Я думала это конец. Но тут из-за горизонта показался серебристый дракон. И я услышала как позади меня королева Лия выдохнула: — Дэриан, дорогой. Дэриан в драконьей форме подхватил Ксева и понес его в сторону замка. Осторожно приземлившись, он положил брата на плацу. Мы с Лией побежали, сломя голову, чтобы помочь им. Ксев лежал на боку, огромный, страшный в своей неподвижности. Чешуя обгорела, из многочисленных ран сочилась золотая кровь, левое крыло было вывернуто под неестественным углом. Он не дышал. Или дышал так слабо, что я не могла разобрать.

— Ксевушка, родной, — я упала на колени рядом с его мордой, прижалась лбом к горячей, обожженной чешуе. — Пожалуйста. Пожалуйста, только не сейчас. Только не после всего.

Он не отвечал.

Я чувствовала его через связь — едва-едва, как затухающий огонек в промозглой тьме. Он был здесь. Но Ксев уходил. Капля за каплей, он утекал сквозь пальцы, и я ничего не могла с этим сделать.

— Нет, — прошептала Мила. — Нет, нет, нет. Он не может. Он обещал.

Я положила руки на его чешую. Она была горячей, почти обжигающей, но я не убирала. Закрыла глаза и попыталась сделать то, что он сделал для меня. Отдать ему свою силу, свою жизнь, свою магию — всё, что у меня было.

Но ничего не происходило.

— Пожалуйста, — молила я кого-то — богов, судьбу, ту пустоту, что осталась после исчезновения моей темной половины. — Пожалуйста, не забирай его. Я только нашла его. Я только научилась любить. Не забирай.

Внутри меня, там, где теперь было пусто и тихо, что-то шевельнулось. Не Мила. Не та, другая. Что-то новое. Что-то, что родилось в тот миг, когда я сказали эти слова.

— Лин, ты светишься, — промолвил король Дэриан, глядя на мои руки.

Они и правда светились. Не ярко, не торжественно — тусклым, серебристым светом, который перетекал с моих пальцев на обожженную чешую Ксева.

Я сосредоточилась на связи. На том тонком, почти невидимом луче, который соединял нас с Ксевом. И я начала толкать в него всё, что у меня было. Силу. Жизнь. Любовь. Ту глупую, упрямую, безумную любовь, которая заставила меня выжить в башне, которая привела меня в его мир, которая помогла мне простить его и себя.

Связь дрогнула. И вспыхнула.

Я почувствовала, как его легкие наполняются воздухом. Как кровь начинает течь быстрее, залечивая раны, восстанавливая то, что было разрушено.

— Ксев, — позвала я. — Вернись. Пожалуйста. Вернись ко мне.

— Ты… — голос Ксева был хриплым, едва слышным. — Ты что, опять меня спасла, ведьма?

Я хотела ответить что-то острое, что-то в духе «не дождёшься», но вместо этого просто разрыдалась. Уткнулась лицом в его чешую и плакала, как та девчонка, которой была когда-то, до башни, до магии, до всего этого безумия.

— Я думала, ты умрешь, — прошептала я. — Я думала, не успею.

— Не дождешься, — повторил он мои мысли. — Я дракон. Мы живучие.

Я подняла голову. Его огромный глаз смотрел на меня с такой нежностью, что у меня заныло в груди.

— Перекидывайся обратно, — сказала я, вытирая слезы. — Я хочу тебя обнять. По-человечески.

Ксев попытался. Я чувствовала, как его магия пульсирует, как он пытается сжаться, уменьшиться, вернуть себе привычный облик.

Ничего не выходило.

— Ксев? — Дэриан насторожился. — Брат, что случилось?

Он молчал. А потом я услышала его голос — не вслух, через связь, тихий, усталый, полный отчаяния.

— Я не могу. Лин, я не могу вернуться. Кажется, я застрял.

Я смотрела на него — огромного, раненого, беспомощного в своей драконьей ипостаси — и чувствовала, как внутри меня всё обрывается.

— Что значит — не можешь? — спросила Мила, и её голос дрожал.

— Не знаю, — ответила я.

— А если… если он не сможет вернуться?

Я не ответила. Потому что не знала, что сказать.

Ксев лежал на земле, тяжело дыша, и смотрел на меня своими зелеными глазами. В них было столько боли, столько страха, что мое сердце разрывалось на части.

— Прости, — прошептал он. — Я пытался. Я…

— Молчи, — перебила я. — Молчи, слышишь? Мы что-нибудь придумаем. Мы всегда что-нибудь придумывали.

— Ты спас нас, брат, — сказал король Дэриан. — Ты спас всех. А теперь позволь нам спасти тебя. Мы найдём способ. Я обещаю.

Я видела, как плакала королева, как колко и задумчиво смотрел его брат-король и думала, что да, мы вместе сможем. Ксев закрыл глаза. И я почувствовала, как через связь проходит что-то теплое, почти неслышное.

Где-то за спиной послышались шаги. Дэриан, Лия, воины — все они смотрели на нас, на огромного дракона, который не мог вернуть человеческий облик, и молчали.

Лия подошла, положила руку мне на плечо.

— Мы поможем, — сказала она тихо.

Я кивнула, не в силах говорить.

Внутри меня Мила плакала. Я чувствовала её слёзы, её страх, ее отчаянную надежду. И я знала — мы не сдадимся. Мы не имеем права сдаваться. Потому что он не сдался. Потому что Ксев отдал всё, чтобы мы могли жить.