Бэй Яо привстала, чтобы поддержать Пэй Чуаня, и прошептала ему на ухо:
– Я помогу тебе дойти, не волнуйся, все, кто прибегает на финиш, валятся с ног.
После долгого бега нельзя сразу садиться, лучше пройтись. Она не могла точно оценить, как чувствует себя Пэй Чуань, поэтому спросила:
– Не хочешь немного посидеть?
Тот скрипнул зубами и проговорил:
– Идем.
Они вместе дошли до финишной черты, где на ветру развевались цветные флаги. Бесчисленное количество глаз пытливо уставились на Пэй Чуаня. Толпа заметила, что он выглядел иначе: лицо было бледным как лист бумаги, выглядывающие из-под черных брюк ноги казались слишком прямыми. Многие узнали в Бэй Яо девушку из группы поддержки, знаменитую красавицу старшей школы № 6. Однако Пэй Чуань, хоть и прославился на втором году обучения в школе № 3, еще не достиг того, чтобы о нем знали и в других школах. Бэй Яо и Пэй Чуань пересекли финишную черту, но большинство учеников больше волновали сплетни, чем результаты марафона. Кто-то тихо спросил:
– Кто этот парень? Почему Бэй Яо помогает ему?
– Не знаю, никогда его не видел… Какой-то слабак! Ну и вкус у Бэй Яо!
Пэй Чуань чувствовал себя полным посмешищем. На что он, в конце концов, пошел? Почему остальные перешептываются? Он едва стоял на ногах, опираясь рукой о перила, пот крупными каплями стекал с его лба на землю, футболка уже давно промокла насквозь…
Ши Тянь легонько одернула Бэй Яо:
– Ты с ума сошла? Его результаты даже не засчитают!
Пэй Чуань, по сути, попал в список пятидесяти лучших, за всю дистанцию он ни разу не остановился и не сделал ни глотка воды.
– Он пробежал всю дистанцию, почему не засчитают? – упрямо ответила Бэй Яо.
От ее дерзости Ши Тянь на мгновение потеряла дар речи. Бэй Яо поспешно налила воды и подошла к Пэй Чуаню. Парень взглянул на нее и заметил, что испачкал ее. Он накрыл ладонью бумажный стаканчик, отодвинул его и поджал побелевшие губы. Бэй Яо ничего не понимала. Если бы она не была волонтером, то вряд ли помогла бы ему.
Из-за боли в конечностях пальцы Пэй Чуаня немного дрожали. Он потянулся за бутылкой воды. Увидев это, У Мо бросилась вперед, чтобы помочь ему налить воды. Пэй Чуань терпел сильную боль и не поднимал глаз. Ему было не важно, кто даст воду, лишь бы это была не Бэй Яо. За год, проведенный без него, Бэй Яо жила легче и счастливее.
У Мо ликовала. Хотя она и не понимала, почему Пэй Чуань выглядел таким изможденным, но радовалась, что тот перед всеми не принял стакан воды от Бэй Яо. Она проговорила с самодовольной улыбкой:
– Отличная работа, ты большой молодец!
Пэй Чуань не мог даже налить себе воды. Оказавшаяся рядом с ним маленькая тонкая рука подняла стакан. Она была белоснежной и красивой и совсем недавно лежала у него на талии. Пэй Чуань поднял глаза. Бэй Яо поджала губы, это она забрала у У Мо воду и снова протянула ему свой стакан. Та поморщилась и язвительно проговорила:
– Бэй Яо, мы все волонтеры, что ты здесь устраиваешь?
Девушка и сама не знала, почему так поступила, но в этот момент она испытала враждебные чувства по отношению к У Мо.
Видя, что Бэй Яо игнорирует ее, У Мо решила пристыдить подругу:
– Бэй Яо, это уже слишком!
Глаза Бэй Яо прояснились. Она твердо проговорила:
– В моем стакане сладкая вода. Она поможет Пэй Чуаню восстановить силы.
Ши Тянь, больше не в силах смотреть на эти препирания, развела пакетик с глюкозой в воде и протянула стакан Пэй Чуаню:
– Пей скорее!
Тот опустил глаза, взял у Ши Тянь воду и выпил ее. Он слегка нахмурился: сколько же глюкозы она туда добавила… Вода была настолько сладкой, что раздражала горло.
У Мо, быстро сориентировавшись, проговорила:
– Вон там устроены места отдыха для спортсменов! Пойдем, я тебя провожу! – Она крепко вцепилась в его руку, боясь упустить свой шанс.
Бэй Яо снова поджала губы. Пэй Чуань посмотрел на нее. Она никогда не говорила ему о своих чувствах, никогда не ругалась и не устраивала сцен. Возможно, сейчас девушка думала о нем куда хуже, чем он был на самом деле. Пэй Чуань отдернул руку У Мо и, стиснув зубы, зашагал сам. У Мо почувствовала себя проигравшей. Она не смогла достойно противостоять Бэй Яо в такой простой схватке.
Пэй Чуань, помнивший о Хань Чжэне, превозмогая боль, простонал:
– Бэй Яо…
Волонтеры переглянулись. Парень прошептал:
– Я оставил свой кошелек у подножия горы, не могла бы ты вернуть его мне?
Бэй Яо подошла и присела рядом с ним на корточки:
– Какой кошелек?
– Черный… В ларьке, где продают воду… В кармане моей куртки…
Девушка покраснела. Ей до сих пор было стыдно за свой странный, не поддающийся объяснению поступок. Она мягко прошептала ему на ухо:
– Пэй Чуань… На самом деле У Мо не так хороша, какой пытается казаться…
Бэй Яо в первый раз говорила о ком-то плохо за его спиной.
Пэй Чуань посмотрел на нее сверху вниз. «Да, У Мо странная. А как насчет тебя?» Однако в конце концов ему все же удалось выдавить из себя лишь:
– Угу.
Бэй Яо кивнула и убежала.
Юноша смотрел, как она садится в машину, и не смог сдержать стон боли. Затем он достал телефон и позвонил Ван Чжаню:
– Гора Циншань, пусть кто-нибудь подъедет сюда.
На лбу доктора Вана выступили вены: «Что ты опять натворил?» Перед врачом промчалось несколько человек. Он не глядя схватил одного парня за локоть и попросил помочь ему добраться до горы и спустить Пэй Чуаня.
В этот момент финишную черту пересек запыхавшийся Хань Чжэнь. Он огляделся по сторонам: рядом стояла лишь У Мо.
Сердце той учащенно забилось, когда она вспомнила о лжи Хань Чжэню. Она деловито налила ему стакан воды и прошептала:
– Она не захотела приходить. Мне очень жаль.
Хань Чжэнь покачал головой и улыбнулся:
– Все в порядке, я тебя не виню. Ничего страшного. На нее я тоже не обижаюсь. – И медленно пошел прочь.
У Мо вскипела от злости! Публичное признание Хань Чжэня сорвалось, так что слухов, естественно, не будет.
Следующие три дня после Осеннего марафона Пэй Чуань провел дома, восстанавливая силы. Ван Чжань посмотрел на читающего на кровати юношу:
– Сколько раз я говорил, не напрягай ноги, протезы не… Впрочем, забудь, в конце концов, ты отлично переносишь боль. – Он махнул рукой. – Сегодня ты снова сам поменяешь повязки?
– Угу, – с безразличием ответил Пэй Чуань.
У Ван Чжаня тоже был сын, лет на восемь младше Пэй Чуаня, поэтому он вздохнул:
– Пэй Чуань, возвращался бы ты к семье…
– Вы очень заботливы, доктор Ван, – сказал тот. – Спасибо за помощь, но остальное вас не касается.
Ван Чжань усмехнулся:
– Тебе пора бы научиться манерам, я тебе в отцы гожусь! Тяжело будет твоей девушке…
Пэй Чуань напрягся и прошептал:
– Не будет.
Доктор хотел лишь пошутить, но оказалось, что задел Пэй Чуаня за живое. Ван Чжаню стало очень неловко. На самом деле он мог попытаться утешить Пэй Чуаня, однако в итоге не стал. Дома его ждали сын и дочь, которым было всего по десять лет. Если бы его дочь полюбила инвалида, ему было бы сложно с этим смириться. У людей с особенностями израненные души. Трудно быть терпимым и поддерживать кого-то на протяжении всей жизни. Вдруг Ван Чжань вспомнил о симпатичной девушке Бэй Яо: «Если она ему действительно нравится, то у него, скорее всего, нет шансов… Как бы горько это ни звучало».
Пэй Чуань пропустил пять дней в школе. Цзинь Цзыян не преминул высказаться по этому поводу:
– Пэй Чуань крутой! Если я буду так долго пропускать занятия, мой старик точно убьет меня!
На самом деле они все задавались вопросом: неужели родители Пэй Чуаня не получили звонок от учителя?
Когда он все же появился в школе, Дэн Хан спросил:
– Пэй Чуань, ты в порядке, да?
Тот лишь достал из ящика книгу:
– Все нормально.
– Ты болен? – удивленно спросил Цзинь Цзыян. – С чего это ты взялся за книжки?
Сидящий в первом ряду Цзи Вэй взволнованно обернулся:
– Пэй Чуань, ты тоже понимаешь, как важно учиться…
Пэй Чуань нахмурился:
– Заткнись!
Цзи Вэй не обратил внимание на его грубость:
– Позавчера мы писали тест по английскому, результаты скажут на следующем уроке, если я сдам его на отлично, то угощу всех ужином!
– О-о-о, благослови тебя Бог! – рассмеялся Дэн Хан.
– Спасибо.
Пэй Чуань тоже не удержался и ухмыльнулся. Иногда молодость не казалась ему такой уж непонятной и сложной. Среди тех, кого считали плохими и не очень… хорошими, тоже были добрые люди.
Когда объявили результаты по английскому, Цзи Вэй снова чуть не расплакался. Он набрал всего лишь шестьдесят баллов! Тем не менее он бережно сложил бумажку. Дэн Хан безудержно хохотал:
– Да-да, в следующий раз, может быть, угостишь нас ужином!
Цзи Вэю было плевать на подколы друга. На самом деле в их компании семья Цзи была самой обеспеченной, однако из-за замкнутого характера у парня было не так много друзей.
Праздновать «успех» ребята решили в любимом «Цинши», так как он был ближе всего. Полагаясь лишь на средства золотой молодежи, содержать такой большой развлекательный комплекс было бы невозможно, поэтому постепенно «Цинши», благодаря акциям и специальным предложениям, начал привлекать более разносортную аудиторию.
Цзи Вэй нашел столик в углу и попытался договориться с официантом, чтобы тот принес ему настольную лампу – от разноцветных огней у него слезились глаза, и читать было неудобно.
У Пэй Чуаня с детства было мало друзей. Среди отличников все были высокомерными, и его странный характер воспринимался как нечто чуждое. Цзинь Цзыян и другие стали для него первыми близкими людьми, которые скрашивали его мрачный мир.
Пьяные посетители время от времени спускались с пятого этажа и возвращались обратно. Кто-то играл в бильярд, кто-то снимал комнату… Пэй Чуань прищурился и увидел, как по лестнице торопливо поднимается какой-то человек. По его взгляду он догадался, что тот находится в измененном состоянии, но ничего не сказал.
Когда подошли Цзинь Цзыян и остальные, Пэй Чуань постучал по столешнице барной стойки и объявил:
– Возвращаемся сегодня пораньше.
Дэн Хан не стал возражать:
– Хорошо. Пэй Чуань, есть сигарета?
Парень только собрался достать одну из пачки, как вдруг в зал ворвался отряд криминальной полиции.
Пэй Хаобинь сразу же заметил сына: он сидел на стуле перед барной стойкой, его длинные ноги были слегка согнуты. Мужчина широко раскрыл глаза: «Неужели это мой сын?!» Понурый Пэй Чуань пускал завитки дыма из зажатой между губ сигареты.
Время словно отмоталось назад. В воспоминании Пэй Хаобинь усадил Пэй Чуаня на плечи.
– Вырастешь, станешь как папа! Будешь работать в полиции и ловить плохих парней!
Сердце Пэй Хаобиня сжалось.