Дождавшись машины, они вскоре подъехали к дому Пэй Чуаня. Долгое время никто не знал, где живет парень. В том числе и Пэй Хаобинь.

Пэй Чуань проживал в многоквартирном доме. Расположение не очень удачное, на тихой стороне, но от старого квартала совсем недалеко, минут десять на машине. Всего в доме было двадцать пять этажей, и Пэй Чуань жил на последнем.

Он достал ключ, чтобы открыть дверь, и столкнулся с предвкушающим взглядом Бэй Яо. Пэй Чуань замешкался, на секунду задумался о том, не валяются ли у него на полу грязные носки или нижнее белье.

Как только Бэй Яо прошла внутрь, она тут же скинула свои сапоги. Пэй Чуань хотел сказать, чтобы она проходила в обуви, но, обернувшись, увидел пару ее маленьких, меньше его ладони, ножек в небесно-голубых носках. Просто очаровательно. Пол был прохладным, и Бэй Яо подогнула пальцы на ногах. Пэй Чуань стиснул зубы и наклонился в поисках тапочек. В его доме обычно не бывало гостей, поэтому он отдал ей свои, а сам не стал разуваться. Его тапочки оказались слишком велики, и Бэй Яо выглядела так, словно ребенок надел обувь взрослого.

Под хрустальной лампой в гостиной цвет глаз Бэй Яо стал бронзовым. На ее лице не было неприязни или недовольства. Она даже не спросила его, почему он не переобулся. Его напряженные мышцы вдруг немного расслабились. В том, чтобы быть наивной и милой, были свои плюсы, по крайней мере не нужно притворяться и строить из себя ту, кем ты не являешься. Ее голос был нежным, как склонявший на ветру бутон полевой колокольчик:

– Пэй Чуань, твой дом такой большой… Почему ты не украсил его? Неужели ты не повесил парные надписи и не купил фонари?

– Хм…

Она добавила:

– Можно мне присесть?

– Да, – ответил Пэй Чуань, и девушка села на диван.

Квартира Пэй Чуаня действительно была довольно большой, более ста сорока квадратных метров. «Ему одному тут не одиноко?» Вся мебель в доме черного, белого и серого цветов, а единственным ярким пятном оказалась девушка на диване в нежно-желтом пальто.

Пэй Чуань немного нервничал.

Бэй Яо сказала:

– В коробке лежат пельмени, мы с мамой их приготовили специально для тебя! Убери их в холодильник.

Пэй Чуань последовал ее указаниям и положил гостинцы в холодильник. Обернувшись, он увидел, что глаза Бэй Яо заблестели.

– Тебе холодно? Я согрелась, держи свою куртку.

Он протянул руку и взял ее, но не стал надевать, а положил на диван в стороне. Бэй Яо ласково улыбнулась:

– Можно я тебя обниму?

Пэй Чуань повернул голову: серая подушка в форме ромба, которую он иногда подкладывал под шею, когда сидел за компьютером, выглядела грязной.

Он молчал, и Бэй Яо непонимающе моргнула:

– Нет?

– Да, – все же тяжело ответил Пэй Чуань, и она радостно обняла его.

В доме Пэй Чуаня действительно веяло безразличием и холодом: ни одного зеленого горшка, а занавески – тусклая и тяжелая серая ткань. Он человек, который не интересовался жизнью вне дома, обычно смотрел новости, читал книги или играл в компьютерные игры. На кухне также было пусто. Бэй Яо подумала, что из-за стесненного финансового положения он не мог позволить накрыть богатый новогодний стол, как это делала ее семья.

Когда Пэй Чуань понял, что в буфете у него лежит всего несколько пачек сигарет, он смущенно взглянул на Бэй Яо. Та указала на странную большую дверь:

– А там что?

Пэй Чуань сжал пальцы, боясь, что она захочет пройти внутрь. Если бы она захотела, он… просто не смог бы отказать.

– Работа, – прошептал Пэй Чуань.

– О…

Бэй Яо не стала приставать с лишними расспросами, она подумала, что источник средств к существованию Пэй Чуаня должен оставаться тайной. Вместо этого девушка перевела тему:

– Ты смотрел вчерашний гала-концерт? Там были две сценки, которые мне особенно понравились.

Пэй Чуань покачал головой и простодушно ответил:

– Нет.

– Тогда давай вместе посмотрим повтор, хорошо?

– Как скажешь.

В этом году новогодний гала-концерт отличался от представлений предыдущих лет. Появилась новая ведущая с потрясающим нежным голосом. Слушать ее было одно удовольствие. Актеры, музыканты и танцоры смогли талантливо передать новогоднюю атмосферу через экран телевизора.

Бэй Яо объяснила Пэй Чуаню сюжет:

– Через мгновение этот робот внезапно выпрыгнет, и тогда мужчина поймет, что его обманули! А откуда вылетел голубь? Где он прятался?

– В шляпе, – ответил парень низким голосом.

Увидев, что Бэй Яо смотрит на него, Пэй Чуань поджал губы и объяснил:

– Волшебный голубь – это белая пятнистая горлица с обрезанными перьями на хвосте и крыльях, ее схватили рукой, когда она вылетела из кармана…

– О… – сухо отозвалась Бэй Яо.

Она спросила между делом, желая проверить, внимательно ли Пэй Чуань следил за концертом, не ожидая, что он раскроет трюк фокусника. Бэй Яо покраснела и рассмеялась.

У Пэй Чуаня никогда не было настоящих друзей. Ему не с кем было поговорить или поиграть. Он не умел ладить с девушками, этими мягкими и нежными созданиями… Поэтому не знал, как сделать Бэй Яо счастливой.

Зазвонил телефон – девушку разыскивал отец. Бэй Лицай спросил:

– Яо-Яо, ты все еще у Фан Миньцзюнь? Приходи поскорее на ужин!

Пэй Чуань поднял глаза и посмотрел на нее. Он не мог слышать слов ее отца, так как Бэй Яо закрыла рукой динамик. Ему оставалось лишь наблюдать за тем, как ее и без того розовые щеки покраснели еще сильнее. «Пэй Чуань услышал его! Должно быть, он услышал, что я должна была пойти в гости к Минь-Минь!»

Румянец распространился до самых ушей. Бэй Яо быстро проговорила:

– Папа! Я… я сейчас вернусь!

Когда она положила трубку, Пэй Чуань спокойно спросил:

– Кто звонил?

«Не слышал, не слышал!» Ее сердцебиение наконец успокоилось, и она тихонько сказала:

– Отец, зовет меня домой.

Пэй Чуань отправился в спальню, отыскал новый черный шарф и чистые перчатки того же цвета. Он протянул их ей:

– Я ими не пользовался, вещи чистые.

Бэй Яо прижала к груди шарф, ее миндалевидные глаза наполнились радостью.

– Иди домой, – сказал Пэй Чуань.

Девушка кивнула:

– Тогда можно я приду к тебе в следующий раз?

– Мне больше нравится проводить время в тишине, – ответил парень. Он увидел, как абрикосовые глаза Бэй Яо быстро заморгали, казалось, она вот-вот расплачется.

Его сердце сжалось от боли. Однако Пэй Чуань помнил вес сумки с деньгами тетушки Чжао. Раз уж им не суждено быть вместе, то какой смысл удерживать ее рядом с собой? Ему нечего было ей дать! Он даже угостить ее не смог, когда она пришла к нему на Новый год. Откажется от обещания, данного тетушке Чжао, и что тогда? Рано или поздно Бэй Яо все равно узнает о его предательстве. Лучше как можно скорее покончить с их отношениями.

Бэй Яо была в ярости. Прийти к кому-то в канун лунного Нового года в гости и узнать, что она, оказывается, шумная! Зачем он сказал это? Они должны были молча смотреть друг другу в глаза, после чего… поцеловаться!

Пэй Чуань накинул на нее шарф, не тронув даже пряди волос, и отправился с ней вниз по лестнице. По дороге Бэй Яо вела себя тихо, как мышка. Пэй Чуань знал, что она дуется. Ее гнев – это лезвие, которое проникало в его сердце, рассекая его.

Такси уже ожидало ее. Взгляд Пэй Чуаня был устремлен на нее, глубокий и безмолвный. Бэй Яо резко вспомнила о том, как Чэнь Ху высказался о Минь-Минь. Она обернулась, прежде чем сесть в машину:

– Пэй Чуань, могу ли я приехать к тебе, если не буду шуметь?

Под ее теплым и мягким взглядом Пэй Чуань подавил раздражение и отчаяние. Он был беспомощен и беззащитен. В его горле завязался узел, и он хмыкнул:

– Угу…

Бэй Яо мило улыбнулась. Ожидая, пока она сядет в машину и уедет, Пэй Чуань чувствовал, что снова и снова обманывает их обоих.

Когда Бэй Яо вернулась домой, до нее донесся аромат праздничных блюд. Маленький Бэй Цзюнь сказал:

– Сестра, ты ушла без меня! Я злюсь!

В его возрасте дети особенно привязываются к старшим. «Как же жалко, что Пэй Чуаня нет с нами», – подумала раздосадованная Бэй Яо. Чжао Чжилань шлепнула сына по попе:

– Что ты развалился за столом? Не липни к сестре! Ты уже надоел ей!

Бэй Цзюнь погрустнел. Он, должно быть, и правда ребенок, подобранный из мусорной корзины, как сказал ему один мальчишка из детского сада. Бэй Яо не могла удержаться от смеха.

Чжао Чжилань проговорила:

– Ешь, ешь, ешь, этот ребенок невыносим! Как посидели с Минь-Минь? – Чжао Чжилань отложила палочки, заметив шарф и перчатки на Бэй Яо. – Твои перчатки и шарф… Это вещи Минь-Минь?

Бэй Яо совсем забыла спрятать вещи Пэй Чуаня в свою комнату.

– Не забудь постирать и вернуть! – строго произнесла мама.

После того как Бэй Лицай вымыл руки и вышел, он окинул взглядом перчатки и шарф своей дочери.

Для Чжао Чжилань и Бэй Яо это были обычные вещи, которые не отличались от тех, что покупали в лавках, только по краям была вышита буква K. Бэй Лицай часто читал газеты и иногда журналы. Он, может, мало говорил, но много знал. Например, о предметах мужской роскоши. Бэй Лицай никогда не видел их в жизни, только на картинках, но это не помешало ему узнать их. Зато Бэй Яо, по всей видимости, не знала о существовании дорогих брендовых вещей для мужчин.

– Дай-ка посмотреть шарф, – попросил Бэй Лицай, подавив волнение.

Дочь неуверенно протянула его ему.

– Это KING! Чжилань, чем последние два года занимался господин Фан?

– А? Что? – озадаченно спросила его жена.

– Этот шарф… Он же стоит несколько тысяч юаней!

Чжао Чжилань недоверчиво произнесла:

– Не может быть! Как такое возможно? Разве семья Минь-Минь могла позволить Яо-Яо забрать что-то подобное?

Женщина усмехнулась. Их семье с состоянием в сорок тысяч юаней такой шарф и не снился! «Ха! Отдать несколько тысяч за шарф! Какое расточительство! Он точно только греет? И с чего бы это Чжао Сю позволила дочери отдать такую дорогостоящую вещь Яо-Яо?»

Бэй Яо не ожидала, что обменяла пельмени на эксклюзивный «чистый», как сказал Пэй Чуань, шарф! Она срочно должна вернуть его! Глядя в полные недоверия глаза родителей, девушка чуть не расплакалась и выдавила из себя:

– Это… подделка! Шарф стоит десять-двадцать юаней в ларьке рядом с их домом.

Бэй Лицай хотел еще что-то сказать, но Чжао Чжилань его перебила:

– А я всегда говорила, что Чжао Сю обожает важничать и рисоваться! Ладно… давайте к столу! Я все равно не понимаю! У меня тоже есть подделка, как ее там, LV, да, именно она, тридцать юаней!

Бэй Лицай потерял дар речи. Бэй Яо ковырялась в своем рисе, не смея поднять голову. «Какие махинации проворачивал Пэй Чуань в тот год, пока мы не общались?»