После моего ответа Фредерик даже не пытался скрывать недоумение. Сверлил взглядом, явно ожидая, что я передумаю и выдам что-то более подходящее.

Однако, как назло, в голове звенела пустота.

Нет, даже не так.

В голове бушевал ураган мыслей: рассказы девушек, глупые идеи, но ни один из вариантов не казался мне достойным того, чтобы его озвучить. Или, наоборот, — все они были слишком опасными, чтобы произносить вслух.

Очередному позору, грозившему перерасти в скандал, не дали разгореться тяжёлые шаги.

— Что тут происходит? Что я пропустил? — раздался грозный голос Фердинанда.

Кажется, впервые с того момента, как вошла в зал, я смогла дышать.

Не просто глотать воздух, будто он наполнен ядом, а по-настоящему вдохнуть.

Появление принца как нельзя кстати отвлекло внимание от меня.

Выпуская жертву из-под пристального взгляда, Фредерик повернулся к брату:

— Ты пользовался переносом? — с удивлением спросили уже у Фердинанда.

В ответ тот поправил растрепанные волосы и смахнул с идеально черного костюма невидимую пылинку.

— У декана Слоун в сторону города ускользнуло смертельное проклятие, пришлось вмешаться, — почти весело отозвался принц-ректор.

Кажется, ловить проклятия ему было куда интереснее, чем присутствовать на балу.

И не только ему. Впервые за весь вечер Император улыбнулся брату в ответ.

— Что ж… А я заскучал и решил придумать девушкам испытание. Помнишь то самое, что когда-то помогло определиться отцу? — почти ласково сказал он.

Вот теперь я понимала, почему ведьмы решились на приворот.

Стоило взглянуть на этих двоих — и всё становилось ясно. Только рядом с Фердинандом Император оживал. Холодная статуя превращалась в заботливого брата.

Их разговор был таким тёплым, спокойным, будто весь зал исчез. Мы будто случайно оказались в чужом доме во время семейного ужина.

О нас и вправду забыли... но лишь до того самого вопроса.

— Ну и как? Кто-то уже пожелал перестроить дворец или перекрасить Академию? — с лукавой улыбкой спросил Фердинанд.

Наконец он оторвался от брата, обвел взглядом девушек и задержался на мне.

Теперь невезучую подставную претендентку сверлили уже два пристальных взгляда.

Улыбка с лица Императора исчезла так же внезапно, как и появилась.

— В целом девушки выдвигали вполне достойные предложения, — холодно отозвался он.

А затем, выдержав паузу, добавил:

— Кроме одной, — кивнул Фердинанду на меня.

Расслабленное лицо ректора в один миг потемнело, а взгляд стал опасно угрожающим. И грозил он явно не только мне. Сначала чудище сверлил чёрными углями непутёвую ассистентку, а потом перевёл взгляд на кого-то позади.

Судя по вспыхивавшим и тут же гаснувшим глазам, там стоял Главный Инквизитор.

Кажется, после всего этого Иларион перекочует из разряда временных союзников в категорию “особо опасные враги”. Со всеми вытекающими.

Но это будет потом.

Сейчас нужно подумать, как выбраться из передряги, в которой не поможет даже принц.

Или поможет?

— Что же не так с ответом леди Свон? — напряженно спросил Фердинанд у брата.

— Повторите, что именно вы бы изменили в Империи, леди Юлианна, — небрежно махнул в мою сторону рукой тот.

Секунда, другая...

Воздух будто застрял в груди.

Не выдержав моего обреченного взгляда и нарушая все негласные правила, Фердинанд подошел и обхватил мои плечи.

Заставляя поднять голову, он пристально всматривался в лицо, будто требуя собраться и вспомнить, что я — не одна из разнеженных дурочек.

— Не волнуйтесь, Юлианна. Это никак не отразится на вашей должности в Академии. Даже если вы решили её перекрасить, перестроить – или снести мою башню, — попытался найти мне оправдание.

Звучало почти правдоподобно.

Юлианна, в отличие от остальных, была не только претенденткой, но и ассистенткой чудища. Она вполне могла испугаться потерять выгодное место за неправильный ответ.

Начальник действительно попытался меня спасти — даже идею подкинул, пусть и почти комичную.

Почему я не догадалась повторить одну из безумных идей Мишель?

Например, перекрасить зал для тренировок стражей в розовый?

Наверное, просто не смогла убедительно разыграть дурочку. Особенно под взглядом Фредерика. Было острое ощущение, что он видит меня насквозь и терпит мое присутствие только ради брата.

Игнорируя прожигающий взгляд Императора, я подняла голову и наткнулась на ободряющий взгляд чёрных глаз.

От того, как смотрел на меня Фердинанд, внезапно стало стыдно за свою глупую гордость.

Мне дали ответ. Можно сказать, вложили слова в голову, но они напрочь отказались вылетать изо рта.

Странно…

Такая простая ложь, а не складывается в предложение. Будто меня напоили сывороткой правды.

Вместо спасительного круга, который бросил непривычно добродушный начальник, я смогла выдавить только правду:

— Я бы не стала ничего менять в первый месяц, — прохрипела, вздохнула и снова опустила взгляд на отполированный пол.

Где-то за спиной мрачнеющего принца хлопнул в ладоши Император.

Он радовался так, будто выиграл в каком-то важном споре. И, судя по разочарованию, мелькнувшему в глазах Фердинанда, я крупно облажалась.

Руки на моих плечах сжались крепче — а потом отпустили.

Оставив меня сгорать от стыда, принц вернулся к брату и устало облокотился на его трон.

— Вот, слышал? НИ-ЧЕ-ГО. И это при том, что она выступает последней. Из девяти вариантов, которые произнесли другие претендентки, леди Свон не сочла достойным ни один – даже чтобы просто повторить. НИ-ЧЕ-ГО. Наша Империя просто идеальна, — почти ехидно произнёс Фредерик.

На какое-то время в зале снова повисла тишина. Даже гости перестали шептаться.

В этот самый момент страх внутри уступил место обиде.

Легко им говорить, когда они всё знают. Или нести бред про перестройку Академии — и считать это остроумным.

Разве я виновата, что не тупая кукла, которая обещает спасти мир, не зная ничего, кроме своей золотой клетки?

Пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони, а на глаза внезапно навернулись слёзы.

Я вскинула голову и уставилась прямо на злого Фердинанда. Он не отводил взгляд. Стоял, словно высеченный из тьмы, и смотрел сквозь меня.

То ли злость, то ли разочарование — в его глазах сверкнуло что-то такое, от чего захотелось провалиться сквозь пол.

Будто он собирался сказать:

“Я разочарован”.

Но вместо этого раздалось:

— Объясни свой ответ.

Я вздрогнула. Неожиданно. И, возможно, стоило промолчать.

Но… по какой-то упрямой, глупой, неясной причине — прорвало.

— Я не росла во дворце. Откуда мне знать, как всё устроено в Империи? К примеру, я прикажу раздать еду в Южном квартале, – а в то время магам нужны не одноразовые подачки, а постоянное жильё и работа. Или вот: отправлю целителей и прислужниц в поселок возле пиритового рудника, чтобы вылечить больных. И что мы получим? Ещё больше больных магов. Потому что, вместо того чтобы проверить, пошло ли загрязнение в подземные воды, мы будем лечить симптомы!

Я тараторила, а у Фердинанда всё больше округлялись глаза.

То, что в потоке слов случился перебор, подсказал закашлявшийся Император.

После этого голос резко пропал, и я инстинктивно прикрыла рот рукой.

— Простите, — едва слышно выдавила, наблюдая, как правитель жадно глотает принесенную воду.

Шокированный и теперь еще более злой принц.

Удивлённо-настороженный Император, который смотрел на меня уже совсем иначе.

Слишком пристально. Опасно внимательно.

Ну и дура ты, Юляша. Хотела молчать — нужно было молчать. Пусть бы выгнали с Отбора, зато не казнили бы.

Наконец, Фредерик откашлялся и нервно махнул, отгоняя слугу.

— Откуда вы узнали про пиритовые рудники? — медленно, с подозрением, спросил он.

Ах вот что их так напугало?

— Я не знала, — выдохнула. — Это предположение. Маги используют пирит в артефактах, а на факультете ведьмовства его добавляют в воду, чтобы отогнать паразитов с корней. Значит, в больших количествах он отравляет воду, — аккуратно соврала я.

Точнее, логическая цепочка у меня выстроилась убедительная. Вот только большая её часть — из рассказа Аделины Варт.

Девушка, вся обвешанная золотыми побрякушками, хвасталась, что отец привозит их с рудника. То, что это больно похоже на золото дураков, никто, кроме меня, не понял.

Блестит и блестит.

И вот, сегодня она же рассказывала, что маги в посёлке у рудника сильно и долго болеют.

Сложить дважды два вышло не сразу, но вышло. По крайней мере — у меня.

Император же, если и понял, что я вру, развивать скандал не стал. Махнул Фердинанду и недостаточно тихо сказал:

— Твоей ассистентке не следует общаться с деканом Слоу, — отдал приказ, поднялся с трона и вышел.

Взгляд Фердинанда пообещал мне долгий и основательный разговор. Но не сегодня.

Бросив короткое указание Сильвену, чудище направился следом за братом. Стоило дверям за их спинами закрыться, как тишину мгновенно сменил негромкий, напряженный гул голосов.

Что ж, кажется, пронесло. Позор закончился — по крайней мере, пока.

— Большинство девушек достойно прошли испытание, — громко объявил распорядитель, привлекая внимание собравшихся. — Сейчас у нас будет небольшой отдых. Вас проводят в сад, затем состоится банкет, после чего начнётся Бал.

Закончив объявление, лорд Трейс подошёл и осторожно отвел меня в сторону — видимо, опасаясь, что я снова вляпаюсь в неприятности.

Впрочем, не он один.

— Я даже не знаю, как вы дожили до своих лет, — ядовито прошипел голос сбоку, принадлежавший, конечно же, Инквизитору.

Звучало это всё и вправду удручающе: банкет, Бал, ещё какие-то испытания... Затяжной марафон на выносливость. Кто сумеет продержаться на ногах до самого Бала — тот и победил.

К счастью, в сад с остальными идти не пришлось. Иларион, обменявшись коротким взглядом с Сильвеном, уверенно увёл меня прочь — подальше от шума и толпы.

Мы остановились в беседке, неподалеку от того места, где лорд Трейс развлекал гостей. Всё было видно нам, но никто не видел нас.

— Постарайтесь дожить хотя бы до конца Бала, — с очередной порцией яда в голосе посоветовал Иларион.

Эта реплика, как и все предыдущие, осталась без ответа.

Отвечать не хотелось, идти на Бал не хотелось — даже думать о недавнем признании Фердинанда не было сил.

Сейчас хотелось только уснуть, а проснуться тогда, когда всё уже закончится. А еще лучше — очнуться в своём мире, в своей кровати и почувствовать запах маминых оладий, которые она всегда готовила по воскресеньям.

При этой мысли сердце сжалось, и я усилием воли заставила себя открыть глаза.

“Не раскисать, Юляша,” — мысленно приказала себе и внимательно посмотрела на инквизитора.

Как всегда в течение сегодняшнего дня, он с абсолютно невозмутимым лицом что-то жевал.

— Если вам так хочется поговорить, расскажите лучше про родственников девушек или советников, — опередила я его попытку выдать очередную язвительность.

— И от тех, и от других вам стоит держаться подальше, — холодно отрезал он и, помолчав, строго добавил:

— Особенно во время банкета.

И снова предупреждение Илариона оказалось не то чтобы бесполезным. Скорее комично-трагичным.

⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻

Фердинанд и Юлианна в Тронном зале

⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻

Промик: BclwJtpN к книге

Туманные Острова. Возвращение Драконов

https://litnet.com/shrt/sQyO

⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻