Бирюков прилетел первым. Его группа находилась поблизости, расследуя одно из трех загадочных исчезновений хавийя, возвращавшихся домой из Цитадели, сразу после злополучного похищения детей. Так что прибыли буквально через час после звонка Забелина.

— Рассказывай! — потребовал Владимир, едва они остались наедине.

— Бункер я нашел, правда, случайно. Сейчас сброшу координаты. Я как раз невдалеке проезжал, когда в него Микаэль провалился, и на меня прямо сибирским холодом пахнуло.

— Это хорошо, что холодом пахнуло. Очень хорошо. А Микаэль — это тот хавик, что с вами в Абгаль уехал?

— Он не хавийя, он йоруба. Кениец короче, но провалился он из Хабаровска.

— Из твоего Мира?

— Нет. Его Мир совсем странный. У них там Маньчжурия, Монголия и Восточный Туркестан после войны вошли в состав Советского Союза. А Пекин там — приграничный китайский городок!

— Странно. Ладно, пока оставим. На досуге обмозгую. Что-нибудь еще?

— Да. Я нашел Жирха, ну то есть не его самого, но его следы. Где-то через неделю после нападения на нашу колонну один бродячий купец из ло-донов продал полуживого медвежонка в Абгале за тысячу койнов раханскому офицеру по особым поручениям.

— А зачем этому рахану понадобился медвежонок? Да еще за такие деньги?

— Как я понял, это была ловушка на меня. А вот зачем я им так сильно нужен, понятия не имею, но уже послезавтра имею все шансы узнать из первых рук. Мы договорились с этим офицером, что встретимся здесь, в нашем посольстве.

— Офицер по особым поручениям раханов… — Бирюков задумался. — А как выглядит этот хавик, знаешь?

— Только по описанию. Но, судя по всему, это именно тот человек, про которого рассказывал Слободан. Шрам в пол-лица и тонкие жидкие усики.

— Наслышан. Это Барат Ялали. Осторожней с ним. По моим сведениям, это очень опасный тип. Он обычно всегда получает то, что хочет. Если не может купить или украсть, будет пытаться отжать силой. Но здесь, в посольстве, у него руки коротки. Это хорошо. Будешь говорить, постарайся прояснить судьбу геологов и сразу после переговоров найди способ меня известить об их результатах. И надо как-то выкупить твоего медвежонка, если нужны деньги на это, не мелочись. Я все возмещу.

— Даже если он покалечен? Зачем?

— Даже если он парализован и ест только через капельницу! Детали сейчас не важны, но возможно, с его помощью мы сможем вернуться в твой мир.

— Для этого его придется принести в жертву?

— А ты зря времени не терял! — Бирюков улыбнулся. — Успокойся, чтобы заякорить Врата, действительно необходима жертва, но ты уже принес в жертву его мать. Так что к твоему Миру привязка у Врат есть, а чтобы поставить якорь здесь, лучше использовать кого-нибудь из местных отморозков, которых не жалко. Да и то лишь в том случае, если есть желание создать постоянно действующий портал между мирами. Я рассчитывал использовать медвежонка в качестве дополнительного маячка. Его с большой вероятностью вернет именно в тот Мир, откуда вы пришли, а не в Мир Микаэля например. Ну и нас вместе с ним. А твой Мир мне нравится, он как ни один другой похож на тот Мир, из которого я изначально провалился.

— Вы хотите вернуться домой? — искренне удивился Иван. — Разве здесь плохо?

— Нет, пока не хочу. Но может так случиться, что мне придется спешно покидать этот уютный Мирок. Вот я и хочу иметь запасной вариант. Обещаю, куда бы нас ни занесло, мы позаботимся о твоем питомце и обеспечим ему самое достойное содержание из всех возможных.

— Но зачем обязательно Жирх? Я ведь подойду ничуть не хуже?

— Лучше. Намного лучше. Но зачем тебе бежать вместе с нами? Ты здесь, как я понимаю, гораздо более востребован, чем дома. А вот если действительно устанешь от местного колорита, ну или жизнь заставит, ты не забывай про свой бункер. Не знаю, как долго он сохранит свою связь с тобой, но думаю, что не менее года точно. Тебе достаточно войти в бункер, плотно прикрыть за собой дверь и страстно пожелать оказаться дома.

— А жертва?

— Жертва облегчит процесс. Но как показывает опыт, можно обойтись и без нее, по крайней мере, в течение нескольких недель после активации портала. Кстати, кто тебе про Врата рассказал?

— Одна романка в Абгале. Хавийя так сюда попадают. В их Мире Тьма захватила огромные территории, и специальные отряды патрулируют у ее границ, собирая уцелевших. Как только наберут около полутора сотен, так и переправляют их сюда, принося приведенных из этого мира рабов в жертву. А тех, кто прошел вратами, потом заставляют отрабатывать переход. На вырученные деньги покупают оружие, боеприпасы, вещи и продукты, которые отправляют назад, в свой Мир.

— А выход этих врат в Шабеле?

— Да. Оттуда всех прибывших отправляют по родственным кланам.

— А твой информатор, она откуда об этом узнала?

— У нее там все сложно с происхождением, так что она отчасти абгаль. Она сама этим путем прошла.

— Спасибо. Порадовал. Очень ценная информация для размышления.

— Это еще не все. В Кибуце я познакомился с одним интересным товарищем, вашим тезкой. Он там то ли экономист, то ли менеджер.

— Владимир Гезира? Да, знаю такого.

— Так вот, он задал мне одну загадку.

— Про то, откуда хавики энергию воруют? Слышал, — отмахнулся Бирюков. — Мы все проверили, даже ближайшие руины. Нет у них неучтенных реакторов, только те, которые в Сууке и Хавадле обеспечивают работу местной инфраструктуры. Видимо просто их потребности в энергии существенно ниже наших.

— Тогда откуда раханвейн берут энергию для заправки батарей?

— Покупают, в том числе и у нас в Форте Баринова.

— Большие объемы?

— Приличные. Ты к чему клонишь?

— В Абгале раханвейн — основные поставщики заряженных батарей. Везут баржами. Причем я сам покупал комплект на мотоцикл, обошлось едва ли дороже, чем в Цитадели.

— Уверен?

— Да. У забора их военной базы их целые штабеля уложены.

— Военной базы?

— Ага. Самой натуральной. С недрёмаными часовыми, с белеными бордюрчиками и разлинеенным плацом. Раханвейн не совсем хавийя, и они из другого, индустриального мира.

— Они тоже через Врата пришли?

— Не знаю, но обязательно постараюсь узнать.

— Постарайся. Это действительно важно. Вообще все, что связано с раханвейн, архиважное, раз они нашли способ заряжать батареи, минуя официальные источники Цитадели. Постарайся наладить контакт с этим офицером, может, через него что-то удастся прояснить. У тебя все? Или есть еще пара козырей в рукаве?

— Нет. Остальное мелочи.

— Хорошо, тогда с этим закончим. Теперь о приятном. Я приглашаю тебя на день рождение дочери. Я слышал, что ты наконец обзавелся дамой сердца, обязательно возьми ее с собой! Все остальные тоже будут с женами и мужьями. Сбор завтра в нашем доме в Новороссийске к часу дня. Шутихин, Мальцев и Пикетт тоже приглашены. Коптер я за вами пришлю. А послезавтра рано утром я вас назад в Суук закину, чтобы ты на встречу со своим раханским офицером не опоздал. Договорились? Или можешь сейчас со мной лететь. Мы только в пару мест по работе заскочим и уже к вечеру дома будем, успеешь сегодня в море поплавать. Ты же помнишь, у нас прямо к дому примыкает шикарный пляж!

Еще б не помнить! Они тогда с Мальцевым ненадолго прилетали по делам в столицу русского анклава, и Владимир пригласил их к себе пообедать, ну и, как водится, дела обсудить. Пригласить-то пригласил, а сам вынужден был «минут на пятнадцать» отъехать. Пятнадцать минут растянулись на добрых два часа, вот и решили время зря не терять — в море искупаться. Учитывая уединенность пляжа и отсутствие плавок, решили, что называется «понудить», а тут, в самый разгар веселья, на пляж неожиданно пришла Анастасия с дочкой. Они только что из Цитадели прилетели и тоже возжелали освежиться. Хорошо хоть в этот момент они с Федором в воде плескались. Пришлось, краснея до кончиков ушей, просить Настю принести полотенца. А потом выслушивать от Светика удивленное: «А почему вы в мокрых юбках ходите?» Потом, когда запоздалый званый обед все же состоялся, ему кусок в горло не лез, а Федьке хоть бы хны! Зараза, хоть бы предупредил, что Анастасия — это жена Бирюкова и что она может приехать в любой момент!

— Спасибо, заманчиво, но у меня тоже пара незавершенных дел, так что я лучше завтра вместе со всеми.

Бирюков по своей привычке тут же умчался, ни с кем не прощаясь, только с Палычем на ходу перебросился парой фраз. Занятой у него шеф! Убежал, а ты теперь ломай голову, что ребенку подарить? Прошлый раз, когда они встречались со Светланой и ее очаровательной мамой, девочке очень понравился его резной нож из когтя раптора, но вряд ли это достойный подарок для трехлетней леди. Девочкам положено в куклы играть. Хотя кто мешает совместить? Иван набрал номер доктора Розы.

— А, объявился! Слышала, что ты в посольстве. Давай бегом на перевязку!

— Уже все и так зажило! Я по другому поводу. Мне нужен хороший хавийский резчик по когтю раптора.

— Хочешь еще один нож?

— Нет, мне подарок нужен, девочке трех лет, я хочу ей куклу подарить. Такую, как те, которыми в Сабти девчонки играют. Только голову кукле я хочу заказать резную, из когтя раптора.

— Интересная идея. Я поспрашиваю, кто возьмется.

— Только это… Кукла уже завтра утром должна быть у меня. Заплачу, сколько скажут, но нужно срочно!

— Эх, молодежь! Куда вы все спешите? У вас еще вся жизнь впереди, а вы так несетесь, будто уже завтра за вами Хуур прилетит. Ладно, попробую помочь твоему горю, Иван-царевич.

Не успел Забелин положить трубку, как приехал Юджин.

— Привет, Иван. Ты на день рождения Светланы приглашен? — Пикетт с ходу перешел к делу. — Отлично, и будет еще лучше, если ты задержишься в Новороссийске хотя бы на недельку. С Жеромом я все решу. В Абгале тебе пока лучше не появляться. Что-то мутное с этим заказом на тебя.

— Кияно не хочет сознаваться?

— Нет, с этим трусом никаких проблем не возникло. Проблема в другом: Кияно клянется, что тоже лишь посредник, и я склонен ему верить. Тем более Мадаха уверен, что у братца просто не могло быть денег для оплаты услуг Аслана. Он у него практически на полном иждивении.

— Тогда кто заказчик?

— А вот это вопрос. К Кияно обратился некий европеец, представившийся Брендом, который неплохо заплатил ему за посредничество и при этом скинул твою голографию. Последнее крайне интересно, так как указывает на его доступ к архивам Цитадели.

— Я так понимаю, таких людей не очень много?

— Правильно понимаешь. Я передал Кавайке его описание: невысокий, худощавый, рыжие волосы, зеленые глаза, аристократический профиль и застарелый шрам через глаз, — при этом Юджин неотрывно смотрел за реакцией Забелина, но тот только пожал плечами. — В общем, они со Степаном уверенно опознали в нем некого профессора Вайрида — генетика из Цитадели. Тебе это имя о чем-нибудь говорит?

— Нет. Я никогда не встречал никого, кто подходил бы под описание и имя мне тоже не знакомо.

— Тем не менее, похоже, ты ему очень сильно насолил, потому что одним Кияно профессор не ограничился. Сахину удалось найти еще троих получивших от Бренда деньги на организацию твоей ликвидации. Прошу заметить, речь идет о четырехзначных суммах. Мы убедили их отозвать заказы. Точнее, реальных исполнителей было только два: известный тебе Аслан и романский беспредельщик Чип. Последний взял деньги сразу у двух заказчиков, но зная об Аслане, не спешил напрягаться. Еще один заказчик, на твою удачу, просто присвоил деньги профессора. Но и это еще не все! Позавчера вечером какой-то черный парень в рабском ошейнике заявился прямо в апартаменты в «Речном береге». Хотел лично с тобой встретиться, а когда его не пустили, выхватил пистолет и открыл огонь. Правда, стрелок никудышный, из двадцати двух выстрелов всего одно попадание, и то — в ногу Яру. Хотя и из Яра стрелок тоже никакой. Все как раз ужинали, пока на пальбу выскочили, киллера и след простыл.

— Так значит, это из-за этого криворукого неудачника вы предлагаете мне в Новороссийске отсиживаться? — искренне удивился Забелин.

— Нет, конечно. Его уже ищут и, думаю, сегодня — завтра обязательно найдут, причем пусть молится, чтобы это были не родственники Яра. Проблема в другом. Каджис говорит, что ходит слух о пяти нанятых киллерах.

— Скорей всего, преувеличивают.

— Может быть и так, но пока все не проверим, тебе лучше отсидеться подальше от земель хавийя. Так что настраивайся на отпуск.

— Увы, не получится. Послезавтра мне надо быть здесь. У меня назначена встреча с одним крайне интересным представителем раханвейн.

— Здесь, это в посольстве? Или…

— В посольстве. Ребята они резкие, так что я решил подстраховаться.

— Хорошо. Я могу присутствовать при разговоре?

— Не уверен. Мне показалось, что у него интерес персонально ко мне, так что не знаю.

— Ладно, я в любом случае буду поблизости.