А теперь нам следует вернуться на безымянную яхту, к Нелле Рэксол и принцу Ариберту Познанскому. Первым делом принц крепко связал Жюля, иначе говоря, мистера Джексона, с помощью нескольких кусков веревки. И хоть мистер Джексон был оглушен до совершенно бесчувственного состояния, а под ухом у него наливался синяк от удара, никто не знал, когда он может очнуться и впасть в ярость. Поэтому принц, стянув Жюлю веревкой руки и ноги, надежно привязал его к стойке перил.

– Надеюсь, бедняга не умрет, – забеспокоилась Нелла. – У него очень бледный вид.

– Такие мистеры Джексоны не умирают, пока их не повесят, – нравоучительно заявил принц Ариберт. – Кстати, удивительно, что никто из команды не вмешался. По всей видимости, они опасаются моего, точнее, вашего револьвера.

Принц и Нелла взглянули на невозмутимого рулевого, который направлял яхту все дальше, в открытое море. К этому времени они удалились от бельгийского берега на пару миль.

Обратившись к рулевому на французском, принц приказал ему развернуть яхту и идти обратно в гавань Остенде, но тот и бровью не повел. Тогда принц навел на него револьвер, чтобы напугать, и рулевой вдруг затараторил на смеси французского и фламандского. Он сказал, что получил от Жюля строжайшие указания не вмешиваться, что бы ни творилось на палубе яхты. Он оказался капитаном яхты, и ему было приказано добраться до одного английского порта, название которого он не вправе разглашать. Он должен идти на всех парах вперед, что бы ни случилось.

Напрасно принц объяснял ему, что мисс Нелла Рэксол – дочь миллионера Рэксола, которую похитил мистер Том Джексон. Напрасно размахивал револьвером. Отважный капитан ответил лишь, что это его не касается. Он получил указания и должен их выполнить. И саркастически напомнил собеседнику, что капитан яхты он.

– Полагаю, даже если его пристрелить, легче не станет, – сказал Нелле принц. – Продырявить ему ногу?

– Это небезопасно, да и жаль бедного капитана с его необычайным чувством долга, – ответила Нелла. – А кроме того, на нас может ополчиться вся команда. Нет, надо придумать что-нибудь другое.

– Интересно, а где остальная команда?

Лежащий связанным на палубе мистер Джексон начал приходить в чувство: открыл глаза и непонимающе огляделся. Наконец он заметил принца, который приблизился к нему с револьвером в руке.

– Это вы, сэр? – слабым голосом произнес мистер Джексон. – Что вы делаете на яхте? Кто меня связал?

– Послушайте! – ответил принц. – Я не желаю спорить. Яхта должна немедленно развернуться в Остенде, где мы передадим вас в руки властей.

– Да неужели! Как бы не так! – огрызнулся Том Джексон. Затем он крикнул капитану на французском: – Эй, Андре! Посади-ка этих двоих в шлюпку!

Положение было непростое. Имея в руках лишь револьвер Неллы, принц не знал, стоит ли продолжать спор и прибегнуть к более жестким мерам или покориться со всем достоинством, которое позволяют обстоятельства.

– Давай сядем в шлюпку, – предложила Нелла. – Мы догребем до берега за час.

Принц понимал, что она права. Покинуть яхту подобным образом было унизительно и к тому же позволяло отъявленному негодяю Тому Джексону избежать наказания. Но что поделаешь? Принц и Нелла действовали на яхте заодно. Они знали свою силу, однако не знали, насколько силен противник. Они связали и пленили главаря шайки, но он по-прежнему отдавал приказы, и даже если заткнуть ему рот кляпом, это не поможет, так как капитан продолжит вести яхту заданным курсом. Более того, устраивать стрельбу было нежелательно: никто не мог бы предугадать, чем это могло кончиться.

– Мы сядем в лодку! – объявил капитану принц.

Внизу прозвенел звонок, и на палубу поднялись матрос и арапчонок. Удары винта замедлились, и вскоре яхта остановилась. Шлюпку спустили.

Когда принц и Нелла приготовились в нее пересесть, Том Джексон, лежавший связанным на палубе, обратился к девушке:

– До свидания! – крикнул он. – Мы еще увидимся, не сомневайтесь!

В следующий миг принц и Нелла уже сидели в шлюпке, которая покачивалась на волнах. Винт яхты вспенил воду, и великолепное судно заскользило прочь. На корме яхты возникла фигура – это был мистер Томас Джексон. Приспешники освободили его от пут.

Мистер Джексон стоял, прижав белый платок к уху, и загадочно улыбался двум сиротливо сидящим в лодке путникам, у которых тем не менее был победоносный вид. Впервые в жизни Жюль проиграл. Или, вернее сказать, его перехитрили. Люди, подобные Жюлю, не проигрывают. Такая уж ему сопутствовала удача, что в этот самый час, когда его поймали за руку на месте серьезного преступления против общества, он легко совершал побег, не оставив после себя ни единого следа.

Море расстилалось лазоревой гладью в лучах утреннего солнца. Шлюпка лениво покачивалась на кильватерных волнах уходящей яхты. Когда дымка рассеялась и очертания берега проступили четче, оказалось, что до Остенде не больше кабельтова[38]. Белый купол остендского курзала сиял в бирюзовом небе, и ясно виднелись клубы дыма над пароходами в гавани. К берегу направлялась целая флотилия везущих ночной улов рыбацких лодок с коричневыми парусами. Пестрые купальные фургоны[39] на берегу можно было легко пересчитать. Все казалось совершенно обыденным, и Нелле с ее спутником не верилось, что менее часа назад здесь произошли чрезвычайные события. Однако видневшаяся в миле от них яхта служила свидетельством, что чрезвычайные события все же имели место.

– Полагаю, Жюль был слишком поражен и слишком слаб, чтобы интересоваться, как я попал на яхту, – заговорил принц, взявшись за весла.

– О! А как вы на нее попали? – оживилась Нелла. – Право, я чуть не забыла про эту часть истории!

– Я должен начать с самого начала, и рассказ выйдет долгий. Не отложить ли нам его до того, как мы сойдем на берег?

– Я стану грести, а вы рассказывайте. Мне не терпится все узнать.

Принц ей улыбнулся, но вежливо отклонил предложение уступить весла.

– Разве вам недостаточно, что я здесь?

– Достаточно, – ответила девушка. – И все же я хочу узнать.

Легкими, длинными гребками весел принц вел шлюпку к берегу. Нелла сидела на корме.

– Руля здесь нет, поэтому вам придется меня направлять, – попросил он. – Держите курс на маяк. Прилив усиливается, это нам поможет. На берегу подумают, будто мы совершили утреннюю морскую прогулку.

– Принц, не будете ли вы так добры объяснить, как случилось, что вы спасли мне жизнь?

– Я спас вам жизнь, мисс Рэксол? Я не спасал вам жизнь. Я лишь сбил человека с ног.

– Вы спасли мне жизнь, – возразила Нелла. – Тот злодей ни перед чем не остановился бы. Я поняла это по его глазам.

– В таком случае вы отважная девушка и не выказывали страха смерти.

Принц не мог отвести восхищенного взгляда от Неллы. Весла на несколько мгновений замерли. Нелла сделала нетерпеливый жест рукой.

– Вчера вечером я случайно увидел вас в карете, – сказал он. – Дело в том, что мне не хватило смелости отправиться в Берлин с докладом. Я остановился в Остенде, желая провести собственное расследование, и, по счастью, увидел вас. Тогда я побежал за вашим экипажем, стараясь не отставать, и успел заметить, как вы заходите в то ужасное здание. Мне было известно, что Жюль связан с этим домом. Я понял, что вы задумали, и очень за вас испугался. К счастью, я не спускал со здания глаз. Вход в него расположен сзади, со стороны узкого проулка. Я отправился туда, вошел во двор и встал под окном комнаты, где вы говорили с мисс Спенсер. Я слышал каждое слово. С вашей стороны было очень храбро последовать за мисс Спенсер из «Гранд Вавилона» в Остенде. Я не стал врываться к вам в комнату, дабы не торопить события и не осложнять наше с вами положение. Я лишь наблюдал. Ах, мисс Рэксол! Вы были великолепны с мисс Спенсер! Как я уже говорил, я слышал каждое слово, ведь окно было приоткрыто. Я чувствовал, что вы не нуждаетесь в моей помощи. А потом она перехитрила вас, и револьвер вылетел в окно. Я поднял его, догадываясь, что оружие может пригодиться. Затем в вашей комнате все затихло. Сначала я не понял, что вы потеряли сознание, и подумал, что вам удалось сбежать. А когда мне открылось истинное положение дел, вмешиваться было уже поздно. В комнате, помимо мисс Спенсер, находились двое мужчин, притом отчаянных…

– А второй кто? – удивилась Нелла.

– Не знаю. Было темно. Они повезли вас в карете в сторону гавани. И я снова побежал следом. Я видел, как вас заносили на борт. До того, как яхта снялась с якоря, я сумел незаметно пробраться в шлюпку. Я лежал, прижавшись к дну лодки, и никто не догадывался, что я там. Остальное, полагаю, вам известно.

– Яхта была готова отплыть в море?

– Да. Капитан стоял на мостике, и пары были разведены.

– Значит, меня ждали! Как такое возможно?

– Они ждали кого-то. Не думаю, что именно вас.

– А второй мужчина тоже поднялся на борт?

– Да, он отнес вас по сходням, но потом вернулся к карете. Это был возница.

– И никто не видел этого происшествия?

– На набережной не было ни души. Последний ночной пароход уже пришел.

На миг повисло молчание, а потом Нелла тихо проговорила:

– Право, как удивителен этот мир!

Мир для них был и впрямь удивителен, хотя едва ли в том смысле, какой имела в виду Нелла Рэксол. Они с принцем только что пережили в высшей степени неприятный опыт. Помимо прочих мелких неудобств, молодые люди еще не завтракали. Они плыли по морю в крохотной лодчонке. И никто из них не знал, что готовит им грядущий день. Принца одолевали серьезнейшие опасения насчет судьбы своего венценосного племянника. И тем не менее ни принц, ни Нелла не хотели, чтобы это путешествие в маленькой шлюпке по теплым волнам подошло к концу. Каждый из них в глубине души мечтал, чтобы оно длилось вечно: принц неспешно взмахивал бы веслами, а Нелла время от времени указывала бы курс изящным кивком прелестной головки. Чем же объяснялось такое положение дел? Видите ли, в них обоих бурлила кровь, что свойственно здоровым молодым людям.

Шлюпка была очень мала. Их лица находились близко друг к другу. Нелла виделась принцу окруженной сиянием красоты и огромного богатства, а принц в ее глазах был озарен ореолом мужества и блеском трона.

Все путешествия заканчиваются – или на берегу, или на дне морском. Наконец шлюпка заскользила между каменными причалами гавани. Принц подгреб к ближайшим ступеням, привязал лодку, и они сошли на берег. Было шесть часов утра, наступал прекрасный солнечный день. В столь ранний час улицы еще не заполнились людьми.

– Что же дальше? – заговорил принц. – Я должен сопроводить вас в какой-нибудь отель.

– Я в ваших руках, – улыбнулась Нелла, и от этой улыбки сердце у принца в груди забилось быстрее.

Он только теперь увидел, как она устала и измождена, что неудивительно после пережитых событий.

В отеле «Веллингтон» принц заявил сонному швейцару, что они приехали на раннем поезде из Брюгге и желают тотчас позавтракать. Было до неприличия рано, но обыкновенный английский соверен[40] сотворит и не такие чудеса в любом бельгийском отеле, и в очень скором времени принц и Нелла завтракали на веранде горячим шоколадом, спешно приготовленным специально для них.

– Никогда еще не пробовал такого превосходного шоколада! – воскликнул принц.

Это утверждение было весьма далеко от истины, ибо отель «Веллингтон» не славился своим шоколадом.

И тем не менее Нелла с энтузиазмом закивала:

– И я!

Затем наступила тишина, и Нелла, чувствуя, что вела себя слишком восторженно, заметила в самой непринужденной манере:

– Мне нужно немедленно телеграфировать папе.

Вот как вышло, что Теодор Рэксол получил телеграмму и вынужден был покинуть агента сыскной полиции Маршалла.