Несмотря на то, что Пэй Хаобинь находился на задании, он все равно сразу подбежал к сыну:

– Засранец! Что ты делаешь?

Молчание затянулось. Сотрудники полиции внимательно смотрели на Пэй Хаобиня, ожидая услышать приказ капитана. Однако, позабыв о своей миссии, тот направился прямо в бар, привлекая этим внимание группы к Пэй Чуаню.

Парень двумя пальцами вытащил зажатую между губ сигарету и потушил ее в пепельнице. С тех пор как Пэй Чуань сломал протезы и сбежал вместе с врачом и Бэй Яо, Пэй Хаобинь его больше не видел.

Пэй Чуань слишком хорошо знал своего отца. Ради сохранения чести и достоинства он никогда не станет устраивать для него публичную порку. Пэй Чуань и так оставил Пэй Хаобиню множество «подсказок» о своем местонахождении. Если бы тот действительно был профессионалом своего дела, то достал бы сына даже из-под земли. Однако Пэй Хаобинь не захотел расспросить Бэй Яо и других ребят в округе. Почему? Скорее всего, он боялся узнать нечто страшное о собственном сыне, поэтому ему было проще оставить все как есть. Зачем зазывать неблагодарного сына домой? В жизни Пэй Хаобиня почти все наладилось, а появление Пэй Чуаня только разрушит мир и покой.

Показное безразличие Пэй Чуаня разозлило мужчину. Он поднял руку и ударил сына. Музыка резко прекратилась. Пэй Чуань не успел увернуться, пощечина оставила красный след из пяти пальцев у него на щеке. Он повернул голову в сторону:

– Офицер Пэй, эту пощечину вы отвесили своей же крови.

Толпа громко шумела, лишь ухмыльнувшийся бармен и отец услышали эти слова.

Сердце Пэй Хаобиня дрогнуло, и он сделал два шага назад. Пэй Чуань провел большим пальцем по уголку разбитой кровоточащей губы. Цзинь Цзыян и остальные сидели в дальнем конце зала, поэтому не видели произошедшего. Только сидевший ближе всех Цзи Вэй застыл в оцепенении, а потом подошел и тихо произнес:

– Даже полицейские не могут просто так бить людей.

Мужчина уже и сам пожалел, что сорвался и ударил сына. От пощечины у него самого горела ладонь. Но колючий и острый взгляд Пэй Чуаня пригвоздил его к месту. Возникший позади офицер нерешительно проговорил:

– Капитан… У нас есть куда более важные дела, Чжао Пин все еще находится в «Цинши».

Пэй Хаобинь был в растерянности:

– Я… Пэй Чуань…

Он так ничего и не смог сказать сыну. Капитан развернулся и поспешил на седьмой этаж.

Половина лица Пэй Чуаня покраснела и распухла, он смотрел на комнату, полную ярких огней, и негромко смеялся. Он не просто плохой человек. Он самый последний урод!

Стоявший неподалеку испуганный до дрожи Цзи Вэй пробормотал:

– Пэй Чуань, ты в порядке?

– Угу… – ответил тот.

– Ох… – Не зная, как его утешить, Цзи Вэй спросил: – Тогда… я могу продолжить читать?

В конце концов, Пэй Чуань сказал, что все в порядке, значит, так оно и есть и ему не требуется чья-либо помощь.

– Иди, – равнодушно бросил Пэй Чуань.

Цзи Вэй быстрыми шагами вернулся к своему столу и продолжил усердно заниматься. Он напоминал недалекого мелкого чиновника, который, как бы ни старался, каждый раз проваливался на императорском экзамене[45]. Пэй Чуань презрительно посмотрел на него: «Он смешон и жалок, однако я, наверное, произвожу куда худшее впечатление». Парень опустил глаза и зажег еще одну сигарету.

Бай Юйтун с неохотой выходила из дома. Она изначально плохо сдала вступительные экзамены и не поступила в старшую школу, но после того, как Цао Ли вышла замуж за Пэй Хаобиня, тот воспользовался своими связями, чтобы куда-нибудь ее пристроить.

– Мама, ты же знаешь, я боюсь его, я не пойду!

Цао Ли бросила на нее косой взгляд:

– Тогда кто пойдет? Я, что ли? Пэй Чуань все это время умело водил нас за нос и учился в городе С. Дядя Пэй какую ночь не может спать спокойно! Мы должны показать ему, что беспокоимся не меньше него! Пожалуйста, будь умницей и сходи проведать его сына!

– Я же ведь никогда не была в третьей школе, – продолжила отпираться Бай Юйтун.

– Не заблудишься! В любом случае ты должна пойти, иначе что люди скажут обо мне как о мачехе? Через несколько дней мы переедем и обо всем забудем!

Бай Юйтун подумала о роскошном новом доме, и ей ничего не оставалось, кроме как последовать уговорам матери.

Стоя на территории старшей школы № 3, Юйтун поджала губы: эта школа была намного лучше той, в которой училась она. Игровая площадка была чистой и ухоженной, а у них все заросло травой.

Бай Юйтун узнала номер класса и группы Пэй Чуаня в учебной части. Она посмотрела на время: «У него как раз закончился урок!»

Пэй Чуань сидел в кабинете у окна на первом этаже. Бай Юйтун постучала по стеклу:

– Эй, выйди на минутку!

Все в классе переглянулись. Девушка нетерпеливо позвала:

– Пэй Чуань!

Тот нахмурился и вышел.

Бай Юйтун подумала: «Какой позор! Сколько людей теперь знает о том, что я ищу встречи с ним!» Девушка не знала, как одноклассники Пэй Чуаня относились к нему. По ее мнению, раз он был калекой, то остальные должны держаться от него подальше. Она достала из кармана пальто восемьсот юаней, пересчитала их и протянула Пэй Чуаню:

– Моя мать передала тебе деньги. Бери, и я пойду.

Парень с усмешкой посмотрел на нее. Бай Юйтун вспомнила, что он убил ту большую бешеную собаку, и ее сердце екнуло. Однако она набралась смелости и помахала перед Пэй Чуанем веером из розовых банкнот:

– Давай быстрее. – Она снова протянула ему деньги.

Пэй Чуань не взял их. Банкноты упали на землю и разлетелись во все стороны. Сердце Бай Юйтун сжалось. Она быстро опустилась на корточки и начала собирать купюры.

За окнами стояли одноклассники Пэй Чуаня. Парень развернулся и пошел в сторону учебного здания. Бай Юйтун не стала кричать ему вслед. «Ну и пусть помирает на улице с голоду! А я оставлю эти восемьсот юаней себе!»

Когда Бай Юйтун ушла, в классе воцарилась тишина. Цзи Вэй прошептал:

– Разве Пэй Чуань не богат? А как… Зачем она предлагала ему деньги?

Дэн Хан постучал ручкой по столу:

– Ш-ш-ш, говори тише, вдруг он услышит!

Как только Пэй Чуань вернулся и сел на свое место, Цзи Вэй склонился над партой и продолжил писать домашнее задание.

– Кто это, Пэй Чуань? – обеспокоенно спросил Цзинь Цзыян. – Почему она сунула тебе деньги?

Дэн Хан потянул друга за руку, и тот возмутился:

– Да что ты меня дергаешь?

– Ты не можешь просто заткнуться? Цзи Вэй куда умнее тебя!

Вскоре история с Пэй Чуанем перестала быть для всех тайной. Неужели этого парня, которого изначально считали главным представителем золотой молодежи, воспитывал отец, работающий в криминальной полиции, и у него есть сводная сестра, которая приходит в школу, чтобы передать ему денег от мачехи? Те, кто раньше боялся связываться с Пэй Чуанем, теперь говорили: «Я думал, он такой крутой, а оказалось, что он чертовски беден и нуждается в подачках». Кто-то засмеялся.

– Его ударили случайно не из-за того, что он просил денег?

– Ха-ха-ха-ха-ха!

Нашелся даже человек, написавший саркастический пост, который распространился в беседе школы. Хотя его быстро удалили, о нем узнало достаточно много людей.

Чэнь Фэй-Фэй, увидев эту запись, от удивления разинула рот. Раньше никто не смел писать что-то плохое о Пэй Чуане, но теперь, когда все узнали о том, что разъезжающий на дорогих машинах парень вовсе не был из серьезной семьи, которой лучше не доставлять проблем, неприятные комментарии стали появляться, как грибы после дождя.

После урока Фэй-Фэй осторожно пододвинула телефон к Бэй Яо и задала вопрос:

– Ты ведь давно знакома с ним?

После недолгого молчания Бэй Яо взволнованно проговорила:

– Фэй-Фэй, если учитель спросит обо мне на следующем уроке, скажи, что у меня разболелся живот и я вышла в туалет!

Бэй Яо раскрыла зонтик нежно-желтого цвета, подаренный соседскими девчонками на ее день рождения в прошлом году, и побежала под дождь. Гинкго в роще старшей школы № 3 сильно пострадали от дождя, повсюду попадали ветви деревьев. Пэй Чуань сидел под навесом на баскетбольной площадке и курил. Вокруг него лежала уже целая куча окурков.

Промочившая ботинки Бэй Яо промчалась вдоль сидений на трибуне и остановилась перед ним. С желтого зонтика стекали капли дождя. Пэй Чуань поднял голову, и она увидела собственное отражение в его глазах. Из-за спешки щеки Бэй Яо покраснели. Она мягко проговорила:

– Пэй Чуань.

Юноша затянулся сигаретой:

– Зачем ты пришла?

– Ты чем-то расстроен.

– Нет, все в порядке. – Он давно уже привык к тому, что его семья его ненавидит.

Бэй Яо отложила зонтик в сторону и присела перед ним на корточки, устроившись между кучками сигаретных окурков. Только Пэй Чуань хотел сказать, что там грязно, как вдруг ощутил нежную прохладу, коснувшуюся его правой щеки. Он с ужасом и недоверием посмотрел на Бэй Яо: кончиками пальцев она медленно водила по его щеке.

– Тебе больно?

Пэй Чуань резко накрыл ее ладонь своей. Кожа девушки была мягкой и нежной. Желая поделиться с ней своим теплом, он крепче сжал ее замерзшие тонкие пальцы.

– Нет, не больно, – ответил он приглушенным тоном.

Парень горько улыбнулся. Бэй Яо гладила его по щеке, будто он жалкий израненный бродячий пес или кот. Она серьезно произнесла:

– Пэй Чуань, я прогуляла занятие. Не говори, что это было напрасно.

Он мотнул головой, и Бэй Яо улыбнулась:

– Пэй Чуань, не кури в одиночку в таком мрачном месте… Угостишь меня ужином?

Пэй Чуань перевел взгляд на сигарету и проговорил:

– Сходи без меня. – Он достал из кармана бумажник и протянул его ей. Бэй Яо не стала брать деньги.

– Что с тобой не так? Ты начинаешь меня злить!

Юноша растерялся и поджал губы. У него плохой характер, и он прекрасно знал это. Неужели она поняла это только сейчас?

Бэй Яо рассмеялась:

– Забудь, меня не так просто разозлить! Тогда я угощу тебя ужином, хорошо?

Пэй Чуань ничего не ответил. Она взяла его за руку и потянула за собой:

– Рядом с твоей школой есть неплохой ресторанчик, я слышала, кухня там просто восхитительная! Ты заходил? В прошлый раз я спешила на вечернюю консультацию, но успела взять еду с собой. Мои соседки остались в восторге!

Как он мог отказать ей?

Выйдя с серой баскетбольной площадки, Бэй Яо раскрыла свой светло-желтый зонтик, на котором глупо смотрелась комичная большеголовая утка с раскрытым клювом. Она встала на цыпочки и подвела Пэй Чуаня под зонтик:

– Зонт небольшой, не промокни!

Парень забрал у нее зонт и поднял над ее головой. Маленькая, прижавшаяся к нему Бэй Яо поежилась от ветра. Она стояла так близко, от ее тела исходил его любимый легкий аромат сирени. Бэй Яо повела его вперед:

– Поверни направо, я помню… Как это называется… Оно! «Веселый Танъюань»![46]

Неся зонт над головой Бэй Яо, Пэй Чуань совершенно позабыл о себе. Он даже не заметил, как половина его тела промокла до нитки. Пэй Чуань послушно следовал туда, куда она указала, – это был небольшой ресторанчик, где продавали маленькие рисовые шарики. Проучившись больше года в старшей школе № 3, он и не подозревал, что за пределами кампуса существует такое место.

Жена хозяина заведения видела Бэй Яо однажды и хорошо запомнила ее. Когда девушка потянула Пэй Чуаня присесть, все его тело напряглось, а женщина сказала:

– Красавица, привела своего брата к нам?

Бэй Яо улыбнулась и кивнула. Пэй Чуань отвел взгляд. Он молча сложил зонт и положил его рядом с Бэй Яо. Ей показалось, что парень снова погрустнел.

Жена хозяина вытерла руки о фартук:

– Что будем заказывать?

– Я буду танъюани с фруктовой начинкой, а он – фирменные веселые! – ответила Бэй Яо.

Пэй Чуань посмотрел на девушку. Ее миндалевидные глаза излучали странный добрый свет. Одного взгляда было достаточно, чтобы сокрушить сердца миллиона парней.

Пэй Чуань поджал губы:

– Но я не хочу это есть.

Бэй Яо облокотилась на стол и радостно засмеялась:

– Попробуй, это очень вкусно!

От ее нежного голоса у Пэй Чуаня задрожали пальцы. Он немного смутился.

Танъюани сварились быстро. Перед ними поставили две миски рисовых шариков: одна фруктовая – очень популярный в заведении вкус, а вторая более дорогая – веселые танъюани, на которых вылеплены разноцветные улыбающиеся рожицы.

– Нравится? – поинтересовалась Бэй Яо.

Пэй Чуань опустил глаза:

– Хм.

– Веселые танъюани с кунжутной начинкой, это те, что с черными точками… Если покажутся слишком сладкими, отдай их мне! Зачем добру пропадать, да? – Она пододвинула к нему свою миску.

Его сердце сковала сладкая боль печали.

– Я непривередлив в еде.

Бэй Яо широко улыбнулась:

– О, Пэй Чуань, такой ответ меня устраивает!

Он крепко сжал ложку, давно позабыв, что его так рассердило, зачерпнул ею танъюани и отправил себе в рот.

Пока Бэй Яо ела, в ее голове крутились разные мысли. Пэй Чуань с самого детства испытал на себе муки страданий и одиночества. Его отец… Эта пощечина… Наверняка ему было горько и обидно.

Горячий суп с рисовыми шариками развеял осеннюю прохладу. После еды Пэй Чуань, естественно, не мог позволить Бэй Яо оплатить счет. Он нахмурился и сказал ей сидеть на месте, а сам отправился на поиски жены хозяина.

Женщина улыбнулась и сказала:

– Как тебе наши танъюани? Все понравилось?

Пэй Чуань ничего не ответил. Он достал из кармана сотню юаней и протянул ей.

– У тебя мельче не будет? – спросила хозяйка.

Видя, что парень по-прежнему ничего не отвечает, женщина пожала плечами и принялась искать сдачу.

Вдруг она услышала, как юноша произнес:

– Я ей не брат. – Сказав это, Пэй Чуань ушел, не взяв сдачу.