23 марта. Дорнох. Рой Дервил.

       "Наконец дома!" ---- --- Рой поставил машину на парковке около двухэтажного дома, в котором он снимал квартиру. Айлин сидела на втором этаже у окна и, увидев отца, выбежала на встречу.

       - Папа, привет! - бросилась на шею отцу Айлин.

       - Айлин, привет, как ты тут справлялась?

       - Все нормально, только за тебя переживала, у нас тут столько всего случилось, на улицу после девяти вечера нельзя выходить, военные везде в городе, и они еще запретили продавать топливо и сказали закрыть заправку. Я с ними спорила, честно!

       - Пойдем в дом, там мне все расскажешь.

       Квартира Роя представляла собой часть дома на три семьи, с тремя отдельными входами. Помимо самой квартиры в его распоряжении также был маленький сарай за домом, где хранились инструменты. Не лучшее жилье, не в лучшем месте. Сам дом был старым и постоянно требовал ремонта, зато аренда была невысокой. На первом этаже была кухня, объединенная с залом, а на втором этаже две маленькие спальни. Особых изысков в интерьере не было, простая мебель, минимум техники, а на стенах висела пара ярких картин и постеров, которые Рой купил на блошином рынке.

       Рой поставил чайник на плиту и пошел в ванную, чтобы умыться. Последние события до сих пор не укладывались у него в голове, все произошедшее казалось кошмарным сном. Сначала этот автобус, потом полиция и история с Алексом. Последние два дня перевернули мир с ног на голову и никак не вписывались в жизненные шаблоны и представления Роя, и это не давало покоя.

       Рой вернулся и сел за стол, Айлин заварила чай, и, поставив кружки на стол, продолжила рассказывать новости про то, что школу закрыли, магазины не работают, а продукты теперь раздают военные каждое утро у Кафедрального собора, а также про отключение электричества и стрельбу в городе, которую она слышала два раза.

       Рой слушал, что рассказывала ему дочь. От новостей становилось страшно, он очень хотел найти выход и что-нибудь сделать, но решения не было.

       - Айлин, давай уедем? - неожиданно для самого себя сказал Рой.

       - А куда и зачем?

       - Помнишь, мы лет семь назад гостили на ферме у твоего дяди в Холкерке, поедем, поживем там, пока все не образуется.

       - Вот так просто возьмем и уедем, а как же заправка?

       - Ну ее же закрыли военные, верно?

       - И когда мы выезжаем?

       - Давай завтра утром, только заедем к мистеру МакФарлану на ферму.

       - А это же его машина? - Айлин озвучила вопрос, который хотела задать сразу, как приехал отец, но в суете забыла.

       - Да это его машина, ему нужно было уехать, и он отдал ее пока мне. - Рой решил не рассказывать историю своих злоключений.

       Вечер прошел в сборах, помимо вещей Рой собрал фонари, спальные мешки, палатку, инструменты, которых набралось на две пластиковые коробки, и даже старый аккумулятор. После этого он сел на кухне и за чашкой чая стал писать письмо Александру МакФарлану. По улице проехала машина, через динамики оповестив жителей, что через пятнадцать минут начинает действовать комендантский час. Едва он закончил писать, как во всем районе отключили электричество, Рой одним глотком допил остывший чай и пошел спать.

       23 марта. Полицейский участок Канви-Айленд, пригород Лондона.

       Канви-Айленд был пригородом Лондона, не самым богатым, но и не иммигрантским гетто. Жил в нем преимущественно средний класс. Этакий образец типичной Англии. Как и везде здесь были улицы получше и похуже, но в целом это было спокойное место, застроенное двух и одноэтажными домами.

       Канви-Айленд потому так и назывался, что был расположен фактически на острове, на который вели три дороги. С юга и востока он омывался водами Темзы, с севера протекала река Хадли Рэй, а вот с запада была даже не река, а скорее ручей Хейвен-Крик, который летом часто пересыхал. За ним располагалась пойма реки Темзы, изрезанная маленькими речушками, прудами, ручьями. Эта территория считалась природным парком, и единственной застройкой на ней был Центр Уота Тайлера, предводителя крестьянского восстания в четырнадцатом веке. Большим преимуществом Канви-Айленда были порт на юге острова со складами и самое главное нефтехранилищем, а также поля на западе, которые в теории были пригодны для выращивания зерна.

       Полицейский участок находился рядом с начальной школой и пожарной станцией в центре города на Лонг-роуд, главной и центральной улице в Канви-Айленд. Местной полицией последние восемь лет руководил старший инспектор Брюс Уолкер. Он начинал работать простым констеблем, не любил интриги, был всегда прямолинеен и честен с собой и окружающими, возможно, поэтому блестящей карьеры он не сделал. За более чем тридцать лет службы в полиции Уолкер дорос до старшего инспектора и возглавил полицейский участок Канви-Айленда. Еще три дня назад под его началом служило двадцать три человека, сейчас осталось пятнадцать.

       События, которые происходили сейчас, не были описаны в инструкциях, директив и внятных разъяснений от руководства так и не поступило. Организации взаимодействия между службами не было. Вчера в город приезжали военные, отдали пачку листовок и сказали распространить среди населения. Этими действиями центральные власти и ограничились. Город, округ, страна скатывались в хаос. На западе полыхал Лондон, столбы черного дыма, поднимавшегося в небо, и были хорошо видны отовсюду. А стрельба не прекращалась вторые сутки, и уже стала неотъемлемой частью окружающей действительности, как весеннее пение птиц. Проблема "инфицированных" была не единственной для полиции, в округе уже появились банды мародеров, которые почувствовали свою безнаказанность. Местные жители были в панике, телефон в участке не умолкал. Людей, оружия, топлива катастрофически не хватало.

       Еще вчера Уолкер с оставшимися у него людьми обходил дома, местных жителей, в попытке организовать местное население, и хоть как-то взять ситуацию под контроль. К вечеру в местной школе, рядом с полицейским участком, собралось больше семидесяти человек, согласившихся помочь полиции. Уолкер объявил собравшимся о создании ополчения из добровольцев для защиты города, в которое все желающие могут вступить. Он обратился ко всем с просьбой обойти своих соседей и подготовить списки тех, кто сейчас остался в городе и желающих присоединиться к ополчению. Объяснить им, что теперь только от них зависит судьба их близких и нашего города. Также Уолкер попросил выбрать по одному представителю от каждой улицы в городе и завтра утром прийти в полицейский участок для принятия решения о дальнейших шагах.

       Хотя Уолкер не был великим оратором, ситуация заставляла собравшихся жителей его слушать и соглашаться с его доводами, пока он был единственным представителем власти, который хоть что-то предпринимал.

       На следующее утро в полицейском участке собралось двадцать шесть человек, включая представителя муниципалитета, пожарных, врачей и местных жителей.

       Уолкер начал с того, что рассказал все, что ему было известно об инфицированных и про банды, которые стали появляться в округе. В ходе долгих обсуждений удалось договориться о создании пяти патрулей, в каждый из которых входили двое полицейских и восемь гражданских. Поскольку оружия было критически мало, ополченцев призвали вооружиться всем, чем только возможно. После этого были определены объекты на острове, работу и охрану которых надо было обеспечить в первую очередь.

       Когда шеф полиции закончил доклад, он попросил присутствующих поделиться любыми своими предложениями. Слово попросил Дейл Воган, работавший на одном из складов в порту сторожем, он сказал, что сейчас на вверенном ему объекте находится шесть новых школьных автобусов для школ Бенфлита и около сотни легковых автомобилей Пежо, из которых можно сделать баррикады на мостах, ведущих на остров. Потом поступило предложение как можно скорее взять под контроль дамбу на реке Хадли Рэй, потому что: во-первых, по ней можно было попасть на остров, а, во-вторых, мощности ее турбин должно было хватить, чтобы обеспечить электроэнергией основные объекты на острове. Присутствующие люди начинали чувствовать, что они могут стать хозяевами острова, обезопасить и оградить его от внешнего мира, все это давало надежду и подталкивало людей к активным действиям.

       Вечером Уолкер связался с коллегами из Койртона, Тандерсли и Южного Бенфлита, убеждая их перебраться в Канви-Айленд. Они должны были прибыть на следующий день, и теперь шефу полиции предстояло решить не простой вопрос, где разместить тридцать полицейских с семьями.

       Брюс был доволен собой, сегодня ему удалось сделать что-то действительно важное, то, что и должны делать полицейские - защищать граждан.

       24 марта. Дорнох. Рой Дервил.

       Рой проснулся в холодном поту еще до восхода солнца. Ему снилось, как нечто невидимое для глаз преследует его, и он, спотыкаясь, бежит на свет фар спасительного автобуса, в лобовом стекле которого он видел грустное лицо водителя, подзывающего его к себе израненной рукой. И чем ближе он подбегал к автобусу, тем тяжелее становились его ноги.

       Рой встал с кровати, щелкнул выключателем, электричества до сих пор не было. За окном улицы не освещались, и только вдали виднелись яркие пятна света, наверное, от прожекторов.

       В темноте Рой, два раза споткнувшись, дошел до ванны и в полной темноте встал под чуть теплый душ. Умывшись, он пошел готовить завтрак и только уже на кухне осознал, что не сможет этого сделать, так как электричества нет. "Ну что же, все упрощается, на завтрак будут хлопья с холодным молоком", - сказал Рой сам себе.

       Айлин проснулась в семь утра. После завтрака Рой с дочерью накинули куртки и вышли на крыльцо. Трава на лужайке была покрыта инеем, воздух был свежим, бодрящим, птицы пели утренние песни, и, если судить по облакам, сегодня должен быть хороший солнечный день. Они быстро перенесли в машину собранные вечером вещи и отправились в путь, первой точкой которого была ферма на озере Флит.

       Двенадцать минут по пустынной дороге и Рой с Айлин были на месте. Рой не знал, зачем он приехал, зачем написал письмо, в глубине души что-то ему подсказывало, что он просто должен это сделать.

       Ключ от дома был на обычном месте, на крючке, вбитом в потолочную балку крыльца, над головой. Рой не успел открыть дверь, как из образовавшейся щели выскочил кот, и в два прыжка оказался на крыше Дефендера. В доме был бардак, который устроил домашний питомец, на полу валялось все, что не было прочно прикручено, в раковине кот оставил сюрприз для хозяина в назидание за долгое отсутствие. Надо отметить, что характер у этого зверя был под стать его хозяину, если не хуже. Рой положил письмо на стол и вышел на улицу и закрыл дверь, кот все еще сидел на крыше автомобиля, не желая слезать, он шипел, фыркал и скалил зубы.

       - Айлин, найди на заднем сидении какую-нибудь еду, которую будет есть кот, пожалуйста.

       - Консервированные сардины подойдут?

       - Не знаю, давай попробуем.

       Айлин передала отцу через опущенное боковое стекло банку сардин. Рой открыл ее и, положив с крыши, отошел на три шага назад. Кот, увидев еду, спустился на капот, и стал принюхиваться к открытой банке, после долгих раздумий, голодный зверь в одно мгновение уничтожил ее содержимое. Видимо, скромное подношение его устроило, и кот сменил шипение на жалобное мяуканье. В след за первой были безжалостно съедены еще две. И только после этого животное спустилось с машины подошло к Рою и позволило себя погладить. "И что теперь с тобой делать"?

       - Пап, давай возьмём его с собой, - и, когда Айлин вышла из машины, наглый кот запрыгнул в открытую дверь, а потом перебрался назад и разлегся на куче консервов.

       24 марта. Раннее утро. Городок Андроссан. Строительная площадка рядом с Монтгомери-стрит. Ирландец.

       С моря дул легкий утренний бриз, разгоняющий утреннюю дымку. Там, за горизонтом, всего в пятидесяти милях находилась Ирландия. Гарретт стоял на берегу и молча смотрел на холодную воду. С самого утра он был не в настроении. Один из автомобилей, перевозивший захваченное золото, был остановлен патрулем и в назначенное место в Ошенкерне прибыл в сопровождении военных. Агентам, которые должны были передать дальнейшие инструкции, с трудом удалось уйти. "Сейчас закончится загрузка последних ящиков на три семиметровые лодки "Зодиак" и работа здесь будет сделана", - думал он. В одиннадцати милях от берега, в бухте у острова Арран, стоял рыболовецкий траулер, который и должен был доставить груз в Ирландию.

       - Командир, мы закончили погрузку, - доложил подошедший с пляжа Арти.

       - Отправляйте, мы свою работу сделали, теперь это головная боль экипажа "Скитальца". Людей отпусти и отправь кого-нибудь проверить, что происходит на базе во Фрейзербурге.

       24 марта. Аванпост в Саусэнде. Александр МакФарлан.

       Фургон остановился около ворот аэродрома, они были закрыты, что в принципе нормально, а вот отсутствие поста у них настораживало. Самолета, на котором мы прилетели, кстати, тоже не было.

       "Все, мальчики, конечная!" - объявила Маргарет.

       Мы с Виком выбрались наружу и как два барана, уставились на закрытые ворота.

       - И как это понимать? - Вик выглядел удивленным и растерянным.

       - А это, мой друг, боевое братство и семья, про которые ты мне рассказывал. Нас кинули, в прямом смысле, - я специально с издевательской интонацией произносил каждое слово.

       - Да заткнись уже, - прикрикнула Маргарет, - иди ворота открывай!

       "Вот, совсем докатился, мной теперь баба командует", - подумал я, но вслух не произнес.

       Ворота были не заперты, а просто прикрыты, рядом на земле валялась цепь с замком, на который их раньше запирали. Когда Маргарет завела фургон на территорию аэродрома, я закрыл ворота и замотал их цепью, замок вешать уже не стал, так и оставив его на пыльной земле. До башни авиадиспетчеров я пошел пешком, хотелось размять ноги, которые начали затекать из-за неудобных лавок внутри фургона, и немного освежить мозги. План наших оловянных солдатиков провалился, и нужно было придумать свой. - "Интересно, почему они так резко приняли решение о сворачивании своей деятельности здесь? Допустим, они нашли нападавших, и я больше не нужен и меня тут бросили, но своих людей могли бы дождаться, все это очень странно. Что-то мне подсказывает, что отсюда лучше побыстрее сваливать".

       Из башни на встречу вышел МакАлистер и молча поздоровался со всеми, махнув рукой. Не могу сказать, что он был расстроен, скорее был погружен в свои мысли. Я же не один такой умный и красивый, подполковник, наверное, тоже пытается найти причину столь поспешному отбытию с базы. Вик и Маргарет, кажется, обрадовались этому. Вик даже бросил на меня недобрый взгляд и ухмыльнулся.

       - Джон, мы все сделали, как я и обещал, - сообщил я подполковнику, а затем достал из фургона папку с досье на Ирландца.

       - Молодцы. Давайте поднимемся наверх, а то на улице уже становится прохладно,- МакАлистер развернулся и первым вошел в двери.

       Уже наверху, Вик первым задал волновавший всех вопрос о том, что здесь случилось, и почему самолет так срочно улетел без нас.

       - Да присядьте вы уже, наконец, сейчас расскажу, - голос подполковника был усталым и тихим. - Из Эдинбурга поступил приказ об эвакуации базы, как всегда неожиданно и без объяснения причин. Когда мы сюда прибыли, гарнизон уже загружал имущество на борт. Спорить было бессмысленно, они выполняли приказ, единственное, чего я от них добился, это оставить нам транспорт, оружие и амуницию. Ребят я отправил, Изумрудный был ранен, они как раз за ним присмотрят. Собственно, вот ответ на ваш вопрос. О природе и предпосылках такого приказа не знаю.

       - Сильно его? - уточнила Маргарет.

       - Не очень, жить будет, - ответил МакАлистер.

       - Подполковник, я хочу узнать ваше мнение, не кажется ли вам вся эта спешка странной? - спросил уже я.

       - Это армия. Только со стороны кажется, что там полный порядок и контроль, а фактически зачастую левая рука не знает, чем занимается правая, хотя, в общем, ты прав, обычно такого не бывает. Мне тоже не нравится здесь сидеть, но ехать ночью, сейчас, нравится еще меньше.

       Забрав оружие из машины, и заперев вход в башню, каждый занялся своим делом. Лично я решил подробно изучить досье на Ирландца. Гарретт Фиджеральд родился в Дублине 1964 году. В 1982 году поступил на службу в Королевский военно-морской флот, служил в Портсмуте, пилот морской авиации, 1990 уволился со службы. Работал на частные военные компании в Ираке, Афганистане, Судане. После общих данных шла уже интересная информация о сделках заключенных с Абулфази, выходило так, что Ирландец покупал часто и помногу. Дальше были сведения о его счетах и контактах. Оказалось, что Кайл, утренний гость Абулфази, часто работал с Ирландцем.

       - Александр, разрешите взглянуть, за кем мы гонялись? - спросил подошедший МакАлистер.

       - Пожалуйста, - Я передал папку подполковнику.

       МакАлистер переплеснул первые страницы и уставился в фотографию.

       - Мать вашу, так вот ты где всплыл.

       - Знакомый?

       - Не так чтобы очень. Скажем так, он чертовски хороший и хитрый солдат, я встречал его пару раз в Ираке, в основном он охранял конвои BP[35]. В первый раз я с ним встретился в 1991. Он тогда командовал группой частных контракторов, участвовавших в организации выкупа родственника высокопоставленного Кувейтского чиновника у иракцев. Заложника они забрали, но на обратном пути попали в засаду. Так вот, они умудрились уйти из-под обстрела, в пустыне найти укрытие и занять оборону, продержаться шесть часов до прихода помощи и не потерять ни одного человека, при этом его люди оставили лежать в той пустыне семь иракцев.

       - А спасали его, я так понимаю, вы?

       - Да, так с ним и познакомились. К тому моменту, как мы прибыли, бой закончился. У иракцев был наблюдатель, которого мы не заметили, и к нашему прибытию от них осталось только пылевое облако вдали.

       МакАлистер установил дежурства. В десять вечера Вик и Маргарет пошли, спать, а мы с Джоном заступили на пост. Сменить нас должны были в три ночи. Генератор мы выключили, чтобы не шумел, да и свет привлекал бы много внимания. Первые три часа прошли спокойно, если не считать взрыва, произошедшего около часа ночи на северо-востоке, совсем рядом с нами, здесь, в Саусэнде. После это наступила опять относительная тишина, мы в полголоса разговаривали, я рассказал историю, как меня втянули в эту авантюру. МакАлистер ответил, что на моем месте тоже поехал бы за оружием.

       Уже ближе к концу смены я решил выпить чашку кофе, а то скоро пришлось бы спички вставлять в глаза. Чайник стоял на противоположной стороне башни, и, когда я шел по кругу, что-то огромное ударило в стекло башни, а потом шмякнулось на землю. Я со страху резко дернулся к центру комнаты, больно ударился ногой о стоящий у стены стол и завалился на пол. Вызывать МакАлистера не пришлось, он слышал удар и когда я, ругаясь, вставал на ноги, он уже подбегал ко мне.

       - Что случилось?

       - Я не знаю что это было, посмотри на стекло, оно ударило в него, а потом свалилось на землю.

       - Это невозможно, мы на высоте двадцати метров от земли.

       - Сам посмотри!

       МакАлистер осветил подствольным фонарем стекло, оно не разбилось, но пошло трещинами. Подполковник, вызвал по рации Вика, чтобы они вставали и с оружием бежали наверх. До конца ночи мы не спали, я возможно и отключался пару раз, но ненадолго. Когда утром поднялось солнце, мы сверху осмотрели периметр, но ничего и никого не увидели. Только, на земле внизу были разбросаны в стороны мешки с песком, из которых еще вчера были сложены укрепления.

       Выехать мы решили на одном из внедорожников "Хаски" с установленной башней стрелка, для двух машин нас было слишком мало. Второй комплект оружия и ящики с патронами МакАлистер перенес в машину еще до нашего возвращения, и мы в принципе уже были готовы к отъезду.

       На карте мы проложили несколько маршрутов. Первой его точкой должен был стать Колчестер, где базировалась 16-я десантно-штурмовая бригада. Часть гарнизона была переброшена в первые дни, а остальные ожидали эвакуации, по крайней мере, так было еще два дня назад. И если они еще там, то это сильно облегчило бы нам задачу. До места около сорока миль, раньше такое расстояние можно было преодолеть за час, сколько потребуется времени сейчас сложно прогнозировать.

       Теперь надо было выйти из здания, сесть в машину и уехать, все просто, если бы не ночное приключение. Сомневался не только я, МакАлистер с опаской выглянул на улицу, осмотрелся и сказал: "Давайте лишний раз не рисковать, я добегу до машины и подъеду к входу. А вы смотрите, чтобы по пути меня не сожрали. Крутя головой во все стороны, подполковник рывком бросился к машине и, когда до нее оставалось метров тридцать, из ворот ангара, находившегося в пятистах метрах от башни, вырвалось что-то крупное и метнулось наперерез МакАлистеру.

       "Старик, справа!" - закричал Вик. Подполковник едва успел заскочить на заднее сидение "Хаски", как огромная туша врезалась в крыло, сдвинув на пару метров шести тонный автомобиль. Мы втроем, начали стрелять в "это". Пули попадали в тело, разрывая ткани и выбрасывая куски плоти, любое живое существо уже бы давно было мертво после такого, а "это" мало того, что продолжало атаковать автомобиль, но, похоже, даже не замечало попадающих в него пуль. В тот самый момент, когда мы с Маргарет меняли магазины, Вик закричал: "Назад, наверх по лестнице". Я, подняв голову, увидел, как тварь развернулась и бежит уже к нам, потеряв интерес к добыче в машине. Мы бросились вверх по лестнице, а "это" на полном ходу влетело в дверной проем, выбив дверь, и, врезавшись плечами в проем, сбило с внутренней стороны стены штукатурку. Тут затрещали рации, МакАлистер приказал нам уйти от двери и укрыться за стеной. Начал бить пулемет, установленный на турели "Хаски", мы слышали, как пули, дождем стучали по стене. Тварь не издавая ни звука, развернулась и направилась к машине, но добежав только до половины пути, ее передние лапы подломились и "это" завалилось на бок.

       Выходили мы из здания нервно, посматривая по сторонам, каждый контролировал свой сектор. Тварь лежала и не шевелилась, но МакАлистер на всякий случай направил ствол пулемета на тушу и держал ее в прицеле.

       "Это", а другое слово подобрать сложно, было размером с крупного быка, только вместо копыт были вытянутые пальцы с когтями. Задние лапы были массивней и длиннее передних, голова была с плоским лбом, глаз мы не нашли вообще. Клыки торчали наружу и были длиной с мой указательный палец, все тело было покрыто входными отверстиями от пуль, а еще "это", воняло так, что когда мы приблизились, меня чуть не вывернуло. Мы стояли, уставившись безумным и испуганным взглядом на монстроподобную тушу. Очень хотелось верить, что рядом нет ее друзей, второго раунда мы можем не выдержать. Я достал телефон и сделал несколько фотографий с разных ракурсов.

       "Хватит фотографировать трофей, давай уже в машину", - сказала Маргарет необычным для нее высоким голосом.

       Мы сели в машину, и еще не отойдя от шока, услышали шум турбин. Южнее, над Темзой в сторону Лондона пролетело звено из трех истребителей Тайфун[36]. И через пару минут мы услышали взрывы, над рекой поднялись вверх грибовидные облака, сначала одно, потом второе. "Уничтожают мосты", - предположил подполковник. Второе звено истребителей не заставило себя долго ждать, пыль от первых взрывов еще не успела осесть, как все повторилось, только на этот раз столбы пыли поднялись чуть дальше по течению реки.

       "Наблюдать будем за фейерверком или поедем уже, кто-то вроде спешил", - съязвила Маргарет.

       24 марта. Остров Гернси, Нормандские острова, Порт-Сент-Петер. Кайл Лоуренс.

       Остров Гернси, площадью семьдесят восемь квадратных километров, находится в проливе Ла-Манш у северного побережья Франции и является, точнее уже "являлся" "коронной землей" британской короны, но частью Великобритании не был.

       Раньше Кайл "Дикий гусь" Лоуренс владел здесь недвижимостью и оффшорными компаниями, через которые проходили деньги по его контрактам. Теперь его стараниями остров превращался в пристанище для искателей приключений и его основную базу. Пока островом формально управляли местные власти, но полный контроль над территорией был вопросом времени.

       Благодаря его доле в захваченном золоте, Лоуренс умудрился за два дня привлечь сто пятьдесят бойцов, большей частью из остатков Французского иностранного легиона и это было только началом, новости о свободном острове распространялись очень быстро, особенно в определенных кругах. Сейчас его армия составляла 367 человек, и он полностью взял под контроль и охрану самый крупный порт на острове и разместил здесь свой штаб в замке Корнет.

       Оружия, купленного у пакистанца, сейчас хватало на два батальона. В его распоряжении также было три судна, включая один сухогруз. Последний сейчас забирал груз во французском Гавре и должен был прийти вечером. Благодаря старым связям Лоуренс умудрился купить за десять килограммов золота пять снятых с вооружения французских БМП AMX-10P.

       Когда Дикий гусь высадил полторы сотни своих людей в порту столицы острова, местная власть направила в туда весь личный состав столичной полиции. Тридцать полицейских без единого выстрела сдались людям Лоуренса. Дикий гусь пообещал не трогать население, зачистить и защитить город от мертвецов и формально оставить местную администрацию на своем месте. В новых реалиях это была не самая плохая сделка для островитян. Люди получили защиту, а Лоуренс остров. Сдавшиеся полицейские, после непродолжительных переговоров, согласились составить костяк первого добровольческого отряда самообороны острова. Порт-Сент-Петер сейчас зачищался от мертвецов, их было немного, это все-таки не Лондон. Следующей целью Лоуренса стал единственный аэропорт на острове, к которому направился отряд из 50 легионеров. Кайл строил наполеоновские планы, он хотел увеличить свою армию до тысячи человек, взять остров полностью под контроль, очистить его от немногочисленных мертвецов и все это до конца недели.

       25 марта. Черри-Орчард-уэй. Александр МакФарлан.

       Покинув аэродром, мы направились на север по Черри-Орчард-уэй, дорога проходила мимо бесчисленного количества торговых центров, автосалонов и складов оптовых компаний. Сразу за парковками автосалонов, мы увидели место ночного взрыва, справа от нас в стене местной больницы, зияла не малых размеров дыра. За забором, на территории медучреждения толпилась целая орда мертвецов, такого большого скопления зомби в одном месте никто из нас еще не видел. Когда мы проезжали вдоль забора, отделяющего территорию больницы от улицы, за нами увязался с десяток мертвецов, один из них бежал как олимпийский спринтер. Я толкнул в бок сидящего рядом МакАлистера и кивком головы показал в сторону больницы. Подполковник перегнулся через меня, выглянул через узкое бронированное стекло.

       - А наш утренний приятель мог вполне быть отсюда. Как раз сразу после взрыва появился, - вернувшись на место, озвучил свое предположение подполковник.

       - Почему нет, вон какой шустрый за нами, были бы пешком, в момент бы догнал и сожрал, - добавил Вик.

       - А как они вообще такие получаются, почему мутируют, в методичке на базе про это не было ни слова, только сам факт приведен, что да, дескать, есть и все? - задал я риторический вопрос.

       - Это вопрос не к нам, мы по другому профилю, - Вик ответил за всех.

       - Ага, я заметил. Кстати, поправьте меня, если я не прав. Мне сейчас показалось, что мертвецов прибавилось, по сравнению со вчерашнем днем.

       - Так и есть, если бы ты внимательно изучал материалы на базе, то увидел бы модель распространения заражения. По оптимистичным подсчётам, до конца этой недели в крупных городах на территории Эссекса и Уэльса останется не больше пяти процентов живых, а в Шотландии пятнадцати процентов, - начала язвить Маргарет. Реагировать на выпад в свой адрес я не стал, а то она и так нервная, еще запульнет чем-нибудь.

       Мы проезжали Халбридж, очередной мертвый городок.

       - Вик, Вик, тормози!

       - Что еще? - Вик ударил по тормозам.

       - Вот туда смотрите! - я показал в сторону квартала одноэтажных домиков. На параллельной улице стояло три машины: два пикапа и фургон, в который сейчас заталкивали людей. МакАлистер достал бинокль: "Вижу четверых, трое точно вооружены. Вик, пять метров назад сдай, а то могут заметить".

       - Что будем делать, сейчас ввяжемся, не разобравшись, а потом окажется, что у них тут ролевые игры? - задал вопрос подполковник.

       - Вот и узнаем! - Маргарет была явно не в настроении сегодня, даже на своего командира рычала. Из-за домов послышались одиночные выстрелы.

       - Ну что расселись, пойдемте, посмотрим, - судя по голосу, идея ввязываться в драку без плана не нравилась МакАлистреру. - Проверьте оружие и на выход, - добавил он. - Герцогиня, видишь домик с флигелем наверху на перпендикулярной улице?

       - Да.

       - Отлично, поскольку ты сегодня самая умная и отзывчивая в отряде, вместе с Суором, сейчас беги туда, убедись, что там никого нет, и займите позицию наверху, только тихо все делайте.

       - Да, сэр.

       - Вик, ты давай за мной, пройдем в проход между дальними домами и посмотрим, возможно, сможем незаметно перейти на другую сторону улицы. Связь на третьем канале!

       "Ни минуты покоя" - подумал, когда бежал вслед за Герцогиней-Маргарет. Вроде не старый, и физическими нагрузками себя не ограничивал, а бежать было тяжело, и, когда мы достигли торцевой стены нужного дома, я уже тяжело дышал, а на лбу проступили капли пота, несмотря на холодную погоду. Маргарет повернулась ко мне и на ее лице появилась издевательская улыбка. Это был первый, когда я смог по-настоящему рассмотреть ее лицо, и первый раз, когда я увидел, что она все-таки умеет улыбаться. Ее грозный внешний вид в зеленой куртке, хоть и гражданской, но с одетым поверх разгрузочным жилетом и закинутой по диагонали за спину винтовкой, черных карго штанах и высоких армейских ботинках никак не увязывался с тонкими чертами лица. При этом от ее серо-голубых глаз, подчеркнутых четкими линиями скул, исходил поток холода. Это был взгляд хищника, смотрящего на свою добычу. Она не стала дожидаться, пока я отдышусь, выглянув сначала из-за угла и убедившись, что там никого нет, подбежала к входной двери. Отмахнувшись от неожиданных возникших мыслей, я двинулся за ней, чтобы не отставать. Вламываться в дом нужды не было, замок в двери разворотил кто-то до нас. Мы заглянули в приоткрытую дверь и, не увидев ничего представляющего опасность, зашли внутрь. Постояв минуту в тишине и не услышав подозрительных звуков, мы прошли дальше мимо гостиной с камином, в доме все было перевернуто, ящики открыты, вещи разбросаны по полу. Маргарет направилась на второй этаж, а я остался осматривать первый, заглянул в кабинет и комнату, которая выполняла роль прачечной, проверил заднюю дверь, оказавшуюся не запертой. Везде картина была одинаковой, все было перерыто и разбросано. Я уже поднимался по лестнице, когда Маргарет вызвала меня по рации. Ускорив шаг, я поднялся на второй этаж, и увидел, стоящую в коридоре напарницу.

       - Что случилось? - в полголоса спросил я, обратив внимание на странное выражение лица Маргарет

       - Иди, сам посмотри, - Маргарет указала стволом своей винтовки на одну из комнат.

       В комнате было три трупа, Двое взрослых и маленькая девочка, лет пяти, всех их убили выстрелами в голову, у взрослых были связаны руки. Я подошел ближе, резкий запах разлагающейся плоти ударил в ноздри так, что заслезились глаза, они тут лежали дня три, не меньше. Сдернув простыню с кровати, я накрыл ею тела и поспешил назад. Когда я вышел из комнаты, Маргарет вопросительно на меня посмотрела, на что я просто закрыл дверь и молча пошел в начало коридора. Странно, но в ее взгляде что-то изменилось, если бы я не знал, что передо мной профессиональный убийца, я бы подумал, что она расстроена и напугана увиденным. Комментировать и обсуждать ситуацию не было ни времени, ни смысла. Все было и так понятно - какие-то отморозки пришли сюда грабить и застав дома семью просто всех убили. Мы осмотрели оставшиеся комнаты и поднялись по складной лестнице во флигель. Внутри были сложены коробки со старыми вещами, а в углу стоял мольберт, больше ничего тут не было. Маргарет, сдвинула вверх старую скрипучую раму, запустив в маленькое душное помещение уличную прохладу. Отсюда, были видны практически все дома и дворы вокруг.

       - Как думаешь, это они их убили? - спросила Маргарет, имея в виду людей внизу.

       - Я не знаю, да и неважно, они или другие, думаю, сейчас многие потеряли голову от свободы и безнаказанности, и я уверен, что это не последняя такая семья у нас на пути.

       - И ты так спокойно об этом говоришь?

       - Ну а как мне говорить? Я не могу влиять на события, творящиеся вокруг. Если я тут начну оплакивать убитых, кому это поможет? Ты думаешь, что мне все увиденное не противно, ты ошибаешься. Просто сейчас не время для эмоций.

       - Козел.

       - Дура, - быстро обменялись мы любезностями, не отрываясь от процесса наблюдения за людьми внизу.

       - Старик, Герцогине. Прием.

       - Старик в канале. Прием.

       - Мы на позиции, наблюдаем противника. Прием.

       - Герцогиня, продолжай наблюдение. Прием.

       - Принято, продолжать наблюдение. Конец связи.

       МакАлистер и Вик следили за происходящим через живую изгородь из высокого можжевельника. Находились они достаточно далеко, и разобрать, о чем разговаривают бандиты, не могли. Вик насчитал семерых. Один сидел на водительском месте пикапа Ниссан Навара, двое курили около фургона, а еще четверо были внутри дома. На улице лежало пять трупов, по внешнему виду которых сразу было понятно, что умерли они не в первый раз, одежда на телах была грязная замазанная засохшей кровью, у ближнего к нам трупа недоставало большей части шеи.

       - Какие приказания, Старик? - спросил рвавшийся в бой Вик.

       - Ждем, если начнем сейчас, те, что в доме окапаются внутри, а я их выбивать оттуда не хочу.

       - Герцогиня, Старику. Прием.

       - Герцогиня в канале. Прием.

       - Герцогиня, наблюдаешь двоих противников у Фургона? Прием.

       - Наблюдаю. Прием.

       - Герцогиня, как только мы начинаем, эти твои, как поняла? Прием.

       - Исполню в лучшем виде. Прием, - в глазах Маргарет вспыхнул огонь скорого и неминуемого возмездия.

       - Герцогиня, конец связи.

       МакАлистер, закончив сеанс связи, отполз от кустов, поднялся на колено, и перевел переключатель в режим "автоматического огня".

       - Вик, я возьму выходящих из здания, а на тебе водитель, закончишь с ним, поддержи меня огнем.

       - Да, командир.

       Все было закончено за пару минут. Когда бандиты, появились на крыльце дома, вынося коробки, МакАлистер с Виком одновременно выбежали из-за здания и открыли огонь, каждый по своим целям. Курившие у фургона даже не успели повернуть головы в сторону первых выстрелов, которыми Вик убил сидящего в машине водителя, Герцогиня, с разницей в долю секунды, отправила каждому по пуле в голову. Упали они одновременно. МакАлистер сделал длинною очередь на половину магазина в сторону выходящих бандитов. Трое из них завалились на землю, а четвертый, бросив коробку, побежал в сторону фургона, получив пулю от вошедшего в азарт снайпера.

       Один из бандитов, в которых стрелял МакАлистер, еще был жив и сейчас он корчился на земле в луже собственной крови, пули попали в живот и правое предплечье. Вик схватил его за шиворот и оттащил к крыльцу дома, облокотив его к стене. Бандит стонал, но его страдания никого не заботили.

       - Ну что, грабить, убивать сюда пришел? - Вик прижал ногой раненое предплечье так, что раненый закричал на весь квартал.

       - Давай рассказывай, кто вы такие? Чем вы тут занимаетесь и так понятно. Бандит вместо ответа сплюнул кровь на ботинок Вика, за что получил второй удар по раненой руке.

       - Послушай, с такими ранами как у тебя, люди умирают по несколько дней, я никуда не спешу и могу беседовать с тобой еще очень и очень долго, подумай еще раз над моим вопросом.

       - Меня зовут Томас, брат Томас, мы из Брейнтрии, ищем припасы, - кашляя и сплевывая на землю начал отвечать бандит.

       - Зачем людей похитили?

       - Мы их не похитили, мы их спасаем.

       - Странный способ спасения?

       - Они не хотели идти, а если бы мы их не спасли, демоны забрали бы их души.

       - Что за чушь ты несешь?

       - Преподобный всех спасет, а вас приспешников дьявола покарает.

       Раздались два одиночных выстрела, Вик обернулся на звук и в этот момент раненый схватил его за ногу и резко дернул на себя, Вик не удержался на скользкой траве и упал на спину. Бандит пытался подняться, но в тот же момент был убит МакАлистером.

       - Ну ты чего разлегся, вставай, - подполковник подал руку Вику и помог ему подняться.

       - Герцогиня, что у тебя за стрельба, прием? - запросил в рацию МакАлистер.

       - К вам со всех сторон идут мертвецы, сворачивайтесь быстрее, прием!

       - Принял, возвращайтесь к транспорту!

       - Вик, найди ключи от фургона, на нем поедем.

       - Подполковник, а пленники?

       - Потом с ними разберемся, сейчас нет времени, пусть потерпят немного.

       Пока Вик искал по карманам убитых ключи от машины, которые оказались в замке зажигания, МакАлистер сделал каждому из лежащих на земле бандитов по контрольному выстрелу. В начале улицы двигалась процессия из мертвецов, на машину они не обращали внимания и сразу направились к лежащим на земле телам. Наблюдать малоприятное зрелище МакАлистер с Виком не стали и свернули за угол, оставив мертвецов наедине с их обедом.

       Поравнявшись со стоящим на обочине "Хаски", МакАлистер показал рукой следовать за ним и проехал вперед. Выехав из городка и проехав милю, машины остановились на пустой дороге среди поля.

       Вик открыл задние двери фургона, у стены на полу сидели, привязанные к приваренной металлической трубе, две девушки. Вид у них был испуганный, они забились в дальний угол, а после того, как Вик забрался в кузов, начали кричать. Успокоить их получилось после пары пощечин каждой, до этого они даже не давали их освободить. Оказавшись свободными от веревок, они резко бросились с кулаками на Вика, который не знал, как на это реагировать и просто старался уклоняться от ударов. Бардак прекратила Маргарет, выстрелив в воздух из пистолета.

       - А ну успокоились, курицы! - заорала она, заставив бывших пленниц опять вжаться в угол и замолчать. - Вы, обе, быстро из машины! - продолжила Маргарет.

       Девушки, рыдая, вылезли из кузова и, как вкопанные, встали на дороге. Девушек звали Саманта и Ева. Дом, из которого их вытащили, они арендовали. Работали реставраторами в Халбридже и занимались восстановлением местного собора шестнадцатого века. Вытягивать из них информацию оказалось непросто, при малейшей возможности они срывались в истерику и приходилось их успокаивать. С большим трудом, потратив полчаса, они рассказали, что люди, забравшие их, приезжали на их улицу второй день подряд, вчера они выносили вещи из домов вначале улицы и не успели добраться до их дома. Сегодня, когда они приехали снова, девушки пытались спрятаться, но их нашли и затащили в фургон, при этом, напавшие на них, бандиты оправдывали свои действия тем, что якобы они их спасают и несли всякую религиозную чушь про демонов и спасение.

       После того, как девушки немного пришли в себя, им отдали фургон и отпустили на все четыре стороны. Мы предложили им поехать следом до ближайшей военной базы, но они не изъявили никакого желания, развернули машину и уехали назад по направлению к Халбриджу.

       Усевшись по своим места, мы продолжили путь. По дороге Вик пересказал содержание беседы с раненым бандитом, сопоставив его рассказ со словами девушек, выходило, что в районе появилась какая-то религиозная секта. Вполне ожидаемое явление, фактически наступил апокалипсис, вот блаженные и повылезали из своих нор. Надо проинформировать местных военных, а то фанатики, убежденные в своей правоте и избранности, могут наворотить дел.

       25 марта. Церковь Святого Михаила Брейнтри.

       Центр Брейнтри, старого городка в Эссексе, украшала старая готическая церковь Святого Михаила, еще два дня назад она была католическим приходом во главе с преподобным Джерольдом Стоуном, пока в полдень 24 марта в здание не ворвались вооруженные люди, называвшие себя "Истинными свидетелями последних дней". Служителей силой выгнали из церкви, и вечернюю мессу для своих последователей с кафедры церкви читал новый мессия, Благословенный Джейкоб.

       Яков Соломонович Леирман, ставший теперь Джейкобом Леирманом, эмигрировал в 1989 году из Советского Союза, где был аспирантом Одесского инженерно-строительного института. Строительство Яшу интересовало мало, зато он преуспел в фарцовке польской одежды. В 1988 году он чудом избежал ареста за незаконные валютные операции, и уже через год иммигрировал сначала в США, а потом в Великобританию.

       На новой родине он пробовал заниматься "бизнесом", начиная с типографии и заканчивая курсами для домохозяек. Тюрьмы избежать ему все-таки не удалось, и в 2000 году Магистратский суд Эссекса приговорил его к 12 месяцам тюрьмы за махинации со страховками. Освободившись, Яша пробовал себя в качестве продавца подержанных автомобилей, агента по недвижимости, свадебного консультанта. Вся эта деятельность не приносила ощутимого дохода. Однажды судьба свела Леирмана со старым мошенником, Генри О'Саливаном, который зарабатывал на жизнь, катаясь по стране с проповедями, в ходе которых собирал пожертвования на восстановление церквей и соборов, помощь бездомным и пострадавшим от стихийных бедствий по всему миру. Яша начал работать с О'Саливаном играя роль брата Якова из монастыря Святой троицы в Сербии. Был ли на самом деле такой монастырь или нет, аферистов не интересовало, главное, что сборы на его восстановление хорошо пополняли их бюджет. Проработав так два года, Яша решился на новый шаг и основал свою церковь "Истинных свидетелей последних дней". Ему ловко удавалось играть на страхах и предрассудках людей. Сделав своей аудиторией выходцев из бедных и малообразованных слоев общества. Яша умело обирал их, отпуская грехи, благословляя и спасая души заблудших. За шесть лет напряженной работы Леирман сколотил неплохое состояние, собрал вокруг себя круг верных ему последователей, и стал брать подряды по возврату долгов, естественно все во славу Господа, а деньги выбивал исключительно у грешников. Случившаяся катастрофа стала подарком судьбы, и сейчас Яша мог реализовать весь свой потенциал.

       22 марта он собрал своих последователей на мессу и объявил, что Церковью Англии управляют еретики, и только он является последователем истинной веры, и только его последователи спасутся. После этого он нарек себя Благословенным Джейкобом и спасителем человечества, призвал фанатичных последователей изгонять из церквей еретиков и спасать заблудшие души людей, даже если они этого не хотят.

       Число его последователей росло с каждым часом, за последние три дня он умудрялся проводить по пять-шесть проповедей в день, катаясь по городкам в Эссексе. Яша находил правильные слова, обещал, вселял надежду людям, взамен он требовал только безраздельной преданности богу, под которой он понимал неукоснительное исполнение всех его приказов.

       25 марта. Двенадцатое шоссе недалеко от Колчестера. Александр МакФарлан.

       Оставив позади освобожденных девушек, мы направились по намеченному маршруту. Час ушел на объезды заторов. Местечко Сколкотт, пришлось объезжать по полю, дорога, идущая через городок, была забита несколькими сотнями мертвецов. К Колчестеру мы подъехали с юга, со стороны водохранилища Аббертон. Уже на подъезде наше внимание привлекла, непрекращающаяся стрельба, создавалось впечатление, что в городе идет настоящий бой. Сквозь непрерывный треск винтовочного огня, прорывались громкие и раскатистые звуки артиллерийских залпов. Весь Колчестер был окутан дымом, огромное черное облако расползалось от города, захватывая все новые территории. У въезда в город мы уперлись в баррикаду из лежащих на боку армейских грузовиков. Нам пришлось развернуться и отправиться дальше на восток, вокруг города. Маргарет сидела сзади и сканировала радиочастоты. В эфире были сплошные помехи, сквозь которые редко проскальзывали обрывки слов. Связаться с 16-й бригадой на стандартных частотах, которыми пользовались военные в мирное время, не получалось. Попасть в город нам удалось только по Фингринрхо-роуд. Ситуация вокруг была очень схожа с той, что мы видели в Саусэнде, все те же брошенные машины и дома с разбитыми стеклами. Свернув на Абботс-роуд, мы поехали в сторону учебного центра и казарм 16-ой бригады. В районе кладбища нас обстреляли военные, в том, что это именно они, а не люди нацепившие форму, сомнений не было, действовали они профессионально. Удивительно, что с нами не пытались связаться или остановить, просто сразу открыли огонь на поражение, этот факт добавлял еще больше вопросов о том, что происходит в городе. Уходя с линии огня, МакАлистер вывернул руль вправо, направив автомобиль в сторону кладбища. "Хаски" снес закрытые металлические ворота и на полном ходу понесся по ухоженной зеленной лужайке, между могильных плит, выехав с другой стороны. В переулке, в одном из домов были открыты гаражные ворота, в них мы и завернули. Я выскочил с пассажирского сидения и со всех сил дернул вниз ручку ворот и алюминиевые жалюзи с грохотом ударились о бетонный пол.

       В гараже стоял странный химический запах, похожий на тот, который был тогда на заправке около Инвернесса, только не такой сильный. Его почувствовали все, Вик достал из набедренной кобуры пистолет, подошел к деревянной двери, ведущей в дом, и дернул ручку на себя, отступив в сторону. Дверь открылась и мне показалось, что запах усилился, когда мы зашли в дом, со стороны лестницы послышался шум, а потом со второго этажа кубарем вниз полетел мертвый мужчина. Подняться он не смог при падении, а возможно и раньше, он переломал себе ноги и сейчас, цепляясь ободранными пальцами за пол, он полз в нашу сторону. Вик сделал шаг вперед, навел ствол Зиг Зауэра на голову мертвеца и выстрелил. Маленький коридор на мгновение наполнился кислым запахом пороховых газов, немного заглушив гнилостные запахи, от которых уже начали слезиться глаза. Дом мы осмотрели быстро, не найдя больше никого, мы поднялись на второй этаж в комнату, выходящую во двор и открыли настежь окна, чтобы не умереть от стоящей в доме вони.

       Я присел на стоявший у стены серый диван, достал, выданную в комплекте с подвесной системой фляжку и сделал три больших глотка, не знаю почему, но в тот момент очень захотелось пить. Пока я приходил в себя, МакАлистер изучал карту, пытаясь понять, где мы и как нам отсюда выбраться. За окном стрельба, то усиливалась, то стихала. Я сбегал вниз и принес четыре дневных рациона и следующие полчаса мы потратили на неспешный обед. У МакАлистера в голове похоже созрел какой-то план, он быстро проглотил содержимое сухпайка и вернулся к карте. "Я наметил примерный маршрут, после обеда пешая прогулка не повредит, заканчивайте и выдвигаемся", - сказал подполковник и вышел из комнаты. Быстро дожевав остатки обеда, мы спустились вниз и вышли на задний двор.

       - Значит так! Где мы точно находимся, я понятия не имею, нам надо вернуться к кладбищу, а от него идти на север где-то полмили, и по плану мы упремся в корпуса воинской части, - подполковник коротко ввел нас в курс.

       - Идем двойками, как и утром, Я с Виком, Алекс с Маргарет. Мы идем первыми, из зоны видимости друг друга не теряем, если разделимся, встречаемся тут, это все, вперед.

       Пешая прогулка была скорее пробежкой с полосой препятствий. Мы сориентировались и довольно просто добрались до забора кладбища, по пути мы не стеснялись стрелять, во встреченных по пути мертвецов, наши одиночные выстрелы терялись в общем шуме идущего боя. У самого кладбища мы застрелили мертвеца в военной форме, что привлекло наше внимание, так это белая повязка на правой руке прямо под эмблемой

    16-й бригады в виде белого орла на фоне красно-белого щита. Умер рядовой, точнее в первый раз умер, от пулевых ранений в грудь. Быстро осмотрев карманы убитого и ничего не найдя, мы перелезли через забор кладбища, и пошли на север. Мы прошли его на сквозь, и не встретили по пути ни одного мертвеца. Уже подойдя к параллельной улице, мы услышали звук приближающегося транспорта, и укрывшись в растущих у забора высоких кустах, наблюдали как мимо нас проехала колонна из пяти грузовиков, на борту была эмблема части, а под ней краской небрежно нарисована белая линия.

       - Командир, как это понимать? - спросил Вик, имея в виду белую повязку на трупе и полосы на машинах.

       - Самое простое объяснение - это примитивная система распознавания "свой-чужой", типа как на учениях.

       - Зачем им это? - уточнил, не понимая логику происходящего, Вик

       - Я не знаю. Ждите здесь, я пойду один проверю, а то отсюда виден только дым.

       МакАлистер перескочил через ограждение, перебежал дорогу и укрылся в неглубокой канаве, впереди перед ним была лужайка метров на двести без единого укрытия, пересекать ее было равно самоубийству, даже самый неопытный стрелок снимет его на этой открытой площадке без особого труда. Из укрытия было видно, что забор гарнизона в нескольких местах разрушен, если судить по размеру проема и по следам копоти вокруг, стреляли из чего то серьезного, как бы не из танка. Похоже, территорию гарнизона штурмовали, и явно это были не бандиты с найденными в брошенной полицейской машине дробовиками.

       Со стороны дороги стали доноситься звуки выстрелов, стреляли из пулемета очередями, потом послышался приближающийся шум двигателя, скрип колес и скрежет металла. В наушнике послышался голос Вика.

       - Старик, прием!

       - Старик, в канале!

       - В ста метрах от нас в стену врезался легковой автомобиль, из него выбежали трое военных, похоже, один ранен, бегут по кладбищу на юг, какие приказания? Прием.

       - Локи, следуйте за ними, попробуйте перехватить и не рискуйте, в бой по возможности не вступайте, я к вам присоединюсь, конец связи.

       Преследовать солдат на открытом пространстве, оставаясь незамеченными, задача невыполнимая, поэтому мы добежали до здания часовни и, прикрываясь им, дождались, пока солдаты доберутся до забора и начнут помогать своему раненому перебираться через него. В этот момент мы выбежали из укрытия, растянувшись вправо, чтобы не мешать друг другу и не перекрывать линию огня. Они попытались схватиться за оружие, но Маргарет пресекла попытку, выстрелив в землю в паре сантиметров от ноги ближайшего к ней солдата.

       - Господа, я настоятельно рекомендую вам не пытаться оказать сопротивление, у нас абсолютно нет желания вас убивать, - Вик, взял в прицел молодого парня с погонами лейтенанта и старался говорить как можно спокойней. Лейтенант, внимательно смотрел на дуло направленной в него винтовки, лицо было напряженным, кровь в висках пульсировала. В таком состоянии человек может сделать глупость сам того не понимая. Солдаты медленно подняли руки перед собой, как бы в останавливающем жесте.

       - Кто вы, я не вижу шевронов? - спросил лейтенант.

       - Пока можете считать нас нейтральными наблюдателями, если не начнете глупить, - Вик не спуская глаз со своей цели, пытался говорить максимально миролюбиво.

       - У нас раненый, и пока мы тут стоим он истечет кровью, - лейтенант кивнул в сторону сидящего на земле сослуживца. Вик беглым взглядом взглянул, на бледного бойца, который уже начинал терять сознания. В этот момент МакАлистер передал, что к разбитой машине подъехало два Лендровера "Снетч" с нарисованной белой полосой и из них высадилось шесть бойцов.

       - Берите своего, человека и быстро за нами, по вашу душу гости! Алекс, помоги им - Вик, махнул нам рукой и, не опуская винтовку, быстрым шагом направился к забору.

       Мы с лейтенантом подхватили солдата под руки и помогли ему перевалиться через забор, благо со стороны кладбища забор был около метра. С другой стороны ему помог Вик. Только мы оказались на другой стороне, как раздались выстрелы, заставив нас пригнуться. На мгновение мне показалось, что левую щеку обдало жаром. Стрельба не прекратилась, противник нас заметил и по всей вероятности старался прижать огнем.

       - Сейчас обходить будут! Запроси МакАлистера, - обратилась Маргарет к Вику. Подполковник вышел на связь первым,- Локи, Герцогиня, отходите, я их уведу, встретимся на месте! Прием.

       - Приказ понял, отходим!

       - Алекс, лейтенант, берите раненого и уходите, мы с Герцогиней за вами! Солдат, как тебя зовут? - спросил Вик у рядового.

       - Рядовой Конор Эдвардс, сэр.

       - Конор, беги к тем домам и займи позицию, мы тебя прикроем.

       - Да, сэр.

       Вик и Маргарет подняли винтовки над краем забора и каждый выстрелил длинной очередью на полный магазин. Как только они открыли огонь, мы с лейтенантом, помогая раненому солдату, перебежали дорогу и скрылись за углом ближайшего дома. Рядовой Эдвардс, практически добежал до здания, когда что-то тяжелое ударило его в спину, свалив на землю, он пытался ползти, но резкая боль во всем теле не дала ему этого сделать, ноги его не слушались. Он сжал зубы, чтобы не закричать от растекающейся по всему телу боли. Конор на мгновение закрыл глаза и больше их не открывал.

       Мы довели раненого до дома, где находился наш транспорт, я достал из машины аптечку, передав ее лейтенанту, а сам побежал назад к кладбищу.

       Подоспевший МакАлистер отвлек готовившегося к атаке противника, открыв беспорядочную стрельбу с тыла, тем самым заставив противника искать новое укрытие. Тройка бойцов короткими перебежками направилась к часовне, что само по себе было неразумно, бежали они по открытой лужайке, где единственным укрытием были могильные плиты. Маргарет, не была бы собой, если бы не воспользовалась ситуацией, она выпустила две короткие очереди на три патрона в сторону бегущих. Ответный огонь заставил ее укрыться. МакАлистер, закричал в рацию: "Какого, черта вы еще там? Уходите!", - после чего опустошил магазин в сторону предполагаемого расположения противника. Перезаряжался он уже на ходу, перебегая к следующему укрытию, которым стал старый дуб с толстым стволом. Его маневр не остался незамеченным, и противник перевел огонь в его сторону, не давая высунуться. В сторону позиции Вика и Маргарет полетела граната. Бросивший ее боец не рассчитал расстояние и она, ударившись о забор, упала на противоположной стороне. Взрыв выбил каменную крошку из забора и ближайших могильных плит. Не дожидаясь второй попытки, Вик и Маргарет в полуприсяде сместились на два десятка метров левее.

       На кладбище двое солдат блокировали любые попытки МакАлистера сменить позицию, как только он пытался двинуться, по нему открывали огонь, заставляя вернуться назад.

       Вернувшись тем же маршрутом к дому на углу Малберри и Норманди-авеню, не выходя из-за стены здания, я увидел лежащее на земле тело второго солдата. Лезть под пули было как минимум неразумно, поэтому я развернулся назад и побежал вдоль домов на Норманди-авеню, отдаляясь от кладбища. В том месте, где улица поворачивала, мне удалось перебежать на ее другую сторону. Будучи уже недосягаемым для пуль врага, я побежал в сторону Малберри-авеню, не обращая внимания на медленно идущих по улице на звуки стрельбы мертвецов.

       Окна крайнего дома по Малберри-авеню выходили на кладбище, я с разбегу плечом выбил тонкую деревянную дверь, и, споткнувшись, влетел внутрь дома, подняв себя с полу, прихрамывая я вбежал на второй этаж. После такого забега сердце колотилось с бешеной скоростью, виски пульсировали, а еще я обнаружил, что вся щека у меня в крови, хотя боли вроде не было. Кое-как восстановив дыхание, я открыл окно и пристроил винтовку на подоконнике. С моей позиции, было отлично видно Вика и Маргарет и солдат на кладбище. Первой целью я выбрал лежащего на земле, боком ко мне человека в зеленом камуфляже, который стрелял куда-то вправо. Затем, плотно упер приклад в плечо, перевел переключатель режимов стрельбы на одиночные, прицелился и на выдохе нажал на спусковой крючок. Винтовка ударила в плечо, человек в прицеле как-то дернулся и перестал стрелять. "Наверное, все", - сказал я шепотом и перевел огонь на второго стрелка, лежавшего метрах в пятнадцати от первого. Успев сделав два выстрела, меня вынудили укрыться, из-за здания часовни по мне открыли огонь. Пули влетали в окно, сбивая штукатурку с потолка и стен, заставив меня ползком добраться до коридора и спуститься на первый этаж. Уже внизу у входной двери, я чуть не столкнулся нос к носу с мертвецом. Когда зомби поднимался по ступенькам на крыльцо, он споткнулся и упал в метре от меня. Выстрелив в него три раза, и убедившись, что он не поднимется, я выбежал на улицу, мертвецов прибавилось, пока не критично, но еще чуть-чуть и они станут проблемой. Со стороны кладбища поднимался густой белый дым, застилая собой все. Этой возможностью я и воспользовался, чтобы добраться до своих. Бежал я со всех ног, когда до забора оставалось метра три, Вик резко развернулся, вскинул винтовку в мою сторону, но не выстрелил.

       - Идиот! Опознаться по рации не мог, а если бы я тебя не узнал? - заворчал Вик.

       - Меня не каждый день пытаются расстрелять и сожрать, в общем, извини, в суматохе совсем из головы вылетело, - я сделал глупую улыбку и пожал плечами.

       - Смотри в следующий раз, что другое может из головы вылететь.

       - Учту, это вы дымы пустили?

       - Нет, они сейчас либо перегруппировываются, либо отступают. В любом случае, двигаем отсюда, пока к ним подкрепление не подошло.

       МакАлистер присоединился к нам через десять минут. Когда мы вернулись, раненый солдат был мертв, лейтенант выстрелил в ему голову, чтобы тот не обратился и завернул тело в ковер, лежавший в комнате.

       - Где Конор? - спросил лейтенант с порога.

       - Убит, нам жаль, - Вик сказал это как-то дежурно, без особых эмоций. Лейтенант заметно погрустнел, из всей троицы он остался один.

       - Ваше имя? - задал вопрос МакАлистер. И действительно, мы до сих пор не выяснили, как его зовут.

       - Я, Майкл Клиффорд, лейтенант 1-го батальона Королевского ирландского полка, 16-й десантно-штурмовой Бригады. Могу теперь я узнать, кто вы такие?

       - Можете, лейтенант Клиффорд. Я подполковник Джон МакАлистер, 22-й полк SAS, а это мои люди: сержанты Вик Фэйн и Маргарет Фостер, а Александр Суор, наш попутчик. Лейтенант, если вы не возражаете, я хотел бы задать вам пару вопросов?

       - Да, сэр, спрашивайте.

       Из рассказа Клиффорда выходило, что 23 марта с базы отправился последний конвой, в расположении части оставалось пятьсот шестьдесят человек под командованием майора Уилкинсона. По приказу командования, группа должна была отобрать лучшую технику из оставшейся и вместе с ней покинуть часть, а ту, которую они не могли перевезти на север, следовало уничтожить, как и оставшееся оружие. Вечером того же дня Уилкенсону, кто-то позвонил и он объявил, что поступило выгодное предложение перебраться на остров Гернси и все желающие могут последовать за ним, таковых оказалось триста девяносто пять человек, не считая самого майора. Они погрузились на грузовики, взяли половину склада боеприпасов и оружия и направились в порт на острове Мерсия, это в пяти милях на юг от города. Командовать остался капитан Леонард Гриндайл. На следующий день, 24 марта, Майор вернулся в часть и потребовал отдать ему технику и транспорт, которую оставшиеся солдаты не могли забрать с собой. Между Гриндайлом и Уилкерсоном возникла перепалка, не получив желаемого, майор развернулся и уехал. А сегодня в пять утра он атаковал территорию гарнизона, имея численное превосходство, он быстро оттеснил защитников к учебному центру и корпусам казармы, взяв обороняющихся в кольцо. Лейтенант был в правом крыле казармы, а от него шел технический туннель к старой электроподстанции, и когда противник уже вошел в здание он с двумя рядовыми, сбежал через этот туннель, а дальше они прошли по нему до парковки, взяли его машину, и на выезде из ворот их атаковали.

       Окраина Эдинбурга. Временный координационный пункт программы "Крепость". 25 марта.

       Сворачивание работы временного координационного пункта шло полным ходом, оборудование и персонал лаборатории и госпиталя эвакуировали еще вчера. Сейчас перевозили склады и архив. Последними, 27 марта, должны были передислоцировать сам штаб и группу охранения, после этого все операции в Эдинбурге официально прекращались. Полковника Граца должны были перевести в Абердин, который становился самой южной авиабазой программы "Крепость" на границе "живых территорий". Он шел на серьезное понижение, и должен был отвечать исключительно за сбор и систематизацию разведданных полученных с беспилотников.

       Док и Музыкант второй день маялись от безделья, после того как они передали Изумрудного на попечение врачам, про них забыли, никаких приказов на их счет не поступало. Формально они были на задании, так что даже вернуться в расположение своей части они не могли. Эти дни они коротали за разговорами, посещением столовой и регулярными визитами в пункт связи, ожидая хоть какую-то весточку от товарищей. Дважды они вызывались добровольцами на операции в город и дважды им отказывали. За это время они в режиме реального времени изучали изменения на тактической карте в штабе, по неизвестным причинам у них был открыт туда доступ. Получалось, что граница живых территорий теперь проходила по диагонали через всю Шотландию. Самой дальней точкой становилась оперативная база в Форте Уильям, расположенном на юго-западе. От него вдоль рек на северо-восток до Инвернесса проходила 65-ти мильная граница отделявшая "живые территории" на северо-западе от брошенных земель на юго-востоке. Инвернесс становился центром распределения переселенцев, прошедших карантин, своего рода шлюзом между территориями. На восток от него, вдоль побережья до Абердина разворачивались лагеря беженцев и карантинные зоны.

       Территория новой страны составляла немногим больше полутора тысяч квадратных миль, без территории Северной Ирландии. Поскольку о ситуации там приходили противоречивые сведения, связи с официальными представителями короны не было, а из отрывков информации следовало, что на ее территории вспыхнули беспорядки, разжигаемые IRA, этот район обозначался, как "статус неизвестен".

       25 марта. Колчестер. Александр МакФарлан.

       В Колчестере мы решили провести ночь. Выезжать сейчас было опасно, шансы наскочить на одну из воюющих сторон были слишком велики. Бой шел еще несколько часов после того, как мы добрались до дома, в гараже которого мы спрятали наш транспорт. Боевые действия прекратились неожиданно уже на закате, как будто кто-то выключил звук. Одиночные выстрелы все еще доносились из разных концов, но они стали уже нормальным, если это слово применимо, фоном для городов.

       - Хорошо было бы разведать, что сейчас происходит на базе, - сказал Клиффорд.

       - Поздно уже, до темноты не успеем, а лазить по кустам ночью у меня желания совсем нет, - ответил Вик. МакАлистер поддержал его кивком. Маргарет, не особо интересуясь моим мнением и не спрашивая разрешения, обработала мне обработали порез на щеке. После этого, каждый занялся своим делом, это только со стороны кажется, что на войне, а мы именно на самой настоящей войне, солдаты только воюют. Обычные бытовые проблемы никто не отменял, они просто отходят на второй план. Пока солнце окончательно не село, я попробовал в первый раз почистить винтовку. L85 оказалась довольно сложной в разборке, с ней мне помог подполковник. После заката мы установили дежурства, а поскольку нас теперь пятеро, мы разбились на три смены и шесть часов сна мне были гарантированы. Заснул я практически мгновенно, сказались двое суток на ногах и бессонная ночь, так я и проспал без снов до пяти утра, пока меня не разбудила, Маргарет. Их с Виком смена закончилась, и мы с МакАлистером заступили на "собачью вахту".

       Я умылся водой из фляжки, поднял с пола винтовку, и отправился в коридор к лестнице ведущей вниз, МакАлистер остался дежурить в комнате со всеми, наблюдая за дорогой через окно. На лестнице мы соорудили баррикаду из двух столов, на случай незваных гостей. На своем посту я и встретил рассвет, в этот раз обошлось без происшествий и встреч с неизвестными науке зомбо-мутантам. Если пару дней назад вся наша авантюра мне казалась вынужденной мерой, и нужно было просто переждать, перетерпеть, то сейчас я уже спокойнее реагировал на ситуацию в целом и на дискомфорт полевых условий в частности. Ответа на вопрос, почему так случилось, я не мог себе дать. Мне даже казалось, что мой разум принял все случившиеся перемены. Возможно, на фоне бесконечной череды событий и смертей, пришло понимание, что мое положение намного лучше и выгодней по сравнению с другими, а может быть, я просто устал бороться и пустил все на самотек.

       В восемь утра лейтенант Клиффорд отправился на разведку в сторону базы. Каналы связи мы предварительно оговорили, как и пароли на случай непредвиденных ситуаций. На связь он вышел через час, сказав, что на базе есть выжившие и нам лучше подъехать к ним и поговорить с командиром.

       Мы собрали те немногие вещи, что у нас были и выехали в сторону базы. Не доезжая до ворот несколько сот метров, Мы с Маргарет вышли из машины и, найдя подходящее место в кустах у забора, заняли позицию. Вик занял место за пулеметом, после чего полковник поехал дальше.

       - Спасибо, что вчера помог, - неожиданно для меня, сказала Маргарет.

       - Да не за что, просто не хотел ехать дальше один.

       25 марта. Колчестер. Подполковник МакАлистер.

       Бой был тяжелый, в учебном центре не осталось ни одного целого окна, стены были изрешечены пулями, а на плацу стояла сгоревшая техника. Более сотни тел убитых с обеих сторон были аккуратно сложены у стены и накрыты кто чем. Похоже, о нашем прибытии предупредили, и машину пропустили без проблем. Из здания вышел высокий наголо стриженый офицер и протянул левую руку, правая была вся перемотана бинтами.

       - Леонард Гриндайл, временно исполняющий обязанности командира 1-го батальона Королевского ирландского полка, точнее того, что от него осталось.

       - Подполковник Джон МакАлистер, приятно познакомиться, жаль, что при таких обстоятельствах.

       - Сержант Вик Фэйн, сэр.

       - Мне доложили, что вас четверо?

       - Так и есть, капитан, двое моих людей остались ждать нас в доме.

       - Тогда прошу вас пройти внутрь, и спасибо, что спасли моего человека.

       Нас провели в помещение бывшей столовой, которая сейчас выполняла роль штаба, лазарета и склада боеприпасов одновременно.

       - Капитан, как вам удалось отбиться? - задал вопрос МакАлистер.

       - У Уилкерсона не было цели нас тут всех перебить, как только мы отступили и окопались здесь, одна часть его людей сдерживала нас, а вторая перегоняла технику, они даже оставили здесь десяток "Снетчей" и столько же грузовиков "Ман". Как только они закончили, то сразу ушли. Но потрепали нас сильно: у меня тридцать убитых и шестьдесят один раненый, трое из них умрут в ближайшие сутки.

       - Капитан, вы с командованием связались?

       - Боюсь, это не возможно, радиоузел уничтожили первым.

       - Прискорбно, связь бы сейчас очень пригодилась.

       - Нам тоже, подполковник, я знаю, что вы направляетесь на север. Вы можете поехать с нами в колонне, сейчас мы похороним убитых и будем выдвигаться отсюда. Завтра утром планируем быть в Инвернессе.

       - Инвернесс? Почему не Эдинбург?

       - Видимо, давно вы не получали информации из центра. База в Эдинбурге закрыта.

       - Капитан, мы поедем с вами, и еще у меня к вам просьба, нам нужно пополнить боезапас, мы за эти дни хорошо постреляли, это возможно?

       - С этим поможем, подполковник.

       - Спасибо, я заберу своих людей и вернусь сюда.

       - Конечно, только старайтесь не задерживаться.

       Колонна выдвинулась через полтора часа, основной путь шел по трассе А1, с нее съезжали только когда нужно было объехать большой город. На весь путь ушло пятнадцать часов, каждые три часа колонна останавливалась для смены водителей. В Инвернесс мы въехали в четыре утра. Ранеными занялись медики, а остальных разместили в палаточный лагерь, накормить всех обещали только утром.

       26 марта. Инвернесс. Александр МакФарлан.

       В семь утра меня разбудила сирена, то ли это общегородской будильник, то ли очередная напасть случилась. С таким режимом, я скоро сам в петлю полезу. Проснулись все, из палаток выходили зевающие люди, как и я, не понимающие, что вообще происходит. МакАлистер, судя по его виду, вообще не ложился. Я махнул рукой, чтобы он меня увидел.

       - Доброе утро, Джон.

       - Доброе утро, Александр.

       - Что здесь стряслось?

       - Не знаю, нужно найти ребят, а потом выясним.

       Искать никого не пришлось, Вик с Маргарет сами подошли к нам, и задали тот же вопрос, что и я минуту назад. Сирену выключили через пять минут. После получасовых шатаний по лагерю и попыток выяснить хоть что-то, мы поймали представителя местной гражданской администрации, от которого по крайне мере узнали, где можно позавтракать. Столовая располагалась в нескольких больших палатках человек на тридцать, ассортимент предложенных блюд состоял из овсяной каши, хлеба, яблочного джема и растворимого кофе или чая на выбор. "Даже в Афганистане кормили лучше" - забухтел Вик, забирая тарелку на раздаче.

       Мы сели за металлический складной стол в углу столовой и молча приступили к завтраку. Каша на вкус была намного лучше, чем на вид, я сначала даже и не мог представить, как буду запихивать в себя эту сероватою жижу. А кофе был настоящей бурдой, допить которую я не смог.

       Закончив трапезу, мы просто сидели, болтали, рассказывали анекдоты. За этим занятием нас и нашел взмыленный сержант. Он подбежал к столу выпрямился по стойке смирно, отдал честь и попросил меня и МакАлистера пройти с ним. За территорией лагеря нас ждал Лендровер. Усевшись на пассажирские места, машина тронулась, и нас повезли в сторону центра. Город за эти дни сильно изменился, окна первых этажей практически всех домов украсили сваренные на скорую руку решетки, на перекрестках и у мостов шли строительные работы, возводили что-то похожее на доты, футбольное поле перед школой превратили в строительную площадку и там из контейнеров возводили какие-то постройки. Нас подвезли к зданию вокзала, которое я сразу и не узнал, его превратили в настоящую крепость, с двумя периметрами забора, первый сетчатый, а за ним уже бетонный, с вышками, прожекторами и пулеметными гнездами. Когда машина остановилась, сержант выскочил из нее и исчез, не сказав ни слова. МакАлистер задал вопрос водителю: "А что собственно происходит?". На что, тот просто пожал плечами.          

       Сержант появился также неожиданно, как и исчез.

       - Господа, прошу за мной, вас ожидают.

       - С кем мы встречаемся? - задал вопрос МакАлистер.

       - С командующим объединёнными силами вице-адмиралом Монтгомери Кеннетом, сэр.

       - Простите, вы сказали Монтгомери Кеннетом? - уточнил я у сержанта.

       - Да, сэр, именно так.

       МакАлистер вопросительно посмотрел на меня, на что я отмахнулся. Когда-то уже в прошлой жизни я играл по субботам в гольф с высокопоставленным офицером флота, которого звали Монтгомери Кеннет, совпадение это или один и тот же человек, скоро выясним. Холл вокзала был превращен в смесь телеграфа и казармы, вокруг бегали десятки людей, на стенах висели сводки и карты с отметками, девушки на коммутаторе без устали соединяли кого-то с кем-то. Нас проводили до бывшего зала ожиданий, где теперь разместилась переговорная комната или зал совещаний, кому как нравиться, и сказали ждать.

       - Почему ты спросил про Кеннета, вы знакомы? - спросил МакАлистер, после того, как сержант вышел из комнаты.

       - Я знал человека с таким именем, поэтому и уточнил.

       В ожидании мы провели минут двадцать до того, как в переговорную зашла целая делегация. Вице-адмирал и еще пять офицеров с ним, двое гражданских, тот самый следователь Стенсон и девушка, судя по всему стенографист.

       - Доброе утро, господа, - Кеннет пожал нам руки, а потом представил сопровождающих его военных. Среди них были его адъютант, руководитель новой службы разведки и по одному представителю от сухопутных войск, ВВС и флота. Кеннета я узнал, да и он меня, но мы оба не подали виду.

       И начался длинный на четыре часа допрос, от нас требовали пересказать все события чуть ли не по часам, где мы были, с кем общались, как добирались, встречали ли мы организованные группы гражданских или военных. Вопросы были любые, кроме тех, что касались нашего задания, хотя досье на Ирландца лежало на столе перед командующим.

       Когда все уже устали, я воспользовался заминкой и задал вопрос: "Нахрена?". Прозвучал он конечно не так, но смысл был именно такой.

       - Мистер Кеннет, вы и ваши люди задали нам миллион вопрос и не один касающейся цели нашего задания, - показал я рукой на папку. Стенсон в этот момент поперхнулся водой, и попытался взять слово, но вице-адмирал его остановил и ответил сам.

       - Мистер Суор, вашу "командировку" мы рассматриваем как нерациональное использование ресурсов и ошибки в работе руководства базы в Эдинбурге. Через пару часов после вашего отлета, мы получили всю необходимую информацию. Мы конечно, ценим ваш вклад в решение имеющейся проблемы, а добытые вами материалы приобщат к делу. Кроме того, я еще раз подтверждаю, что все договоренности между вами и мистером Стенсоном остаются в силе.

       После этого короткого отступления допрос продолжился с новой силой, руководитель разведки и следователь делали пометки в своих блокнотах. Больше всего их интересовало два события в нашей поездке, встреча с "религиозными бандитами" и мятеж майора Уилкерсона, в обоих случаях, мы знали не больше других, но вопросы из раза в раз повторялись, и мы как заведенные пересказывали одно и то же по три раза. Когда допрос был, наконец, закончен, Кеннет попросил всех удалиться кроме меня. И когда последний участник вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, Кеннет подошел ко мне, мы пожали руки и обнялись, похлопывая друг друга по спине.

       - А я смотрю, ты неплохо устроился, старый проныра, - я действительно был рад его видеть и не только по тому, что наше знакомство могло означать окончание моих проблем.

       - Привет, Алекс, вот почему, если где-то случается какое-то дерьмо, в этом обязательно замешан ты?

       - Мой старый учитель йоги в Лондоне сказал бы, что это карма, ты лучше расскажи, как ты умудрился подмять под себя всех.

       - О, Алекс это долгая история, я ее расскажу в другой раз, возможно за игрой в гольф. А теперь давай поговорим о тебе, Алекс. Пока мы тут вас расспрашивали, у меня в голове родилась одна идея.

       - Нет, шеф, в Лондон больше не ногой, - засмеялся я.

       - В Лондон я тебя и не отправлю, а то взял моду за казенный счет путешествовать, а вот наладить диалог с анклавом в Гернси, ты бы мог.

       - Я думаю, не всех дипломатов сожрали, почему именно я?

       - Во-первых, из-за твоего таланта переговорщика и умения договариваться, а во-вторых на Гернси заправляет твой новый знакомый Кайл Лоуренс.

       - Да я его десять минут всего видел, вот так в толпе на улице встречу и не узнаю.

       - Алекс, я знаю, что ты любишь, когда тебя упрашивают, ну сейчас не те времена, просто согласись.

       - Допустим, я соглашусь, какой мне с этого интерес?

       - Если ты согласишься, мы оформим тебя как сотрудника, представляющего интерес для программы "Крепость", а это означает в первую очередь предоставление убежища на безопасных территориях, плюс армия выделит тебе довольствие.

       - Монти, ты же знаешь, мои услуги стоят дорого, а ты пока не предложил ничего.

       - Алекс, Алекс, это ты еще не осознал, что произошло, давай я поясню, через два месяца максиму три, южнее границ территории программы "Крепость" не останется ничего живого. Останутся, конечно, одиночки и отдельные анклавы, но вопрос их выживания останется открытым. По оценкам наших аналитиков еще через восемь месяцев все доступные запасы продуктов будут исчерпаны, что создаст предпосылки к голоду. Я могу продолжить, но не вижу в этом смысла. Мы предлагаем тебе кров и содержание, в новом мире это королевское предложение.

       - Монти, ответь мне на вопрос, это связано с золотом?

       - Я отвечу, если согласишься, - усмехнулся Кеннет.

       - Я соглашусь, но будут дополнительные условия, ничего экстраординарного, маленькие приятные бонусы для меня. И в качестве аванса, я хочу, чтобы ты мне рассказал, во что я вляпался, и что это за "Крепость" такая.

       - Справедливо. Программа "Крепость" это порождение холодной войны. Она представляет систему бункеров, хранилищ и центров управления на севере страны, построенных еще в 80-е годы прошлого века. Первоначально она была создана на случай ядерного удара со стороны СССР, но после его распада, финансирование урезали, объекты законсервировали и забыли. Когда пришел писец, то есть эпидемия, про нее вспомнили и начали претворять в жизнь. Сейчас комплекс практически полностью введен в строй и функционирует и это наша надежда на сохранение цивилизованного общества, в том виде, в каком мы его знаем. Так как без технологий и производства, даже убежище на острове Гернси лет через десять скатится, если не к средневековью, то к началу двадцатого века. А мы уже сейчас можем запустить полный цикл производства всего необходимого на уровне 80-х, 90-х годов прошлого века, от станков до прокладок. У нас есть возможность обеспечить людей медицинской помощью, питанием, работой и главное предоставить им защиту. Мы пытаемся создать приемлемые условия жизни гражданским и военнослужащим с их семьями на безопасных территориях. Нам удалось сохранить хотя бы подобие армии и не получить деморализованную кучку вооруженных и обученных убивать людей готовых на все. А главное мы дали им цель - защита их нового дома. Кто знает, возможно, нам и удастся вернуться к прошлой жизни. Теперь касательно того, во что ты влез, я надеюсь, ты догадался, что украденное золото, это меньшая из наших проблем?

       - Та нездоровая активность вокруг всего этого наводила меня на мысль, что тут не все просто. Хотя если бы у меня увели двадцать тонн золота, я бы тоже носом землю рыл.

       - Золото, это лишь часть груза, в одном из ящиков было нечто другое.

       - Монти, ты меня почти убедил согласиться работать на тебя. Так что там было?

       - На второй день эпидемии были инициированы протоколы на случай ядерной войны, один из них предписывал, что в случае невозможности нанесения ответного удара, все уцелевшие пусковые шахты должны быть запечатаны. И часть ключей от ядерного арсенала государства перевозились вместе с тем проклятым золотом. Золото взяли IRA, но до сих пор наши разведчики не подтвердили, что ключи попали именно к ним. Твой новый знакомый был подрядчиком в той операции, и существует вероятность, что ключи именно у него.

       - То есть, ты хочешь сказать, что чувак с острова взял вас всех за яйца и в случае чего может уронить атомную бомбу вам на голову?

       - Ничего он не может, во-первых он вряд ли знает, что попало к нему в руки, а если и знает, то воспользоваться этим знанием не сможет. Сами по себе ключи бесполезны. Проблема в том, что без ключей мы не можем получить доступ к ядерному оружию.

       - А зачем оно вам, воевать теперь не с кем?

       - Мы не собираемся его применять, но если в новом мире мы столкнемся с агрессией другого государства, нам хотелось бы иметь то, чем можно ответить.

       - Точно, представляю, как норвежцы в костюмах викингов с топорами высаживаются на нашем берегу?

       - Зря ты смеешься. Ты думаешь только у нас были планы на случай мировых войн и катастроф, в каждой стране есть свои бункеры и безопасные районы на всякий случай. Взять ту же Россию, да у них на складах оружия и было столько, что весь мир можно вооружить по три раза, я уже не говорю про Китай. В общем, аванс ты получил, а теперь к делу, мы отправим тебя на Гернси, легенду придумаем на днях, тебе нужно выйти на Лоуренса и выкупить или обменять ключи. Мне собственно все равно, как это будет сделано.

       - А если у него их нет?

       - Ну, тогда все то же самое ты проделаешь в Ирландии.

       - Звучит, как прокрадись и укради связку ключей, - засмеялся я.

       - Практически, только роль связки с ключами, выполняет бронированный чемодан с чипами, но суть ты уловил верно. Сейчас можешь отдохнуть пару дней, я дам приказ, чтобы тебя и людей МакАлистера разместили в гостинице. А теперь извини, очень много дел.

       Мы попрощались, и я вышел в холл, где меня дожидался МакАлистер.

       - Мистер Суор, вы полны секретов, - сказал подполковник, пародируя голос Кеннета.

       - Джон, не начинай.

       - Ничего не хочешь рассказать?

       - Ты о чем?

       - О приватной беседе с вице-адмиралом.

       - Он нанял меня для одной работы, я сам пока до конца не понимаю какой.

       - Или не договариваешь?

       - Или не договариваю. Хватит вопросов, у меня выходной, пойдем по пиву?

       - Ты не спеши, тут еще надо кучу бумаг оформить, пойдем в канцелярию.

       - Что за бумаги?

       - Для начала пропуска.

       - Ну, если без этого никак, тогда пойдем.

       Канцелярия была в том же холе, три стола с компьютерами, отделенные от основного зала железными противопожарными шкафами для документов. Работающая за столом операционистка заранее получила указания на наш счет и документы к нашему приходу были готовы, нас быстро сфотографировали, распечатали пропуска и выдали документ для гостиницы на выделение четырех номеров. Гостиница "Роял Хайлэнд" находилась в здании справа от вокзала, в метрах пятидесяти, не больше. Мы зашли в нее и передали документы администратору, а после этого отправились на поиски Вика и Маргарет.

       До лагеря мы пошли пешком, идти не близко, зато появилась возможность осмотреться в городе. По сравнению с югом страны жизнь тут кипела: магазины и кафе работали, люди ходили по улицам без оружия. Можно было бы сказать, что ничего не изменилось, если бы не патрули на каждом углу. На мосту через реку Несс вырос бетонный дот с блокпостом, на нем нас остановили, и, проверив документы, пропустили на другой берег. Чем дальше мы отдалялись от центра, тем больше менялся город вокруг. Окна домов или были закрыты решетками или вообще заложены кирпичом. Небольшие дороги и аллеи рабочие перегораживали заборами, собранные из подручных материалов, стадион в Квинс Парк теперь превратился в вертолетную площадку. А вот здание больницы стало больше похоже на тюрьму или концлагерь. Три линии забора, вышки по периметру, на расстоянии в метр друг от друга развешены знаки биологической угрозы.

       На входе в палаточный лагерь у нас проверили пропуска и запустили на территорию. Вик и Маргарет нашлись у палаток, где мы ночевали. Они сидели на вытоптанной траве, разложив вокруг снаряжение, и чистили винтовки, в том числе и наши.

       "Собирайтесь, я выторговал нам жилье получше", - сообщил я первым делом. Вик в свойственной ему форме проворчал, что-то на тему совсем его бедного загоняли, но затем ушел в палатку и вышел через минуту с оставшимися там вещами.

       В лагерь нас пустили без вопросов, а вот на выходе начались проблемы, нас с нашими пропусками выпустили, а вот Вика с Маргарет выпускать отказались, вроде как не положено, а с оружием тем более. Мне пришлось разыграть шоу с криками и угрозами, я требовал связать меня срочно с Кеннетом, вызвал на КПП коменданта, с которым я ругался еще полчаса. В итоге я заставил его связаться с дежурным офицером на вокзале, тот записал информацию и сказал ждать ответа. Комендант, с раскрасневшимся от злости лицом смотрел на нас как на врагов. Ответ пришел через пятнадцать минут, нас было велено пропустить, что еще больше его разозлило. В гостиницу мы забежали всего на минуту, оставив там вещи, после чего пошли на вокзал, чтобы сделать пропуска для оставшихся членов команды. На этот раз быстро не получилось, мы потратили больше часа на оформление и согласование разрешений. Получив, наконец, желанные пропуска мы вышли на улицу.

       - Ну что будем делать? - адресовал я вопрос ко всем.

       - Давайте хоть душ примем, а потом посмотрим, где здесь можно перекусить, - предложила Маргарет. Возражений никто не высказал, и мы вернулись в отель, договорившись встретиться внизу через час.

       Заведения в городе работали до 21:00, с началом действия комендантского часа закрывалось абсолютно все: бары, рестораны, магазины. В пяти минутах пешком от отеля располагался ресторан "Корица", в нем мы и поужинали. Еда выгодно отличалась от содержимого сухих пайков и каши в солдатской столовой. С еще одним явлением нового мира мы столкнулись, когда заказали пиво, разливное закончилось и новые поставки не планировались, а баночное выросло в цене аж в три раза. После окончания трапезы, я неожиданно вспомнил, что все мои деньги забрали в полиции и должны были отдать Рою и последние дни я обходился без них. Надо было придумать, как рассчитаться за ужин, но решение нашлось само собой, подошедший официант переписал данные наших пропусков и сообщил нам, что просто выставит счет армии. Как говорится, не отходя от кассы, я уточнил, а где еще можно таким образом расплатиться, оказалось, что практически везде. Это прям коммунизм с человеческим лицом какой-то. Обладая новыми знаниями, после ужина я попрощался со всеми и направился в находящийся рядом супермаркет, у меня элементарно не было зубной щетки и проблему гигиены полости рта все эти дни приходилось решать подручными способами. В магазине также получилось расплатиться пропуском. Вернувшись в отель, я быстро принял душ и лег спать, сил за эти дни я поистратил немало, надо было восстанавливаться.

       27 марта. Инвернесс. Александр МакФарлан.

       Ночь прошла непривычно спокойно. Разве что где-то вдалеке пару раз раздавались звуки сирены и сухим треском прозвучало несколько одиночных выстрелов. За эти несколько совершенно безумных дней, я уже успел позабыть, как хорошо спится чистым, сытым, на мягкой кровати, вдыхая ароматный запах свежевыстиранного постельного белья, а самое главное без чувства опасности и необходимости подниматься среди ночи на дежурство. Утром я встал по будильнику в девять часов, хотя легко мог проспать еще пару часов. Мои попутчики уехали в семь. Об этом я узнал у администратора, когда попросил позвонить им в номера. После быстрого завтрака я сходил на вокзал, имея своей целью выторговать на сегодня автомобиль и съездить домой. К сожалению, английская бюрократия не умерла вместе со старым миром, а просто перешла на новый виток развития. Получить автомобиль мне не получилось, единственное, о чем мне удалось договориться так это то, что меня подхватит патруль, который отправится в Кирктон в 12:00, он же меня и заберет на обратном пути. До полудня еще больше часа, надо бы заняться чем-то полезным, вот только дел особо не было. И тут в голове родилась идея. Я сбегал в отель забрал оружие и подвесную, чтобы уже быть сразу готовым к отъезду, и со всеми пожитками вернулся на вокзал и стал требовать, чтобы меня ознакомили с последней информацией по "инфицированным". Как и полагается с первого раза у меня не получилось. Вчерашняя девушка-делопроизводитель долго бегала с моим пропуском, куда-то звонила, потом снова бегала, в итоге она забрала мой пропуск и выдала новый, указав на дверь, ведущую в правое крыло вокзала. Часовой у двери считал мой новый документ сканером и пропустил внутрь. Все крыло было отведено под сумасшедший микс из библиотеки и лаборатории. Мне удалось отловить в коридоре лаборанта в белом халате, который любезно провел меня в комнату, где передал своему коллеге. Поблагодарив его за помощь, я попросил уже архивариуса, как сам же его и окрестил, дать мне последнюю информацию по "инфицированным". Получив через три минуты толстую папку, я уселся в углу и стал листать. Информации было больше чем предостаточно, помимо той, что я уже знал. Если коротко, то ученые выяснили причины мутаций. Оказалось, при потреблении в пищу биоматериала особей того же вида, что и "инфицированный", у последнего происходит резкое изменение структуры белка, что приводит к мутациям. У отдельных особей наблюдался рост уровня интеллекта, это выражалось в координации действий с другими особями при охоте, появление инстинкта самосохранения. При атаке мутировавшие особи стремятся уничтожить головной мозг жертвы, чтобы не допустить обращения последней. При этом для изменений "инфицированным" требуется потребить биоматериал еще не обратившегося "живого" существа. Дальше был раздел, посвященный методам борьбы с мутантами, в общем, все рекомендации сводились к тому, что бери патронов больше и калибр крупнее. Осилить весь материал я не успел, нужно было бежать на грузовой двор вокзала и искать тот самый патруль.

       В патруле оказался один из солдат, с которыми я пил пиво в отеле Фрейзербурга, Оскар. Он вроде даже обрадовался, когда меня увидел. За все время поездки до моего дома, он без умолку рассказывал, как он провел лето, то есть последние дни.

       И вот после часовой неспешной поездки, я, наконец, добрался до дома. Здесь все было без изменений, трава зеленая, озеро блестит на солнце, птички поют. Ни мертвых, ни мутантов, ни бюрократов, прямо идиллия. Ключ оказался там, где ему и положено быть, на крючке в балке под потолком крыльца. Я открыл дверь, а внутри меня ожидал Армагеддон местного масштаба, все было перевернуто, ботинки погрызены, те дверки на кухне, до которых смог добраться этот шерстяной монстр открыты, внутри кавардак. Не иначе как совсем с голоду одичал, хотя мог и выйти через окошко в двери да мышей наловить. Кстати, кота в доме и нет, наверно сбежал, не выдержав жестокого обращения. На столе лежал сложенный лист А4, я развернул его, оказалось письмо от Роя. В тот момент у меня совсем не было желания читать послание от него, были дела поважнее. Начать я решил со сбора вещей, не известно, куда меня судьба закинет дальше. Моя комната была заперта, что спасло ее от уничтожения яростным котом. На всякий случай я всегда имел в гардеробе одежду для любой жизненной ситуации и рядом с паркой, купленной за пять фунтов на распродаже, висел костюм сшитый на заказ за три тысячи фунтов. Все вещи я уместил в две спортивные сумки. Когда я взглянул в зеркало, я не узнал себя, за неделю на лице выросла приличных размеров уже борода, да еще теперь и эта рана на щеке. Решив пока не трогать щетину, я взял с полки бритву и отправил в ее сумку. Следующим этапом я достал из тайника оставшиеся пятнадцать тысяч фунтов, что-то подсказывало мне, что скоро их стоимость будет меньше цены бумаги, на которой они напечатаны, но пока их принимают надо тратить. Закончив сборы, я заварил себе чай, попутно обнаружив в раковине подарок от своего питомца. Характер у него всегда был сволочной, но это перебор даже для него, вот если увижу его еще, лично пристрелю.

       Патруль заехал за мной около шести вечера. Я забросил вещи в багажник Лендровера, сел на заднее сидение и меня повезли назад на базу.

       27 марта. Инвернесс. Подполковник МакАлистер.

       Посыльный прибыл в отель в шесть утра, позвонил от администратора в номер подполковника и проинформировал, что через час он со своими людьми должен будет явиться на совещание в штаб. В армии всегда так, вчера тебе объявили выходной, а сегодня ни свет, ни заря приказывают явиться. Но приказ есть приказ. Сказали в семь, будем в семь. МакАлистер первым делом поднял своих людей, умылся, собрался и спустился вниз. На завтрак времени у них уже не оставалось, и они отправились к зданию вокзала на совещание. Зачем ему сказали явиться с людьми, было не ясно, так как Вика и Маргарет не пустили в зал и они, как бедные родственники, сидели у дверей, ожидая командира.

       Совещание вел Кеннет, в зале присутствовали десяток военных, из которых подполковник знал только вчерашнего начальника новоиспеченной разведки. Первый час ушел на обсуждение текущих дел и рапорты офицеров. На втором часу совещания, МакАлистеру сообщили, что сегодня вечером в Инвернесс прибудут двое его людей и о том, что он временно назначается командиром гарнизона в Форт-Уильям, на самый южный аванпост. Задачи ставили масштабные, помимо организации несения службы, он должен был обеспечить соблюдение сроков строительства укреплений в Форте-Уильям и десятимильном участка на север от города вдоль реки. Помимо этого надо было заниматься разведкой и организовывать рейдовые группы на юг. И это были только основные задачи, помимо них еще двадцать минут рассказывали про всякую мелочь, которую предстояло либо контролировать, либо делать. Кеннет приказал сегодня вылететь в Абердин и организовать переброску того, что осталось от 22-го полка SAS и сводного батальона из личного состава 51-й и 4-й бригад в Форт Уильям. Получалось, что с учетом гарнизона, который уже находится в городе, под командование подполковника переходило более тысячи бойцов, что в нынешних условиях - большая сила. В конце совещания Кеннет еще попросил МакАлистера до завтрашнего утра подобрать две-три кандидатуры для сопровождения и обеспечения безопасности Александра Суора. На этом совещание было закончено. Забрав, скучающих Вика и Маргарет из коридора, подполковник направился в гостиницу.

       - У меня к вам вопрос, - подполковник начал подводить разговор к нужной ему теме.

       - Спрашивай, командир? - Вик был в хорошем настроении и не ворчал как обычно.

       - У меня новое назначение, а у вас новое задание, вы конечно можете отказаться, но тогда вы усложните жизнь в первую очередь мне.

       - Что за задание? - Маргарет напряглась, подполковник мог просто приказать, и они не могли бы возразить, а тут просьба, а не приказ.

       - Я завтра утром должен сообщить командующему кандидатуры бойцов, которые будут сопровождать и охранять мистера Суора, и как я понимаю, старшим в операции будет он. Из таких бойцов я знаю только вас двоих. Так, что думайте до вечера.

       - Подполковник, почему именно мы, у нас полно отличных ребят, кто справится не хуже? - Вику идея не очень нравилась, но отказаться сразу он не рискнул.

       - Потому что вы худо-бедно с ним сработались, и знаете, что от него ждать, а новые люди могут сломя голову броситься выполнять его приказ и эти самые головы и положат. И не переживайте, он вашей компании будет рад не больше, чем вы его, так как беспрекословного выполнения его прихотей он не дождется.

       - Подполковник, в случае если мы откажемся, то ...? - не закончила вопрос Маргарет, так как не представляла как его лучше закончить, но МакАлистер и так понимал, что ее интересует.

       - Маргарет, если вы откажитесь, то на днях отправитесь со мной в Форт-Уильям, нести гарнизонную службу и будете первые месяцы умирать от скуки. Да, чуть не забыл, Док и Музыкант приедут вечером из Эдинбурга выспавшиеся и отдохнувшие.

       - Отлично, как обычно мы делали грязную работу, а они прохлаждались, - все таки не выдержав, заворчал Вик.

       - Так, теперь приказ! До вечера все свободны, по моему возвращению из Абердина, жду от вас ответа.

       26 марта. Остров Гернси. Кайл Лоуренс.

       Работы по возведению обороны острова шли полным ходом. Военные объекты времен Второй мировой войны на острове, которые десятилетиями были достопримечательностью для туристов, получили вторую жизнь, в фортах и наблюдательных бетонных башнях вдоль всего побережья разместились люди Лоуренса. Немецкий подземный госпиталь превратили в склад боеприпасов и оружия. Небольшая его часть была отведена под полигон для обучения ополчения из местных жителей навыкам ведения боя в ограниченном пространстве. На телевизионной станции разместили радиоузел. Люди Лоуренса работали круглые сутки, в результате остров был практически полностью очищен от мертвецов.

       Вчера в первый раз была предпринята вылазка в порт Сен-Мало во Франции, благодаря которой флот острова пополнился десятком рыболовецких траулеров и катеров, а два контейнеровоза сейчас стояли на рейде порту, какой в них груз еще предстояло выяснить, но сейчас нужно было все, даже пустые контейнеры шли в дело.

       Следующей целью Кайл ставил захват острова Джерси, находящегося в двенадцати милях южнее. Он был больше и ближе к побережью Франции, главному объекту для мародерства. Лоуренс руководствовался следующей логикой - север Франция менее населен, чем юг Англии, а значит меньше риска при проведении операций.

       Кайл особенно гордился внедрением своего ноу-хау по организации защиты населения. Он приказал делать изолированные кварталы, закрывая проходы между домами и создавая общую территорию, которую посменно охраняли местные жители. В случае инцидента на такой закрытой территории мертвецы были ограничены несколькими домами и пространством между ними, что препятствовало распространению заразы. Были составлены реестры необходимых профессий, в порту заработала биржа, на которой могли получить работу местные жители. Города и поселки обрастали заборами, частоколами и рвами. Первое время планировалось продержаться за счет рейдов, а дальше надо обеспечивать себя самостоятельно и первыми задачами стояло обеспечение продуктами и пресной водой. Для налаживания торговли и обмена первыми партнерами должны были стать община на Канви-Айленд и чуть позже Северная Ирландия, после того, как IRA возьмет под свой контроль всю территорию региона. Туда Кайл планировал поехать лично.

       С Канви-Айлендом уже были первые договоренности, у них был огромный дефицит оружия, а Кайлу нужен был доступ к их порту. Можно конечно просто отбить его, но тогда бы пришлось постоянно держать там гарнизон, а распылять немногочисленные силы не хотелось.

       На первых переговорах Канви-Айленд представлял местный коп Брюс Уолкер, возможно он был и неплохим лидером, но торговаться абсолютно не умел, в итоге Кайл заключил более чем выгодный договор, по которому он получал беспрепятственный доступ к порту и за каждое загруженное судно он оплачивал пятью автоматами АК-47, произведенными в Пакистане, с боекомплектом к каждому. Кайлу они только мешали, занимая место на складе, он даже не знал можно ли из них вообще стрелять, но раз клиента устраивает предлагаемый товар, грех не продать. В свое время Абулфази практически насильно всучил ему двадцать ящиков по бросовой цене, называя это бонусом за покупку трех десятков немецких пулеметов MG-3[37].

       Перспектива выжить в новом мире и при этом сытым и в безопасности была отличным стимулом для жителей острова. Население под четким контролем Лоуренса самостоятельно занималось строительством, расчисткой полей под посевы и охраной своих сообществ. Кайл строил внутреннюю политику таким образом, чтобы население было заинтересовано в нем, а не он в населении. Были, конечно, и не согласные с новым укладом, но пока обходилось без стрельбы.

       27 марта. Инвернесс. Александр МакФарлан.

       Патрульные высадили меня у гостиницы. Я забрал свои вещи из багажника и направился в отель. В дверях меня перехватила Маргарет и сказала, что подполковник хочет со мной переговорить и предлагает в семь часов поужинать там же, где и вчера. Я поблагодарил ее и поднялся в номер. "Теперь хоть не ограничен в выборе наряда", - сказал я сам себе в слух и переоделся в джинсы с водолазкой, а сверху накинул клубный твидовый пиджак. На ужин из оружия взял только пистолет, а то мой сугубо гражданский вид с винтовкой через плечо мог быть неверно истолкован патрульными. В ресторан я пришел раньше всех, чтобы как-то скрасить ожидание заказал себе стакан воды с лимоном и взял у барной стойки ежедневную газету, но уже так сказать "нового формата". Сразу бросилось в глаза, что стали экономить: шрифт мельче, бумага самая дешевая из дешевых. Первые две страницы были посвящены, объявлениям, правилам и предостережениям от местной администрации. Дальше шло несколько заметок об успехах в защите мирного населения, интервью с сержантом, спасшим двух детей от обратившихся родителей, а последние страницы содержали список требующихся профессий и перечень работ дня неквалифицированного персонала. Вот выпрут меня на вольные хлеба, устроюсь в порт грузчиком. МакАлистер в сопровождении Бенжамина, Адама, Вика и Маргарет подошел к столу. Я поздоровался со всеми. И сразу же пересел со всеми за большой стол, стоявшей вдоль стены ресторана. Я не ожидал такой расширенной компании, а то бы сразу выбрал стол побольше. Мы сделали заказ, и когда официант ушел, начался неспешный разговор, который никак не хотел клеиться, МакАлистер сидел какой-то напряженный, погруженный в свои мысли, Вик вообще был не в своей тарелке. Только Адам пытался как-то разрядить обстановку.

       - Я смотрю, не уберегли тебя наши вояки? - сказал Адам, показывая на свежую рану на моей щеке.

       - Так они делали все, что было в их силах, чтобы меня угробить, боссы сказали меня беречь, а они на войну затащили, - надо было, как-то это болото расшевелить, а то, как на похоронах сидим.

       - Я вот хотел тебя пристрелить тогда у кладбища, но пожалел, в последнюю минуту передумал, - Вика видно зацепили слова, его глаза заблестели, прям как перед боем.

       - Да хватит вам! - остановил словесную баталию МакАлистер. - Ребята уже знают, один ты, Алекс, у нас в неведении. Кеннет утром поручил подобрать для твоего задания сопровождающих.

       - То есть, конвой?

       - Нет, в этот раз именно сопровождение.

       - И в чем проблема, выдели мне пару бойцов, у руководства не убудет.

       - Шустрый ты, бойцов ему выдели! Если бы я тебя за эти дни не изучил, то и проблемы бы не видел, дал бы двух спецов и в добрый путь. Только ты же и их и себя угробишь, если тебе волю дать.

       - Пока все попытки свести меня в могилу исходили от ваших людей, подполковник. Если бы не мой талант находить общий язык с людьми, нас бы еще на складе всех положили.

       - Давай, не начинай только, я завтра предложу кандидатуры Вика и Маргарет, они не охотно, но согласились составить тебе компанию, они тебя уже знают, и худо-бедно с тобой сработались. Теперь все упирается в тебя, если завтра ты возразишь, мне придется срочно искать замену, а от этого не мне, а уж тем более тебе лучше не будет. Что скажешь?

       - Ну, что я могу сказать, у нас с Виком разный взгляд на жизнь, а Маргарет вообще при первой возможности готова открутить мне яйца, ну раз ты не можешь найти им более полезного применения, пускай едут со мной.

       - За яйца не боишься? - съязвила Маргарет.

       - Боюсь немного.

       Официант принес наш заказ, пиво сегодня брал только я, остальные отказались и каждый назвал свою причину, почему не может сегодня выпить. Ну и ладно, мне больше достанется, посмотрю я на них через месяц, когда запасы баночного и бутылочного пива в мире закончатся. Вечер прошел без эксцессов, вышли мы перед закрытием по настоятельной просьбе официанта. По дороге домой нас, как полагается, остановил патруль за нарушение комендантского часа. Патруль был полицейский, и, само собой особо въедливый, но изучив наши пропуска и запросив кого-то по рации, нас отпустили с миром.

       Вернувшись в отель, я вспомнил про письмо от Роя. Сев за стол, я достал и развернул сложенный лист и начал читать.

       "Алекс, привет. Я хотел тебя поблагодарить за то, что ты приехал тогда за мной. Твою машину и все твои вещи отдали мне, хотя и не понимаю почему. За машиной я присмотрю, можешь не переживать. В полиции мне не сказали, куда тебя увезли, и что произошло, но если ты вернешься, ищи меня в Холкерке на ферме Уестфилд. P.S. Кота я забрал. Рой.".

       27 марта. Ферма Уестфилд около Холкерка. Рой Дервил.

       Четвертый день на ферме, а Рой успел и сам известись и уже начал выводить из душевного равновесия своего брата Ангуса. Рой, вроде бы, и не плохой механик, а найти себе дело он не мог. Все, что он делал на ферме, приходилось переделывать, а это страшно бесило Ангуса. Да и сам Рой был не очень рад тому, чем ему приходилось заниматься: кормить свиней, чистить хлев. Он осознавал, что надо приносить хоть какую-то пользу. А что он умел? Умел чинить технику, а в Холкерке был гараж, где возможно требуются работники. С этими мыслями с утра пораньше он выехал в город. Холкерк формально считался городом, хотя по факту был поселком, и гараж в нем был один, который, как назло, был закрыт. Военных в этой глуши не было, они, конечно, проезжали раз в день, но постоянно здесь никто не базировался, даже констебль в случае чего, приезжал из соседнего города Терсо.

       На обратном пути Рой заехал в местный супермаркет, деньги пока были. Когда он ходил между рядами наполняя тележку продуктами, из отдела, где продавали свежее мясо послышался сначала женский крик, а потом грохот падающих на пол металлических банок. Продавец, молодой парень, вышел из-за стойки кассы и быстрым шагом направился в сторону мясного отдела. Рой испытывая любопытство, оставил тележку и осторожно прошел до конца стеллажей к холодильникам. Седой мужчина в фирменной кепке магазина и фартуке мясника, странным образом изогнувшись лежал на прилавке с продукцией и пытался дотянуться до клиентки, которая стояла напротив него и истошно орала, уставившись в застрявшего мужчину, тянущего к ней руки. Подбежавший продавец оказался слишком близко к прилавку, мясник дернулся, сполз вперед, схватив рукав парня обеими руками, и стал тянуть на себя. Эта борьба продолжалась всего несколько секунд, после чего застрявший мужчина высвободился и завалился на продавца, который в свою очередь упал на кричащую тетку. Рой с изумлением и испугом смотрел на разворачивающуюся перед ним картину: со своего места он видел, как мясник вцепился зубами в руку парня и как дикое животное резкими рывками головы из стороны в сторону пытался оторвать кусок плоти от своей, бьющейся в истерике и взывающей к помощи, жертвы. Тетка выбралась из-под завалившихся на нее сотрудников магазина и, спотыкаясь, побежала к выходу, при этом продолжая кричать. Рой сделал пару шагов на встречу к барахтающимся на полу людям и, когда расстояние до них было всего пару метров, мясник отпустил продавца, повернул голову в сторону Роя и стал подниматься. Взгляд мясника пробирал до костей, страшно было не только сделать малейшее движение, а даже лишний раз вздохнуть. Из ступора Роя вывел продавец, который пытаясь подняться с полу, опрокинув на себя стенд с товарами. Рой начал пятиться назад, не отводя глаз от приближающегося к нему мясника, и как только справа показался проход между рядами, где стояла его тележка, он бросился со всех ног к выходу, опрокидывая стеклянные банки с какими-то соусами, которые со звоном разбивались о кафельный пол. Мясник неторопливо проследовал за ним, но поскользнувшись на образовавшейся на его пути разноцветной жиже и налетев на стоящую тележку, свалился, окончательно обрушив на себя ряды стоящих с обеих сторон разных банок. Оказавшись на улице, Рой рефлекторно стал набирать номер службы спасения на телефоне, при этом совсем забыв, что мобильная связь отключилась еще три дня назад. Осознав тщетность своих попыток, он убрал телефон и побежал вверх по улице, в поисках телефонной будки. Увидев дверь цветочного магазина, Рой забежал внутрь, и сбивчивым голосом спросил у немолодой продавщицы, есть ли у нее телефон. Она, испугано вытаращив на него глаза, кивнула. Рой, развернувшись лицом к стеклянной двери и придерживая на всякий случай ее руками сказал: "Позвоните в службу спасения или еще куда-нибудь! В супермаркете дальше по улице, похоже, "инфицированные".

       Военные приехали через пятнадцать минут, магазин был оцеплен, потом прогремели выстрелы, и люди в костюмах химзащиты вынесли два тела в пластиковых черных мешках и положили их в кузов грузовика. Закончив разбираться на месте происшествия и разогнав собравшуюся толпу зевак, старший из группы военных стал искать очевидцев и звонивших в службу людей.

       Дальше последовал, уже ставший привычным допрос на пару часов, после этого Роя осмотрел врач, на предмет травм и следов укусов. Личность кричащей женщины установили быстро, просмотрев записи с камер в магазине. Показав кадры с нею Рою и получив от него подтверждение, его отпустили, записав адрес, где его искать на случай, если у следователя, которому передадут дело, возникнут вопросы.

       28 марта. Инвернесс. Александр МакФарлан.

       Утром меня разбудил звонок администратора, за мной пришел аж целый лейтенант, который ждал внизу, чтобы сопроводить на совещание. Пришлось быстро умываться и выходить. Вот не понимаю я этих военных, как можно назначать важные совещания на самое утро, тем более с участием гражданских.

       На совещании помимо меня присутствовали подполковник МакАлистер, вездесущий главный разведчик, имя которого я так и не смог запомнить, и двое гражданских, их я видел в первый раз. Кеннет опоздал на пятнадцать минут. Само совещание заняло меньше часа. Вице-адмирал одобрил кандидатуры моего сопровождения, начальник разведки передал досье на Кайла Лоуренса, а гражданские, оказавшиеся бывшими работниками дипломатического корпуса, рассказали в общих чертах о моей легенде и потом передали файл с подробными инструкциями. Мы оговорили каналы связи и маршруты на случай экстренной эвакуации. На этом все разошлись, а мне было приказано явиться в отдел внешних операций для получения снаряжения. Знать бы еще, что это за отдел и где он находится. Проблема решилась, когда я выходил из переговорной комнаты, ко мне подошел сержант и попросил следовать за ним. Мы спустились в подвальное помещение с тусклым освещением, в конце которого красовалась недавно построенная кирпичная стена с металлической дверью, за которой и скрывался тот самый отдел, куда мне надо было явиться. На деле это была обычная оружейная комната, точнее не совсем обычная, ассортимент представленного здесь оружия сильно отличался от стандартного армейского набора. Сопровождавший передал меня в руки толстого, усатого сержанта и удалился. Сержант протянул мне огромную ладонь и поприветствовал меня.

       - Доброе утро, мистер Суор, меня зовут Ларри, - вот так просто без звания фамилии, просто Ларри, очень необычно для служивого человека.

       - Доброе утро, Ларри, зовите меня Алекс, - решил я не изображать из себя большого босса, раз наше общение начало строиться в неформальной форме.

       - Как скажите, Алекс, - мое имя он произнес, растягивая гласные.

       - Ларри, судя по обстановке вы мне должны здесь выдать какое-то оружие и снаряжение?

       - Должен и не только на вас, у меня заявка на трех человек, так что, возьмите тележку в углу, на себе все не утащите, - Ларри ухмыльнулся, а после добавил, - Тележку чтобы мне вернули, понятно?

       - Хорошо, верну.

       - Алекс, какие предпочтения в оружии?

       - Я без понятия!

       - Хорошо, для какой задачи оно вам?

       - Эммм. Проведение переговоров, - мой ответ на мгновение заставил усатого сержанта задуматься.

       - Переговоры, говорите, тогда давайте начнем с чего-то поменьше.

       На стол передо мной он положил четыре пистолета: Кольт NNA Гардиан[38], Беретта Нано[39], Зиг Зауер Р290[40], и Глок 36[41], Глок оказался самым габаритным из них, хотя ложился в руку лучше всех. Беретта оказалось совсем неудобной. Оставшиеся два пистолета были примерно одинаковыми, Зиг Зауер показался полегче, его и отложил. Ларри, пропав в задней комнате на пару минут, вернулся с кобурой для скрытого ношения на поясе и пять коробок по двадцать патронов калибра 9мм.

       - Так, а вашим напарникам что возьмете?

       - Хороший вопрос, они могут сами подойти и выбрать?

       - Могут, конечно.

       - Тогда я их к вам отправлю.

       - Отправляйте, только учтите, что в час у меня обед, либо пусть приходят до него или уже после двух.

       - Спасибо, я учту.

       - Теперь давайте посмотрим пистолет по крупнее и основное оружие подберем.

       На подбор оружия и снаряжения я потратил больше часа. Теперь в моем распоряжении в дополнении к маленькому Зиг Зауеру, были: Кольт М1911 под .45 калибр, бельгийский FN SCAR L[42], с восьмью дополнительными магазинами, разгрузочной системой плейт керриер от 5.11[43] с комплектом керамических плит. От шлема, штурмовых перчаток, наколенников и налокотников я попытался отказаться, но встретил сопротивление в незыблемом слове "положено". Вот тактические штаны карго и городские ботинки с невысоким 6-ти дюймовым берцем я взял безропотно. Дальше меня осчастливили рацией, гарнитурой, спутниковым телефоном Иридиум и еще десятком полезных мелочей, включая монокуляр ночного видения. И под конец Ларри не поскупился на патроны, выделив два ящика пятерки и две сотни 45-го. Минут сорок заняло оформление, с переписыванием номеров в ведомость, в которой я должен был расписаться.

       Вика и Маргарет я поймал в холле гостиницы, когда пытался затащить обновки к себе, вызвав у них неподдельный интерес. Доставив нажитое непосильным трудом в пункт временной дислокации, коим был мой номер, я на правах старшего в операции отправил Вика и Маргарет за обновками, а сам приступил к подгонке подвесной под себя. В какой-то момент, возник вопрос, что делать с армейским барахлом, которое мне выдали перед поездкой в Лондон, сдавать я его не хотел, сейчас такие времена, что все пригодится. Спустившись вниз, я нашел администратора и спросил, что будет с номером в случае моего длительного отсутствия и могу ли я оставить свои вещи там, на что он меня успокоил, сказав, что номер закреплен за мной без ограничений срока. Вернувшись в номер и закончив разбирать обновки, я сел за изучение выданных мне документов и начал с подготовленной для меня легенды.

       Если коротко, выходило, что я встретил старых знакомых, которые имеют доступ к армейским складам. Теперь я фактически являюсь их представителем и торговцем оружия. Про остров Гернси узнал случайно из слухов в около армейских кругах, и решил проверить, что происходит на самом деле. Я зафрахтовал судно, расплатившись оружием, на котором и приплыву. Моя задача установить постоянные торговые отношения и по возможности представительство. Не знаю, кто это придумал, но с первого взгляда выглядит как идиотизм. Из предложенного можно использовать только наем судна. А про происхождение товара, ни один торговец не скажет правду, да и для клиента не прилично этим интересоваться, так что буду действовать по обстановке.

       Досье на Кайла Лоуренса оказалось очень детальным, период его службы в армии расписан разве, что не по часам. Пробежав по бесчисленным цифрам и датам, я отложил в сторону папку с файлами. "Займусь этим занятным чтивом в другой раз", - сегодня еще предстояло добраться до порта и переговорить с экипажем судна, который нас повезет до острова. Я, конечно, предпочел бы самолет, но моего мнения не спрашивали при выборе транспорта.

       Прогулявшись до порта, я без проблем нашел "Морского конька" - 65 метровый траулер. Капитаном оказался высокий толстый француз, Бенуа, который рассказал про маршрут, и сообщил мне, чтобы завтра в шесть утра все были на борту.

       По дороге домой навстречу мне попался Вик, довольный как слон, свои новые игрушки он уже отнес в номер, а сейчас решил сходить на пробежку перед сном. Я ему сказал, чтобы он сильно не увлекался, потому что завтра в шесть утра мы должны быть в порту. Вик кивнул и направился в сторону парка.

       Утром в назначенное время мы стаяли у трапа траулера, с кучей баулов. Хорошо, что не пришлось тащить все на себе, Кеннет прислал за нами машину.

       На судне сложив вещи в каюты, я собрал всех в кают-компании. Плыть нам долго, до Гернси семьсот морских миль. По словам капитана, наша средняя скорость пятнадцать узлов и идти нам до места назначения двое суток.