Ариадет.

Ткань на коже ощущалась как искусные ласки. Заколка не только сама убрала волосы, но и изменила их цвет.

Глядя в зеркало, я видела незнакомку. Взрослую мадам-искусительницу, которая собралась покорять мужские сердца.

Корсет неприлично подчеркивает грудь, талия стала еще уже, а юбка зачем-то обтянула бёдра. Если бы мои родственницы увидели подобный наряд, меня ждала бы лекция о поведении воспитанной мадемуазель.

Но это видела только я.

И незаметно очутившийся за спиной дракон.

Судя по тому, как участилось дыхание Матиаса, вид впечатлил его даже больше, чем мой наряд для ужина в Версалиусе.

— С черными волосами я выгляжу старше лет на десять, — подметила я, рассматривая отражение дракона.

В ответ ректор сипло выдохнул.

— Ты можешь… кхм, — откашлялся, потирая шею. — Ты можешь изменить цвет, нажав на камень, — указал он на украшение.

Нет уж, судя по реакции, цвет был очень даже удачным.

В зеркале больше не было ректора и его этюдантки. Мы смотрелись как пара. Костюм, который дракон успел надеть, даже не сомневаясь в исходе своего коварного плана, дополнял моё платье. И даже маски были схожи, только разного размера.

— Вашей самонадеянности позавидовал бы даже король, месье Торнвуд, — развернулась я к мужчине, рассматривая его уже не через зеркало. — Ты настолько уверен, что я поеду на маскарад, что надел свой костюм.

Провела пальцем по идеально севшему пиджаку.

Дракон одарил меня своей фирменной улыбкой.

— Ну что вы, мадемуазель, я просто решил оценить работу мастерицы, — самодовольно соврал он.

Понимая, что подловить этого манипулятора не выйдет, я развернулась и ещё раз осмотрела наряд.

— Жаль, если такое платье будет пылиться в шкафу. Пожалуй, я не против посмотреть, производит ли оно такой же эффект на чародеев, как на дракона, — с ехидной улыбкой заявила Матиасу, а потом, обходя его, направилась вниз.

За спиной прозвучал бархатный смех моего нагловатого кавалера.

Кажется, конкуренции месье дракон совсем не боялся и ревновать меня даже не собирался.

Что было вполне логично, иначе зачем он заказал такой развратный фасон.

До дома первого советника короля Валериана мы ехали почти молча.

Точнее, я молчала, изображая неприступную даму в развратном наряде. А Матиаса явно забавляла моя игра. Он то осматривал меня мимолетом, рассказывая, что нас ждет на приеме, то молча и загадочно улыбался, глядя в окно.

И вот — самый первый особняк второго квартала. Он был так близко к королевскому саду, что казалось, вот-вот можно услышать звуки со дворца.

Но только казалось.

Светящиеся башни дворца возвышались, цепляя шпилями тяжёлые тучи, явно намекая, что простым чародеям до драконов не дотянуться.

— Однажды я покажу тебе верхушку самой высокой башни. С неё видно весь Шалот и посёлки на многие мили вокруг, — прошептал он у моего уха.

Проследив взглядом туда, куда указывал дракон, даже сердце забилось быстрее. Это выше, чем способен взлететь дирижабль.

С груди вырвался тихий вздох, а Матиас коснулся моей руки губами.

— Пойдём в особняк, моя загадочная соблазнительница, все прогулки во дворец подождут до тепла, — прошептал он, а потом меня буквально заставили покинуть экипаж.

Судя по звукам и музыке, приём в доме первого советника был в самом разгаре.

Этьен Марвел — самый богатый из богачей Шалота. Самый приближенный из приближенных к королю Валериану.

Каждый дюйм его особняка буквально кричал о статусе и количестве золота.

Если бы я не знала, что тут живёт чародей, подумала бы, что попала в пещеру к дракону. Золотые перила, ступени, вазы. Даже осветительные артефакты были выполнены из золота.

Повсюду валялись стеклянные самоцветы, а маски и наряды гостей поблескивали в их свете. Несмотря на царивший в доме полумрак, выглядело всё это слишком помпезно, скорее даже вульгарно.

Помнится, я лекаря Дюваля называла ювелиром. Нет уж, вот где настоящее хранилище золота и драгоценных камней.

Пока я поражалась контрасту между тем, что видела на карнавале, и тем, с каким шиком жили аристократы, Матиас медленно шагал куда-то вперёд.

— Торнвуд! Вас ни с кем не спутать, — вернул меня к реальности слишком громкий оклик.

Рука дракона крепче сжала локоть, а потом он притворно улыбнулся.

— Этьен, — поприветствовал он шагающего к нам мужчину.

— Дракона не скроет даже иллюзия, — весело заявил незнакомец, пожимая руку тому самому дракону. — Я не узнаю вашу спутницу. Кто вы, прелестное создание? — картинно поклонившись, он коснулся губами моей руки.

Улыбка странного мужчины стала почти плотоядной, когда он скользил взглядом по моему наряду.

— Радость моя, это первый советник короля – Этьен Марвел, — Матиас указал на всё ещё сжимающего мою ладонь мужчину.

— Этьен, это моя спутница, мадемуазель Одетт. Она недавно в столице. Ваш приём – наш первый выход в свет, пока неофициальный, — как-то слишком грозно представил меня дракон, буквально вытаскивая из цепких рук хозяина особняка.

Это что, действительно первый советник?

Черная маска с блестящими камнями, слегка седые волосы и одежда — такая, будто он часть декораций.

От того, как взгляд советника излишне долго задержался на вырезе платья, стало неуютно. И не только мне — судя по тому, как напрягся мой кавалер.

Но советник не видел золотые искры, вспыхнувшие во взгляде кузена короля. Он был слишком увлечен открытым вырезом.

— Хм, неофициально, значит, — довольно промычал месье Марвел. — Что ж, надеюсь, мой дом придётся вам по вкусу, мадемуазель. Когда наскучит общество кузена нашего короля, я всегда к вашим услугам, — всё с той же ехидной улыбкой добавил он.

В ответ на подобное заявление глаза Матиаса угрожающе сузились, а улыбка стала почти оскалом. Оттеснив меня за спину, он буквально сверлил бестактного хозяина взглядом.

— Мадемуазель – не спутница на один вечер, Этьен, — угрожающе зарычал он. — Кажется, вас ищут другие гости, — намекнул мужчине, что его приветствие затянулось.

Дважды повторять советнику не пришлось. Удивленно округлив глаза от заявления всегда холодного ректора, тот поспешно откланялся и скрылся в толпе.

То, как он провожал спину советника взглядом, подсказало, что своё самообладание самоуверенный дракон немного переоценил. И я не смогла его этим не уколоть.

— Кажется, вы ревнуете, месье ректор, — заметила я.

— Даже не буду отрицать, малыш. Твой наряд оказался ещё более эффектным, чем я предполагал, — с напускным весельем произнес он.

Правда, взгляд у Матиаса при этом был такой, будто он уже выбирал, кого растерзать первым.

Зачем он только заказал столь откровенный наряд?

Впрочем, осмотревшись по сторонам, я осознала, что моё платье выглядит довольно скромно на фоне остальных.

Придворная мода, судя по всему, сильно отличалась от тех приличий, которым меня учила бабуля. Наряды аристократок на этом приёме больше напоминали одежды девушек для утех, чем облачения благовоспитанных дам.

Или?..

Пользуясь тем, что дракон отвадил от нас излишне гостеприимного советника, я потянула его наклониться.

— Это точно аристократки? Может, пользуясь масками, советники привели сюда своих любовниц? — прошептала ему в ухо.

Тихо крякнув, сдерживая желание захохотать, он развернул меня спиной. Прижав к груди, Матиас склонился и начал указывать пальцем на дам.

— Армандина Лекруа – супруга советника по магическим делам. Носит самые дорогие украшения в Версалии. Считает себя знатоком этикета, но частенько ошибается, — прошептал он, показывая на даму в ярко-красном платье.

Осмотрев женщину и её наряд, я едва подавила скептический хмык.

Светловолосая мадам больше напоминала торговку, надевшую на себя дорогое платье и нацепившую кучу стекляшек с ярмарки, чем жену советника.

Матиас снова тихо хохотнул и указал на другую женщину. У этой корсет и вовсе выталкивал грудь. Если бы не подобие фатина, все могли бы лицезреть её в деталях.

— Чья это жена? И он не ревнует? — поторопила я Матиаса, гадая, кто же из советников позволил супруге явиться сюда в таком недостойном виде.

— Мариэлла Фруассон – главная фрейлина королевы, трижды вдова и, как ты видишь, очень активно желает получить сей статус и в четвертый раз, — явно забавляясь, прошептал дракон.

Отводя взгляд от развратной искательницы холостых аристократов, я повернулась к своему всезнающему кавалеру.

— Может, им стоит сменить швею? Эти наряды ужасны, — не стала скрывать своё отношение к тому, как выглядит этот прием со стороны.

Мы словно попали в дорогой дом для утех. Только вот мужчины были одеты так же нелепо, как женщины.

Это что, такая мода при дворе короля Валериана?

На улицах Шалота аристократы себе такого не позволяли.

Одарив меня понимающей улыбкой, дракон отрицательно покачал головой.

— Дело не в швее, просто сегодня такая тема маскарада. “Разврат в пещере дракона”, — с тем же довольным видом сообщил он.

От такого мои глаза округлились, и картина обрела совсем другое значение.

Так вот почему все так странно и почти абсурдно одеты. И эти декорации…

Не зря они напомнили мне легенды о драконах.

Прищурившись, я осмотрела этого манипулятора. Он прекрасно знал, какое впечатление на меня произведёт всё это непотребство.

— Зачем ты привёл меня сюда? — задала я вполне логичный вопрос.

Улыбка Матиаса стала коварной.

— Потому что так тебе будет проще, Ари, — прошептал он, наклонившись к уху. — Абсурдный костюм, неприличное платье. На будущих приемах тебе достаточно будет вспомнить сегодняшний вечер, чтобы отогнать неловкость. Это поможет чувствовать себя более уверенно, — объяснил он.

Пожалуй, дракон снова не ошибся. Сейчас, глядя вокруг, сложно было представить этих людей в тронном зале короля.

Точнее, представить я могла, но вызывало это лишь улыбку. Всё это напускное величие, холодный снобизм, строгие лица… стоило лишь вспомнить сегодняшний вечер, и они рассыпались, обнажая нелепость, жадность и почти карнавальный разврат.

Матиас показал мне то, что видеть обычным аристократам не положено. Закрытую сторону их мира — ту, о которой не говорят вслух. И, кажется, сделал меня частью этой тайны.

Маленькой, почти смешной, но достаточной, чтобы больше не пугаться будущих выходов в свет.

— Ладно, — вздохнула я, обхватывая руку своего спутника. — Ну и как веселятся на этих ваших маскарадах? Помимо того, что потешаются над чужими нарядами? — задала новый вопрос.

Глаза Матиаса вспыхнули озорством, а потом меня утянули в зал, откуда звучала музыка.

— Танцы и много сладкого игристого сока, малыш, — весело заявил он.

Выбирая, куда пойти — на карнавал или на маскарад, — я без сомнений отдала бы предпочтение карнавалу. Почему-то мне казалось, что с девочками должно быть веселее, чем со скучными снобами.

Как ни странно, я впервые ошиблась.

Быстрые танцы, сладкий напиток, который щипал язык, и смешные до слез комментарии Матиаса. Кажется, я давно так не смеялась и уж точно никогда столько не танцевала.

Бабушка обучала меня придворным танцам, даже к учителю в Приванс возила на занятия. Но сегодня наше с Матиасом кружение по паркету напоминало детские шалости, а не бал в доме первого советника короля.

Когда ноги начали гудеть, а голова опустилась на грудь кавалера, отказываясь держаться на плечах, Матиас направился к выходу.

— Устала? — прошептал он, помогая мне обходить излишне весёлых аристократов.

— Спать охота, — не стала отпираться.

Несколько широких шагов и меня почти что на руках донесли до экипажа.

Голова кружилась, глаза закрывались, а громкая музыка и звон голосов сменились ровным ритмом сердца дракона и его теплым пальто.

Укутав меня, как ребёнка, Матиас усадил к себе на руки и уткнулся носом в волосы.