Касити де Форест.

Когда я собиралась выгнать дракона со своей постели, не подозревала, что уйдёт он сам.

Неясно, когда возвращался принц и где проводил ночи, но после того совета я видела Дарка лишь мельком и только по утрам.

Во дворце кипела подготовка к сражению.

Поскольку Дримон отправился в Эльфтал вместе с остатками Элвинтора и моим ожившим клинком, принцу предстояло лично готовить войска.

И он готовил их, так что порой с каменного потолка сыпался песок, а дворец сотрясался от грозного драконьего рыка.

Меня же, как обычно, отправили в Предилекту и поручили "влить" побольше магии в эльфиек. Я подозревала, что Повелитель крылатых ящеров просто пытался занять беспокойную полукровку, чтобы та не натворила очередных глупостей.

Даркис считал глупостью мою идею с разрушением прохода, а общение с королём Кристофером — неоправданным риском.

Но самой большой ошибкой, по его мнению, стало то, что я позволила "паразиту" добраться до силы Хаоса, обретя пусть частичную, но свободу и собственную магию.

Ближе к назначенному дню, город драконов заметно изменился — начали прибывать войска магов, а затем и эльфов. Наконец вернулся и сам командир аскаров.

“Не хотел бы я иметь такого правителя. Не знаю, каким при жизни был король Архальм, но то, что ты создала, — это просто кровожадный монстр, моя юная королева,” — тихо произнёс Дримон.

Поймать занятого дракона оказалось непросто. И первым делом, он счел нужным сообщить, насколько глупо я поступила, позволив Архальму обрести магию.

Дримон и Даркис не зря были братьями: оба отчитали меня как ребёнка.

“Ну ты вполне живой и цел. Даже всё такой же наглый, каким был до отбытия в Эльфтал,” — ехидно ответила дракону, и он вздохнул.

“Чего не скажешь про кучу убитых эльфов на центральной площади Эльфтала, моя кровожадная королева. Даже Даркис не стал бы творить такое. Но нет, ты даровала власть бессмертному монстру, рождённому магией Хаоса. Из всех родов высокородных осталось только три. Из семи, Касити. Остальных убили. ВСЕХ. И твою ненавистную мачеху, вместе со всей ее родней,” — тихо зашипел Дримон, а затем вздохнул и, обойдя меня, направился на тренировочную площадку, откуда доносился рык Даркиса.

Повелитель крылатых ящеров наверняка знал, что творит Архальм в Эльфтале, и, вероятно, поэтому избегал меня.

Я снова поступила глупо, а Дарк не смог бы солгать мне, и поэтому решил придержать свои нотации до окончания сражения.

До самого вечера я "вливала" магию в эльфиек, избегая драконов и эльфов. Многие из тех, кого я лечила, уже потеряли свои семьи, но пока не знали об этом.

Вечером принц снова не пришёл ночевать, и я не стала ждать до утра, чтобы попрощаться с ним у входа в проход.

Утром нас ждёт путь к логову Илиоса. На выяснение отношений времени не останется, как не останется его и на прощание.

Короли решили нападать днем, пока упыри бессильны, а дневных вампиров будет сравнительно немного. Даже с магами и эльфами, войско Илиоса выглядело внушительно, но правители посчитали, что солнечный свет слегка уравняет наши шансы.

Найти Даркиса было несложно. Звук металла слышался далеко за пределами тренировочной площадки, а похожий рык двух братьев не оставлял шансов для предположений.

В одних темных брюках на площадке сражались два самых сильных дракона. Их широкие спины мелькали в слабом свете луны, а тяжёлое дыхание эхом отражалось от стен опустевшего дворца драконов.

“Похоже, твоей королеве надоело ночевать в холодной постели,” — неожиданно усмехнулся Дримон, сверкнув на меня пожелтевшими глазами.

Они снова что-то обсуждали так, чтобы не слышал никто другой, и сражались, чтобы утихомирить злость и инстинкты.

“Иди спать, Касити, я занят!” — прозвучал гневный рык Даркиса, и принц ловко увернулся от летящих мечей командира.

“Настолько занят, что не хочешь даже проститься со мной по-человечески? Если я не смогу удержать Хаос, другого шанса обругать меня может и не быть!” — выкрикнула в ответ, и его глаза вспыхнули ярче, а на командира обрушилось несколько мощных ударов мечом.

Принц явно не собирался прекращать свою игру в сражение. Настойчиво делая вид, что не замечает ни моего присутствия, ни гневного сопения.

Увидев очередной выпад в сторону Дримона, я развернулась и пошла на балкон.

“Я просто хотела поговорить. Завтра времени на это не будет, Дарк. Возможно, мы больше не увидимся. Твоё “я занят” — это не то, что я желала бы вспоминать перед последним вздохом,” — глухо произнесла, но, судя по рыку, меня услышали.

Не дожидаясь ответа, я вернулась в комнату.

***

Укутавшись в одеяло, я пыталась отогнать образ холодного и безразличного дракона.

Таким я Дарка раньше не видела. Точнее, он никогда не вёл себя подобным образом по отношению ко мне. И как реагировать на это, не знала.

Страх скорой гибели смешался с обидой, и я мелко дрожала под одеялом, повторяя заклинания, которые нашла на столике вместе с завтраком.

Даже учить меня новым уловкам, которые могли бы помочь в сражении, Дарк не стал. Просто начертил руны и оставил листок с инструкциями там, где я не могла их не заметить.

Всё это вызывало чувство горечи, но ни плакать, ни жалеть себя я не могла. На это банально не осталось сил.

Расход магии, как всегда, вызывал усталость, и глаза закрывались сами. Лишь злость на высокомерного ящера удерживала уставшее сознание. А ещё, такое поведение Даркиса нагоняло тоску.

Пусть я и сглупила, но иначе весь континент был обречён, как и маги. Вместо привычной поддержки принца, после очередной ошибки я ощутила лишь отстраненность и пустоту внутри.

Даже живой артефакт не подавал признаков жизни в голове.

Как бы ни тянулась рука к руне на ноге, я помнила слова Дримона: Архальм совсем не такой, каким я его представляла.

Жестокий, кровожадный первый король, который использовал глупую юную полукровку, чтобы снова обрести власть. Это был совсем не тот союзник, которого я хотела, и не тот, кому можно доверять.

Накануне важной битвы, возможно последней в своей жизни, я неожиданно осталась совершенно одна. Сознание медленно уплывало в темноту, а по щекам потекли редкие, но непривычно горячие слёзы.

“Пока я дышу, ты больше никогда не будешь одна, моя маленькая полукровка,” — неожиданно прозвучал голос за спиной, и меня прижали к горячей груди.

Легкие наполнил запах приближающейся грозы, и я развернулась, чтобы посмотреть в глаза цвета грозового неба.

“Я думала, ты занят играми с Дримоном,” — обиженно прошептала, и тёмная бровь дракона вопросительно поползла вверх.

“Касити, любовь моя, завтра последние из драконов идут на битву, которая может оказаться последней. Ты правда думаешь, что я просто так играл с мечами от скуки?” — удивлённо спросил Даркис.

“Меня ты тоже избегал все три дня из-за того, что был занят?” — не поверила я в его отговорку.

“Нет, что ты, моя королева. Я провел эти дни в Предилекте, развлекаясь с эльфийками. Самое время, не находишь?” — язвительно ответил принц.

“Хамишь,” — зашипела на дракона, и он устало вздохнул.

“Ты ещё такой ребёнок, Касити.” — погладив по лицу, Дарк коснулся губами моего носа.

“Неправда. Просто ты старый, самоуверенный и наглый ящер,” — возразила я принцу, положив ладонь на его обнаженную грудь и попыталась оттолкнуть.

Хватка на моей талии стала крепче, а Даркис грустно улыбнулся.

“Достаточно старый, чтобы сделать всё необходимое для безопасности своей впечатлительной и злой жены. Короли принесли клятву, моя королева. Но я хочу быть уверен, что несмотря ни на что, ты будешь в безопасности. Выйду я из Логова Илиоса с его головой или останусь там навеки,” — уверенно произнёс он.

От этих слов я перестала вырываться. Неясно, что задумал дракон, но он явно не доверял магам и, похоже, затеял какую-то игру, чтобы меня защитить.

“Мне ты, конечно же, не скажешь?” — решила проверить свою догадку.

“Нет, моя прелесть. Кроме Дримона никто не знает и не должен. Никому, кроме брата, я тебя не доверю, даже тебе самой,” — не стал отпираться принц.

Наглый дракон всё так же улыбался, а у меня совершенно не осталось сил, чтобы спорить. Тем более не было сил напоминать Даркису об отношении того самого брата к полукровке.

Как только Лунари родит, Дримон снова сменит милость на гнев и без Дарка непременно от меня избавится. Если не сам, то руками магов или эльфов.

Хотя нет, Архальму невыгодно, чтобы я погибла. Всё снова изменилось. Единственный, кому я могу доверить свою жизнь, — высокомерный правитель, предавший моё доверие. Но теперь он неожиданно стал ещё и эльфом, пусть и призрачным.

Вздохнув, я посмотрела в грустные глаза дракона и почувствовала, как слова застряли внутри, не решаясь вырваться наружу.

“Давай спать, мой несносный, высокомерный и самонадеянный дракон,” — тихо произнесла и, обхватив принца за шею, прижалась ухом к его груди.

Громкий гул огромного сердца успокаивал и действовал не хуже сонного порошка Филиппа. А горячие руки на моей талии позволили ощутить себя чуточку спокойнее.

“Прозвучало почти как признание в любви, моя невероятная, желанная и непокорная жена,” — тихо ответил дракон, проводя рукой по моей спине и обжигая горячим дыханием макушку.

Возможно, стоило обсудить с Дарком что-то серьёзное, выяснить его план или понять, почему принц отстранился, но я не стала. Закрыла глаза и позволила себе уснуть. Завтра всё непременно изменится. Оставалось надеяться, что к лучшему.

***

Зелёное поле было усеяно мелкими цветами, а впереди возвышалась черная, как смоль, скала.

“Нам к пещере,” — сообщил разряженный в боевую форму командир.

Остальные ящеры оглушали пространство громким звуком хлопающих крыльев. Либо Илиос ещё не знал, что его ожидает, либо выжидал, пока драконы попробуют обойти скалу и попадут в очередную ловушку.

Пока остальные драконы кружили в ожидании падения преграды, Дримона снова оставили моей нянькой.

“Ты не будешь командовать своими аскарами?” — не удержалась от вопроса.

“Не в этот раз, моя юная королева. Поспешим.” — он подтолкнул меня ближе к проходу.

“Нет, иначе нас завалит камнями или засыплет песком. Мне не нужно видеть, чтобы знать. Магия сама найдет нужный проход,” — отказала дракону и посмотрела на слишком молчаливого союзника сбоку.

Всё в том же белом наряде и с короной на голове, рядом стоял Архальм.

Эльф выглядел величественно и угрожающе, но едва ли сказал пару слов с тех пор, как мы остались втроём. Да и в целом со мной он общался не слишком охотно.

То ли артефакту было стыдно за обман, то ли, получив корону и власть, он не считал нужным говорить с “глупым накопителем”. Именно так я и выглядела: не больше, чем накопитель, из которого черпал магию первый король эльфов, теперь снова истинный король.

Вздохнув, я молча протянула Архальму руку, и он крепко сжал её, продолжая безразлично рассматривать скалу.

“Дыши. Будет неприятно,” — холодно произнёс живой артефакт, и его глаза вспыхнули красным.

Руку привычно обдало холодом.

“Тайное станет явным,” — прошептала я заклинание, оставленное Дарком, и темный проход под скалой показался пустым коридором.

Тёмные нити Хаоса потекли, учуяв цель и подчиняясь незримому приказу. Они, словно магия жизни, знали, чего я хочу, и обвили скалу, как чёрные живые лианы.

Когда нити охватили весь чёрный камень, я усилила напор магии и пошатнулась. Дримон сбоку рыкнул, а призрачный эльф крепче прижал меня к себе.

“Потерпи, девочка. Потерпи немного,” — тихо произнёс он.

Ещё несколько минут, казавшиеся вечностью, и сверху раздался рев драконов. В воздухе застыло облако чёрной пыли — маги удерживали остатки разрушенной породы, превратившиеся в густую завесу.

“Вторая скала, Касити. Давай же, ты сможешь. Соберись,” — скомандовал Архальм.

Со второй скалой всё было проще и быстрее, только близость диаспора не позволила Хаосу добраться до самого логова старого вампира.

“Если разрушу ещё одну скалу, будет проще,” — прошептала Архальму, и нити снова устремились вперед, охватывая больший участок.

“Этого не было в плане. Маги растеряются. Просто убери участок, который мы выбрали, Касити,” — раздался рык Дримона сбоку.

“Он прав. Ты расчистишь путь не только нам, но и упырям,” — поддержал командира первый король.

Тьма была не согласна, она стремилась разрушить, испепелить хоть и все скалы, требуя выхода и свободы. Она жаждала показать истинную силу Хаоса, а не жалкие капли, которые заставляли дрожать мои ноги, а разум туманиться. Тёмная сила стремилась подчинить слабый сосуд хотя бы на время, пока тот выдержит.

“Нет, Касити! Я знаю, что ты чувствуешь, но если уступишь… Если поддашься, больше не сможешь вернуться. Сила манит, дурманит, затуманивает разум, обещает наслаждение. Но будет лишь пустота и вечный голод. Магии всегда мало свободы, она требует большего, пока не разрушит сосуд. Хаос бесконечен, юная полукровка. Сколько ни дай, ему всегда мало,” — шептал Архальм, ослабляя поток.

“Нет, я могу! Я хочу разрушить больше!” — почти закричала в ответ, не узнавая собственного голоса.

Не знаю, как это выглядело со стороны, но кажется, даже драконы замерли в воздухе, учуяв неладное. Как и Дримон. Мгновенно оказавшись рядом, командир что-то прошептал Архальму.

“Браслета достаточно. Но я уверен, она справится,” — ответил эльф, крепче прижав меня к себе.

Сжав мои руки, Архальм сам направлял магию, не позволяя мне выпустить силу и дать Хаосу то, чего он так жаждал.

Это невероятно раздражало. Но я не вырывалась. Без артефакта силы Хаоса не будет, а холод, охватывающий моё тело, почти приносил удовольствие — странное чувство спокойствия, смешанное с вседозволенностью.

“Хорошо. Приготовьтесь!” — прокричал эльф у моего уха, и вторая скала обратилась в чёрную пыль.

Буквально отскочив от меня, Архальм толкнул ослабевшее тело в руки дракону.

“Час, и она будет в порядке. Но ящер мне должен,” — рыкнул он Дримону, а затем зазвучали команды на эльфийском.

Вокруг суетились маги, эльфы и ещё несколько аскаров.

“Пойдём, моя юная королева. Наша роль в этой битве окончена,” — с натугой произнес Дримон.

Подхватив меня на руки, он приказал доложить Миру, что всё под контролем, и куда-то быстро пошёл.

Я пыталась понять, что происходит, собрать ускользающее сознание, чтобы осмотреться. Но быстрые шаги Дримона и расплывающаяся картинка не позволяли этого.

А потом меня ослепила яркая вспышка, и вместо холодного ветра и гула голосов наступила тишина, а спина коснулась мягкой постели.

“Вот и всё, поспи, маленькая полукровка,” — прошептал дракон, и меня накрыли пушистым одеялом.

Пока Даркис и драконы ведут бой за континент, меня отправили спать, как беспомощного ребенка.

В другой раз, я бы поспорила с наглым драконом, но сил снова не осталось. Закрыв глаза, я нырнула в сон или просто потеряла сознание — не уверена.