Меня усадили на стул рядом с Гроссом – прямо напротив дисциплинарной комиссии. Члены совета устроились за длинным столом, во главе которого расположился магистр Штерн. Папка с собранными мной доказательствами лежала перед ним, но я не заметила, заглядывал ли он туда до того, как началось слушание. Мастеру Норту и мастеру Ливсу как приглашенным свидетелям достались места рядом с секретарем. Мастер Дрейк устроился напротив – поближе к совету и подальше от нас, чтобы четко разграничить, кто здесь преступник, а кто жертва.

Я скрипнула зубами. Руки так и чесались стереть эту ухмылку, полную фальшивого превосходства.

Убедившись, что все заняли отведенные им места, магистр Штерн поднялся.

– Уважаемые члены совета Академии Драконьего Союза, сегодня на ваше рассмотрение выдвинуто дело о нарушении порядка и учебной дисциплины. Однако прежде чем мы приступим, я бы хотел поднять еще один вопрос.

Магистры удивленно зашептались. Лео покосился на меня с интересом, но вмешиваться не стал. Лишь молча нашел мою руку и сжал похолодевшие пальцы.

«Кассия. Справится».

– Схоларка Бернарди, прошу. Что именно вы хотели заявить?

Я выпрямилась, вспоминая все, чему учила меня Феличчия.

«Спину ровно. Голову высоко. Ни тени сомнений».

– Мастер Дрейк домогался ко мне во время полета, – четко проговаривая слова, отчеканила я, глядя прямо в глаза членам совета.

Эффект получился что надо. Все, за исключением магистра Штерна, уставились на меня. Мастер Норт нахмурился, мастер Ливс одобрительно улыбнулся краешками губ.

Инструктор Дрейк, удобно устроившийся в кресле для посетителей, демонстративно фыркнул.

– При всем моем безмерном уважении к вам, магистр Штерн, я не понимаю, по какой причине мы всерьез рассматриваем фантазии схоларки, завалившей экзамен.

Синие глаза заместителя ректора укоризненно блеснули за стеклами очков.

– Подобные темы нельзя оставлять без внимания, мастер Дрейк. Домогательства – это очень серьезно. И если они имели место…

– Если они имели место, – ответил инструктор, намеренно сделав акцент на первом слове. – Уважаемый совет собирается поверить на слово девице, которая даже дракона контролировать не умеет?

– Способности схоларки Бернарди не имеют отношения к разбирательству, – веско возразил мастер Норт.

– А мне кажется, еще как имеют. Вы же сами и указали на то, что у вашей подопечной имеются проблемы с невербальными командами. Ничего удивительного, что в воздухе, где требуется четкость и быстрота реакции, коммуникация между схоларкой Бернарди и серебряным Игниваром была нарушена.

Наставник поджал губы.

– Я сказал лишь, что у схоларки Бернарди есть мое личное разрешение отдавать дракону устные команды. На силу ментальной связи это никак не влияет.

– К моему сожалению, испытание показало обратное.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но наткнулась на предупреждающий взгляд магистра Штерна и промолчала. Мастер Дрейк же, почувствовав свое превосходство, продолжил.

– Ситуация предельно ясна. Схоларка Бернарди крайне посредственно проявила себя на летном испытании. А когда я сообщил, что не собираюсь допускать ее к дальнейшим полетам, она подговорила схолара Гросса совершить на меня нападение. Что случилось дальше, вы видели.

Магистры закивали, переглядываясь друг с другом. Слова мастера Дрейка явно звучали убедительно – для всех, кроме доктора Ливса и мастера Норта.

Наш наставник откашлялся.

– Мастер Дрейк, за время работы я успел достаточно хорошо изучить характер схолара Гросса. Он не склонен к немотивированной агрессии. В его личном деле нет ни одной записи о нарушениях общественного порядка.

– Значит, нужно искать то, чем схоларка Бернарди смогла мотивировать вашего образцового подопечного на приступ агрессии. – Инструктор пожал плечами. – Деньги? Протекция? Может, поощрение… – Он многозначительно выгнул бровь. – Интимного характера?

Я аж задохнулась от возмущения.

– Магистр Штерн…

– Спокойно, схоларка Бернарди, – остановил меня председатель совета. – Мастер Дрейк, вы отклоняетесь от первоначальной темы нашего обсуждения.

– А, по-моему, я говорю строго по делу, – возразил инструктор. – Мы имеем дело с обычным проявлением женской истерии и нездоровых фантазий. Вы знаете, магистр, я всегда придерживался мнения, что женщинам зря разрешили получать крылья. Они слишком эмоциональны и подвержены неконтролируемым нервным срывам. Схоларка Бернарди – яркое тому подтверждение. Несдержанная, вспыльчивая, склонная выдумывать и обвинять в своих провалах кого угодно, кроме самой себя. А вы, при всем моем уважении, лишь потакаете ее дурным наклонностям, устраивая этот фарс.

– Значит, – уточнил глава факультета, – вы утверждаете, что обвинения схоларки Бернарди не имеют под собой оснований?

– Ну конечно, – кивнул мастер Дрейк. – Кто в здравом уме поверит в этот бред?

– Я, – твердо проговорила одна из женщин, входивших в совет. – Схоларка Бернарди, пожалуйста, расскажите подробности. Когда это произошло?

Я приободрилась.

– Все началось сразу же, как только мы поднялись в воздух.

– Почему вы не приказали дракону спускаться, прервав полет, и не сообщили обо всем сразу же, как только почувствовали неладное?

– Я... – Я замялась. Такой вариант даже не приходил мне в голову. – Мне казалось, я справлюсь. К тому же, поначалу я не была уверена, что происходит именно то, что происходит.

– Вот именно, – перебил меня мастер Дрейк. – Она не была уверена. Однако продолжает выдвигать обвинения.

Магистр предупреждающе кашлянул.

– Давайте сперва выслушаем до конца схоларку Бернарди. У вас уже была возможность донести до комиссии свою точку зрения.

Спорить инструктор не стал, хоть и выглядел недовольным. Повернувшись ко мне, магистр Штерн благосклонно кивнул.

– Продолжайте, схоларка Бернарди.

– Я чувствовала неправильность происходящего, и эта тревога передалась Игнивару. Он начал нервничать, потом инструктор Дрейк сжал мою грудь, и я... потеряла контроль. Мы упустили тюк, который перебросил нам красный гигант. А потом...

– Игнивар пытался помочь Кассии, – встрял Гросс. – И я тоже. Я видел, в каком состоянии она была после приземления. И когда Игнивар рассказал мне, что именно случилось, не смог сдержаться. Прошу прощения. Но только за то, что в моменте не придумал другого способа помочь. О том, что ударил мастера Дрейка, я не жалею. Он получил по заслугам.

– К вашему делу мы вернемся чуть позже, схолар Гросс, – проговорил магистр. – Сейчас же продолжим обсуждение текущего инцидента. Схоларка Бернарди, я вижу в вашей папке заключение лекаря. Мастер Ливс, вы подтверждаете его подлинность?

Лекарь бросил короткий взгляд на лист.

– Да. Это заключение выдал я.

– Здесь указано, что на теле схоларки Бернарди обнаружены свежие гематомы, по виду и форме соответствующие отпечаткам пальцев.

– Все верно.

По кабинету прокатились шепотки. Женщины, входящие в совет, переглянулись между собой. Одна из них потянулась к папке, лежавшей перед магистром Штерном. Забрала лежавший сверху лист, вчиталась в неровные строки, все больше и больше мрачнея.

Мастер Дрейк занервничал. Ленивая самоуверенная расслабленность слетела с его лица. Похоже, только сейчас до него начала доходить серьезность ситуации, в которой он оказался.

Но замешательство длилось не дольше секунды. Вернув самообладание, мужчина коротко усмехнулся.

– Эти отпечатки ничего не доказывают. Дракон схоларки Бернарди рванул к земле на глазах всей академии. Все видели, какой силы был удар.

– Не все повреждения, которые я зафиксировал в заключении, могли быть получены в результате неудачного приземления.

– И, тем не менее, вы не можете утверждать, что именно я нанес схоларке травмы. Они могли быть оставлены кем-то еще, верно, мастер Ливс?

Лекарь хмуро кивнул.

– Теоретически да.

– Вот именно. – Мастер Дрейк вновь откинулся на спинку кресла. – Никто не знает, как именно схоларка Бернарди получила эти синяки. Мы даже не можем с точностью утверждать, появились ли они до испытания или после. Когда я впервые увидел схоларку Бернарди, она уже была в летной форме.

– Магистр Штерн, уважаемый совет, – вновь встрял в разговор Гросс. – Я хочу сказать… Игнивар чувствовал все происходящее с Кассией. И я могу это подтвердить. За время испытания инструктор Дрейк неоднократно переходил границы дозволенного.

Мужчина, сидевший по правую руку от магистра Штерна, нахмурился.

– Схолар Гросс…

– Это происходило не только с Кассией! – услышала я ломкий голос Дейны. Девушка стояла в дверях кабинета, едва не плача, но поддержка подруг за спиной помогли ей не отступить перед испытующими взглядами магистров. – Я тоже провалила испытание из-за домогательств инструктора Дрейка. Он приставал ко мне, и я не справилась. Только тогда никто из мастеров этого не заметил. И все сделали вид, что ничего не было.

Показалось, или на лицах членов совета мелькнул стыд? Один из мужчин отвел взгляд, сделав вид, что читает признания, которые уже давно ходили по рукам. Женщина, сидевшая ближе всех к дверям, мягко подозвала Дейну ближе.

– Что ж, теперь совет готов слушать.

Одна за другой девушки вставали перед дисциплинарной комиссией и рассказывали свои истории. И с каждым словом я видела, как менялась ситуация в комнате. От снисходительного недоверия члены совета постепенно переходили к сочувствию по отношению к схоларкам и негодованию, направленному на инструктора. Да и сам мастер Дрейк не смог сохранить видимость равнодушия. Самодовольная маска постепенно сползала с лица, обнажая неуверенность и нервозность, усиливавшуюся по мере того как все больше членов совета переходили на нашу сторону.

Но даже несмотря на это он все еще считал себя несправедливо обвиненным, глядя на девушек, которых даже не помнил, с брезгливым презрением.

– Не понимаю, почему вы продолжаете слушать этот бред. То, что схоларка Бернарди притащила на закрытое слушание полдюжины обиженных жизнью девиц, не делает ее правой. Кто поверит неудачницам, оказавшимся не способными справиться с первым же серьезным испытанием в карьере наездника? Я же говорил, женщины не созданы для полетов. Это просто фантазии, не имеющие под собой реального подтверждения.

– Так, может, слова мужчины покажутся вам более убедительными, мастер Дрейк?

Все повернулись к Лео.

Инструктор хмыкнул, пряча нервозность за снисходительной усмешкой.

– Кого вы имеете в виду, схолар Гросс? Уж не себя ли? К вашему сожалению, совету прекрасно известно, что вы умеете держать себя в руках еще хуже, чем ваша напарница. Хотите и дальше повторять весь тот бред, что якобы передал вам дракон?

– Да, – ответил вместо Лео другой голос. – Так уж вышло, что мне тоже есть что сказать.

Схолара, возникшего на пороге кабинета, я узнала – трудно было не запомнить в лицо единственного наездника, получившего крылья во время прошлого ритуала. Веснушчатый рыжеволосый парень неудачником не выглядел. Наоборот, излучал уверенность и решимость. Летное испытание он с успехом сдал всего через месяц после установления связи со своим ящером – кажется, все тому же мастеру Дрейку. Однако судя по взгляду, никакого сочувствия к положению инструктора не испытывал.

– Простите за вторжение, магистр Штерн, – поклонился совету схолар. – Я хотел успеть к началу слушания, но Лео поздно меня предупредил. Надеюсь, я не слишком задержался.

– Нет-нет, – любезно отозвался магистр, который, похоже, получал искреннее удовольствие от заседания, где каждые четверть часа происходило что-нибудь этакое. – Вы как раз вовремя, схолар…

– Эйден Кэллахан, – представился рыжий. – Наездник синего Артекса.

Дейна, на которую я в возникшей суете не обратила внимания, тоненько всхлипнула. И только тогда до меня дошло.

Артекс… Так звали дракона, от которого девушке пришлось отказаться после провального испытания с мастером Дрейком.

Но… как? Откуда Эйден узнал? Призрак?

«Нет, – ворвался в мои спутанные мысли голос Игнивара. – Услышал, как ты думала о Дейне. Рассказал Гроссу. Он предложил опросить драконов. Артекс откликнулся».

Я удивленно повернулась к Лео. Парень подмигнул мне.

«Видишь, – словно говорил его взгляд. – Я тоже не сидел сложа руки».

– Что ж, схолар Эйден, – проговорил магистр Штерн. – Раз уж вы здесь, расскажите, что привело вас на это слушание. Вы тоже стали жертвой неподобающего поведения мастера Дрейка?

Парень смутился.

– Нет-нет. Но Артекс, мой дракон, напрямую пострадал от действий инструктора. Его предыдущая наездница вынуждена была отказаться от крыльев. Артекс довольно быстро захотел вновь встать в строй, но это не означало, что он забыл о предыдущей связи. И, конечно, дракон попросил меня помочь, когда узнал, что происходит.

– И кто был предыдущим наездником Артекса?

– Дейна Бинош, – уверенно проговорил Эйден. И посмотрел на черноволосую схоларку, кусающую губы, чтобы не расплакаться. – Артекс готов пересказать все, что происходило во время ее испытания.

Магистр Штерн переглянулся с членами дисциплинарной комиссии и доктором Ливсом. Одна из женщин коротко качнула головой.

– Не стоит, – мягко произнес глава факультета. – Совет слышал достаточно. Уважаемые коллеги, кто поддерживает немедленное отстранение мастера Дрейка от любой работы со схоларами?

Почти все руки мгновенно взметнулись вверх.

Магистр Штерн удовлетворенно улыбнулся.

– Полагаю, вопрос решен.

– Да вы с ума сошли! – вскочил с кресла мастер Дрейк. – Я опытный инструктор с колоссальным летным стажем, и из-за каких-то истеричных девиц вы собираетесь отстранить меня от работы? Хотите сказать… – Он обвел взглядом членов дисциплинарной комиссии, особенно задерживаясь на мужчинах. – Думаете, никогда не оказались бы в подобной ситуации? Эти схоларки буквально сами напрашиваются, чтобы к ним проявили внимание. Для этого они и идут на ваш факультет. Вилять бедрами, хлопать глазами, отнимая место у действительно достойных наездников мужского пола.

– Совет Академии Драконьего Союза не разделяет вашей точки зрения, инспектор. Женщины – такие же полноценные участницы нашего общества, как и мужчины. И ваши… архаичные взгляды не делают вам чести. Помимо немедленного отстранения мы будем советовать передать ваше дело в уголовный суд Драконьего Союза, под чьей юрисдикцией все мы находимся. Нападение на наездника – суровое преступление. Вы будете доставлены в Дракхавн под конвоем, где останетесь дожидаться разбирательства. Если, конечно, пострадавшие схоларки захотят выдвинуть иск.

– Да, – решительно сжала кулаки Эри.

Майя поддержала ее кивком, Сандра победно вскинула руку. Дейна плакала на плече Эйдена. По глазам молодого наездника было видно, что он тоже был готов поддержать девушек. Что до меня, то я определилась со своей позицией еще в тот момент, когда попросила у мастера Ливса заключение о полученных травмах.

– Да. Однозначно да.

– Что ж. – Магистр Штерн поднялся со своего места, аккуратно собирая в папку принесенные мной листы. – В таком случае…

Охранники, до этого момента стоявшие позади нас с Лео, синхронно шагнули вперед. Мастер Дрейк попятился, но бежать было некуда. Единственный выход закрывали собой девушки, и на этот раз они готовы были стоять друг за друга до последнего.

– Это произвол! – пятясь от охранников, завопил инструктор. – Я это так не оставлю! Вы еще пожалеете! Все вы!..

На его плечах сомкнулись крепкие руки. Мужчина пару раз дернулся, но все было без толку. С губ его сорвались ругательства, полные бессильной злобы, но никто уже не слушал. Минута – и дверь за преступником захлопнулась.

В наступившей тишине отчетливо раздался рваный выдох Майи.

– Слава Крылатой, получилось…

А в следующую секунду девушки, разразившись совершенно неуместным для приемной факультетского главы визгом, бросились обнимать друг друга. Сандра утешала всхлипывавшую Дейну, Эри поочередно пылко благодарила каждого члена совета. Несколько крепких объятий досталось и мне – впрочем, я и сама радовалась ничуть не меньше. Даже в тот день, когда я наконец обрела крылья, я не чувствовала такого триумфа, как сейчас, когда выступила против несправедливости и… выстояла.

– Кассия, мы это сделали! Сделали!

– Самой не верится…

– Неужели все позади?

«Кассия. Лучшая. Защитила себя, меня и Гросса».

Вспомнив о напарнике, который тоже сделал немало для общей победы, я повернулась к нему. Радость переполняла снаружи и изнутри, и мне не терпелось разделить этот момент триумфа. Лео и сам подался ко мне. С довольной широкой улыбкой он раскрыл руки, и я с готовностью шагнула в его объятия…

Но прежде мы успели коснуться друг друга, нас остановило деликатное покашливание магистра Штерна.

– А что касается схолара Гросса…

Мы замерли под внимательным взглядом.

– Что-то не так, магистр? – Я первой сбросила с себя оцепенение.

– Совет так и не успел обсудить наказание, которое будет назначено схолару за его проступок.

– Подождите… – Я недоуменно хлопнула глазами. – Разве мы не выяснили, что Лео защищал меня после инцидента с мастером Дрейком. Он ни в чем не виноват.

– И тем не менее, – строго проговорил глава факультета. – Спровоцированное или нет, схолар Гросс совершил нападение на летного инструктора. Академия Драконьего Союза не поощряет насилие. Ни в каком виде.

– Но…

– Вы совершенно правы, магистр, – перебил Лео, мягко оттесняя меня от магистра Штерна. – Я все понимаю и готов понести соответствующее наказание.

– Отлично. Учитывая все обстоятельства и ваше раскаяние, думаю, отработки в манеже будет достаточно. Грязные гнезда будут ждать вас каждый день после занятий на протяжении двух недель. Вас устраивает такое решение?

– Абсолютно, целиком и полностью. Благодарю вас, магистр.

– Отлично. Что ж… – Он повысил голос, перекрикивая гомон, стоявший в кабинете. – В таком случае, объявляю заседание дисциплинарной комиссии закрытым. Можете быть свободны. Все, кроме вас. – Взгляд главы факультета пригвоздил нас к месту. – Схоларка Бернарди, схолар Гросс, мастер Норт, прошу за мной.