— Я не тянула тебя за язык. — я смотрела в спину хмурому подельнику, пока он грузил пакеты с вещами в машину.
— Марат очнётся и убьет меня! — Егор с психом захлопнул багажник и взял из моих рук мольберт.
— Так мы с тобой сейчас делаем все возможное, чтобы он очнулся! — усмехаюсь, глядя в прищуренные глаза. — Если боишься, просто подбрось меня, я что-нибудь придумаю сама.
— У тебя, блять, в мешках сто миллионов наличными! — прошипел Егор, наклоняясь. — Как я тебя просто подброшу? На метро с ними поедешь?
— Да, часть надо убрать в сейф к Марату. Иначе очень тяжело. Не знала, что деньги столько весят!
— Блять, о чем ты думаешь?! — взвыл в ладони Егор. — Ты продала квартиру в два раза дешевле рынка!
— Не в два. Но сильно дешевле, да. Зато одним днём. — я устало вздохнула. — Ну, а что мне ещё оставалось, Егор? Смотреть, как Марата… убьют? Да он же уникального ума человек! Его в красную книгу впору заносить!
— Марта! — Егор прикурил сигарету и затянулся. — Он, блин, тебя от всего обезопасить пытался, жизнь твою наладить, а ты за один день все обратно вернула!.. Тебя тоже можно в какую-нибудь книгу занести! Самых глупых поступков! Где ты жить будешь?
Я отмахнулась, беззаботно улыбаясь.
— Вообще за меня не переживай. У меня много друзей.
— Блин… нет, давай у меня перекантуешься… Не хоромы, конечно, как у Марата, а однушка бабкина, но не подеремся уж, я думаю. Диван у меня запасной есть.
— Пусть мои вещи у тебя побудут, хорошо? А дальше разберемся.
— Тебя посадят. — обречённо и нервно рассмеялся Егор, паркуясь возле ЗАГСа.
— Все будет нормально… — я взяла сумку и поежилась. — Но, если приедет ОМОН, меня не жди.
Зайдя в кабинет к женщине, которая уже была мне знакома по разводу с Толиком, я села напротив неё за стол и тяжело сглотнула. Если она меня сдаст или пошлет, то, считай, все пропало.
— Здравствуйте. Мне нужна ваша помощь. Если вы прочитали мою записку…
— Это вы ее написали? — усмехнулась женщина. — Если бы я не знала, что Марат Александрович реально в коме, я бы вам не поверила.
— Помогите мне, пожалуйста, — я закусила губу и сцепила пальцы в замок, пытаясь унять дрожь и сдержать слезы, но они все равно сорвались с ресниц. — Я не смогла придумать других вариантов.
— Вы… понимаете, что тот вариант, что вы предлагаете, — блеф чистой воды. Вас при желании пробьют через пятнадцать минут.
— Я понимаю. Только… это если люди заинтересованы пробить меня. А если нет, то им просто достаточно бумаги. Конечно,. было бы лучше прям по-настоящему.
— Нет, вы с ума сошли! Это уже совсем другая статья, за которую “условно” вряд ли дадут. — Женщина побарабанила пальцами по столу. — Я тут набрала на мониторе свидетельство о браке. Осталось только распечатать и поставить печать. Она в верхнем ящике… Но мне очень срочно нужно отойти. Покараульте, пожалуйста, чтобы никто не изменил имя с фамилией, например. А то мне придется уничтожить бланк и печатать все заново. Хорошо?
Я быстро закивала, вытирая мокрый нос.
— Конечно!.. Я там в туалете пакет забыла. Может, захватите заодно?
— Марат Александрович много кому помогал. Мне в том числе. Так что, сами свой пакет заберёте, ладно?.. Я выйду таблетку выпью, а то что-то голова болит.
Как только дверь захлопнулась, я вскочила со своего кресла и рухнула за стол работницы.
Каренин Марат Александрович… Мой паспорт. Быстрее, быстрее!.. В печать. Верхний ящик стола… Мастичная печать. Подпись я подсмотрю со своего свидетельства о разводе…
Уф!!!
Я закрыла ящик стола, пихнула бланк в сумку и выскочила из кабинета. Пришлось завернуть в туалет, чтобы забрать припрятанные деньги.
Не взяла — и хорошо. Это ещё несколько дней реанимации.
— Егор! — Я упала на сидение и счастливо улыбнулась. — Теперь в больницу, быстрее!
Егор уверенно вел машину, я ерзала и подпрыгивала от нетерпения.
— Блин, такой настрой у тебя боевой, будто ты ежедневно аферы проворачиваешь!
— Ну, давай, ты ещё что-нибудь мне по этому поводу предъяви! — я укоризненно покачала головой.
— Да я же без претензий! Просто… блять! — Егор слишком резко переключился на дорогу.
— Что? — Я напряглась.
— Мне кажется, нас пасут.
— Так! — подпрыгнула я, оборачиваясь. — Оторвись. Это ОМОН?
— Не пались, Марта! — сквозь зубы прошипел Егор, плавно лавируя между машин. — Да нет, похоже, ФСБ… Пиздец. Помогли Марату.
Я закурила и зажмурилась.
— Слил кто-то… Слушай меня внимательно, Егор. Притянуть могут только меня. Ты со мной нянчишься по приказу Марата. Я сказала, вывезти вещи из квартиры — ты вывез. Потом сказала заехать в офис. Потом в ЗАГС. У меня развод с мужем, ты ничего не знал и вопросов не задавал. Что было в мешке — не видел. Понял?
— То есть, всех собак повесить на тебя? Заебись “мужской поступок”!
— Егор! Ты можешь меня дослушать?! Мне ничего не сделают, им даже предъявить нечего. Но, мне нужно выиграть время! Оторвись, высади меня незаметно и уведи их. Когда повяжут, ты — ничего не знаешь. Уже вечереет. Мне нужно успеть до окончания рабочего дня заключить договор с клиникой. Это все, что требуется. Потом я их повожу за нос немного, чтобы они сразу не поняли, что документ недействительный. А потом они пробьют все, увидят, что свидетельство не настоящее и я никаких махинаций с финансами Марата не проводила, да и отпустят всех. Нервы помотают только.
Егор сжал зубы и прибавил газу.
— Перелезай назад. Я не знаю, где тебе придется выпрыгивать.
Когда мы были довольно близко от клиники, Егор вклинился в кучку грузовых машин, притормозивших на светофоре.
— Вылезай с их стороны по тихому и прячься за машинами. Наши два ряда уедут быстрее. Тебя не заметят.
— Они далеко? — выдохнула я, открывая дверь и чувствуя себя героиней боевика.
— Достаточно, чтобы у нас получилось.
Я бежала по коридору клиники, таща в руках тяжёлый мешок.
Забежав в уже знакомый лифт, перевела дыхание и попыталась немного успокоиться.
Открыв знакомый кабинет, я наткнулась на Александра Анатольевича и Ольгу. Мужчина опять глушил коньяк.
— Здравствуйте, — выдохнула я, широко улыбаясь, и быстро прошла к столу. — У нас мало времени. Вот свидетельство о браке, вот деньги. Я — жена Марата и я запрещаю отключать его от приборов, а также оплачиваю пребывание в реанимации минимум на месяц. Какие документы нужно подписать? Пойдёмте быстрее!
— Марта,. как?.. — Александр Анатольевич взял в руки свидетельство и удивлённо вскинул брови.
— Вам важно “как” или результат? Мы расписались до его лечения, посмотрите дату. Просто не забрали документ. Там… были нюансы. Все? Пойдём? Я очень тороплюсь!
— Марта… мне нужно вам кое-что показать… — вздохнул Александр Анатольевич, вышел в коридор и вдруг замер. Из-за угла выворачивали люди в балаклавах и с автоматами.
— Спрячьте свидетельство и деньги, а также распишитесь за меня в договоре. — шепнула я ему в ухо и дала деру по коридору.
— Стой! — послышалось в спину. — Стрелять буду!
Мамочки!!! Неужели, это происходит со мной?! Быстро же повязали Егора!.. Они же не будут стрелять в больнице?!
Где-то совсем недалеко палата Марата. Я только посмотрю на него и пусть дальше арестовывают меня.
Завернув за угол, я влетела в нужную дверь. Тут же почувствовала болезненный толчок в спину и зажмурилась, падая на пол.
— Марат! Марат, я пришла! Я сделала все, что могла! А ещё я сделала тест! Я беременна! — выкрикивала я, пока меня, извивающуюся, обездвиживал сотрудник группы захвата. — Не умирай, ладно?! Все будет хорошо!
— Да не ори ты! Здесь нет никого! — зло вздернул меня на ноги мужчина и я, охнув, тут же осела обратно.
Палата была та самая, но кровать пустовала. Приборы стояли отключенные.
— Нет, — только и смогла выдохнуть я, проваливаясь в темноту. — Нет!