В небе светила яркая луна, под которой Пэй Чуань крепко обнимал Бэй Яо.

– Тогда завтра мы вместе пойдем смотреть Олимпиаду, – вдруг проговорила она.

Олимпийские игры длились шестнадцать дней, но у Бэй Яо оставалось слишком мало времени для отдыха. Цены в столице слишком высоки, у семьи Бэй не было такого количества денег, поэтому Чжао Чжилань планировала остаться в Пекине только на три дня.

Пэй Чуань опустил взгляд на слегка покрасневшие глаза Бэй Яо и мягко сказал:

– Хорошо.

Она улыбнулась и разрыдалась. Пэй Чуань потянулся, чтобы смахнуть волосы со щеки Бэй Яо. Насколько же сложной была ее просьба. Она до сих пор не знала, как сильно ее семья недолюбливала его.

Бэй Яо не желала принимать его условия, и он боялся, что тетушка Чжао Чжилань узнает о его предательстве и отвернется от дочери. Пэй Чуань не мог допустить, чтобы ее отношения с родителями испортились. Поэтому он не стал рассказывать Бэй Яо о договоренностях с Чжао Чжилань и Бэй Лицаем.

– Не гуляй по ночам одна, я провожу тебя в гостиницу.

Пэй Чуань повел ее обратно. Лунный свет вытянул их тени. Бэй Яо отстала от него на два шага и наступила на тень его руки.

– Пэй Чуань! – Голос девушки был ломким, как звенящий колокольчик. Неужели он снова пытается обмануть ее?

Юноша обернулся:

– Что случилось?

Она стояла под фонарем, ее яркие глаза смотрели на него.

– Дай руку.

Ее щеки медленно краснели, она просто стояла и не хотела уходить. Взгляд Пэй Чуаня упал на нее, молодую девушку, такую нежную и игривую. Он молча подошел к ней и прикоснулся к ее руке. Ладонь Бэй Яо была мягкой, а кончики пальцев чуть прохладными. Она покраснела и усмехнулась. Пэй Чуань повернул запястье, и в следующее мгновение пять ее пальцев разжались и переплелись с его пальцами. Ладонь парня была обжигающе горячей. Бэй Яо замерла, глядя на их сцепленные руки: «Ах, он не солгал мне…»

Пэй Чуань и Бэй Яо вернулись в отель, держась за руки. Девушка посмотрела на окно родителей – свет не горел, значит, Чжао Чжилань и Бэй Лицай уже спали. «Это хорошо», – решил Пэй Чуань. Иначе уйти живым ему бы не удалось… Он тихонько вздохнул и посмотрел на девушку рядом сверху вниз. Бэй Яо застенчиво улыбалась ему.

– Ну что ж, возвращайся в номер.

– Ты помнишь…

– Я обещал тебе завтра вместе посмотреть Олимпиаду.

Бэй Яо кивнула и пошла наверх. Пэй Чуань проследил, как она поднимается по лестнице, затем прикрыл глаза и прислонился к стене. Ледяной холод медленно остужал его пыл. Как жаль, что Бэй Яо закрывает глаза на очевидные вещи. Ей нужно будущее, и это единственное, что он не способен ей подарить.

На следующий день Чжао Чжилань заметила, что ее дочь постоянно оглядывалась по сторонам:

– Яо-Яо, ты кого-то ищешь?

Бэй Яо мотнула головой: какой бы доброй ни была Чжао Чжилань, она ни за что не согласится, чтобы ее дочь закрутила роман в семнадцать лет.

– Нет-нет!

Женщина обняла Бэй Цзюня и сказала:

– Мы вернемся завтра. Вечером купим какие-нибудь вкусности в дорогу, а потом сядем на поезд.

Семья Бэй прибыла на стадион, когда игры уже начались. Бэй Яо глазами пробежалась по трибунам. Пэй Чуаня нигде не было видно. «Пэй Чуань, ты большой лжец! Неужели снова исчез?»

«Лжец» в этот момент все еще находился за пределами площадки. У Пэй Чуаня было всего четыре билета, и все они достались Бэй Яо. Он приехал в Пекин не для того, чтобы смотреть игры, поэтому не стал покупать себе билет. Но вчерашняя встреча разрушила все его планы, и он решил дать ей все, что она хотела.

Пэй Чуань волновался. Он посмотрел на часы: было уже девять утра. Семья Бэй уже должна быть на стадионе. Пэй Чуань поднял глаза и остановил женщину средних лет:

– Здравствуйте, могу ли я купить билет, который вы держите в руках? Я предлагаю десять тысяч.

Женщина закатила глаза:

– Ну и ну!

Как можно приехать на Олимпиаду без билета? Это наверняка мошенник. Кто будет платить десять тысяч юаней за билет, когда на церемонию открытия самая высокая цена составляла пять тысяч?

Пэй Чуань сейчас прекрасно понимал трудности Чжао Чжилань с продажей билетов: какую бы цену они ни называли, их предложение выглядело неубедительным. Парень пошел спрашивать следующего человека. Первая покупательница, побоявшись потерять кругленькую сумму, крикнула:

– Молодой человек, вы действительно хотите пойти?

– Да!

– Тогда объясните причину.

Пэй Чуань опустил глаза в пол:

– Я обещал… ей, что сегодня мы посмотрим игры вместе.

Женщина улыбнулась, нахмурив брови:

– Девушка, да?

Пэй Чуань поднял взгляд:

– Нет-нет. Просто она мне нравится!

Речь мальчика показалась ей искренней, она решила пожалеть его.

– У меня есть несколько билетов на сегодняшний и завтрашний матч здесь. Забудьте о ваших десяти тысячах юаней, не пугайте стариков вроде меня! Как насчет восьмисот юаней?

Пэй Чуань кивнул:

– Спасибо!

– Не за что. Кто не был молод? Продолжайте, будьте смелее, я надеюсь, в будущем вы будете вместе!

Пэй Чуань опустил глаза, потирая билет в руке. Он ничего не ответил.

В 10:10 по пекинскому времени Бэй Яо получила текстовое сообщение: «Яо-Яо, направление на шесть часов».

Девушка обернулась: напротив нее сидел Пэй Чуань. Их разделяло огромное количество людей, с первого взгляда невозможно было понять, кто есть кто. Удивительно, что Бэй Яо с первого взгляда нашла его, подобно тому, как Пэй Чуань всегда чувствовал ее. Девушке снова пришло сообщение: «Яо-Яо, с днем рождения».

Она улыбнулась, встала и помахала рукой. Чжао Чжилань окинула ее странным взглядом:

– Что с тобой? Такая довольная!

Бэй Яо прикусила губу, ее миндалевидные глаза ярко блестели.

– Мама, наша сборная обязательно выиграет!

Чжао Чжилань вытянула шею, наблюдая за игрой.

– Да-да, мы победим.

Олимпиада 2008 года стала великим событием для всей страны. Школьники не переставали говорить о ней ни на минуту. Ребята вместе обсуждали и подсчитывали, сколько золотых, серебряных и бронзовых медалей завоевала каждая страна и кто из спортсменов особенно отличился.

Не успело пройти это волнение, как наступила осень. Бэй Яо официально перешла в выпускной класс. Ли Фанцюнь, увидев, что ее ученики до сих пор возбуждены из-за Олимпиады, специально провела настраивающий на учебный лад классный час.

– В мои юные годы мир не был так хорош, как сейчас. Мы старались учиться все время! Это было нелегко, но если вдруг удалось поступить в университет это было здорово! Сразу же открывалось столько дверей! Ребята, хотя времена сейчас изменились, нельзя терять дух упорного труда. Меньше чем через год пройдут вступительные экзамены, в следующем году в июне вы встретитесь в экзаменационном зале, ваши мокрые от волнения ладони будут судорожно сжимать карандаши, и вы поймете, насколько важно то, о чем сегодня говорила ваша учительница. Я желаю каждому из вас поступить в университет вашей мечты! Возможно, он даже окажется в другом городе! Тогда ни учителя, ни ваши родители и не узнают, если вы вдруг кого-то полюбите…

В классе поднялся шум, и учительница Ли хлопнула по столу:

– Что за шум?! Кто посмеет влюбиться раньше времени, тот в понедельник напишет мне объяснительную на пять тысяч иероглифов! Желаю вам продуктивной учебы в новом году! Работайте усердно, и тогда у вас все получится!

В классе воцарилась тишина.

В новом семестре учительница пересадила учеников. Так соседкой по парте Бэй Яо стала Ян Цзя – прямолинейная девушка, легко вступающая в конфликт. За это ее недолюбливали в классе. Бэй Яо, однако, вполне нравился ее характер, Ян Цзя же было все равно, что о ней думали другие: нравится – значит, нравится, не нравится – ну и ладно.

Услышав, что любые отношения запрещены, девушки замерли. Ян Цзя прошептала:

– Бэй Яо, те слухи, что ходили в том году о тебе и Хань Чжэне, это ведь неправда?

– Это неправда.

Ян Цзя вздохнула с облегчением.

Бэй Яо подумала: «Однако у меня есть парень…» Даже несмотря на запугивания учителя, сладость и радость в ее сердце побеждали все страхи.

С началом учебы Бэй Яо стала работать еще усерднее. Она приходила в класс утром после завтрака и всегда оставалась до тех пор, пока вечером не выключали свет.

Ян Цзя говорила:

– Ты так много учишься, что я начинаю волноваться!

Она боялась, что кто-то будет знать больше нее, поэтому собралась с духом и постепенно по вечерам начала составлять компанию Бэй Яо за учебниками.

Бэй Яо и Пэй Чуань учились в разных школах. Выпускной класс был особенно тяжелым, поэтому она полагала, что не сможет увидеться с ним еще долгое время. Но в сентябре, когда начались каникулы, Бэй Яо встретила Пэй Чуаня и Чэнь Инци у своего подъезда. Они не виделись целый месяц! Чэнь Инци не сильно изменился, а вот Пэй Чуань выглядел каким-то изможденным.

Увидев Бэй Яо, Пэй Чуань похлопал Чэнь Инци по плечу, тот кивнул Бэй Яо и отошел.

– Пэй Чуань! – Она подбежала к нему и с любопытством спросила: – О чем вы говорили?

При виде Бэй Яо взгляд парня смягчился:

– Поболтал с ним о жизни за эти годы.

– О-о-о… – Бэй Яо была рада, что он наконец-то попытался найти общий язык с остальными. Она присмотрелась к нему: – Ты так сильно похудел…

– Сейчас слишком занят учебой, – устало ответил Пэй Чуань.

Бэй Яо наконец-то почувствовала, что испытывала Ян Цзя, глядя на нее, и сказала:

– Я так переживаю. Ты много работаешь, что, если я не смогу поступить в тот же университет, что и ты? – Она всерьез задумалась об этом.

Сентябрьский ветерок играл с ее растрепанными волосами. Глупышка. Она хотела видеть его рядом с собой в будущем! Это были самые прекрасные слова о любви, которые он когда-либо слышал.

Пэй Чуань рассмеялся:

– Нет, ты точно все сдашь. В какой университет хочешь поступить?

– Я хочу подать документы в Пекинский университет. Я слышала, что зимой там тоже выпадает снег, как и в городе C, но там не так холодно.

Олимпиада, в конце концов, все же оставила след в ее сердце.

Пэй Чуань кивнул:

– Тогда решено, поступаем в Пекин. Во время зимних каникул я отвезу тебя туда, чтобы ты посмотрела снег[60]. Как тебе план?

– Я буду усердно работать! Не хочу отставать от тебя!

Он улыбнулся в ответ:

– Ну, я верю в Яо-Яо!

Поступить с ней в один университет – это был самый лучший план на будущее.