— А меня ты остановишь?

— Я думала, ты не трогаешь невинных.

— Это будет ночь открытий для нас обоих. — Он ухмыльнулся. Скрывать искрящееся между ними притяжение было уже невозможно. — Но только если ты уверена, что хочешь от меня всего.

— Я уверена, — с готовностью ответила она.

Тик-Ток взял ее за подбородок своей золотой рукой и заставил встретиться с его пылающим взглядом.

— Ты должна быть совершенно уверена.

— Я уверена, — пообещала она. И он увидел правду в глубине ее глаз.

Неужели он действительно собирался это сделать? Нарушить свое правило. Взять единственную женщину, которая могла бы, пожелай она того, разрушить всё, ради чего он работал. Он был готов дать ей год, чтобы дождаться ясного видения Целины, прежде чем решить, стоит ли отказываться от мести. За год может случиться многое… Но в одном он был уверен — в одной огромной, пугающей вещи: Норт значила для него что-то. Больше, чем любой другой фейри когда-либо.

— Если я сделаю что-то, что тебе не понравится, или если ты захочешь остановиться, ты должна сказать мне немедленно, — произнес он, усиливая хватку на ее подбородке, чтобы она поняла всю серьезность его слов.

— Скажу. — Норт посмотрела на него из-под ресниц. — Сначала я хочу вернуть должок за прошлый раз.

За прошлый раз. Когда он довел ее до пика своими пальцами.

Если она продолжит так на него смотреть, он кончит прямо в штанах. Закрыв глаза, он глубоко поцеловал ее, проникая языком между губ, сминая ее рот своим. Затем он коснулся губами ее щеки, подбираясь к уху.

— Опустись для меня на колени.

Дыхание Норт сбилось, и она опустилась перед ним, не сводя с него глаз.

Он заставил себя отвести взгляд. Если бы он смотрел, видел ее такой перед собой, с этими широко распахнутыми карими глазами и зацелованными губами, дело приняло бы постыдный оборот. Его семя оказалось бы на ее лице еще до того, как она коснулась бы его.

Как только он распустил шнуровку на штанах, его возбужденная плоть вырвалась на свободу. Резкий вдох Норт заставил его замереть и ждать. Он был крупнее большинства, и для той, кто лишь мельком сталкивался с мужским телом, это должно было выглядеть пугающе. Но вместо страха она несмело протянула руку и обхватила его пальцами.

— О боги, — прошипел он, дернув бедрами. Неужели простое прикосновение чужой руки могло быть настолько приятным? — Погоди. — Он накрыл ее руку своей. — Я хочу почувствовать твои губы.

— Я… я не знаю как, — тихо сказала она.

Медленно он начал двигать ее руку вверх-вниз, продолжая наставлять:

— Открой рот и прикрой зубы губами. — Когда она подчинилась, он сдвинул ее ладонь к основанию. — Теперь обхвати губами кончик.

Белая вспышка ослепила его, когда тепло ее рта коснулось головки. Капли предэякулята вырвались из него, пока он продолжал двигать ее руку.

— Используй язык, — прохрипел он. В ответ она провела языком по выемке, и он едва поборол желание вцепиться в ее волосы и толкнуться в самую глубину ее горла. Для этого еще будет время, если она захочет, когда привыкнет к нему. Отпустив ее руку, теперь, когда он установил медленный ритм, он откинул голову назад и застонал. — Вот так.

Норт работала неумелыми движениями и однообразными ласками языка, но это было абсолютным блаженством. Каждое малейшее движение ее пальцев держало его на грани, а жар ее рта заставлял его чувствовать себя так, словно он в огне. Потому что это делала она. И она была чертовски идеальна. Пульсация началась внизу, и он отстранился прежде, чем успел кончить. Было слишком много вещей, которые он хотел сделать сначала.

Она вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Что…

— Моя очередь. — Одним плавным движением он поднял ее с колен и уложил на свой стол — к черту карты. Встав на колени между ее бедер, он задрал подол ее юбки до талии и медленно стянул белье. Вид ее самой, влажной и готовой, едва не лишил его рассудка. — Так готова для меня, — ухмыльнулся он.

Опираясь на локти, она смотрела на него сверху вниз, тяжело дыша затуманенными от страсти глазами.

— Что ты делаешь?

— Хочешь остановиться? — спросил он. Он бы остановился. Это было бы титанически трудно, но он бы смог. Когда она покачала головой, его ухмылка стала шире.

На этот раз Тик-Ток не разрывал зрительного контакта, когда наклонился и коснулся ее клитора языком. Голова Норт откинулась назад со стоном, и это было лучшим поощрением. Языком он очерчивал круги вокруг ее центра удовольствия. Своей золотой ладонью он мягко прижал ее живот, удерживая на месте, пока другая рука нашла скользкий вход.

Двумя пальцами он начал ласкать ее неспешными движениями, сгибая и вращая их, пока она не вцепилась в края стола, чтобы удержаться. Еще тридцать секунд — и ее мышцы судорожно сжались вокруг него. Наверное, вся команда слышала ее вскрик, когда она достигла пика, и часть него наслаждалась этой мыслью. Норт принадлежала ему.

— Боги, — выдохнула она, пытаясь отдышаться. — Это было…

Тик-Ток поднялся, слизывая ее сладость со своих пальцев у нее на глазах. Его возбуждение теперь причиняло почти физическую боль. Там, где он стоял между ее колен, он был так близко, что стоило лишь немного податься вперед, чтобы коснуться ее влажности. Последний оплот невинности Норт… защищенный всего на полшага.

Черт. Чертовски близко. Невероятно близко.

— Не останавливайся, — сказала Норт. Должно быть, она заметила его колебание, пока он сжимал себя рукой и смотрел на нее. Его свободная рука вцепилась в ее обнаженное бедро.

— Не здесь, — заставил он себя произнести. Подтянув ее к себе, он поднял ее на руки; она тут же обхватила его ногами за талию. Он понес ее через комнату. — Кровать. — Норт вздрогнула от предвкушения. А что, если нет? Его разум был слишком затуманен, чтобы чувствовать разницу. Он осторожно опустил ее на край матраса. — Пути назад не будет. Мы можем сделать что-нибудь другое, — сказал он вопросительным тоном, повторяя ее давешнее предложение.

Ответом Норт стала игривая улыбка. Быстрыми движениями она расстегнула корсаж и бросила его на пол, затем стянула юбку и отшвырнула ее в сторону. Тик-Ток завороженно смотрел на нее, совершенно нагую на его одеялах. Плавные изгибы. Крепкие мышцы. Напряженные соски на упругой груди, светло-розовый шрам между ними. Поблескивающее напоминание о ее оргазме на внутренней стороне бедер. Черт. Он пропал.

Норт отодвинулась назад, ложась на кровать.

— Ты идешь?

«Уже на подходе» — во всех смыслах.

Он подобрался к ней, поставив одно колено на матрас, и навис над ней.

— Ты уверена? — спросил он севшим голосом.

— Клянусь, если ты спросишь это еще раз, мне придется взяться за топор. — Она ухмыльнулась, схватила край его рубашки и стянула ее через голову.

Тик-Ток устроился над ней, прильнув к ее бедрам; его плоть упиралась ей в низ живота. И он поцеловал ее. На этот раз медленно. Нежно. Хотя всё его тело требовало взять ее немедленно.

— Тебе может быть больно, — прошептал он. Мысль о том, чтобы причинить ей боль, была достаточно сильной, чтобы приструнить его первобытные инстинкты. — Я буду осторожен, но…

— Всё хорошо. — Норт убрала прядь его темных волос, прилипшую к его ресницам. — Я доверяю тебе.

Она доверяла ему? Новое чувство покоя накрыло его. Ему и раньше доверяли члены команды, но с Норт всё было иначе. Она пришла к нему с ненавистью, а теперь… Теперь всё изменилось. Тик-Ток зарылся лицом в изгиб ее шеи, целуя и покусывая, стараясь не наваливаться на нее всем весом. Она провела пальцами по каждому шраму на его спине.

Затем он направил себя к ее лону.

Первое касание ее тепла заставило его сжать кулаки на одеяле. Когда он вошел лишь на дюйм, Норт резко вдохнула. Он замер, дрожа от напряжения, и накрыл ее рот своим. Его язык подтолкнул ее язык, имитируя его собственное проникновение.

Он не торопился, давая ей привыкнуть к его размеру, прежде чем продвинуться чуть дальше. Стоны Норт вибрировали против его губ, вырывая из его груди хриплое рычание. Если бы не ее ногти, впившиеся в его поясницу, и то, как она сама побуждала его двигаться дальше, когда была готова, он бы рискнул подставить горло под ее топор, лишь бы убедиться, что с ней всё в порядке.

Наконец, спустя время, которое показалось ему вечностью, Тик-Ток полностью вошел в Норт. Рокот, вырвавшийся из него, шел откуда-то из самой глубины. Их дыхания смешались, тяжелые и горячие. Обычно в этот момент он начинал двигаться резко и быстро, доводя женщину до изнеможения, но сейчас он лишь слегка сместился. В другой раз он покажет ей, что такое страсть, но не сейчас.

— Тик-Ток, — пробормотала Норт ему в губы. — Я хочу чувствовать тебя всего.

Он тяжело сглотнул.

— Ты…

Норт прикусила его нижнюю губу достаточно сильно, чтобы заставить его замолчать.

— Хватит спрашивать. Двигайся.

Он тихо рассмеялся, запечатлев долгий поцелуй на ее губах, прежде чем уткнуться лбом в подушку. Его золотая рука накрыла грудь Норт, вызвав у нее довольный вздох. Он начал медленно вращать бедрами, отстраняясь до тех пор, пока лишь самый кончик не остался внутри. И снова скользнул вглубь. Томительно, изысканно неспешно.

Норт обхватила его ногами:

— Снова. Быстрее.

Кто он такой, чтобы отказывать ей? Он задал ровный ритм, быстрее, но всё еще нежно. Пульсация вернулась к его паху, когда мышцы напряглись в преддверии финала. Но она еще не достигла пика снова. Он просунул руку между их влажными от пота телами и начал быстро поглаживать ее клитор.

— О-о… — Ее спина выгнулась дугой, дыхание участилось.

Тик-Ток улыбнулся ей в шею. То, как она отвечала ему, звуки, которые она издавала — это была идеальная симфония. Всё вело к грандиозному финалу. Его толчки стали неритмичными, более мощными, но Норт, казалось, была только за. Ее тело трепетало вокруг него. Она крепко сжимала простыни, прижимаясь грудью к нему, и подавалась бедрами навстречу каждому движению.

— Давай же, для меня, — выдохнул он. Умолял.

Удовлетворенный вскрик сорвался с ее губ, когда она сжала его изнутри, впиваясь ногтями в его кожу.

— О боги! — проревел он, когда волна удовольствия захлестнула его. Его тело содрогалось в мощных толчках. — Черт, — повторил он на тяжелом выдохе.

Никогда в жизни он не достигал такого пика.

Глава 18

Норт

Грудь Норт тяжело вздымалась, пока она смотрела в алые глаза Тик-Тока, теперь они были не цвета крови, а прекрасны, как лепестки самой темной красной розы. Мысли путались. Она знала, что близость должна быть чем-то приятным, иначе зачем бы столько фейри этим занимались? Но, боги, она не могла подобрать слов, чтобы описать это или все те чувства, что переполняли ее.

Тик-Ток нахмурился, изучая ее лицо:

— Ты в по…

— Мой топор всё еще здесь, так что не вздумай заканчивать это предложение. Я чудесно. — Она рассмеялась, коснувшись ладонью его теплой щеки. — А ты как?

— Я… не знаю, кто я теперь, звездочка моя. Но я точно знаю, что хочу оставить тебя в своей постели навечно. — Он устроился рядом, его дыхание всё еще было тяжелым.

С улыбкой она перехватила его запястье и перевернулась на бок, набрасывая его руку на себя.

— И что мы теперь делаем? — промурлыкал он ей в ухо; его тело идеально прижалось к ней со спины. — Я с радостью готов на второй раунд, но мне нужна минутка.

— Обнимаемся. — Она бросила на него взгляд через плечо и вскинула бровь. — Ты этого никогда не делал?

— Нет.

Значит, он просто спал с женщинами и уходил. Мысль о том, что она стала исключением, заставила ее сердце затрепетать.

— Ну, теперь делаешь, — улыбнулась Норт.

— Всё, что пожелаешь. — Он прижался губами к ее челюсти.

— Даже портал? А что, если я хочу открыть его? — Она должна была спросить. Она собиралась убедить его отправиться туда. После всего, что он пережил, он заслуживал мести за свою семью.

— Мы еще не идем. — Его тон не допускал возражений, но для нее это ничего не значило.

— Тик-Ток, — начала она, — пожалуйста, хотя бы скажи команде везти нас туда и помоги мне потренировать магию завтра утром. Я прошу только об этом — просто добраться до места и разведать обстановку. Если не согласишься, я не перестану клянчить. — Но как только они окажутся на месте, она откроет этот портал, что бы он ни говорил. Если другие люди в ином мире в опасности, зачем медлить?

Хотя она и стремилась открыть путь, это не значило, что она не нервничала. Ее пугала не только возможность смерти, но и неизвестность по ту сторону: а вдруг она потеряется там и никогда не найдет дорогу назад? Ей предстояло столкнуться не с живым врагом, как ее родителям в их приключениях, а с дырой в море — разрывом в самой ткани реальности. Будет ли это легче или гораздо хуже? И всё же она сделала выбор, и пути назад не было. Это было правильное решение, даже если он этого еще не осознавал.

Тик-Ток вздохнул:

— Полагаю, я могу это сделать. — Он подозрительно прищурился. — Только практика. Мы прибудем на место к завтрашнему полудню, если я велю Респену поднять паруса в ближайшее время.

Она улыбнулась и отвернулась к стене. Тик-Ток хотя бы в чем-то уступил.

— Тогда не пора ли пойти и сказать ему?

— Позже. — Его зубы коснулись ее шеи, затем он прикусил мочку уха. — Мне слишком нравится там, где я сейчас.

Норт почувствовала за спиной, как он снова возбуждается.

— Уже? — со смехом спросила она.

— Если хочешь, чтобы я снова вошел в тебя, скажи об этом, — потребовал он вкрадчивым голосом.

Она хотела… очень сильно.

— Я хочу тебя.

— Мне нравится, как ты это говоришь. — Тик-Ток снова поцеловал ее под челюстью. — Эти слова так красиво слетают с твоего языка.

Она повернулась к нему, накрывая его рот своим. Его губы двигались чувственно, язык медленно ласкал ее. Он обхватил ее грудь и одним уверенным толчком снова вошел внутрь, заполняя ее до краев.