Тренировочная площадка встретила меня безоблачным небом и ярким солнцем, блестевшим на металлических опорах трибуны – идеальная летная погода. Наставник, со скрипом одобривший предложенное Лео изменение плана занятий, ждал меня на возвышении над полосой препятствий. Внизу нетерпеливо переминался с лапы на лапу Игнивар, приведенный дежурным кипером. За человеком и драконом громоздилась сложная конструкция из камней, балок, навесов, растянутых на крюках сетей и узких полуподземных лазов. Моей задачей было провести крылатого ящера из одной части площадки в другую по составленному наставником маршруту. Схематичный план выдавался наезднику перед началом тренировки, дракон же должен был следовать указаниям своего человека.

В отличие от Лео, который уже успел несколько раз побывать с Игниваром на летном поле, я проходила это испытание впервые и немного нервничала. Для каждого наездника маршрутные карты составлялись с нуля, так что заучить последовательность нырков и поворотов было невозможно. Ни я, ни дракон не знали, что именно нас ждет.

«Кассия. Успокоиться. Крылья крепкие и быстрые. Спр-равимся».

Я улыбнулась серебряному ящеру. В ответ Игнивар поднял на меня взгляд и раскрыл пасть, высунув раздвоенный язык, что в его случае, вероятно, тоже означало улыбку.

– На позицию, – скомандовал мастер Норт.

Кипер, державший дракона, отпустил повод. Почувствовав свободу, дракон встряхнулся, расправляя сложенные крылья.

«Готов», – прогудел в голове низкий голос Игнивара.

– Бернарди, готова?

Я кивнула. Наставник вынул из сумки и протянул мне полетную карту. Взгляд заскакал по отметкам.

«Так… Сначала нырок сквозь сети… Для этого, пожалуй, стоит взять разбег, чтобы набрать скорость и сложить крылья. Потом пролет между двух плотно стоящих стен. На левом крыле… нет, на правом, чтобы легче войти в следующий поворот…»

Переключаясь между картой и реальной полосой препятствий, я пыталась наспех выстроить правильный маршрут. В голове царил какой-то сумбур из линий, бревен и воображаемых серебряных драконов. Сосредоточиться на чем-то одном, чтобы передать крылатому нужную мысль, было непросто – особенно с учетом того, что половину практических занятий по ментальному взаимодействию я пропустила, а на второй больше думала о способах нагадить Лео. Оставалось полагаться лишь на опыт самого Игнивара.

Сумел же он, в конце концов, прочитать в моих мыслях желание выпить то дурацкое зелье, которое я считала Расширителем разума? А значит, и сейчас как-нибудь справится.

– Отойди к краю площадки… – начала я, готовясь дать первую команду.

Наставник предупреждающе кашлянул.

– Если вы это мне, Бернарди, то я останусь стоять там, где стоял. С драконом же следует общаться ментально, как вы практиковали на соответствующих занятиях. Отсюда он вас все равно не услышит.

– Поняла, мастер Норт, – скисла я.

«Игнивар, отойди к краю и возьми разбег, чтобы пролететь сквозь сети».

Произнести это мысленно оказалось не так-то просто. Оказывается, я настолько привыкла проговаривать команды вслух параллельно с передачей их дракону, что с закрытым ртом разрозненные образы отказывались превращаться в связные приказы. Я чувствовала себя темпераментным таллийцем, которому связали руки за спиной и запретили помогать себе жестами.

К счастью, первую часть моего плана дракон понял и попятился назад, пока не уперся в высокую стену ограждения. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, он резко рванул вперед и перед самой паутиной из сетей сложил крылья, без труда пролетев сквозь препятствие.

Радость, разделенная с Игниваром, ярким цветком вспыхнула в душе.

«Так, теперь стены… наклонись направо…»

И только передав указание и увидев, как серебряный ящер входит в импровизированный каньон, я вдруг осознала, что перепутала лево и право. Крыло, наклоненное к земле, должно было быть другим…

– Нет, нет, нет! – вырвалось невольно.

«Влево, Игнивар, влево!»

Дракон, уже и сам сообразивший, что к чему, недовольно фыркнул, выпустив из пасти облако дыма. Лихой вираж, который пришлось заломить, чтобы вернуться на заданный маршрут, ему явно не понравился.

Наставник, наблюдавший за испытанием, поморщился.

– Сконцентрируйтесь, схоларка Бернарди. Ваша ментальная речь должна быть более точной. Яснее представляйте себе действия вашего дракона.

Ох, куда там!

От замечания мастера Норта уверенность развеялась, точно дым. Далее по плану следовал нырок, но я так разнервничалась, что вместо этого послала Игнивара в петлю. Это сильно осложнило последующий захват тюка с сеном, который следовало пронести между бревнами и опустить точно на одну из семи повозок.

Забрав груз, дракон поднялся в воздух.

«Кассия. Сосредоточься».

«Я пытаюсь, – хотелось закричать мне. – Пытаюсь!»

Я прижалась к парапету, лихорадочно вглядываясь в нагромождение препятствий в поисках площадки с повозками. Лист с маршрутом трепетал на ветру, норовя вырваться из рук.

– Третья справа, – шептала я одними губами, лихорадочно думая, как донести это до Игнивара. – Аккуратнее, пожалуйста…

Или?..

– Схоларка Бернарди, дракон вас не слышит, – добавил хаоса голос наставника.

– Мастер Норт, позвольте ей говорить.

Я обернулась и увидела Лео. Судя по его виду, он наблюдал за нами уже некоторое время.

Если бы я не была поглощена испытанием, то непременно наорала бы на него за то, что не держит обещания. А так лишь поморщилась.

Игнивар с тюком в когтях, меж тем, уже сделал крюк над повозками.

«Какая? М?»

– Позвольте Кассии отдавать устные приказы, – вновь обратился к наставнику Лео.

– Суть испытания, схолар Гросс, не в том, чтобы правильно пройти полосу препятствий, сорвав в процессе голос. – В голосе мастера слышалось недовольство. – Схоларке Бернарди требуется установить прочную ментальную связь со своим драконом, если она хочет и дальше тренироваться в роли наездницы. Это, в частности, подразумевает развитие навыков невербального общения. Попытки же докричаться до зверя абсолютно бесполезны как на площадке, так и в реальном полете. Дракон ее не услышит…

– Нет-нет, – довольно невежливо перебил парень. – Тут вы ошибаетесь, мастер Норт. Кассия не пытается докричаться до Игнивара. Вербальное произнесение команд – ее способ структурировать мысли. Если она молчит, то не может сосредоточиться.

– Оставьте свои советы при себе, схолар Гросс. Я прекрасно понимаю...

– Нет-нет. – Лео и не подумал заткнуться. – Не смейте говорить, что у Кассии слабая связь с Игниваром. При всем уважении, вы не часть нашей команды и не можете этого знать. Связь схоларки Бернарди с драконом так же сильна, как и моя. Просто она мыслит иначе, чем вы или я.

Удивительно, но после этих слов я ощутила к Лео что-то вроде... благодарности? А еще почувствовала прилив уверенности в себе, которая изрядно пошатнулась за время испытания.

– Игнивар, третья справа, – прошептала я, параллельно проговаривая каждое слово в голове.

«Понял», – мгновенно откликнулся дракон, круживший над повозками. Миг – и груз приземлился точно куда надо.

«Кассия молодец. Ясно. Дальше?»

– Сможешь вырвать два столба и перекинуть мост между двумя валунами? Один у тебя под крылом, второй рядом.

«Да».

– Вот видите, – негромко, чтобы не сбивать меня, проговорил за спиной Лео. – Видите? Дракон отлично воспринимает ее указания.

Игнивар, закончивший прохождение трассы, победно вскинул крылья.

***

– В целом неплохо, схоларка Бернарди. На следующей тренировке закрепим успех. Пока что у вас есть мое разрешение на вербальное общение с драконом, но все же настоятельно рекомендую практиковать ментальный контакт.

– Поняла вас, мастер Норт. Непременно учту.

– Отлично. Тогда жду вас завтра.

«И я жду, – добавил Игнивар, смирно ожидавший кипера на площадке. – Кассия хор-роша. Когда не путает лево и пр-раво».

Я хихикнула, пообещав себе, что к следующему разу что-нибудь придумаю.

К моменту, когда я добралась до ожидавшего на нижнем ряду трибун Лео, настроение было уже выше среднего, так что парня решила не убивать, хоть он и нарушил нашу договоренность. Но, как оказалось, Гросс и сам испытывал по этому поводу что-то похожее на угрызения совести.

– Да-да, прости, я знаю, что обещал не приближаться к тренировочной площадке, но…

– Что, – пошутила я, – прячешься тут от поклонниц?

– Ну... – Поравнявшись со мной, Лео почесал затылок, а потом затравленно оглянулся, словно за пределами площадки его действительно ожидала толпа разъяренных девиц. – С чего ты решила, что у меня много поклонниц?

– Как минимум одна из них поцарапала мне лицо. Хорошо хоть не пришлось бежать к лекарю и пить зелье от бешенства. Хотя, может, и зря…

Парень смутился.

– Прости. Не знаю, что на Ноэллу нашло…

Он выглядел таким забавным и искренним – да еще и помог мне, представив в хорошем свете перед мастером Нортом, – что я решила дать напарнику бесплатный дружеский совет.

– Не всем девушкам легко принять, что объект их воздыханий вынужден делить с другой дракона, который до этого прославился парными наездниками.

В голове зазвенели колокольчики – Игнивар, подслушивавший наш разговор, рассмеялся.

«Интересно, – подумалось вдруг, – а парой они стали до установления связи с драконом или после?..»

Если Гросс и считал реакцию дракона, то виду не подал. Бросив на меня странноватый взгляд, он пожал плечами.

– Это-то ясно. Я в целом не понимаю, почему Ноэлла решила, что у нас с ней может что-то быть.

– Она тебе внешне не нравится?

– Да нет… Она симпатичная… Блондинка…

– Ну, тогда почему нет? У некоторых девушек все устроено очень просто. Ты красивый парень с хорошим магическим потенциалом. Этого им достаточно.

– Погоди… – Гросс аж сбился с шага. – Ты считаешь меня красивым?

Я хмыкнула.

– Объективно? Да. У тебя хорошая физическая форма, породистое лицо. Волосы вон какие шикарные. Сразу видно, что ты коренной сциллиец, а такие нравятся девушкам. Они думают, южные мужчины самые темпераментные. А что в Драконьем Союзе южнее Сциллии? Разве что Малим, но малимцев у нас не учится. Потому-то горожанки из Дракхавна и ходят косяками, точно рыба на нерест, к вам в общежитие через дырку в стене.

– Вообще-то не ходят. Точнее, не ко мне. Если вдруг тебе интересно.

А потом посмотрел на меня. И, глубоко вдохнув, сказал ни с того ни с сего с какой-то совершенно непривычной, почти торжественной серьезностью.

– Ты тоже очень красивая.

Я пожала плечами, не понимая, как реагировать на очевидное.

– Да. Я знаю.

Гросс удивленно изогнул бровь.

– Хм. Обычно все девчонки, услышав комплимент, начинают отнекиваться и смущаться.

– Я не все и не вижу смысла зря тратить время. – И, не удержавшись, ехидно добавила. – К тому же, ты уже посмущался за нас двоих. Смотри-ка, даже чуточку покраснел.

Лео хмыкнул, не отводя от меня взгляда.

– Да, ты определенно не такая как все.

«Определенно», – эхом откликнулся Игнивар.

***

Удивительно, но после того как я перестала тратить силы на попытки соревноваться с Гроссом, жить стало намного легче. Несмотря на то, что учиться по новому расписанию приходилось почти в полтора раза больше, чем раньше – и как только Лео справлялся с таким объемом нагрузки? – я чувствовала себя активной и бодрой. Успехи на тренировочном поле окрыляли, поддержка Игнивара во время отработки ментальной связи помогала уверенно встречать взгляд мастера Норта, все еще недовольного тем, что я никак не могу освоить невербальное общение. Занятия по основам этикета и истории Драконьего Союза, которые я прежде тихо ненавидела, перестали раздражать после того, как учебную программу разбавили более интересные предметы.

Даже Гросс не бесил так, как раньше. Мы почти не пересекались – наставник выстроил наше расписание так, что у нас было минимум смежных занятий. С девушками Лео я тоже больше не встречалась. То ли парню удалось сделать внушение своим подружкам, то ли их число действительно было не таким большим, как казалось сплетникам академии.

Что ж, мне же лучше. Столкновение с когтистой Ноэллой мне не понравилось.

Когда настало время долгожданного первого полета, по ощущениям я почти не уступала Гроссу в ловкости и слаженности в работе с драконом. Игнивар слушался, легко откликался на простые команды, особенно когда я дублировала их голосом. Связь укрепилась настолько, что иногда я могла слышать мысли крылатого ящера даже когда находилась далеко от манежа или площадки для кормления. Внутри появилась уверенность, какой я не чувствовала прежде.

Именно она помогла мне справиться с очередным препятствием, которое выставил на пути к моей мечте наставник Норт.

– Схоларка Бернарди, я настоятельно рекомендую вам завтра воздержаться от прохождения испытания.

Это было как удар под дых, и только долгие тренировки с Феличчией помогли сохранить каменное лицо.

– Почему? – Я смерила наставника скопированным у мачехи холодным взглядом. – Что вы хотите сказать, мастер Норт? Я уже доказала, что вполне готова. Игнивар с легкостью выполняет мои команды, я показываю отличные результаты на тренажере, уверенно держусь в седле. Проблем не будет.

– Возможно. – Наставник поморщился. – Но вы еще не освоили невербальное общение. А мастер Дрейк достаточно строг во всем, что касается правил. Особенно когда речь идет о схоларках.

Я нахмурилась. Еще вчера все было нормально, а сегодня, как только магистр Штерн сообщил дату сдачи и имя проверяющего, мастер сразу же пошел на попятную.

Соглашаться с таким я не собиралась.

– Мастер Норт, я абсолютно уверена, что готова. Я не подведу вас и постараюсь общаться с Игниваром невербально, если это может повлиять на оценку проверяющего.

– И все-таки…

– Пожалуйста, – поднажала я, видя, что мужчина колеблется перед окончательным ответом. – Игнивар все равно будет на площадке. Какая разница, один полет или два?

«Тем более что Гросс уже получил допуск. С какой стати я должна оставаться позади?»

Наставник вздохнул.

– Смотрите не пожалейте о своем решении, схоларка Бернарди. Если что, я поговорю с магистром о возможной дате повторной сдачи.

– Это не потребуется, – заявила упрямо.

– Как скажете.

Допуск мастер Норт мне все-таки оформил, хоть и не без привычного ворчания. И в назначенный день я, облаченная в выданную еще на ритуале летную форму, пришла навстречу самому важному экзамену в моей жизни.

Первый полет. Небо. Игнивар.

Я должна была сделать все идеально.

И никак иначе!

Тренировочная площадка встретила меня возбужденным гулом. С молчаливого согласия мастеров свободным от занятий схоларам разрешалось наблюдать за испытанием. Это было чем-то вроде еще одной традиции Академии Драконьего Союза. Когда я была младше, тоже старалась не пропускать ни одного полета. Интересно же, кто взлетит безупречно, а кто опозорится на годы вперед.

Сегодня на испытании было особенно многолюдно. Любопытные лица схоларов торчали из каждого свободного уголка. Казалось, на галереях и трибунах собралась добрая половина академии. Всем не терпелось посмотреть на первый полет серебряного гиганта, да еще и столь уникального, как Игнивар.

Неудивительно! Когда еще доведется увидеть дракона, который будет проходить полосу препятствий не один, а сразу два раза – сначала с одним, а потом с другим потенциальным всадником. Ходили слухи, что схолары заключали пари, кто из нас с Лео справится лучше. Точного соотношения ставок я не знала, но Эйя смущенно призналась, что по-дружески поставила на меня в надежде отлично подзаработать, чем неосознанно раскрыла все карты. Впрочем, иного я и не ожидала. Как я ни старалась, Лео все равно считался фаворитом.

«Кассия. Спр-равится».

Я кисло улыбнулась. Приятно было знать, что хоть кто-то верил в меня – пусть даже этим кем-то был мой собственный дракон. По крайней мере, можно надеяться, что Игнивар не выйдет из-под контроля и не получится так же как с Олафом, чья мать когда-то преподавала у нас историю Драконьего Союза. Во время его испытания дракон начал метаться, разглядев вдалеке шедший вдоль берега косяк рыбы. Незадачливый наездник не удержался в седле и рухнул прямо в огород академии. Повезло ему разве что в том, что высота оказалась не слишком большой, а земля рыхлой. В остальном большего позора и придумать было нельзя. Вся академия полгода зубоскалила, что мама нашла Олафа в капусте.

«Олаф-капустная-голова. Мальчик-с-грядки. Мама, посади меня обратно!»

Неудивительно, что едва только парню удалось пройти квалификационный экзамен, и он, и его мать покинули архипелаг, а к нам вместо нормальной преподавательницы пришел мастер Эйгер, который не давал никому спуску.

Хорошо бы так не опозориться. Отец точно не будет настолько же снисходителен, как мать Олафа, которая утешила сына, помогла ему собраться с силами и таки сохранить полученные таким трудом крылья.

При мысли об отце настроение сразу испортилось, и к дракону я подошла без прежней радости. Игнивар ждал на стартовой площадке. Рядом уже стояли Лео Гросс и мастер Дрейк, который должен был сопровождать нас на первом полете. Его собственный дракон – крупный и агрессивный красный самец, находился неподалеку, скаля зубы на серебряного гиганта. Еще два крылатых парили в небе, следя за безопасностью испытания.

Мастер нахмурился и не сводил с меня взгляда все время, что я шла по площадке, чтобы занять положенное место подле Игнивара.

«Кассия? Порядок? М?» – раздался в голове мысленный вопрос дракона, почувствовавшего мое легкое беспокойство.

– Все отлично. – Я погладила крылатого по загривку. – Скоро полетим.

– Не так быстро.

Мастер Дрейк шагнул вперед, оттесняя меня от Игнивара. Я вскинула голову.

– Что-то не так, мастер?

Мужчина смерил меня недовольным взглядом с головы до ног.

– Покиньте тренировочное поле, схоларка. Первым в воздух поднимется схолар Гросс.

– Что? – мгновенно вскинулась я. – Почему именно он? Мастер Норт не говорил, что есть установленный порядок полетов. И даже если есть, по алфавиту «Б» идет раньше «Г»!

– В данном случае это не принципиально, – отрезал мастер Дрейк. – Будет справедливо, если более перспективный схолар получит более свежего дракона.

Я стиснула зубы. Ну вот опять!

– Мастер Дрейк, – проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри хотелось кричать от обиды. Оказаться второй на глазах половины юных схоларов – это ли не позор? – Почему вы считаете Гросса более перспективным? Вы же нас первый раз видите.

– При всем уважении, мастер Дрейк, – встрял в разговор Лео, – наш с Кассией и Игниваром случай уникален. Позвольте нам самим решить, кто полетит первым.

Инструктор поморщился, словно от головной боли. Во взгляде, брошенном на Гросса, читалось презрение. Очевидно, он ожидал, что парень поддержит его выбор, а не будет пытаться уступить первое место девчонке.

– Дело ваше. Что ж, решайте. И пусть тот, кто полетит первым, надевает защитную экипировку и несет седло.