Стены замка на кухне задрожали. Энора, которая решила проследить за готовкой, тыкала в Аппетитрона пальцем. Прижатый к холодильнику робот печально опустил голову.

– Как ты мог? – кричала Энора. – Впервые в жизни я не буду притрагиваться к твоей стряпне! Тоже мне выдумал – подумать только! – готовить блюда Тленников. Когда Уилбур в последний раз обновлял тебя?

– Я… – попытался вставить слово Аппетитрон.

Но раз Энора вышла из себя, ничто её не могло остановить!

– Помолчал бы! Так и хочется сдать тебя в утиль.

Пэри прямо с порога бросилась на защиту шеф-повара.

– Мама, он ни при чём!

– Отцу тоже достанется, не беспокойся.

Девочка отогнала от себя мысли о возможной ссоре родителей.

– Мне кажется, Аппетитрон не должен готовить всё подряд. Это представление о поварах устарело.

– Такова…

– …традиция, я знаю, – закончила фразу Пэри.

Энора кивнула.

Юная колдунья собрала волю в кулак:

– Знаешь, кто лучше всех готовит блюда Ужассии? У кого самые отвратные вкусовые рецепторы? Кто добавлял бы во все праздничные блюда слюну и гниль?

Энора пожала плечами.

– Папа!

– Не говори глупостей! Он уже при деле – ковыряется в твормашинах[18]. Хотя мы все и страдаем из-за его беспечности и забывчивости.

Но Пэри не отступала:

– Но когда вас с Бабигейл нет в замке, готовит именно он! Папа отправляет Аппетитрона на отдых и сам управляется в кухне. Корнишону очень нравится за ним наблюдать!

Энора была так удивлена, что даже не сделала дочери замечания по поводу имени брата.

– Уилбур? И мой сын? На кухне? Держите меня, сейчас упаду!

Но она быстро пришла в чувство и рявкнула:

– Аппетитрон! Вон с кухни, иначе превращу тебя в тазик!

Робот вылетел из комнаты. Осталась только Пэри. Она не сводила с матери взгляда. Было ясно: девочка сделает всё возможное, но своего добьётся.