Он был страшен!

Матерый рыжий кот, форсирующий водную преграду.

На его морде злость, упрямство и невероятное желание дойти до конца.

«Прорезавшиеся» в пасти клыки, широко распахнутые глаза и прижатые уши заставляют на миг застыть в ужасе, а откуда-то из глубины подсознания всплывают слова: «Молись, с**а, чтобы я не выплыл!».

Из снов Волконского П. А.

Это был не стон или крик, а самый настоящий рык.

Такого ждёшь о раненого зверя, а вовсе не от милой целительницы, промеряющей последние метры до «точки» собственным животом. Хрупкое на вид тельце было придавлено тяжелым рюкзаком. Казалось, что силы вот-вот оставят девушку, но она упрямо «гребла» к своей цели несмотря ни на что.

Сразу за ней ползла Марика. Не потому, что отставала, а чтобы не «потерять» подругу на дистанции.

— Встать! — заставил парней вздрогнуть хлестнувший в воздухе окрик Тишь.

Павел на автомате подтянулся. Слишком уж часто валькирии приходится быть и его инструктором.

Обе-две «охотницы» встали. С огромным трудом. Практически на чистом упрямстве. Но ведь поднялись же!

— Бегом марш!

Целительница и курсант принялись «набирать ход». Медленно, вразвалочку. Но все же.

На раскрасневшихся грязных мордашках красоток блестели полные жажды хоть кого-нибудь прибить глаза. На парней обе не обратили внимания. Лишь отметили факт их присутствия, мазнув по ним опустевшими взглядами, побежали дальше.

— Ты говорил, что все получится, — негромко прокомментировал увиденное Сергей.

Павел вздохнул.

— У тебя вообще идей не было, — задумчиво заметил он.

— Ну а если бы я предложил запереть их до прояснения ориентиров? — глухо спросил Сергей.

— Так ты и предложил, — тут же пожал плечами Павел. — Кажется, Орлова тогда пообещала лишить тебя каких-то частей тела, а Лена заявила, что лечить твои страшные раны не будет даже по моей просьбе.

Курсант помолчал. Брат видел только часть… их беседы. И, надо было признаться, воспоминания о том дне удовольствия не доставляли.

— Марика… умеет быть убедительной, — дипломатично ответил брат.

— Угу, — не очень внятно подытожил Павел.

Ему и самому довелось испытать крайне интересную гамму ощущений после разговора с Кошкиной. Целительница тоже умела настаивать на своей точке зрения. О повторении «беседы» он как-то не мечтал.

Брат промолчал. Спорить дальше не имело смысла.

Да и план был хорош. Нужно было лишь… согласиться на сумасбродную идею «охотниц». Мол, конечно, красавицы. Идите, охотьтесь на неведомых опасных тварей. Вот только сначала курс «выживания» сдайте. Кому? Так у нас Тишь с Мышью имеются. Вот пусть офицер СИБ и канцеляристка примут у вас «зачет».

Расчёт был прост. Эти две садистки действительно могли укатать любого. Так что Павел очень надеялся, что даже курсантка Академии и целительница, прекрасно владеющая процессами восстановления собственного тела, уже через пару дней потребуют пощады. Тогда через трое суток (для верности!) все это можно будет прекратить.

Но…

— Быстрее, мля! — рявкнула Тишь.

Шут демонстративно прочистил пальцем ухо, за что тут же узрел крепкий кулак Валентины под своим носом.

— Сдаюсь, сдаюсь! — продемонстрировал ладони он.

А вот девчонки не сдавались. Они падали. Теряли сознание от перегрузок (бригаду медиков Павел отправил на полигон через день, едва понял, что сдаваться никто не намерен), но упрямо перли вперед. Вот уже семь дней как.

Волконский вновь кинул взгляд в сторону ломящихся прямо через лес вымотанных красавиц. Семь дней назад парень действительно считал, что девушки долго не протянут. Сдадутся. Да, Лена — целительница, она умеет восстанавливать тело, но не дух. Марика — курсантка Академии СИБ. Их там гоняют всерьез. Так что девушка должна быть выносливой. Но не железной.

Клановец ошибся.

То ли упертые, то ли отбитые на всю голову девчонки падали. Вставали. Затем снова падали. Культуристка из спецотряда СИБ гоняла их без жалости. Мышь же подключалась на этапе стрелковой подготовки, а по ночам обе отправлялись к местным эскулапам, к утру неизменно поднимающим обеих на ноги. И всё равно они выползали на линию старта. Иногда буквально.

«Вот дуры, — мысленно хмыкнул Павел. — Идиотки. Но упрямые».

И в этой своей бараньей в иные моменты упертости, они были невероятно похожи. Может быть, именно поэтому Лена и Марика так быстро нашли общий язык.

— Бр-р-р-р, — поежился Шут, припомнив взгляд целительницы, которым она наградила всех присутствующих, пробегая мимо.

Отчего-то тут же всплыл в памяти красочный ночной сон.

— Что у них дальше по плану? — негромко спросил Павел.

— Стрельба, кросс и форсирование водной преграды, — тут же отозвалась Тишь, с уважением наблюдая за удаляющимися фигурками.

Молодой человек вновь покачал головой, отгоняя непрошеные ассоциации.

— На этом все, — припечатала инструктор. — На сегодня. Обе и так на пределе.

Парень вздохнул. Ну не было у него желания «укатать» девчат. Клановец хотел лишь заставить их задуматься: а так ли уж необходимо самостоятельно охотиться на химер.

— Не сдадутся? — спросил Сергей.

Тишь только глянула на курсанта. Как на несмышленыша. Второй Волконский пока ей своей «право голоса» не доказал.

Пришлось обернуться к культуристке Павлу. Лишь тогда Валентина расщедрилась на ответ:

— Ты сначала вынеси такую нагрузку, — ответила она, глядя только на Волка.

К Шуту замечание не относилось. Долгое время примерно такой же «темп» был частью жизни молодого коллеги.

— Валя, — негромко напомнил о первоначальном вопросе «небожитель».

Инструктор, еще чуть придавив взглядом Сергея, покачала головой.

— Скорее сдохнут, — жестко выдала она свой вердикт.

— Им так важна эта… охота? — даже чуть растерялся младший из братьев.

Павел только хмыкнул. Негромко. Но оттого не менее красноречиво.

— Они настолько упрямы, — возразил он под одобрительный кивок Тишь.

Ее молодой коллега же крепко задумался. Серьезный такой звоночек от его женщины на будущее прозвучал. Он увидел. И запомнил. Понял ли Сергей?.. Тут клановец брату ничем помочь не мог. Уж если курсант ТАКИХ намеков не понимает, то кто ж ему злобный доктор?

— А увеличить нагрузку? — уточнил Волк.

— Нет.

Ответ прозвучал синхронно. От Тишь и Шута. Еще чуть-чуть и речь пойдет о калечащих методах. Риск серьезных травм и необратимого вреда здоровью вырастет по экспоненте. Нет, в рамках полевого допроса такие методы вполне годились. Но применять их к собственной женщине?.. Увольте.

— И как мы поступим? — уточнил деловито Сергей.

Павел глянул на культуристку. Но та всем своим видом дала понять, что в этом вопросе помогать парням не намерена. Да и вообще каждая капля, пролитая девушками на пределе сил, склоняла чашу одобрения инструктора в их сторону.

— Осталась еще одна неделя, — сообщил он. — Будем надеяться, этого хватит, чтобы они отказались от своей затеи.

— А если не откажутся? — уточнил Сергей.

Павел вновь поежился, припомнив брошенный в их сторону взгляд Леночки.

— Тогда кто их на хрен вообще остановить сможет? — чуть грубовато ответил парень, пожав плечами.

Тишь кивнула. Одобрительно. Своим мыслям.

Несколько секунд Павел помолчал, после чего достал комм и набрал Влада. Именно на плечи командира ГБР легла задача по подготовке «загонщиков» для «охотниц».

— Ты закончил формирование группы поддержки? — просто уточнил он.

Ответ вышел секунд на пять. Суть сводилась к следующему: сводная команда из бойцов группы быстрого реагирования и курсантов СИБ срочно нуждалась в боевом слаживании.

— Забронируй рейс. Как только будет «чрезвычайка», перебрасывай людей по координатам Тишь.

Просто так организовать перелет на полигон имперской безопасности даже опричнику было не под силу.

Выслушав короткий ответ, клановец отключился и повернулся к инструктору.

— Валя, — негромко вздохнул он.

Валькирия тут же продемонстрировала невероятно милую улыбку невинного младенца и напрягла внушительный бицепс. Контраст вышел убойным. И очень убедительным.

— Поработаешь с «детишками»? — попросил он, не обращая внимания на пантомиму.

Тишь только хмыкнула. Отчего бы и нет, собственно? Все происходящее вполне оформлено через командование СИБ как операция опричника. То есть, платят по боевому расписанию, а голову под пули подставлять никто не требует. Чем не жизнь?

Тем более культуристка питала нездоровую любовь к инструкторской деятельности. И лишь недавно задумалась на этот счет после фразы Павла: «Чтобы быть хорошим тренером, нужно либо сильно любить людей, либо столь же сильно их ненавидеть!». Потратив минуты две на размышления, Валентина решила, что еще не определилась.

— Сделаем, — пообещала она.

Волк рядом вздохнул. Брат сдался. С другой стороны, «капитуляция» шута была конструктивной: никто нагрузку снижать не собирался. Так что если девчонки сломаются, то вся затея для них закончится. Но уж если выдержат, то Павел собирался дать им все возможное, чтобы «охотницы» сами не превратились в дичь.

— Кстати, дорогой мой, — неожиданно прищурилась Валентина, наградив младшего коллегу, формально являющегося ее же начальником, долгим нечитаемым взглядом. — А не начал ли ты вес набирать?

Сергей, хоть вопрос к нему и не относился, тут же сделал шаг назад. Попасть под раздачу на ровном месте ему не улыбалось.

— Не выйдет, — заверил стойко Павел.

Он четко уяснил важную вещь — инструктор не должен видеть твоего ужаса, иначе легко можно отхватить одну из самых страшных фраз: «Еще два круга/подхода/магазина/раунда!».

— Это почему же? — шагнула к нему Валентина и вкрадчиво заглянула в глаза.

Опричник взгляда не отвел. Хотя риск нарваться на внеплановую тренировку «для поддержания тонуса» и был весьма велик.

Ответом ей стал низко частотный гул работающих в посадочном режиме движетелей. Неподалеку снижался глайдер.

— Встреча, — коротко улыбнулся Павел. — Ты сама оформляла воздушный коридор.

Несколько секунд Валентина внимательно рассматривала своего подопечного. Словно решала, уж не осмелел ли кое-кто настолько, что смеет над ней издеваться.

Волконский ответил улыбкой. Мягкой и аккуратной.

Да, ему этого момента не забудут. И Тишь обязательно об этом вспомнит на следующей тренировке, но… это не пугало. Совсем. И давно. Все равно хуже не будет. А уровень нагрузки регулирует лишь естественный ограничитель: когда упал и действительно не смог подняться, тогда занятие и можно закончить. И жульничать в этом вопросе не рекомендовалось. Павел, естественно, попробовал. Исключительно из любви к искусству. И сделал вывод: если попадаешься, то становиться не только плохо и тяжело, но еще и больно, а также очень обидно.

Валентина свою мысль до личного состава доносить умела. Даже без применения насилия. Теоретически. Однако на практике она действительно считала, что дозированная порчи боли и «звездюль животворящий» могут творить чудеса.

Они и творили. Павел не раз поднимался и тогда, когда сам уже считал это невозможным.

— Спасен, — вынуждена была признать Валентина. — Ударом гонга.

Девушка перевела взгляд на Сергея. Тот поежился.

Его брат же лишь улыбнулся.

Конечно, курсант уже успел познакомиться с педагогическим талантом Тишь в Академии. Но там она была приглашенным инструктором. Сейчас заставить пахать Сергея у культуристки власти не было.

— Он со мной, — на всякий случай оповестил опричник, поднимая взгляд вверх.

Как раз в этот миг над ними на сверхмалой высоте, прошел представительский глайдер, растрепав волосы всем собравшимся, кроме Волка. Сергей на время «ученичества» в Академии СИБ предпочитал стричься под машинку. То есть, очень коротко.

— Тогда проваливайте, — властно, но чуть театрально взмахнула рукой инструктор. — Оба. Павел бросил последний взгляд на тропу, где скрылись девушки. Семь дней ада — и они не сломались. Парень уже на третий день их нелегкого испытания дал себе слово, что если они выдержат, то он обеспечит «охотниц» всем необходимым. И слово свое молодой человек намеревался сдержать. Хоть сама идея ему и не нравилась совершенно.

Но сначала — разговор с Салтыковым. Там тоже ставки высоки.

— Проваливаем, — бросил он брату и зашагал к полянке, где уже садился глайдер с гербами союзного клана.

— Быстрее, — потребовала Тишь, деланно нахмурившись.

Павел улыбнулся. Сергей развернулся, исполняя приказ. Но оба предпочли скрыться с глаз инструктора как можно скорее. А то память у нее была очень даже хорошая. И рано или поздно на полигоне или в спарринге им сойтись еще предстояло. Так что слишком уж злить Тишь не рекомендовалось.

Да и глайдер с гербами Салтыковых на бортах уже скрылся за деревьями, а звук движителей смолк. Так что поторопиться действительно стоило.