— Ты слышала это?! — коротко шепнула Химена секунду спустя, в её голосе сквозил дикий испуг.

Я замерла как вкопанная прямо перед ней, навострив уши: откуда-то из глубины доносились глухие звуки. Прислушавшись, я поняла, что кто-то отчаянно пытается привлечь внимание, крича сквозь кляп или плотную повязку, потому что крик выходил жутко приглушённым.

— Да, слышала, — тихо ответила я. — Идём на звук.

Я пошла на этот шум, пока не упёрлась в очередное зеркало, скрывающее секретный проход. На миг замялась, осматриваясь. Кого мы там сейчас обнаружим?

Упершись ладонью в стекло, я надавила со всей силой, что смогла соскрести, но лишь когда Химена навалилась рядом, помогая мне давить, послышался долгожданный грохот. Зеркало с шумом рухнуло вперёд, разлетаясь на тысячи осколков.

Я первой перемахнула через проём в комнату, Химена прыгнула следом. Я услышала, как она шумно выдохнула от шока, когда её взгляд, как и мой, упал на человека, прикованного к кровати. Несчастная продолжала мычать и биться из-за намертво стягивающего рот кляпа.

— Нежа! — Химена мгновенно подлетела к ней и резким пассом магии разнесла наручники, освобождая её.

— Боже! — Я протянула ей руку, помогая подняться с постели. — Ты как, цела?

Нежа кивнула, срывая кляп со рта, и принялась ожесточённо растирать покрасневшие запястья. Лицо её дышало бешеной яростью. — Я убью этого гондона!

— Ты о ком? Что с тобой стряслось? — обеспокоенно спросила я.

— Кириан похитил меня сегодня ночью! — выплюнула она в ярости. — Сами знаете, мы сто лет нормально не общались, но тут он вдруг объявился. Весь такой нежный, заботливый, прямо пай-мальчик. Заявил, что хочет вытащить меня погулять, просто по-дружески. Мы провели вместе вечер, болтали обо всём, смеялись. В конце я, как последняя дура, даже поцеловала его… он заставил меня поверить, будто… будто всё изменилось! И я схавала это дерьмо. Он подсыпал мне что-то в стакан, а когда я очнулась посреди ночи — уже была привязана к кровати, обессиленная в хлам. Телом вообще не могла пошевелить.

Химена стиснула челюсти: — Он объяснил, на кой чёрт это сделал?

— Сказал, что сам не хотел, но времени в обрез, и Денхолм припёр его к стенке. Мол, директор пронюхал про мою гибридную суть и раскопал, что я дочь Азазеля. Но самое дикое — он назвал Денхолма «дядей». Они дядя и племянник, выдупляете вообще?!

— Ты серьёзно?! — Химена выглядела ещё более шокированной, чем сама Нежа.

Пока они препирались, я отошла в сторону — мало того, что я и так была в курсе этого родства, так моё внимание намертво приковало то, чем именно кровать была опутана. Тяжёлые, чёрные цепи, кардинально отличавшиеся от тех, что можно без проблем раздобыть на любом складе.

Я коснулась одной из них подушечками пальцев, и стоило мне распознать природу этого материала, как ледяной пот прошиб меня до самых пят.

— Это чёрный обсидиан, — пробормотала я скорее самой себе.

Краем глаза я заметила, как девчонки синхронно обернулись на мой голос, и Химена тут же выросла рядом. — Чёрный обсидиан? — нахмурилась она. Нежа взглядом потребовала объяснений.

— Мощнейший артефакт, который ведьмы используют как защитный щит. Он наглухо блокирует и запечатывает демоническую ауру, лишая существо возможности использовать хоть каплю магии или сверхсилы. Короче, вяжет по рукам и ногам.

— То есть этот ублюдок Кириан использовал его против меня, чтобы у меня силы не раскрылись? Видимо, чтоб я не сделала ноги… Ну и тварь, — выплюнула Нежа в бешенстве.

Я поморщилась: — Да это идея Денхолма, стопудово, а не его. Директор, должно быть, маниакально штудировал оккультные гримуары, раз умудрился раскопать инфу про обсидиановые оковы.

— Что бы этот урод ни задумал, он не остановится, даже если мы скажем «нет». — Химена покачала головой, на её лицо снова набежала тень тревоги.

Нежа уставилась на нас: — А где все остальные?

— На «экскурсии», — отрезала я. — Денхолм намеренно вывез их всех из института, оставив в этих стенах только тех, кто ему реально нужен. Мы уверены, что, кроме нас, здесь остались только Данталиан, Нивек и Мелвилл. Но мы их пока не нашли.

— Партнёрши не могут разделяться. Раз уж парни не поехали на эту экскурсию, то Хани и Джессамин тоже должны быть здесь. — Я увидела, как она перевела взгляд на окно, за которым продолжало разгораться утреннее солнце. — Вот только я понятия не имею, где они могут прятаться.

Я резко подобралась, когда до моих ушей донёсся звук тяжёлых шагов, доносившийся из туннеля; он был ещё слишком далеко, чтобы девчонки тоже могли его уловить.

Сделав сёстрам знак спрятаться, я вжалась в стену прямо у проёма, ведущего в крысиный лаз. Шаги становились всё громче, всё ближе, а стук собственного сердца оглушительно бухал в ушах.

Наконец из дыры показалась нога, и кто-то спрыгнул прямо в комнату.

Знакомый до боли запах мёда ударил в ноздри, но мой кулак уже был занесён: я с размаху въехала ему по пояснице, заставив хрипло выдохнуть, и, пользуясь секундным замешательством, впечатала его в стену, намертво прижав предплечьем шею.

Пара янтарных глаз уставилась на меня в полном ступоре.

— Мне казалось, я уже говорил тебе… — Данталиан осёкся, заходясь в кашле и убирая мою руку от своего горла, чтобы наконец вздохнуть. — …что насилие я котирую только в постели.

Я мгновенно отпрянула, давая ему отдышаться. Он кашлянул ещё пару раз, прежде чем поднять на меня взгляд и тепло улыбнуться.

— Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть! — Одним порывом я запрыгнула на него, обвивая руками шею, и крепко прижалась к его груди.

Опешив от такой нежности, он не сразу обнял меня в ответ. Но секунду спустя сжал в объятиях ещё сильнее, запечатлев мягкий поцелуй на моих волосах. — Пожалуй, это самое милое, что ты когда-либо мне говорила.

— Я думала, с тобой что-то случилось! — Я закинула голову, заглядывая ему в лицо.

— Я тоже подумал о самом худшем, когда обшарил каждую гребаную комнату в жилом блоке и не нашёл вас. А потом увидел потайной ход и догадался, что ты, зная твою натуру, стопудово полезла внутрь. Ну вот ни секунды не можешь, чтобы не вляпаться в косяки, а? — Он напускно строго зыркнул на меня.

Едва услышав голос Данталиана, Химена и Нежа выбрались из своих укрытий — они знали, что рядом с ним находятся в такой же абсолютной безопасности, в какой была уверена и я.

Его взгляд тут же переключился на них, и с его губ сорвался тяжёлый вздох облегчения: — Рад видеть вас в живых. Обеих.

— Есть новости от Рутениса и остальных? — встревоженно спросила Химена.

Дан посмотрел на неё с сочувствием: — Нет, про них ничего не знаю. Мелвилл испарился ещё со вчерашнего вечера, но я пересёкся с Нивеком, и мы разделились: я пошёл искать вас, а он отправился на поиски Джессамин и Хани.

Паника Химены, казалось, только хлынула с новой силой — она разрывалась от страха как за своего парня, так и за наших подруг. Мы же с Даном изо всех сил старались сохранять ледяное спокойствие.

Я снова повернулась к Данталиану: — Что произошло? Почему ты меня не разбудил?

— Мне пришло сообщение от Нивека с просьбой срочно прийти в сад. Мы тут же подорвались искать Мелвилла, который не отвечал на звонки, но безрезультатно. Я оставил тебя спать, потому что не думал, что нам грозит реальная опасность, и уж тем более считал, что в моей комнате ты будешь в полной безопасности. — Его глаза потемнели. — А потом мы увидели, как приют пустеет и автобусы уезжают, оставляя нас одних. Тут-то мы и догнали, что намечается какое-то крупное дерьмо. Мы разделились, я рванул в спальню, но тебя там уже не было. Клянусь, у меня, наверное, десяток лет жизни отнялся, когда я увидел пустую постель — там, где я тебя оставил.

Слабая, робкая улыбка тронула мои губы, когда он наклонился и нежно поцеловал меня в лоб. — К твоёму счастью, ты бессмертный, — подколола я его.

Он тихонько рассмеялся, а затем повернулся к Неже. Его внимание мгновенно приковали её красные, содранные до мяса запястья. — Ты как, цела?

Нежа скрестила руки на груди, её лицо застыло в гримасе — где-то между диким разочарованием и жаждой кровавой мести. — Было бы лучше, если бы я не втрескалась по уши в придурка, который разделяет больные фантазии своего дячушки. Но могло быть и хуже. Я могла до сих пор торчать прикованной к той кровати, хрен знает, что бы они со мной сотворили, — пробормотала она.

Как бы она ни пыталась строить из себя железную леди, её заплывшие слёзами глаза были видны даже издалека.

— Этот гондон Кириан. Это он тебя связал? — прорычал Дан.

— Да, обвёл меня вокруг пальца. Я думала, он изменился, стал другим… Чертовски тяжело принимать тот факт, что люди не меняются — меняются только способы, которыми они хотят нас наебать.

Я перевела взгляд на Данталиана, прекрасно зная, что эти слова доведут его до белого каления. Это был просто ещё один веский повод забить до смерти пацана, которого он и так на дух не переносил.

Его радужки мгновенно заплыли багровым колером, а зрачки вертикально вытянулись, придав ему поистине жуткий, дьявольский вид. Руки вдоль туловища сжались в два каменных кулака.

— Он у меня кровью умоется, — отчеканил он, направляясь к двери.

— Да куда ты собрался?! — панически закричала я. — Сейчас не время сводить с ним счёты! Сначала нужно найти Денхолма, главный ублюдок здесь — он.

— Нет, сначала я разберусь с Кирианом. Пока этот выродок шныряет вокруг и выполняет приказы своего дяди, он остаётся прямой угрозой, особенно когда вы рядом. — Он обернулся и посмотрел на меня. — Я не стану рисковать. Он не причинит вреда ни тебе, ни им.

— Пожалуйста, не ломай дров. Будь осторожен, — взмолилась я, шагнув к нему вплотную.

Он вернулся, мгновенно сокращая расстояние между нами, обхватил мои щёки ладонями и с силой впился в мои губы поцелуем. Я судорожно смяла пальцами его рубашку, отчаянно пытаясь его удержать.

Он прижался своим лбом к моему и закрыл глаза. — Quidquid acciderit, ego semper tecum ero. Et ad te redibo, — прошептал он.

А затем медленно отстранился, ускользая из моих рук, и я лишь молча смотрела, как его спина исчезает за порогом комнаты.

«Что бы ни случилось, я всегда буду с тобой. И я вернусь к тебе».

Спустя всего пару секунд, как он скрылся из виду, сердце бешено закричало, что я должна бежать за ним, быть рядом. Я органически не выносила мысль о нашей разлуке, потому что мозг тут же уносил меня на четыре года назад — когда мы точно так же расстались и больше никогда не виделись.

Я приказала Химене и Неже убираться из приюта, бежать со всех ног наружу и искать помощь. Возможно, им повезёт перехватить Диомеда, Эразма и Рутениса и спастись вместе с ними. Я искренне на это надеялась, хотя самым главным для меня было просто знать, что они обе далеко от этого проклятого места.

Каждый раз, когда я оказывалась в этой точке своей жизни — там, где меня накрывал первобытный, удушающий страх потерять всё, что мне дорого, — я не могла не подвергать сомнению каждое своё действие, которое привело меня сюда.

И тогда я задавалась вопросом: почему покоя так чертовски трудно достичь таким людям, как я?

— Данталиан! — позвала я его, слетая по ступеням, чтобы догнать.

Он обернулся — удивлённый и явно разозлённый тем, что я ослушалась и пошла хвостом.

Я встретила его взгляд и мысленно спросила себя: оставит ли нас жизнь когда-нибудь в покое?

Я смотрела на него и до безумия боялась потерять снова, наперекор его бессмертию, потому что со временем я уяснила, что человека можно лишиться сотней других способов, помимо банальной смерти.

Я разглядывала его и в этот крошечный промежуток времени отчаянно надеялась, что мне ещё улыбнётся удача подсматривать за тем, как он спит — когда его губы слегка приоткрыты в том безмятежном выражении, от которого мне всегда хочется его расцеловать. Надеялась, что ещё увижу, как он празднует свои дни рождения и искренне теряется, получая в подарок пирог; что буду наблюдать, как он исходит ревностью по пустякам, когда для этого нет ни единого повода; что ещё услышу, как он зовёт меня по имени. Тем самым именем, которое так живо напоминало нам обоим о нашем начале.

Я надеялась, что Бог даст мне возможность прожить эту любовь на полную катушку — за все те разы, когда он мне этого не позволял.

— Поверни назад. Спасайся вместе с Хименой и Нежей, — бросил он, поднимаясь мне навстречу через две ступеньки.

Я решительно мотнула головой: — Я тебя одного не оставлю.

— Он просчитал этот план. Поступив так, ты сделаешь ровно то, чего он хочет. — Он сверлил меня взглядом, пытаясь заставить передумать. И тут я осознала, что в его глазах застыло вовсе не бешенство, а чистый, первобытный страх. — Ты ведь понимаешь это, да?

— Мне насрать. Давай подыграем ему и дадим то, чего он хочет… а потом вырвем это с корнем прямо из его рук. — Я ласково коснулась его щеки. — Потому что в этот раз я от тебя не уйду.

Он прижался щекой к моей ладони: — Ты моя погибель, — прошептал он.

— Назови меня так снова… Позови меня опять этим именем. Пожалуйста, — взмолилась я, хотя никогда бы в жизни не подумала, что докачусь до такого. Что сама попрошу его назвать меня прозвищем, которое когда-то так яростно ненавидела.

Ностальгическая улыбка тронула его губы: — Флечасо. — Он нежно поцеловал меня. — Моя флечасо.

Он пару минут всматривался в моё лицо, словно пытался навечно выжечь его в своей памяти, а затем со вздохом отпрянул.

Я последовала за ним вниз по лестнице. Мы прочесывали комнату за комнатой, заглядывая в каждый угол приюта в поисках Кириана, но здание казалось абсолютно вымершим — кроме нас двоих здесь не было ни души.

У нас не оставалось иного выбора, кроме как идти в кабинет Денхолма. Это было последнее место, которое оставалось проверить, и по какой-то причине от этой мысли желудок скрутило мерзким, удушающим спазмом.