. Поэтому идея превосходящего из возможных островов является противоречивой идеей; невозможно, чтобы была такая вещь. Отсюда, аналог шага (3) в аргументе Ансельма (возможно, что Бог существует) не истинен для аргумента о совершенном острове; поэтому аргумент проваливается.

Но не опирается ли аргумент Ансельма на то же основание? Если идея острова, превосходнейшего из возможных островов противоречива, не будет ли то же самое справедливо и для идеи превосходящего из возможных существ? Вероятно, нет. Потому что каковы эти свойства, благодаря которым одно существо превосходит другое существо? Ансельм явно имел в виду такие свойства, как мудрость, знание, могущество и моральное совершенство. И определенно знание, например, имеет-таки внутренне присущий максимум: если для каждого суждения р, существо В знает, истинно или нет суждение р, тогда В имеет знание, превзойти которое решительно невозможно. Поэтому существо, превосходнейшее из возможных существ, обладало бы как раз подобным знанием: оно было бы всеведущим. Аналогично и для могущества; всемогущество есть степень могущества, которая не может быть превзойдена. С моральным совершенством ситуация не так ясна, и все же существо могло бы, вероятно, всегда делать морально правильные вещи, так что не было бы возможности превзойти его на этом пути.

А что по поводу качеств типа любви? Не может ли оно быть таким свойством, которое оценивает превосходство? Бог, согласно христианскому теизму, любит Своих детей и демонстрирует свою любовь в искупительных событиях жизни и смерти Иисуса Христа. Так что́ здесь с соответствующими качествами — например с любовью: имеют ли они внутренне присущий максимум? Ответ не так прост. Не пускаясь пока в обсуждение этого вопроса, давайте просто заметим, что в аргументе Ансельма имеются слабые в этом отношении места, и пойдем дальше.