К назначенному времени зал «Азалия» был полон женщин, жительниц «Примроуза», и мужчин, которым стало любопытно, что происходит. Джун и Айрис заняли столик в дальнем конце. Флоренс и Мэри Диксон стояли у дверей с Эдвином. Рут вывела Хелену в патио. Брок расположился поближе к сэндвичам. Солнце сияло сквозь французские окна. Зои накрыла для гостей ланч с сэндвичами и газировкой. Сюзанна расхаживала возле подиума; ее удалось уговорить поучаствовать, хотя она сразу заявила, что план не сработает.

Дженни разложила свои украшения на большом столе, так что получился практически ювелирный бутик. Она пришла в восторг от предложения Нейта устроить импровизированное ювелирное шоу в «Примроузе», хотя ее обычная клиентура была лет на сорок моложе.

Эвелин вышла на подиум.

– Леди – и джентльмены, которых не приглашали, – я рада, что вы смогли присоединиться к нам этим утром. Как я написала в электронном письме, мы уговорили Дженни Блэр прийти к нам для уникального эксклюзивного мероприятия. Ни у кого в этой стране не было такой возможности, но мне удалось организовать для вас выставку-продажу дизайнерских ювелирных изделий. Добро пожаловать!

Флоренс горделиво улыбалась. Эвелин настояла на том, чтобы произнести вступительную речь, хотя Лайла говорила, что для ювелирного шоу вступительные речи не требуются. Однако Эвелин не собиралась отказываться от возможности покрасоваться.

Эвелин продолжала:

– Произведения Дженни вполне способны конкурировать с некоторыми из лучших моих украшений от «Картье» и «Ван Клиф». Мой последний муж, Ричард, отличался потрясающим вкусом и обожал баловать меня. Дженни не только предоставила нам выбор удивительных изделий, которые вы можете примерить и приобрести, но также согласилась устроить розыгрыш для всех, кто посетил это мероприятие. Победитель получит один из ее браслетов. Не забудьте подойти и снять мерки, потому что каждый браслет подгоняется под будущую обладательницу.

По толпе пробежал шепоток. Естественно, в этом и была причина суматохи: Лайла знала, что богачи обожают все бесплатное так же, как все остальные, если не больше. Она намеренно упомянула о розыгрыше в приглашении, чтобы собрать всех жильцов, если тех не убедит предложение бесплатного ланча (для большинства его оказалось достаточно).

Рут подняла вверх руку:

– Не припоминаю, чтобы я видела бронирование в нашей онлайн-системе. Как председатель совета, я каждый вечер ее проверяю. Если вы не бронировали зал, вам придется немедленно освободить его.

– О, я бронировала, – ответила Лайла. – Можете проверить. В два часа ночи сегодня.

– Вы нарушили сроки, – возразила Рут.

– Вообще-то нет. Правило номер семьдесят два пункт три гласит, что общие помещения следует бронировать не меньше чем за шесть часов, – сказала Лайла.

Рут опустила руку; вид у нее был недовольный.

Дженни сделала шаг вперед.

– Я счастлива побывать здесь и познакомиться с вами. Спасибо, что пришли, тем более что приглашение поступило в последний момент. Я знаю, как вы все заняты. На мои работы повлияло греческое…

– Я отменила визит к подологу, чтобы попасть сюда, – во всеуслышание заявила Айрис.

– А у меня была тренировка, но я ее перенес, – подхватил Брок. – Мой тренер – лучший в городе, но его номер у меня на быстром наборе, и он всегда находит для меня время.

– Мужчин вообще не звали, – вставила Джун.

– Но я сказала Эдвину прийти. Если его не приглашают на мероприятия, это задевает его чувства, – возразила Мэри Диксон.

– Совершенно верно. – Эдвин кивнул. – И мне могут понадобиться украшения для моей следующей жены.

– Давайте продолжим. У Дженни плотный график, а у меня через полчаса урок сальсы, – сказала Флоренс.

– Флоренс умеет ускорять события, – шепнула Эвелин на ухо Лайле.

– Как я уже говорила… – опять начала Дженни.

Лайла мысленно пожелала ей удачи – с учетом аудитории.

Дженни, однако, сумела провести короткую презентацию, после чего жители «Примроуза» столпились у стола в центре, осматривая ее коллекцию украшений. Лайла ждала сбоку от подиума с мерной лентой в руках – ей предстояло обмерять запястья якобы для подгонки браслета. В действительности же она собиралась искать родимое пятно.

Первой подошла Флоренс. Она задрала рукав белой шелковой блузки и подставила Лайле руку. Лайла взялась за метр и обернула его вокруг самой широкой части запястья, как ей показала Дженни. Перевернув руку Флоренс вроде как в процессе замера, Лайла рассмотрела кожу на внутренней стороне. Голубоватые вены выступали на ней, как узловатые ветви баобаба. И не было ничего похожего на четырехлистник клевера.

Лайла не исключала, что вообще не найдет родимого пятна. Возможно, женщина, воровавшая в «Примроузе» двадцать лет назад, давно умерла или переехала; возможно, родимое пятно спряталось в складках ее кожи и больше не напоминало о давнем преступлении. Лайонел мог солгать насчет него в попытке переложить вину за ограбления на кого-то другого. План Лайлы был всего лишь попыткой… притом последней, перед тем как ей придется явиться в полицейский участок, где ее вполне могут арестовать за убийство. Покосившись на телефон, она увидела, как утекают секунды. Пульс Лайлы стал чаще, ком в горле от нервов и разочарования – ощутимей.

Подняв голову, Лайла встретилась взглядом с Джаспером. Прочитала вопрос на его лице и покачала головой, давая понять, что это не Флоренс. Джаспер едва заметно улыбнулся и прищурил глаза. Он ее ободрял – напоминал, что время еще есть.

Следующей подошла Мэри Диксон.

– Я никогда не выигрываю, но сегодня у меня хорошее предчувствие.

Лайла обмерила ее руку, покрутив туда-сюда. Дальше стояла Хелена. Брок настоял, чтобы его обмерили тоже: по его мнению, было предубеждением не позволять мужчинам участвовать в розыгрыше. Лайле не хотелось с ним спорить, и она покорно обмерила его складки жира. Ни у кого не было родимого пятна, похожего на клевер.

Джун и Айрис Уиллоби закончили примерять все подряд украшения Дженни и направились к Лайле. Дженни захватила с собой переносной терминал для оплаты картами и по-быстрому делала бизнес: жильцы покупали у нее браслеты, ожерелья и кольца. Золото на столе сверкало в солнечных лучах. Шум в зале становился громче и оживленнее, но Лайла почти утратила надежду. Список подозреваемых таял на глазах, а ее шансы попасть за решетку повышались.

Рут протолкнулась вперед, оттеснив сестер Уиллоби на подходе к столу, за которым стояла Лайла. Она опять была в своем сумасшедшем кимоно, на этот раз такого яркого малинового цвета, что, глядя на него, можно было заработать ожог сетчатки.

– Рут, тут вообще-то очередь, – возмутилась Джун.

– О, так вы стоите? Я вас не заметила, – ухмыльнулась Рут.

Лайла покосилась на Джун: та что-то шептала Айрис, вроде «да нет, в этот раз я не буду ее толкать». В конце концов Джун пожала плечами и пропустила Рут вперед.

Лайла подняла руки с измерительной лентой. Рут протянула ей запястье. Рукав кимоно соскользнул, Лайла перевернула протянутую руку и застыла. Прямо посередине на бледной старческой коже темнело родимое пятно, в точности повторяющее контуры четырехлистника.

Лайла охнула и крепко сжала ладонь Рут.

– Вы делаете мне больно! – воскликнула та, отдергивая руку.

Эвелин протягивала Дженни свою кредитную карту. Она повернулась к Лайле, и ее глаза широко распахнулись. Оттолкнув в сторону терминал, Эвелин поковыляла к ним. С другой стороны к Лайле устремился Джаспер.

– Отойдите, – приказал он Айрис и Джун.

– В чем дело? – проворчала Рут, одергивая рукав кимоно.

– У нее родимое пятно, – сказала Лайла, обращаясь к Джасперу и Эвелин. Она уронила измерительную ленту и не моргая смотрела в крошечные темные глазки Рут, которые вдруг злобно прищурились. В голове у Лайлы было пусто – там осталась только одна мысль: Рут Бейлор – грабительница из «Примроуза».

Джаспер наклонился к уху Рут:

– Нам надо побеседовать наедине. Немедленно.

Было ясно, что что-то происходит – что-то гораздо серьезнее ювелирного шоу. Атмосфера в зале изменилась; толпа затихла, и никто больше не смотрел на украшения. Джун и Айрис присоединились к Флоренс у стола с сэндвичами. Они перешептывались, косясь в сторону Рут.

– Не знаю, в чем дело, но у меня назначена встреча. Вам придется подождать, – заявила Рут.

Лайла тоже нагнулась к ней и прошептала:

– Мы знаем, что грабительница из «Примроуза» – это вы.

У Рут отпала челюсть. Как рыба, вытащенная из воды, она открыла и закрыла рот.

– Что? Это смешно! Да я бы никогда… Я президент совета. Я… Я… – Она поглядела на Сюзанну, в шоке отступившую в сторону. – Сюзанна, прикажи им немедленно прекратить!

– Я бы посоветовала вам их выслушать, – ответила та сухо.

В ответ на слова Сюзанны по толпе опять пронесся шепот.

– Или вы поговорите с нами сейчас, или мы идем в полицию и все рассказываем, – объявил Джаспер.

– Могу уделить вам не больше пяти минут моего времени, – заносчиво изрекла Рут, но ее пальцы вцепились в ткань кимоно, сжимаясь и разжимаясь. Она поморгала и последовала за ними из зала «Азалия». Остальные жильцы недоуменно таращились им вслед, предчувствуя бурю.