Что-то явно было лишним – либо прогулка, либо купание, либо лежание на голом каменном полу под кроватью Лео. Организм отомстил мне слабостью, тяжестью в голове и туманом в глазах на следующее же утро. Кое-как одевшись, я вышла в коридор, намереваясь отправиться на занятие по алхимии, но далеко уйти не смогла. Сознание помутилось. Идея сесть на пол внезапно показалась не такой уж дикой… тем более после вчерашнего он был уже как родной. Я устало сползла по стенке и привалилась лбом к холодному камню. Сил не было. Двигаться не хотелось.

В таком состоянии меня и нашла вышедшая из своей комнаты Эйя.

– Крылатая! – Она подбежала ко мне, помогая встать на ноги. – Касс, да ты вся горишь!

– А? – вяло откликнулась я, не вполне понимая, о чем она говорит. – Что? Алхимия…

Чувствовала я себя так, будто голова стала кипящим котлом, в котором медленно варились мозги. Мысли разбегались и путались, лицо Эйи расплывалось перед глазами.

Подруга взволнованно всплеснула руками.

– Тебе не о парах, а о здоровье думать надо. Какая алхимия? Вернись лучше в постель. И что у тебя с формой? Такое ощущение, что твою одежду прополоскали в солевом растворе. Где ты была?

– М-м-м, – вяло отмахнулась я, не вдаваясь в сложные объяснения. – Это все дракон… И Гросс… Да-а, вот кто во всем виноват. Как же было холодно под его кроватью…

Прохладные пальцы инляднки коснулись лба.

– Да ты, кажется, уже бредишь, Касс. Пойдем-ка, пойдем.

Я не сопротивлялась, когда Эйя завела меня обратно в комнату и помогла снять задубевший от купания в соленом источнике жакет, после чего взбила подушки и уложила меня обратно в кровать. Я лениво крутила головой, следя за ее движениями. Хотелось лишь одного – чтобы меня оставили в покое и дали умереть спокойно.

Подоткнув мне одеяло, Эйя выпрямилась.

– Я позову лекаря и предупрежу мастера Эфре, что ты заболела. У тебя есть кувшин для воды? При лихорадке надо пить больше жидкости. – Она обвела взглядом комнату и удивленно наклонила голову, увидев брошенный на спинку стула плащ.

– Ой. А это чей? Не помню у тебя такого.

– Гросса… – доверительно поделилась я. – Мы вчера… на горячих источниках…

– Нет, Касс, у тебя определенно что-то с головой, – обеспокоенно цокнула языком подруга. – Ты же Лео просто ненавидишь. А тут…

– Там… – Я махнула рукой в ту сторону, куда по моим прикидкам унес нас дракон. – Знаешь…

Но Эйя уже ушла, не дослушав.

***

Лекаря я ждала, пребывая в горячечном полузабытьи. И даже не сразу удивилась, когда, в очередной раз открыв глаза после непродолжительного сна, увидела перед собой взволнованное лицо Гросса.

– Ты? – Я дернула головой, пытаясь сбросить со лба его руку, и поплатилась за это болезненным шумом в висках. – Откуда?..

– Эйя сказала, что тебе плохо, а дежурный лекарь пока занят с первокурсниками, что-то взорвавшими в алхимической лаборатории. Так что я решил сам принести тебе лекарства. Они намного лучше тех, что предоставляет академия.

– Что? Думаешь, я хоть когда-нибудь еще возьму что-то из твоих рук? Мне той пиццы на всю жизнь хватило.

– Я же не знал, что ты плохо переносишь жирное. Учту на будущее. Но о снадобьях можешь не волноваться. Их готовила моя матушка. Ее микстуры любого на ноги враз поднимут. Проверено на всех моих соседях.

– Всех? А их много? – выгнула бровь я. – Вчера я видела только Руни. Я так понимаю, были и другие… до того, как ты вызвался их лечить.

Лео расхохотался, но даже сквозь замутненное лихорадкой восприятие я заметила, что смех его был несколько скованным и как будто виноватым. Парень нервничал, мялся и не знал, что сказать. Это было даже забавно – наблюдать, как обычно невозмутимый Гросс краснеет, бледнеет и теряется перед больной девчонкой.

На моем прикроватном столике меж тем выстроился целый ряд снадобий, мазей и притирок. Чуть в стороне примостился кувшин воды и кружка, которую Лео отыскал где-то среди моих вещей и, кажется, даже успел помыть – хоть я и не представляла, когда именно. Сам парень держал в руке небольшую баночку из темного стекла, собираясь открутить крышку.

Вид ее показался знакомым. Я попыталась прочитать буквы на этикетке, как вдруг осознание накрыло меня.

«Проклятое пламя!»

– Эй! – Я отстранилась от Лео как можно дальше, опасаясь возмездия, к несчастью, вполне заслуженного. – Не трогай меня!

– Ты чего? – искренне удивился Гросс. Пальцы, обмакнутые в мазь, жирно поблескивали в тусклом свету. – Это же согревающая мазь.

«Ага. Та самая, которую я попросила Рейфа подменить на перцовую смесь».

– Это не она! Не ври мне!

Лео посмотрел на меня с мягким укором.

– За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я бы стал шутить с твоим здоровьем? Это нормальная мазь, а не перцовка, как ты подумала.

Мне стало неловко и стыдно, чем Гросс и воспользовался.

– Ну, давай. Не упрямься. Я просто хочу помочь.

Буркнув что-то невразумительное, я повернулась к парню спиной, перекинула волосы на бок и задрала рубашку. Позади раздалось сдавленное бульканье – похоже, Гросс ожидал, что я лишь немного распущу шнуровку у горловины, открывая ему шею и плечи. А тут такое…

Я только хмыкнула.

«Вот уж не предполагала, что главный предмет воздыхания половины академии такой стеснительный».

– Так… Обещаю, что сделаю все аккуратно.

И хоть что-то в голосе Лео заставляло ему верить, все равно было немного страшно ощутить жгучую перцовую смесь. Но… нет. Я почувствовала осторожное прикосновение к коже. Пальцы Гросса скользнули по спине, втирая согревающую мазь, от которой внутри мгновенно разлилось тепло.

«Ну вот, – ехидно уколола совесть. – Ты не ожидала, а Лео оказался гораздо лучше, чем ты о нем думала. Даже вот… старается».

Я закусила губу, борясь со своими чувствами. Слабым утешением служило лишь то, что и Гросс, на которого я поглядывала украдкой, выглядел крайне смущенным, нанося мазь на мою обнаженную спину.

Наконец дело было закончено. Поставив баночку на место, Лео отстранился.

– Может, тебе еще что-нибудь нужно?

Взгляд зацепился за башню из учебников и конспектов, лежавших на подоконнике. Из груди невольно вырвался тоскливый вздох – пока я лежала в постели, учеба шла вперед. Придется нагонять и переписывать у Эйи материалы пропущенных занятий, а подруга будет морщиться и путано объяснять сложные темы. Хотя, погодите-ка…

Вот же Гросс, виноватый и неприкаянный. Почему бы не воспользоваться его помощью, раз уж предлагает?

«Все равно же откажется», – подумалось с легкой грустью.

– Почитай мне.

Лео, явно ожидавший чего-то другого, выгнул бровь.

– Что?

– Вот оттуда. – Я слабо махнула на стопку книг. – Что угодно по твоему выбору. Читай с закладки. Только так, чтобы было понятно. Медленно, вдумчиво, с выражением.

– Ладно, – неожиданно согласился Гросс. – Так-так-так…

Подойдя к книгам, он принялся разглядывать корешки, пока не остановился на чем-то. В синих глазах мелькнула хитрая искра, губы растянулись в ехидной улыбочке. Это мне не понравилось.

И не зря.

Раскрыв небольшой бежевый том с золотым тиснением на нужной странице, Лео откашлялся и торжественно зачитал:

– «Ветер поднял ему платье спереди назад, и он был совсем открыт. Когда аббатиса увидела это, то вошла в вожделение. Разбудив Мазетто, она повела его в свою горницу, где держала его несколько дней, испытывая и переиспытывая ту сладость, в которой она прежде привыкла укорять других…»

У меня округлились глаза. Щеки вспыхнули.

– Крылатая, что это за дрянь?!

– Твоя книга, – с непередаваемым ехидством хмыкнул Гросс. – Читаю, как ты и просила, с закладки. С выражением. Тут, правда, есть еще несколько заметок, так что, если хочешь, я переключусь. Вот, например. О да, тоже очень даже неплохо! «И он начал скидывать немногие одежды, какие на нем были, и остался совсем нагим. Так сделала и девушка. Он встал на колени, как будто хотел молиться, а ей велел встать насупротив себя. При виде ее красот его вожделение разгорелось пуще прежнего, совершилось восстание плоти, увидев которую Алибек, изумленная, сказала…»

– Фу! – перебила я, прежде чем парень зачитал мне ответ этой самой Алибек. – Гросс!

– Что, опять не то? Ладно, перехожу на следующую закладку.

– Нет! – завопила я. – Хватит! Признайся, ты специально все выдумываешь, чтобы посмеяться надо мной?

– Ну что ты, – с нахальной серьезностью ответил Лео. – Как можно издеваться над больным человеком? Ты что, считаешь меня таким злодеем, Бернарди? Вот, пожалуйста, посмотри сама. Все буква в букву.

Поднеся к моим глазам книгу, он ткнул пальцем в раскрытую страницу, переложенную тонкой розовой лентой.

«Был Альберт красивый телом и крепкий, ноги отлично прилажены к туловищу. Потому, когда он сошелся с Лизеттой, свежей и нежной, он показал ей другие виды удовольствия, чем муж, и в течение ночи часто летал без крыльев, чем она признала себя очень довольной».

Не в силах читать дальше, я с возмущением оттолкнула книгу. Лицо пылало, в висках стучала кровь. Стараниями Гросса лихорадка лишь усилилась.

Вот и проси после такого о помощи!

– Да ладно, Бернарди. – Лео бросил на меня насмешливый взгляд. – Честно признаюсь, рад был узнать, что ничто человеческое тебе не чуждо.

– Это не моя книга! – бросила сердито.

Ехидная улыбка стала еще шире.

– Да ну? Подбросили тебе ее, что ли? Неужели опять дракон виноват?

– Да! То есть не совсем…

Книгу таллийского писателя Джио Ванни и правда подбросила… ну, то есть принесла Эйя. Подруга долго и томно охала, вздыхала и явно боролась с желанием пересказать содержимое, но потом все же справилась с собой и торжественно вручила мне свое сокровище, наказав, что я просто обязана это прочитать.

Разумеется, подарок я открыла. И честно осилила страниц пять, продираясь через витиеватые обороты северного диалекта драканто, общего языка для всех стран Драконьего Союза, стараниями автора безжалостно искаженного. Начало книги было полно размышлений, назиданий и рассказов о чуме, терзавшей пару веков назад соседнюю Таллию, и мне очень быстро стало скучно. Я понятия не имела, что подруга нашла в этой странной книжице. Бесполезно же – все то же самое, только короче, можно было прочесть в учебнике истории.

Кто бы мог вообразить, что дальше начнется… такое?

Страшно подумать, что эта гадость пролежала на моем подоконнике чуть ли не полгода, прежде чем попасться в руки Лео. А если бы отец с Феличчией приехали навестить дочь в академии и случайно нашли ее? Крылатая, проще сразу помереть, не дожидаясь наказания…

Отвернувшись от Гросса, я уткнулась лицом в подушку.

Парень за спиной хмыкнул.

– Ой, да ладно тебе, ничего в этом такого нет.

– Кто бы говорил. Сам-то как смущался, когда увидел мою голую спину.

– Это разное… Одно дело ты, а другое – литература.

– Не называй это литературой!

– Не будь так строга к Джио Ванни. Моя мама и сестры тоже читали его новеллы.

– Эту гадость? – удивилась я. А потом удивилась еще сильнее. – Подожди-подожди, а ты-то откуда знаешь?

– Когда живешь всей семьей в трех комнатах над трактиром, на личное пространство рассчитывать не приходится. И не такая уж Ванни и гадость. Ели хочешь знать, большая часть новелл скорее поучительная, чем провокационная. Так что это просто хороший роман.

– Романы – гадость.

– Ты как всегда крайне категорична, – хмыкнул Гросс. И вдруг добавил, хотя лучше бы молчал или продолжал зубоскалить по поводу непристойной книги. – А что читала твоя мама?

Глаза защипало. Во рту стало горько. Хотелось бы списать эмоции на болезнь, но нет. При мысли о матери я предсказуемо почувствовала себя паршиво, и это не было связано с обострившейся лихорадкой.

А Лео, как назло, смотрел, ожидая ответа.

Кулаки сжались.

– Да какая тебе разница? – огрызнулась, не сдержавшись. – Уж точно не такую гадость.

– А что тогда? – не отставал Гросс.

– Ничего.

– Только не говори, что жена мэра Саталии не умеет читать.

– Феличчия не моя мать, – ответила неохотно. – Она… жена отца.

– Да? – искренне удивился парень, окинув меня внимательным взглядом. – Что ж, теперь понятно, как у светловолосой таллийки и светловолосого сциллийца получилась темноволосая дочь. А что случилось с твоей мамой?

Я разозлилась. Да с чего Гросс решил, что я обязана с ним откровенничать?

– Не твое дело! Иди ты… учиться.

– Ну вот опять, – поморщился Лео. – Нормально же общались…

– Ничего не нормально! Иди отсюда! Чтобы я тебя здесь больше не видела, а то ночным горшком запущу! И книжку свою мерзкую забери!

– Это не моя книжка.

– Все равно забери! Отдай Эйе, раз уж вы теперь дружите.

– Ладно, ладно… – Лео примирительно вскинул руки. – Вижу, ты устала. Отдыхай. Если что-то будет нужно, пришли весточку.

– Да ни в жизнь! – рявкнула я. Посмотрела на наглую рожу Гросса и добавила. – И после смерти тоже! Даже не надейся! Умру – и ни слова тебе не скажу.

Дверь за парнем захлопнулась.

***

Усталый лекарь мастер Ливс из госпиталя академии появился лишь поздним вечером. Покачал головой, сделал выговор за неподобающее поведение, хотя ни о чем таком речи вообще не шло, и ретировался, оставив лечебный корень и жаропонижающую микстуру. Первый предписывалось грызть, вторую – пить по необходимости, а в случае ухудшения – не тянуть с повторным вызовом.

Два дня я честно следовала всем рекомендациям, и мне даже стало немного лучше. Но первая же попытка вернуться к занятиям закончилась провалом. Я потеряла сознание, не дойдя до учебного корпуса. Очнулась в своей комнате под строгим надзором лекаря, который принес микстуру и новую порцию корней и пригрозил, что прикует меня к кровати, если увидит за пределами общежития раньше, чем сам признает меня здоровой.

– Впрочем, – после некоторых раздумий добавил он, – если вы против, схоларка Бернарди, всегда есть более простой вариант. Я попрошу мастера Норта написать письмо вашему отцу с просьбой временно забрать вас на континент. На молодых особ с южных окраин Драконьего Союза наш северный климат может оказывать дурное влияние. В таких случаях смена обстановки и полноценный отдых часто идет на пользу.

Одного этого в принципе было достаточно, чтобы я даже на смертном одре запрыгала бы как здоровая, упрямо делая вид, что так и должно быть. Что угодно было предпочтительнее позорного возвращения домой. И если для этого надо жевать корни и лежать, пока не врасту в матрас, так тому и быть.

Получив самые жаркие заверения, что я с места не сдвинусь, пока не вылечусь, лекарь ушел. И тут мой взгляд упал на травки и притирки матери Гросса, так и стоявшие на прикроватном столике.

«Микстуры моей матушки любого на ноги враз поднимут, – вспомнились некстати слова Лео. – Проверено на всех моих соседях».

Взяв баночку с мазью, от которой ощутимо пахло жгучим перцем, я решила, что хуже уже точно не будет.

За лечение принялась с утроенной силой. И – о чудо! – к концу недели я уже смогла самостоятельно вставать с кровати и ходить, почти не держась за стенки. Сосредоточиться на учебниках все еще было сложно, да и ежедневные физические упражнения давались с трудом. Зато удивление лекаря, которому я без чьей-либо помощи спокойно открыла дверь, с лихвой компенсировало страдания от горьких настоек и акробатических попыток намазать согревающей мазью спину между лопаток.

– Что ж, схоларка Бернарди…– Мужчина задумчиво почесал заросший щетиной подбородок. – Вы нашли чем меня удивить. С начала недели можете возвращаться к учебе.

Я ликовала.

На первое занятие по отработке ментальной связи, проходящее за пределами академии на специально выстроенной в ущелье полосе искусственных препятствий, я буквально бежала... ну ладно, если быть честной, то скорее шла, периодически останавливаясь, чтобы отдышаться. Не терпелось оказаться на площадке, увидеться с Игниваром, снова почувствовать себя сильной и полной жизни. Даже мысль о встрече с Гроссом не вызывала привычных приступов тошноты. После фиаско с романом парень больше не появлялся, однако надо было признать, что без его чудодейственных притирок лечиться пришлось бы куда дольше.

Следовало бы сказать Лео спасибо, но это, пожалуй, было уже слишком. Я боялась, что от такого противоестественного действия у меня точно отсохнет язык.

Каково же было мое удивление, когда я, немного опоздав, обнаружила, что занятие уже началось. Гросс с Игниваром, как ни в чем не бывало, слушали мастера, стоя рядом с Руни, Эйей и их крылатыми. Ладонь Лео покоилась на серебристой холке. Меня они не замечали, сосредоточившись на объяснениях ментальной техники. Как будто у Игнивара было не два, а всего один наездник.

Правильный. Выбранный.

От злости меня бросило в жар.

Гросс заметил меня первым. Обернулся, махнул рукой.

– Касс! – Его голос звучал дружелюбно. – Привет! Давай к нам!

«Нам» неприятно резануло слух. И даже довольное урчание Игнивара в голове не смягчило досады.

Тем более что дорогу на стадион мне преградила фигура мастера Норта.

– Схоларка Бернарди. – Мужчина посмотрел на меня, не позволив ступить на арену манежа. – Доктор Ливс предупредил, что вы только что оправились от болезни. Так что никакой физической и ментальной нагрузки в ближайшую неделю. Я передам обновленное расписание.

– Что? – вспылила я. – Но… Как вы… Там же мой дракон. Мой!

– Тренировку с Игниваром выполнит схолар Гросс. А вы свободны. Вернитесь на трибуну и наблюдайте за остальными. А то я буду вынужден пожаловаться доктору.

Кулаки сжались. Я бросила взгляд на Гросса, но тот уже не смотрел в мою сторону, вернувшись к дракону. Как будто меня и не существовало вовсе! Да, наша связь с Игниваром все еще держалась, но контакт крылатого и Лео явно был сильнее.

А теперь они еще и научатся лучше чувствовать друг друга на земле и в воздухе. Обходить выставленные на тренировочной площадке препятствия, предупреждать об опасности…

Предатели!

Два предателя!

Из-за одного я подхватила лихорадку, а второй... Уж не этого ли Гросс добивался, когда призывал меня больше отдыхать и восстанавливаться, а не ходить на учебу, прикидываясь здоровой? Я буквально что сама подарила ему целую неделю один на один с драконом!

Вот дура!